Глава 8: «Алые погонщики».

      Осознав своё положение, эльф открыл глаза и выпрямился, когда девушка разжала руки и хвост. Посмотрев на звёздное небо, что было видно с поляны, он обернулся на девушку, что слегка смущённо отсела в сторонку. Эльф явно чувствовал тепло, которым она с ним делилась, он приложил к её лбу ладонь.       -Ты словно горишь изнутри. - сказал он с толикой беспокойства в голосе. -Всё хорошо?       -Вполне. - ответила Лим. -Просто мне показалось, что Вы мёрзните, потому и подсела поближе… - она опустила глаза, чувствуя странное тепло в груди. -Простите, если сделала что-то не так… - она подняла на него робкий взгляд и спросила: -Как Ваше плечо, господин?       -Да нет же, всё… - начал было говорить Крам, но тут же с силой оттолкнул девушку в сторону.       Прежде чем упасть на спину, Лим заметила как что-то пронеслось мимо того места, где только что было её тело. А Крам, схватив лежащий на земле меч, обнажил его и уставился в темноту. Лес был спокоен, лишь ветер разгонял листву по кронам деревьев, нагнетая тишину всё больше. В конце концов над поляной раздался женский смех и из темноты вышла высокая женщина в сером плаще, на плече которого была алая вышивка в виде скрученной цепи. Она держала правую руку горизонтально земле, а на её нарукавнике красовался маленький арбалет.       -Надо же, какая реакция, Крам Белл, слухи о тебе были правдивы. - сказала она, ухмыляясь и скинула капюшон с головы. Её русые волосы были завязаны в тугой короткий хвост, а на лице был довольно мрачная боевая раскраска, в виде толстой чёрной полосы, что перекрывала её глаза.       -Какого чёрта? Кто вы? - огрызнулся Крам, прекрасно зная ответ на свой вопрос, боковым зрением приметив ещё пятерых, что выходили в свет костра.       -И так то ты приветствуешь тех, благодаря кому ты приобрёл свою милую зверушку? - надменно спросила женщина, вскинув нос. -Но сдаётся мне, что твоя семья такого поворота не особо пожалует. - она подняла левую руку из-под плаща и на её запястье болтался какой-то кулон, от вида которого по лицу Крама расползлась такая ярость, что изменила его вид за мгновенье.       Лимея, осматривая людей, что окружили поляну, вдруг почувствовала странный запах, что напомнил ей о тех мгновеньях, что она провела в клетке. Она медленно встала на ноги и, прижав руки к груди, боялась пошевелиться, оцепенев. Кончик её хвоста дрожал, и Крам заметил это, лишь бросив на неё беглый взгляд.       -Представь себе моё удивление, когда я приехала на встречу с моими самыми доверенными Ловчими, а нашла только пустые клетки и свежую братскую могилу. - продолжала женщина, спрятав обе руки за плащ. -Вот только не ожидала я, что следы приведут меня прямиком к тебе… Вот уж действительно шутка Судьбы! - она рассмеялась, и от её смеха по спине драконида пошли волны мурашек. -Ты! Подумать только именно ты прибрал к рукам девку дракона! Ты, который всегда презирал рабов и их жизнь! Ты, что носит имя семьи, что владеет самым большим количеством химер в Империи!       -Закрой свой паршивый рот. - тихо прорычал Крам, смотря на говорливую работорговку с яростью. -Если тебя послал мой отец, или ещё чего хуже, один из братьев, то давай сразу расставим все точки. Только между нами двумя.       -Нет, нет, нет. - сказала женщина и помотала головой. -Отпустить тебя просто так я не могу. - она расставила руки в стороны, и на её руке уже не было арбалета, зато был довольно короткий, но изогнутый кинжал. -Видишь ли, мне не позволит сделать это честь, и, разумеется, если я не приведу тебя живым, то мне попросту запретят торговать этим блохастым отребьем. - она указала в сторону Лимеи клинком. -Но ты не беспокойся. Её никто не тронет… - она широко улыбнулась. -По крайней мере, так будет казаться, когда её всё же приведут в Дом Утех мадам Игнессии. - она вновь залилась смехом.       -Значит, ты работаешь на мою семью, но при этом взяла контракт и этот старой шлюхи? - усмехнулся Крам. -Лим. - он смотрел только на женщину в плаще перед ним, но девушка медленно подняла на него глаза. -Беги.       С этим словом он бросился вперёд с такой скоростью, что драконид услышала хлопок воздуха. Эльф начал атаковать соперницу с такой силой и яростью, что взгляд не успевал смотреть за его клинком. Однако женщина не уступала ему в ловкости и парировала его атаки, от чего на поляне навис звук стали о сталь и шорох их сапог.       Лимея, обернувшись, едва увернулась от цепи, что хотел набросить на неё один из работорговцев в такой же серой робе с алой вышивкой. Она отошла в сторону, но её медленно окружало трое крепких мужчин, с цепями в руках. Девушка начала вспоминать их лица, вспоминать всё то, что они говорили о сбежавших рабах, и о том, что они с ними делают прежде, чем сдать хозяину обратно. Её сердце начало колотиться всё сильнее, но она, взяв себя в руки, смогла увернуться от выпада работорговца и нырнуть между ними в темноту леса. Лимея не понимала, что происходит, и куда она бежит, она слышала только шаги, что нагоняли её, и звон цепей, что вселял в её душу страх.       -Справа её обходи! - послышалось позади и девушка машинально вильнула налево.       Кроны деревьев в этой части леса полностью закрывали небо, и здесь стояла такая темень, что даже она, со своим звериным зрением, едва могла разглядеть что-либо под ногами. Споткнувшись о заросли лоз, что опутали ей ноги, девушка неловко плюхнулась на землю и мгновенье спустя её спину сдавил сапог с шипастой подошвой, разрывая её кожу.       -Ха-ха, добегалась, зверушка! - просмеялся сквозь зубы мужчина и, скрутив руки девушки цепями, развернул её к себе лицом. -Сейчас посмотрим, какие дракониды на вкус! - он прижал её к земле своим телом и, схватив за ноги, пытался содрать её брюки, пока его лицо, всё в грязи и щетине, приближалось к её губам.       -Нет, нет! - крикнула девушка, пока в её сознании мелькали яркие вспышки. -Не трогай!       Получив сильную пощёчину, она в шоке замерла, а работорговец, рыкнул: -Не смей повышать голос на меня, маленькая дрянь! Скажи спасибо за то, что я сделаю тебя женщиной, вряд ли тот эльф смог бы осчастливить тебя так же! - он рывком положил её более ровно, ударив затылком о землю.       Вот только глаза девушки медленно заволокло яростью. Выгнув спину, она издала такой рык, что всё, что находилось рядом с ней, включая мужчину, откинуло на добрую пару метров. Этот «Драконий рёв» сотряс деревья и воздух, заставляя птиц и животных бросаться прочь. Её руки и ноги, где были покрыты чешуёй начали светиться, и вскоре цепи, что сковывали её руки, просто расплавились. Её одежда начала тлеть, а Лимея, объятая пламенем, обратилась драконом. Она обнажила клыки, и рычала с каждым вздохом, словно обезумевший дикий зверь. Работорговец, едва оправившись от удара, успел только заметить яркую вспышку перед глазами, когда Лим быстро приблизилась к нему и схватила лапой за лицо. Его крик, когда его собственное лицо стало плавиться, был коротким, ведь Лимея попросту вонзила когти в его мозг.       Когда к месту прибыли двое его товарищей, они увидели чудовище, что пылало во тьме леса. Дракон, что пригибался к земле, раскинув широкие крылья, полностью пылал пламенем, что освещал стволы деревьев и труп под её лапами. Один из них тут же бросился обратно к поляне, а второй, выхватив меч из-за пояса, покрыл его лезвие ледяной кромкой заклинания. Вновь взревев, Лимея бросилась на него, погасив пламя на теле, и оставив его только на хвосте и лапах. Она была не опытна в боях в этом облике, однако её ярость распалялась всё больше, и огонь, разгораясь всё жарче, заставлял работорговца отступать. В какой-то момент Лимея остановилась, но мужчина сделал ещё пару шагов назад. Припав к земле, дракон вдруг замерла, а затем, вскинув голову, вновь применила «Драконий рёв». Вот только на этот раз из её горла выходила не только звуковая волна, но и яркое пламя, что столпом направилось прямиком на работорговца. Лес охватила яркая вспышка и пламя поглотило всё, что было в конусе от Лим в пределах десяти метров. В этом огне тело работорговца, деревья, даже камни, всё обращалось в прах и пепел.       Когда она, наконец, прервала своё дыхание, весь её огонь потух, а перед ней была выжженная земля, на которой края ближайших деревьев едва тлели. Дракон, поглощённая яростью, тяжело дышала, широко обнажив громоздкие клыки. Услышав звук стали о сталь, что доходил со стороны лагеря, она бросилась назад, взрывая землю когтями на лапах, пригнувшись пониже и отведя крылья назад. Вот только стоило ей завидеть свет костра, что был на поляне, как её спину вновь нечто пригвоздило к земле. Хруст костей заполнил её сознание, а изо пасти Лимеи вырвался болезненный стон.       На её лапу, что лежала возле головы, опустилась секира, пригвоздив её к земле, зажав между длинными остриями боевого топора. Ярость едва сошла с глаз Лимеи, когда с её спины сошёл громоздкий груз и она увидела высокого мускулистого мужчину, в одной лишь портупее и поножах, с золотыми бронированными вставками. Она вспомнила этого человека, он практически не выделялся, но тоже был среди отряда того Паладина. В его глазах была злость, и он, вырвав секиру из земли, поднял её над головой одной рукой, намереваясь опустить прямо на шею дракона перед ним.       -Надо было убить тебя так же, как и твоего папашу! - сказал он. -И разделать тебя, как дикого зверя, так же, как и твоего папашу! - он слегка приподнял секиру и тут же начал опускать её.       Лим закрыла глаза на мгновение, и позволила той ярости вновь завладеть её телом. Превозмогая боль, она подпрыгнула всеми четырьмя конечностями, уворачиваясь от огромного топора варвара, и машинально взмахнула крыльями. Приземлившись чуть позади, она вновь заставила пламя объять её лапы и рванула на противника до того, как он успел поднять свой топор вновь. Поставив лапы на острие, дракон извернулась и ударила варвара охваченным пламенем хвостом, от чего он завопил и отошёл на пару шагов, прижимая ладони к опалённой коже. Сталь под передними лапами Лим начала краснеть и плавиться, и она медленно повернулась, рыча на Первосвета, что стоял перед ней. Оправившись от боли, мужчина сплюнул и, сжав кулаки, ударил их друг о друга.       По его венам начала расползаться алая магия, объятая тьмой, и он постепенно покрылся красной аурой. Он, подобно дикому зверю, взревел и кинулся на драконида, бездумно размахивая кулаками. Его возросшая сила, благодаря заклинанию «Берсерк», мощь которого, сильно урезала его рассудок и ловкость, так что юркому дракончику не составило труда уворачиваться от его ударов. Она медленно отходила назад, задерживаясь только для того, чтобы перевести дыхание. Напоровшись хвостом на дерево, Лимея в последний момент успела присесть, прежде чем кулак варвара ударил по стволу. Находясь под его рукой, Лимея встала на задние лапы, встав между им и деревом. Смотря алыми глазами на воина сверху вниз, она поставила лапы на его грудь и, сделав усилие лапами и вонзив когти в его плоть, оттолкнула его назад.       Дерево, по которому пришёлся его удар, медленно рухнуло, а вот варвар, пошатнулся. Из-за его губ потекла тонкая струйка крови, но алые глаза, застеленные заклинанием, всё равно опустились на дракона, что опустилась к земле и медленно шипела на него. Она отпрыгнула в сторону, когда он выпрямился, и припала к земле, поняв его слабую сторону. Сложив руки в замок, он поднял их высоко над головой, и, резко опустив их, промахнулся по дракону, которая скользнула в сторону, оттолкнувшись хвостом от его ноги. Быстро перегруппировавшись, Лимея подпрыгнула и, взмахнув крыльями, к своему удивлению, заставила его пошатнуться, потоком воздуха. Встав на лапы, дракон вновь пригнулась для прыжка, ведь воин был открыт для удара, а после рывка вцепилась клыками в его широкую шею. Она повалила его за землю и тут же почувствовала, как по её языку стекает его горячая кровь. Передними лапами она схватила его за руки, и вонзила когти в его плечи, пока её клыки медленно сдавливали его шею, ломая позвонки. Чувствуя, как его жизнь уходит из тела, дракон постепенно гасила своё пламя и вскоре, разжав клыки, она отпрыгнула в сторону.       Медленно перевоплотившись, девушка встала на ноги, и тут же почувствовала боль в груди, а её ярость вновь померкла. Тяжело дыша, девушка посмотрела на свои ладони, по которым тускло продолжало струиться пламя. Она вспомнила, как отец показывал ей похожий фокус с воспламенением тела, но не думала Лимея о том, что это можно использовать в бою. От мыслей её отвлёк очередной звонкий треск стали, и она, погасив пламя на руках и ногах, побрела обратно, держась рукой о рёбра, и отталкиваясь от деревьев, что встречались ей на пути.       За то время, пока драконид сражалась в тёмном лесу, Крам успел несколько раз ранить женщину, когда мимо него пробежал один из её подручных. «Драконий рёв», что он слышал, заставил его биться более отчаянно. Ухмылка всё не сходила с лица женщины, но когда она споткнулась о ветку и пошатнулась, Крам быстро сблизился с ней и они оба замерли.       -Кто тебя нанял? - тихо спросил он, слыша, как легкие его противницы наполняются кровью.       -Как же ты наивен… - прохрипела она, не сдерживая струйку крови, что текла из её губ. -Лорд Шордер... всё равно… - она не успела договорить, как сознание покинуло её, и её уже мёртвое тело рухнуло в сторону, медленно сползая с клинка Крама.       Смахнув её кровь в сторону, эльф поднял глаза, и заметил, как горящие яростью глаза Лимеи несутся прямо на него. Отведя клинок в сторону он поднял левую руку и сказал: -Лим, ты опять?.. Остановись!       Вот только девушка мелькнула мимо него и, резко выставив руку вперёд, пронзила грудь последнего работорговца насквозь, замерев с ним на несколько мгновений. Обернувшись на неё, Крам вдруг понял, что её одежда изрядно опалена, открывая некоторые части её тела, и тут же сорвал свой плащ с креплений. Вот только подойти к девушке близко он не смог, её тело раскалилось настолько, что даже на расстоянии было невыносимо. Опустив руку и отбросив тело, девушка сделала пару шагов назад и упала на колени.       Когда ярость полностью отпустила Лим, её тело начало невыносимо болеть, и она даже дышать стала с трудом. Температура её тела постепенно остывала, а пламя потухло окончательно, от чего голова драконида сильно кружилась. Она слышала, что Крам пытается с ней говорить, но его слова разносились эхом. Медленно сжав кулаки, и сосредоточившись лишь на мгновение, девушка разжала кулак, в котором было сердце работорговца и окончательно потеряла сознание.       В горячке Лимея видела обрывистые образы и чувствовала странное колебание силы. Она изредка открывала глаза, но видела только тьму, что окружала её, да ощущала яркий запах табака. Когда ей наконец удалось открыть глаза и полноценно придти в сознание, девушка тихонько вылезла из-под тяжёлого плаща Крама, которым он укрыл её, и осмотрела привычную повозку. Внутри было несколько незнакомых запахов, что исходили от двух небольших коробок, что стояли позади. Пытаясь встать на ноги, Лимея издала довольно болезненный тихий рык и повозка резко остановилась.       Крам тут же возник с передней стороны повозки и облегчённо вздохнул, увидев блеск глаз Лимеи, после чего сказал: -Слава Богам… - он залез внутрь, опустив полог и, осторожно протянув руку в сторону её лица, замер. Вот только Лимея сама коснулась его большой ладони носом и слегка потёрлась о неё, издав низкий тихий стон. -Тебе лучше пока не шевелиться. - сказал он, опустив руку и коснувшись её ладони, чувствуя лёгкое жжение в том месте, где он касался чешуи драконида. -У тебя сломано несколько рёбер, и насколько я могу судить, пламя в твоём теле не стабильно. - он смотрел на неё едва мерцающими перламутром глазами, такое происходило, когда он пользовался «Магическим чутьём».       Лим, коротко кивнув, вновь выпрямила хвост и опустила голову, чувствуя боль по всему телу. Однако, она всё думала о том, что происходило перед тем, как она потеряла сознание. Обрывки воспоминаний были резкими, но кое-что она помнила довольно чётко. Крам уже хотел было уйти обратно, но Лимея издала тихий рык и он, обернувшись, остановился. Взглянув в его глаза, девушка приложила не мало усилий, что бы обратить свой разум внутрь разума эльфа, но с лёгким треском в ушках, она поняла, что у неё получилось.       «Я смогла?.. - пронеслись слова Лимеи в голове эльфа и он, приложил руку к своему уху, замер. -Кажется да! Я наконец-то могу с Вами говорить, господин!».       -Надо же… - проговорил Крам, опуская руку. -Ты смогла прорваться сквозь мой «Ментальный барьер» так просто?..       «Я сразила последнего из Первосветов в лесу, господин!» - перебила его девушка, явно ожидая похвалы и тихонько хлопая хвостом по полу повозки, улыбаясь сквозь боль.       Усмехнувшись, эльф вновь тихонько коснулся головы драконида и сказал: -Я знаю, ты молодец! - он услышал тихое мурчанье со стороны Лим. -Но вступать с ними в битву было опрометчиво! - строго сказал он, опуская руку. -Ты могла пострадать! И эта твоя ярость!..       «Но они поймали меня… - ответила ему Лимея, более тихим и виноватым голосом. -Тот мужчина… Он… - она вспомнила его слова и помотала головой. -Он говорил жуткие вещи и я испугалась… Простите меня, господин Крам...».       Тяжело вздохнув, эльф глубоко внутри испытывал ярость на тех, кто давно уже гнил в земле, и сказал: -Не важно. Ты три дня была без сознания, я переживал. - он поднялся на ноги, едва пригибая голову, чтобы не задеть потолок повозки. -Съедем с тракта и я принесу тебе еды. А пока лежи и не двигайся, и не меняй свой облик, пожалуйста. - он прочистил горло и, перед тем как покинуть повозку, сказал: -Плащ тоже не трогай. Твоя одежда практически сгорела, а запасной у нас нет…       Оставшись в темноте, Лимея прервала телепатическую связь с Крамом. Слабость в теле вновь взяла верх и она, с трудом подняв его меховой плащ, зарыла в него нос от холода, вновь погрузилась в лёгкий поверхностный сон. Она слышала как колёса тихо стучат по брусчатке, а где-то вдалеке изредка были слышны голоса людей. За те три дня, что она пробыла без сознания, они выехали из Заблудшего леса. Сейчас они подъезжали к небольшой пограничной деревеньке, где Крам планировал пополнить запасы и отдохнуть, носящей название Рерон. Здесь было довольно оживлённо и всегда были палатки с товарами торговцев, что проезжали мимо этой деревни. Так как она стояла прямо на Королевском тракте, людей здесь больше заботила торговля, нежели возделывание полей, так что по большей части обширные пастбища и поля вокруг деревни возделывали химеры, принадлежащие старосте.