Глава 1. Платформа с дробным номером.

Днем Ранее Кайнэ и его отец — Кайдан, вышли из такси и подозвали носильщика. Пока носильщик перегружал чемодан на тележку, Кайдан повернулся к сыну. — Ну, сын, поздравляю! Хогвартс — замечательное место. Помню свой первый день. Я… — отец внезапно прекратил говорить и посмотрел куда-то вправо. С той стороны быстрым шагом шёл высокий светловолосый человек, одетый в простые джинсы и свитер. Он что-то кричал и махал рукой. — Райнер? Но что он тут… — По лицу Кайдана пробежала тень беспокойства. Но Кайнэ уже понял: в Австрии произошло что-то явно экстраординарное, и отца срочно вызывают в министерство. Райнер наконец подошёл, коротко поздоровался и начал что-то быстро говорить отцу. Райнер был сотрудником Отдела международного сотрудничества Министерства магии Австрии. Отец Кайнэ — Кайдан Арройо — был постоянным представителем и послом от Министерства магии Великобритании в Австрии. Кайнэ с трудом понимал, что говорит Райнер. Во-первых, Кайнэ плохо знал немецкий язык. А во-вторых, Райнер был родом из Фо́рарльберга — самой западной из земель Австрии, которая уже граничит со Швейцарией. И, как и все жители этой земли, — он говорил с чудовищным акцентом. Кайнэ лишь разбирал отдельные слова: «срочно», «инцидент», «англичане», «полиция маглов», «скандал», «угроза разглашения». Кайдан, слушая Райнера, всё больше хмурился. — Слушай, ну полчаса не подождёт? Сын в Хогвартс сегодня едет. — Nein. Очень срочно. Entschuldigung, Герр Арройо. — Райнер был непреклонен. — Но… Пять минут. Хоть до платформы доведу. Тут надо на скрытую платформу перейти, здесь вход с секретом. — Ja, genau — хоть и нехотя, но согласился, — Но 10 Minuten, не больше. Ситуация очень серьёзная, Герр Арройо. Дело идёт к Internationaler Skandal. — Кайнэ, — Кайдан уже обратился к сыну, — пойдём, быстрее. Извини, что так… Тут очень серьёзное дело. Извини, но я не могу тебя проводить до поезда. Это такой день, и… — Да ничего, Папа. Я всё понимаю. И не беспокойся ты за меня. Что я, на поезд не сяду? — Кайнэ уже привык к срочным вызовам родителей на работу. Поэтому это его не удивило. Более того — он почему-то даже уверен был, что отца по-любому перехватят на пути к Платформе 9 ¾. Но всё равно… — Райнер, вы подождёте тут или… — Если возможно, я пойду с вами, — произнёс Райнер. — Со скрытой платформы можно будет аппарировать? — Да, там есть специальная комната… Стоп! Неужели… — Кайдан посмотрел куда-то в толпу, словно кого-то заметив, и внезапно выкрикнул: — Люциус! Кайнэ и Райнер повернулись туда, куда смотрел отец, явно увидев некоего знакомого. И да, на крик Кайдана обернулся высокий человек в длинном тёмном плаще и с очень длинными светлыми волосами, сжимавший в руках трость. Рядом с ним были женщина, тоже светловолосая и тоже в чёрном плаще, и мальчик, ровесник Кайнэ. — Арройо! Вот уж кого не ожидал увидеть, — Люциус направился в сторону Кайдана, Кайнэ и Райнера. — Здравствуй, Люциус. Леди Нарцисса… Драко… приветствую! — Отец поздоровался с семьёй Люциуса. Кайнэ и Райнер приветственно кивнули. — Здравствуй, Кайдан. О, Райнер, и вы тут! — Ja, Герр Малфой, — ответил Райнер. — Entschuldigung, но у меня срочное дело… — Люциус, можешь немного помочь? Срочно должен быть в Линце. Даже сына не могу нормально в школу проводить. — Конечно, Кайдан. Много работы? — Да, и очень срочной. Сам понимаешь… Мало за всякими бездарями вроде Уизли подчищать, и тут ещё по международной линии… Отличились наши в Австрии, даже на глаза магловской полиции попались. Разгребать теперь…. Вы до платформы его только доведите, а там уже он сам… — Не беспокойся, Староста! Всё будет хорошо, — сказал Люциус с лёгкой улыбкой. — Ладно… — Кайдан повернулся к Кайнэ. — Удачи, сын. Первый день в Хогвартсе — это нечто особенное, — и пожав как взрослому руку, он и Райнер быстро зашагали в сторону служебных помещений вокзала, откуда было удобнее трансгрессировать. — Пойдём, — сказал Люциус. Кайнэ взялся за ручки багажной тележки и начал толкать, стараясь успеть за семейством Малфоев. Они багажа не несли — за ними тележку толкал, видимо, слуга. — Ты ведь помнишь Драко? — внезапно спросил Люциус. — Конечно. Привет, Драко! — Привет, — кивнул Драко. — Я тебя тоже помню. Мы ещё в квиддич играть пытались… — Да, пытались… Я очень плох в этом, — сказал Кайнэ, вспоминая тот визит к Малфоям. Четыре года назад Малфои пригласили их на Рождество. Жили они в красивом старинном особняке, похожем на старый замок. Но не сказать, что Кайнэ тогда подружился с Драко — общих интересов у них не нашлось. Драко интересовался лишь квиддичем да всякой чушью, связанной с родословной. Долго распинался перед Кайнэ о том, какой древний род Малфои, что в предках у них сам Салазар Слизерин… Кого вообще в семь лет интересует подобное? Поэтому с дружбой как-то не задалось. В квиддич мы действительно пытались играть, несмотря на холод, но это игрой назвать было нельзя — просто летали на мётлах, перекидывая друг другу квоффл. Да и вообще о семействе Малфоев у Кайнэ осталось странное впечатление. Какие-то… высокомерные, что ли. Слишком гордые своей фамилией, родом, предками… За столом только и разговоров об этом было. И хотя отец был с ними вежлив, дома он говорил про них более прямо. «Они застряли в прошлом. Вся эта чушь про род, династию, чистокровие… — говорил потом отец. — Думал, Люциус перерастёт это со временем, но нет, с возрастом он только укрепляется в этом. Если бы талант и интеллект зависели от чистоты крови… Я встречал маглорождённых и полукровок куда сильнее и талантливее, чем самые чистокровные. Думал, уже до многих это дошло. Но, видимо, остались ещё упрямцы вроде Люциуса, которые цепляются за устаревшие идеи». Но отец поддерживал отношения с Люциусом, поскольку у него всё же были широкие связи и влияние. — Это было довольно давно. Четыре года назад, верно? — спросил Люциус, скорее для поддержания разговора, чем действительно для уточнения. — Да, четыре года назад, — ответил Кайнэ, и внезапно удивился: а зачем Люциус вообще ведёт этот разговор? Светская вежливость? И с кем — со мной? — Твой отец редко появляется в Лондоне. А ты, если не ошибаюсь, потом уехал с матерью в Японию? — Да. Как только она решила вернуться на работу в министерство, когда мне исполнилось семь лет. Она ведь выросла в Японии, знает язык и культуру — как магловскую, так и магическую. — Ого! Япония? — удивился Драко. — Круто! — И как тебе Япония? — тем не менее продолжал Люциус. — Мы там были лишь один раз, не более месяца. Очень необычная страна. — Да. Мне там очень нравится. Я… — Кайнэ запнулся, вспомнив Японию. — Я бы хотел там остаться. Но отец настоял, чтобы я учился в Хогвартсе. Он говорит, что Хогвартс даёт более… как это… — Кайнэ снова запнулся, вспоминая мудрёное слово — универсальное магическое образование. Он говорит, что японская школа магии «Махотокоро» даёт слишком локальное, японское образование. Как сказать…. — Кайнэ снова сделал паузу, вспоминая слова отца. Отец часто выражался витиевато, и Кайнэ не всегда запоминал порой сложные речевые обороты: — Вот как он сказал… Ориентированное на местную культуру. Да и ещё… Обучение в «Махотокоро» с семи лет начинается. А я только в семь лет в Японию приехал и совсем языка не знал. Поэтому туда я не смог пойти. Конечно была возможность поступить на четвертый курс, пройдя более серьезное домашнее обучение. Но... все равно было бы тяжело. — Да, это беда с некоторыми школами, — задумчиво сказал Люциус. — Я вот тоже думал отправить Драко в Дурмстранг… Но всё же решил, что Хогвартс лучше. Я и сам там учился, и преподавание там действительно на высоком уровне. Как и условия проживания. Я не согласен с некоторыми методами Альбуса Дамблдора и, как глава Совета Попечителей, пытаюсь противостоять странным решениям, но… Мы пришли. За разговором Кайнэ и не заметил, как все они прошли к перрону между платформами 9 и 10 и остановились перед стеной разделительного барьера. — Здесь переход на 9 ¾? — Кайнэ смотрел на стену. — Да. Иди равномерно, не останавливаясь, и главное — не бойся, что врежешься в стену. Люциус, Нарцисса и Драко шагнули в стену и исчезли. Так же исчез и слуга, который всё это время шёл за ними, толкая тележку с багажом Драко. Кайнэ толкнул свою тележку и, легко пройдя через фальшивую стену, оказался на платформе 9 ¾. Он подошел к стоящему алому поезду «Хогвартс-экспресс», куда уже подошла чета Малфоев. — Ну что ж, мы пришли. Ты не думал ещё, на какой факультет пойдёшь? Распределяет, конечно, Шляпа, но она учитывает твои пожелания. — Слизерин! — тут же сказал Драко, не дожидаясь ответа Кайнэ. — Слизерин лучше всего! Все самые известные волшебники учились в Слизерине. И только туда берут самых достойных и чистокровных. А не всякое…. И тут на платформу даже не вошло, а именно что ввалилось довольно шумное рыжеволосое семейство — женщина и пятеро детей разных возрастов. Кайнэ их узнал и поспешно отвернулся. Уизли… Люциус и Нарцисса поморщились. — Даже хуже, чем грязнокровки, — Драко же, в отличие от родителей, не удержался от колкости. — Драко, не стоит тратить слова на людей вроде них, — Люциус был явно согласен с Драко, хотя у него и хватило такта не высказывать всё вслух. Нарцисса, которая не принимала участие в разговоре с момента встречи, тем не менее, с лицом не совладала и при взгляде на шумных Уизли не смогла сдержать брезгливого выражения. — Я не знаю… — Кайнэ попытался вернуться к теме факультетов, чтобы не поднимать скользкую тему, и тем более говорить про Уизли. — Думал насчёт Слизерина или Когтеврана. Мой отец учился в Слизерине, а мама — в Когтевране. Надеюсь куда-нибудь туда попасть. Главное — не в Пуффендуй. — Верно! — Внезапно с энтузиазмом поддержал Драко. — Пуффендуй для тупиц и грязнокровок! Давай к нам, на Слизерин! О, вот и Крэб с Гойлом! Эй, парни! — Драко куда-то отошёл, видимо, заметив знакомых. — Когтевран тоже достойный факультет, — кивнул Люциус, — насчёт Пуффендуя согласен. Там много детей не… очень хорошего происхождения. Поэтому позволю себе всё-таки порекомендовать Слизерин. Ты ведь из чистокровного семейства, Кайнэ! Ты должен соответствовать уровню. Но родители у тебя всё время за границей, а единственный представитель фамилии Арройо в Британии — твоя… довольно странная бабушка. Всё же в Британии должен быть более достойный представитель вашей фамилии. — Да не стесняйтесь, — вздохнул Кайнэ. — Она сумасшедшая. Отец говорит, надо называть вещи своими именами. Да и фамилия у нас далеко не знатная… Это действительно было так. Бабушка Кайнэ уже давно страдала душевной болезнью. Отец никогда не говорил, что стало причиной, и посещал её не более двух раз в год, в редкие периоды просветления. В остальном она жила в фамильном особняке Арройо, присматривали за ней три домовика и нанятые сиделки из больницы Святого Мунго. — Ну… не надо так, — Малфой неодобрительно посмотрел на Кайнэ. — Всё-таки родственник. И фамилию свою недооценивать не надо. Твоя мама принадлежит к семье Розье, а род Арройо хоть и не исконно британский, но тоже с историей. — Ну, может быть, я не знаю… — А нужно знать! — Люциус, похоже, завёл свою любимую тему. — Отец твой, к сожалению, практически не интересуется историей рода. А мать по… понятным причинам скрывает свою принадлежность к Розье. Я бы на твоём месте поинтересовался. Но в любом случае я надеюсь, что ты попадёшь на один факультет с Драко. Такие семьи, как наши, должны держаться вместе. Подальше от… подобного, — Люциус снова неодобрительно посмотрел на шумное семейство Уизли. Кайнэ тоже посмотрел на них. Не то чтобы Кайнэ поддерживал все эти идеи насчёт «чистокровности», но даже без этого Уизли производили неприятное впечатление. Их одежда, чемоданы — всё было каким-то старым, поношенным, а самая младшая вообще почему-то была одета в резиновые сапоги и дождевик, хотя дождя не обещали. Вкупе с суетой, громкими криками, размахиванием рук и общей суетой — они производили максимально неприятное впечатление. Только единственный из детей, видимо, самый старший, вёл себя наиболее сдержанно. — Да, Уизли… — вздохнул Кайнэ, посмотрев, куда смотрит Люциус. — Знаешь их? — поинтересовался Люциус. — К сожалению. У отца был неприятный опыт работы с Артуром Уизли. — Так что — удачи, Кайнэ, — Люциус по-взрослому пожал руку Кайнэ. — Я пошлю сову твоему отцу. — Не нужно, Мистер Малфой! Он, наверное, уже в Австрии… Сова будет долго лететь. Я посылаю письма через министерство, дипломатической почтой, — Кайнэ показал кольцо с печаткой. — С нашей личной печатью они быстрее доходят. Я сам сообщу по приезду. — О, как у вас устроено! — одобрительно сказал Люциус. Нарцисса, до этого не проявлявшая интереса к разговору, внезапно тоже посмотрела на кольцо и, наверное, впервые задала вопрос. — У тебя уже есть личная печать? — Да. Отец сделал. Раньше я использовал отцовский перстень, но в этом году отец заказал персональный. Это ради удобства — чтобы письма доходили быстрее. — Хм, я бы не сказала, — задумчиво проговорила она. — Фамильное кольцо в одиннадцать лет с персональной печатью… Можно поближе посмотреть? — Эм… ну если только на руке, и не прикасайтесь: оно заколдовано от воров, — Кайнэ не понимал, почему её так заинтересовал этот перстень. Обычный перстень с гербом, который дал отец. Письма, запечатанные этим гербом, отправлялись наравне с дипломатической межгосударственной корреспонденцией, и перемещалась она при помощи специальных порталов, похожих на каминную сеть. Эта сеть проходила исключительно между министерствами магии разных стран. Ну и чары от воров были на перстне небольшие, и еще пара защитных. Но что ещё интересного? — Просто протяни руку, — сказала Нарцисса. Я протянул ей руку, тыльной стороной ладони. Она внимательно посмотрела на кольцо, а потом зачем-то взяла меня за руку — точнее, почти за кончики пальцев. Наконец, отпустила. — А второе? — она перевела взгляд на второе кольцо, на указательном пальце. — Редко вижу, чтобы мальчики столько колец носили. — Это защита от ядов и добавок в еду. Это же школа! Обязательно найдётся шутник, который подмешает в еду какую-нибудь гадость. — Это верно, — с лёгкой улыбкой согласился Люциус. Тут медальон, который реагирует на сканирование и слежку, внезапно стал покалывать. Меня кто-то сканирует? Нарцисса? Или Люциус? Кто-то другой? Однако тут же прекратилось. — Хорошая работа. Делали в Британии? — спросила Нарцисса. — Нет, мадам, в Швейцарии заказывали, — Кайнэ по-прежнему не понимал интерес Нарциссы к его кольцам. — Красивый перстень. Береги его. Удачного обучения! — Да. И до встречи! — кивнул Люциус. Тут вернулся Драко, и пока Малфои прощались с ним, Кайнэ снова посмотрел на шумных Уизли, вспоминая ту поездку к ним на Рождество, которая превратилась в кошмар. «Так, от них держусь подальше», — решил Кайнэ. «Надеюсь, никто из них не учится в Когтевране или Слизерине». Потом, ещё раз посмотрев на Нарциссу, вспомнил её странный интерес к перстню. Что это было? Что необычного она увидела в этом кольце? — Пойдём! — Драко хлопнул по плечу Кайнэ. — Займём купе, пока всякие грязнокровки и Предатели не изгадили всё своей вонью. О, вот и парни! — К нам подошли два мальчика, довольно крепкого телосложения. — Знакомьтесь, это Кайнэ Арройо. А это Винс Крэб и Грег Гойл. Мои друзья. Кайнэ пожал им руки. Мда… Как бы сказал отец — лица не обезображенные интеллектом. Видимо, для Драко это были не столько друзья, сколько подручные и телохранители. Впрочем — его дело. — Да. Пошли, — сказал Кайнэ, и мальчики, толкая каждый свою тележку с чемоданом, пошли ко входу в вагон.

***

Люциус и Нарцисса смотрели вслед детям. — Заметил? — Нарцисса смотрела вслед Кайнэ и Драко, которые шли немного впереди Крэба и Гойла. — Арройо обвешан артефактами, как рождественская ель. Кольцо с печатью говорит… Там четыре разных зачарования увидела, только на этом одном кольце. А ещё отдельно защита от ядов, три каких-то других артефакта от Легилименции, сигнальный артефакт даже от сканирования… Боюсь, он заметил, что его просматривали. — А что удивительного? Родители-дипломаты беспокоятся. Ты тоже слишком подозрительна. Будешь так каждого нового знакомого Драко просматривать? — Только тех, про кого мало знаю. А эти Арройо… — Нарцисса задумалась. — Хотелось бы, чтобы это была просто сильная опека. Но если они защищают сына от чего-то конкретного… Тут уже и Люциус задумался. Арройо что-то знают? Или предполагают и лишний раз перестраховываются? — Думаешь, Драко тоже нужно снабдить кое-чем из хранилища? — Лишним не будет. Пусть приучается носить артефакты. Сейчас времена другие, и одна наша фамилия не даст полной защиты.