Часть 10. Переезд

Целую неделю, включая выходные, Софи провела в компании Карла и Ады. Последней дали отпуск на следующей неделе, который она планировала провести в Магрейте, но внезапный приезд семейки сорвал все планы. Томас, Артур и Джон решили немного развлечься на территории Сабини и заявить свои права на клуб «Иден». Софи, как одна из самых разумных Шелби понимала, что это не самая разумная идея, но Артур, подсевший на кокаин, думал иначе. Он хотел свой клуб в Лондоне, а помещение Сабини идеально подходит и Артуру, и всей банде козырьков. Как только братья покинули дом Ады, Софи позвонила Альфи и сообщила, что увидится с ним теперь только если братья позволят ей прийти с ними. Соломонс выругался. Только он решил перевезти Софи поближе к себе, как вернулись эти цыгане. Они порядком ему надоели, но придется терпеть до конца сраной жизни. — Софи, я хочу, чтобы ты переехала на мою территорию, — девушка глубоко вдохнула и посмотрела на кухню, где сидела Ада, — подумай об этом. Если согласишься и придумаешь, что сказать братьям, просто передай моим людям. Они продолжают следить за тобой. — Чтобы просто быть рядом или жить под одной крышей? — Она готова уехать за ним, но точно не жить в одном доме. Это слишком рано. — Как тебе будет угодно, мой ангел, — голос Альфи слегка изменился. Софи уловила каплю грусти. — Я согласна, Альфи, — девушка услышала расслабленный длинный выдох и тихо рассмеялась, — Аде я уже изрядно надоела. Поговорим позже. Софи положила трубку и упала на диван. Она молча смотрела в потолок, пытаясь придумать причину переезда в этот район. И она понимала, что вместе с ней переедут и несколько ребят из банды Козырьков. Софи никто не отпустит на территорию еврея без хорошей охраны и тогда она не сможет встречаться с Альфи. Только если украдкой сбегать из окна, как последняя идиотка. Ну или же Соломонс просто уберет со своего пути ненужных людей. Софи посмотрела на сестру, которая кормила Карла. Он улыбался матери и капризничал, откидывая каждую ложку возле его рта. Софи тепло улыбнулась и на несколько минут углубилась в свои мечты о будущем. Она представляла, как выходит замуж за Альфи, как растит его ребенка и радуется каждой минуте, проведенной рядом с евреем. Представила, как он будет боготворить её и делать всё, чтобы никто и никогда не тронул Софи. Эти мечты омрачило несколько слезинок, скатившихся по щеке. Она быстро стерла их и пошла на кухню, чтобы обсудить, что ей сказать братьям и остаться живой. Желательно еще уговорить отпустить её без охраны. — Не думаешь, что самое время им всё рассказать? — Девушка испуганно качнула головой. Сказать братьям, что она переезжает ради Альфи? Никогда. — Тогда убей охрану. Без неё тебя никуда не отпустят. — Они пришлют новых людей, — Софи закрыла глаза и закурила, — сказать, что на территории Соломонса меня точно никто не тронет? — Можно, а если они в будущем разорвут соглашение и начнется война Шелби против Соломонса? — Ада села рядом с сестрой и взяла её за руку. Она переживала за Софи. За время, проведенное вместе, она поняла, как была не права всё детство, когда делала вид, что намного лучше неё. Не права, что любила так мало, как любит сейчас. — Тебя сразу перевезут домой или подошлют ещё больше людей. — Буду решать проблемы по мере их поступлений. Поставлю их перед фактом, скажу, что их гребаная охрана мне не нужна и если они пошлют хоть одного из Козырьков, то я всех перебью к чертям собачьим, — Софи усмехнулась и сжала ладонь сестры, — скучать будешь? — Никогда. Девушки тихо рассмеялись, а затем крепко друг друга обняли. Обе слишком сильно привыкли к такой приятной компании. Ада боялась отпускать сестру так далеко от влияния Шелби, но придется. Софи слишком взрослая и должна уже найти своё счастье, а если она нашла его в лице Альфи Соломонса, то Ада не скажет ни одного плохого слова против. Только немного поругается для профилактики и всё. Если Софи была на её месте, то она бы обязательно одобрила Фредди из-за чувств Ады к нему. Никак иначе быть не может. В этом страшном мире они могут положиться лишь на семью. Ада обняла сестру за щеки и оставила долгий теплый поцелуй на её лбу. Улыбка старшей согревала душу и сеяла надежду, что Софи делает всё правильно. Братья вернулись к своим сестрам только утром. Помятые, после долгой ночи, полной алкоголя и девушек. Софи смотрела на них, чтобы понять настроение и стоит ли сейчас заговаривать с ними или оставить разговор на вечер. Но увидев довольную и такую редкую улыбку Томми, она всё же решилась сделать это прямо сейчас. — Я переезжаю в Камден-Таун, — братья сразу напряглись и посмотрели на сестру, — не спрашиваю, утверждаю. Хочу жить именно там. — На территории Соломонса? — Спросил Джон и заметно напрягся. — Он ваш партнёр и там меня точно не тронут. А если вы пошлете хоть одного Козырька по мою душу, то клянусь всеми богами, Томми, я прирежу каждого своими руками! — Софи начинала закипать, но даже не понимала почему. Цыганская кровь не давала ей покоя. Кровь Шелби не давала ей покоя. — Софи, — начал Томми, смотря в глаза сестры. — Я всё сказала, Томми. Эту неделю проведу здесь, а потом уеду. Сообщите Соломонсу, что я буду жить на его территории и если там меня кто-нибудь тронет, то будет плохо. — Там тебя тронет только Соломонс, который с первой встречи хочет затащить тебя в постель, Софи! — Джон поднялся с дивана и поравнялся с сестрой. А вот Томми внимательно наблюдал за реакцией Софи, которая в последнее время ведет себя слишком странно. Где-то на подкорке появилась мысль. Самая неприятная мысль в его жизни. Что если Софи Шелби не просто так едет в Камден-Таун, а для того, чтобы быть как можно ближе к Соломонсу? Томми достал сигарету и посмотрел на Аду, которая старательно отводила взгляд от всех присутствующих в комнате. Она часто так делала, когда пыталась что-то скрыть. Видимо и сейчас и Ада, и Софи что-то скрывают от них. Томас боялся, что этот секрет связан именно с Альфи. — Хорошо, Софи. Мы поговорим с Соломонсом о том, что если он хоть пальцем тебя тронет, — Томми многозначительно посмотрел на сестру, давая понять, что он догадывается. Софи скрыла испуг, который почувствовала в этот момент, — то я лично убью его. Ты меня поняла? — Ты хочешь еще что-то спросить, Томми? — Софи смотрела с вызовом. Она готова была соврать брату и сделает так, что он точно поверит в её ложь. — Пока что нет, Софи. В следующую нашу встречу спрошу, — девушка кивнула и покинула дом. Не хотелось ей находится в напряжении среди братьев. Она отошла от дома на несколько кварталов, прежде чем подозвала к себе людей Альфи. Софи просила их передать, что Томми догадывается и скоро придет к нему, чтобы поговорить. Она не дождалась ни ответа от евреев, ни каких-либо ещё вопросов. Быстро отошла от них в надежде, что никто не заметил их разговора. Софи отключила свою интуицию и не поняла, что за ней велась слежка и не просто людьми из банды, а лично Томасом Шелби. Он был прав и это вызывало ярость. Сестра осталась в Лондоне ради еврея, переезжает в этот район только ради еврея. Он совершил ошибку, приведя сестру на ту встречу с чертовым Соломонсом. Совершил ошибку, когда принял решение отправить Софи в гребаный Лондон, где чертов еврей отобрал Софи у них. Томас подозревал, что сестра найдет себе кого-нибудь здесь, но не думал, что этим кем-то станет Альфи Соломонс. Томас откинул окурок и сразу направился в винокурню Соломонса, пытаясь опередить его людей. Он должен прийти намного раньше, чтобы выбить весь дух из грязного еврея. — Томми, не ждал тебя сегодня. Приходи завтра, сейчас я занят, — Альфи не отрывался от документов на поставку алкоголя, даже не поднял взгляда. — Софи переезжает в район Камден-Таун, — Соломонс подавил счастливую улыбку и посмотрел на Томаса, — и я знаю почему. — И почему же? — Альфи снял очки, сложил руки на груди и откинулся назад, самодовольно смотря на Шелби. Всё-таки он был умным парнем и сам догадался. — Ты заставил её? — Томас сел напротив и сразу закурил. — Как-то я сказал ей, что если она останется, то я её больше не отпущу, а если нет, то заставлять не буду, — Соломонс был яро доволен собой. Вся правда раскрыта и теперь ему не нужно скрывать свои чувства к девушке. Не нужно прятаться по углам, в надежде урвать поцелуй, который никто не увидит. — Она осталась по своему желанию. Она едет со мной по своему желанию. Она идет против семьи по своему желанию. Понимаешь? — Знаешь, Альфи, — начал Томми, смотря в глаза нового врага, — младшая сестра для нашей семьи много значит. Мы не уследили за Адой, усилили надзор за Софи, но тут решили спустить поводок и отправить её развлечься. И тут же она повстречала тебя, — он без спроса взял бутылку с виски и налил себе немного, — и ты думаешь, что мы отдадим сестру гребаному еврею? — Усилили надзор, спустили поводок, не отдадим сестру гребаному еврею, — Альфи громко рассмеялся и приблизился к Томасу, — как ты смеешь говорить о Софи в таком тоне? Она лучше всей вашей шайки. Ты не уважаешь её, нет, — протянул Соломонс и встал со стула, — ты держишь Софи рядом, чтобы потом воспользоваться её положением. Она же королевских кровей, самая красивая из Шелби. Под кого ты планируешь её подложить, когда запахнет жареным? — Яростно спрашивал он, всё ближе подходя к Шелби и выводя его из себя. Томас бы никогда так не поступил с сестрой. — Софи понимает, что если не сбежит сейчас, то потом будет только хуже. И уж поверь, цыган, я смогу защитить её. Ты вообще спросил её мнение, прежде чем ехать сюда и предъявлять что-то? — Он схватил Томаса за плечо и слегка встряхнул. — Спросил? Или снова решил всё за неё? — Я старший брат Софи, поэтому я принимаю решение. И она уедет из Лондона на первом же поезде, Соломонс, — Томми поднялся со стула, смотря на чертового еврея, — ты её больше не увидишь. — Пошел к черту, Томас. Я не трону тебя только потому, что ты её брат. И она не покинет Лондон, пока сама не примет решение. Вот в чем разница и вот почему она выберет меня, а не семью, — Альфи оттолкнул Шелби и разбил стакан, из которого тот пил виски. Томас хотел замахнуться. Хотел схватить козырёк и рассечь сначала рот еврея, чтобы тот не смел заговаривать с Софи, затем рассечь глаза, чтобы он не мог смотреть на неё, но быстро понял, что сделает только хуже. Если сейчас он навредит еврею, то ему придется в одиночку биться с Сабини и сестрой. Софи не простит его никогда.