Часть 9. Происшествие на скачках

Половину утра Софи приводила себя в порядок, совсем не обращая внимания на Альфи. А он всё время суетился вокруг неё, в надежде урвать несколько поцелуев. Когда до Альфи дошло, что девушка не отвлечется, он грустно покинул спальню и решил немного поработать. Он совсем позабыл о том, что является бизнесменом, а не обычным влюбленным идиотом. Именно таким он себя и считал. Софи закончила как раз ко времени отъезда. Она спустилась к Альфи, который уже чуть ли не в ярости кричал, чтобы та спускалась как можно быстрее или они опоздают на гребаные скачки. Вот только вся ярость утихла, как только Альфи увидел прекрасный цветок лилии. Софи выглядела как дама из высших кругов, только наличие цыганских украшений выдавали её истинную сущность. Она надела белое шёлковое платье, которое обволакивало каждый изгиб. Волосы лёгкими локонами закрывали спину, открывая вид на длинную белую шею, на которой висела подвеска, когда-то давно подаренная Артуром. На голове красовалась шляпка в цвет платья. На лице минимум макияжа, чтобы не скрывать всю красоту, а лишь слегка подчеркнуть её. Альфи смотрел на прекрасный цветок только что распустившейся лилии и не мог поверить в своё везение. Он пытался вспомнить, что он такого сделал, что Бог послал ему девушку, краше богинь из римского пантеона. Краше Венеры и Афродиты. Краше Клиодны, которую так любят вспоминать ирландцы, когда напьются и начнут травить свои мифы. Казалось, он ничего такого и не сделал, чтобы получить девушку, чью красоту должны описывать поэты. Её портреты должны быть в каждом доме, как напоминание о том, кто на самом деле является богиней. Музыканты должны посвящать все песни только ей одной — только Софи Шелби. Соломонс не верил, что она реальна. Не верил, что среди всех мужчин Софи выбрала его — грешного еврея. Он готов был поклясться на коленях перед Богом, что замолит все грехи, лишь бы Софи Шелби оставалась рядом с ним до скончания веков. — Я не переборщила? Ты слишком долго молчишь, — Софи обхватила ладонь Альфи своими руками, чем наконец пробудила Соломонса от своих мыслей. — Я понимаю почему братья так долго прятали тебя, — девушка подняла одну бровь, — ты слишком красива для тех пьяниц, которые бы смотрели на тебя. Ты словно сошла с небес, Софи, — прошептал Альфи и притянул девушку, втягивая в глубокий поцелуй. Казалось, если он этого не сделает, то она просто испарится. — Соломонс, если на скачках ты будешь меня смущать, то я тебе прилюдно врежу! — Софи ударила Альфи в живот, и они рассмеялись. До скачек они добрались на поезде, а оттуда уже на машине до места проведения. Их без лишних вопросов провели на самые лучшие трибуны и принесли лучшие закуски и алкоголь. Софи нервно выдохнула, когда поняла, что является главным предметом обсуждения всех женщин и мужчин. От этого из глубин поднимался огонь ярости и недовольства, который она не могла потушить. Каждую секунду что-то ещё больше раздражало Софи и просто присутствие Альфи не помогало. — Софи, если ты начнешь убивать, то мы с тобой ещё две недели не увидимся, потому что я буду разгребать эту проблему, — Софи кинула нервный взгляд на Соломонса и тяжело выдохнула, — лучше посмотри на лошадей и выбери какого-нибудь жеребца. Придется купить одного для отвода глаз. — Все смотрят, а их взгляды мне не нравятся. Не привычно, — девушка поправила платье и сжала пальцы. Альфи прикоснулся к ним, пытаясь успокоить, — лучше держать дистанцию, дорогой мой. Альфи довольно кивнул и убрал руку. Впервые за всё это время Софи обратилась к нему не по имени или фамилии, а «дорогой мой». Если бы не пришлось держать лицо, то он бы радовался как бедный ребенок, которому позволили съесть плитку шоколада в одиночку, ни с кем не делясь. В эту секунду он готов был выколоть глаза всем тем, кто может доложить Шелби об их связи, но в то же время понимал, что потом придется долго разбираться с последствиями, к сожалению. Софи не отрывала взгляда от жеребцов, прикидывая, какой именно понравится Томми и дяде Чарли. Все были хороши и быстры, но только первый номер был настоящим идеалом. Она словно смотрела в будущее этого коня, где он выиграет все титулы, все скачки и всё это под именем Шелби. С нынешним хозяином жеребец быстро потеряет и свою красоту, и свою скорость. Сообщив Альфи о своём решении, Софи ненадолго его покинула. Она шла по длинному коридору какого-то старого поместья, в котором не было ни души. Все сидели на трибунах, в ожидании победы выбранного скакуна. Лишь несколько мужчин стояли возле бара, обсуждая какие-то дела. Один из тех, кто стоял там, обратил своё внимание на одинокую девушку, идущую в сторону туалета. Он молча направился за Софи, стараясь соблюдать безопасную дистанцию и не спугнуть раньше времени. Софи зашла в туалет и достала из сумочки помаду, которая стерлась от нервного покусывания губ. Только начала поправлять, как услышала звук хлопающей двери и закрытие замка. Она посмотрела на незваного гостя и прогнала в мыслях то, чем это всё закончится. Мужчина был одет как американец. Таких она однажды видела, когда ужинала с Альфи в их любимом ресторане. Даже их лица отличались от англичан. Софи не могла объяснить, чем именно, но с первого взгляда отделяла одного от других. Мужчина смотрел на неё голодным взглядом, потирая ладонь о ладонь. Он оценивал Софи, что снова вызывало дикую ярость. — Откройте дверь и не глупите, — прошептала Софи, смотря на мужчину. — Что же сделает такая милая и маленькая девчушка? — Мужчина усмехнулся и подошел ближе, перекрывая для Софи проход к двери. В этот момент Шелби пожалела, что не взяла пистолет. — Я может и ничего, но тот, с кем я пришла сюда, не позволит меня тронуть. Если у вас получится, то к этому вечеру вашей семье придет извещение о смерти, — серьёзно говорила Софи. Она услышала тихий стук и голос с еврейским акцентом, от чего стало намного легче. Мужчина же подумал, что это обычный посетитель скачек и не придал особого значения. Просто крикнул, что занято и в мгновенье ока подлетел к Софи, обнимая её за талию. Она ударила его коленом в пах и попыталась убежать к двери, но этот чёрт явно привык к таким ударам. Он прижал Софи к стене, попытался поцеловать, но её кулак удачно приземлился в его нос. Следом дверь была выбита, и девушка увидела одного из охранников Соломонса. Не зря он взял с собой парочку людей. — Мисс Шелби, возвращайтесь к мистеру Соломонсу. Я разберусь, — Софи молча кивнула и выбежала из туалета, чувствуя, как паника накатывает на неё. Дышать становилось трудно. Из-за своей неопытности она не знала, как поступать в таких ситуациях и как вести себя. Зря братья её запирали. И за это она точно убьёт их. Альфи словил девушку на входе в трибуны. Он смотрел на трясущиеся руки девушки и капельки пота, стекавшие со лба. Глаза выражали только страх и ничего больше, а на костяшках правой руки выступило покраснение. Соломонс готов сорваться словно голодный пёс и растерзать того, кто посмел причинить вред его сокровищу, но Давид уже явно решил проблему. Сейчас ему предстояло выяснить что произошло. — Всё хорошо, Альфи. Я смогла дать отпор, а твой человек закончил за меня, — Софи кратко улыбнулась и сжала пальцы Альфи, — он не успел ничего сделать. — Твоя рука, Софи, — девушка кивнула и тепло улыбнулась Соломонсу. Она осмотрелась по сторонам, убедилась в том, что никого рядом нет и поцеловала Альфи. — Я часто дралась с Джоном, поэтому смогла дать отпор. Вернемся? — Соломонс заторможено кивнул, но с места не сдвинулся. Он смотрел куда-то вдаль коридора и, увидев Давида, оставил Софи стоять одну. — Где он? — В ярости шептал Альфи, смотря в сторону туалета. — Ты убил его? — Решил, что вы будете рады своими руками разобраться с человеком, который навредил мисс Шелби, — Альфи активно закивал, чувствуя, как кровь в жилах закипает от ярости, — я перенесу его тело во вторую машину. К вечеру он будет в подвале в винокурне. — Отлично, Давид, отлично. Заодно узнай кто он такой, откуда и есть ли у него семья. Пришлем им извинения. Соломонс похлопал Давида по плечу и вернулся к Софи, которая напрягла весь свой слух, чтобы узнать, что будет с этим человеком. Её не радовала мысль, что Альфи сам с ним будет разбираться, но спорить не было смысла, поэтому она молча улыбнулась ему и они вернулись на свои места. В десять часов вечера она уже была у Ады дома, разговаривала с Томми о скачках и жеребце, которого Альфи выбрал для него. После этого Томас начал расспрашивать как себя вёл еврей и успокоился, когда услышал, что всё прошло хорошо и Соломонс не приставал к Софи. Она умолчала, что сама пыталась его совратить после того, как чуть не пострадала от рук неизвестного.