Глава 1. «Это ужасное слово – Жизнь»

Прекрасный солнечный день озарял город N. Его просторы рассекал белый общественный автобус, а в салоне, у окна, сидел парень лет двадцати четырех. На нём были чёрные джинсы, потрёпанные красные кеды и такая же красная куртка с въевшимся пятном, отдававшим затхлым запахом. Тёмно-каштановые волосы растрепались по прохладному стеклу, к которому он прижался виском, — заснул он почти мгновенно, едва заняв место. Пробуждение было резким: впереди замерцавший горизонт сменился спинкой сиденья, о которую он ударился лбом. Парень очнулся и с тихим рычанием принялся потирать осунувшееся лицо. Вскоре автобус, фыркнув гидравликой, выплюнул его на нужной остановке. В арсенале парня имелась лишь объёмная спортивная сумка, телефон и немного денег в кошельке. Набор настоящего выживальщика. А перед ним высилось довольно симпатичное здание, будто только что с иголочки — после свежего ремонта. Солнечные зайчики, плясавшие на стёклах, заставили помятого парня ухмыльнуться. — Вот и начинается моя новая жизнь, детка. Произнёс он, закинув сумку на плечо. Довольный первым впечатлением, быстрым шагом направился к подъезду. У двери пришлось задержаться, подбирая ключ из связки. На третьей попытке Марк еле сдержал порыв пнуть дверь, но четвёртый ключ с щелчком повернулся в замке, и тяжёлая стальная дверь отворилась. — Ну и как же выглядит моя путёвка в новую… Оказавшись за дверью, парень увидел то, чего точно не ожидал. Последние надежды, а вместе с ними и настроение, рухнули на бетонный пол, утопающий в пыли. Секунду назад он надеялся увидеть идеальное место для начинающего музыканта, а также чистый уголок со свежим ремонтом, точь-в-точь как снаружи. Тот самый плацдарм, с которого начнётся его новая, прекрасная жизнь взрослого человека. А по итогу его встретили голые серые стены, бетонный пол, усеянный обломками и окурками, и старая сцена, готовая издать предсмертный хрип. Бонусом шли одинокий пыльный диван, раскладной стол и пара стульев, бесцельно застывшие посреди хаоса, — странные, неуместные артефакты прошлой жизни. Нервы парня окончательно сдали. Он швырнул сумку себе под ноги и изо всех сил пнул её, словно именно этот кусок ткани был виноват в том, что все его мечты разбились о жестокую реальность. Та, будто футбольный мяч, пролетела ровной траекторией прямиком в мусорную кучу. — Какого черта?! Что это за херня?! Издав истошный рык, он рухнул на колени и вцепился в волосы. — Какое же ужасное слово — жизнь…! Прошло время, и парень успел успокоиться и даже немного освоиться. Он прочистил себе тропинку к сцене, распихивая мусор носками кед. Проведя лёгкий осмотр и даже постояв на скрипящих досках, он сделал вывод: внешне конструкция выглядела ужасно, но, вроде бы, на ней ещё можно выступать. Рядом со сценой Марк заметил дверь. Немного поломав голову над замком, он смог отворить её и шагнуть в следующую комнату своего кошмара. Из-за того, что комната была заперта, выглядела она куда лучше — по крайней мере, мусора тут не было. Внутри стояли большой шкаф, турник, прикрученный к стене, и у окна — стол со стулом. Но главной местной достопримечательностью была двухъярусная кровать. Это парня добило окончательно. Усевшись на нижний ярус, он достал телефон. Может, он ошибся и ему не сюда? Бывает же такое? Ключи подошли… но это просто случайность. Телефон вернул его в жестокую реальность, разбив ложные надежды. Это было то самое место. Внешний вид нагло его обманул, а ведь стоило догадаться о подвохе — фотографий изнутри не было. Благо, аренда была невысокой; будь она другой, он бы в ярости разорвал всех, из-за кого оказался тут. Снова вздохнув, Марк зашёл в приложение для отслеживания перевозок. День не переставал удивлять, а жизнь — нагло насмехаться. Приложение сообщило, что вещи приедут только к вечеру, а значит, парню предстояло выживать в одиночку. Выключив предмет разочарования, Марк встал и уставился в пустоту комнаты. — И, что же мне теперь делать? Ответ пришёл сам собой, стоило ему скосить взгляд. В углу комнаты его поджидала швабра, будто немая насмешка судьбы. Парень сжал ладони в кулаки, но отступать было некуда. Ему ничего не оставалось, кроме как поддаться потоку, взять в руки оружие рыцаря чистоты и объявить войну чудовищному беспорядку. Запала хватило часа на два. Теперь ровный слой мусора сменился несколькими аккуратными кучами, а сам парень лежал на диване, который с трудом дотолкал до центра зала, прямо перед сценой. Положив голову на свою многострадальную сумку, Марк листал ленту в телефоне, пока взгляд не наткнулся на акцию от местной пиццерии. Вид манящего итальянского блюда с сочной начинкой и тянущимся сыром крючком впился в желудок, яростно напомнив, что тот не ел нормально уже два дня. Сжавшись на диване, Марк понял: если он не склонится перед этим выгодным предложением, желудок не простит его, и до вечерней доставки он просто не доживёт. Хотя кошелёк был на последнем издыхании, решение следовало принять серьёзное. Полчаса мучений — мания, сменяемая апатией, — и самый экономный, но питательный заказ в мире был оформлен. Следующая цель — выжить. Парень устремил соколиный взгляд карих глаз на дверь, ожидая сигнала от курьера или службы доставки. Каждые пять минут он проверял телефон. Ожидание было мучительным; вскоре секунды, которые он педантично отсчитывал, растянулись в минуты, а минуты — в часы. Казалось, время в этом проклятом месте остановилось. Солнце по ту сторону окна медленно смещало позицию, отбрасывая длинные, тоскливые тени. Парень даже успел провалиться в дрёму, но долгожданный звонок тут же вырвал его из объятий забытья. Он вскочил на ноги с неожиданной ловкостью, перемахнул через спинку дивана и в мгновение ока, будто ему за это полагалась награда, оказался у двери. Марк торжественно распахнул дверь и увидел мужчину со странной причёской из седоватых волос и доброй улыбкой. Окинув его взглядом с ног до головы, стало ясно: это не курьер и не ответственный за доставку. – Наконец-то вы мне открыли. Молодой человек, я бы хотел предложить вам... Марк тут же захлопнул дверь. – Ничего не покупаю. Вали отсюда. Мужчина явно не ожидал такого поворота, от чего его глаза расширились до предела. Но сдаваться он не намеревался и снова нажал на звонок. – Молодой человек, я не займу много времени, выслушайте меня! Марк рыкнул и, не дойдя до дивана, развернулся к двери. – Мне ничего не нужно! Иди дальше! За дверью мужичок вздохнул и с тоской посмотрел на рекламную листовку. Там красовался новый навороченный пылесос — компактный, но мощнее аналогов. Если бы ему удалось распродать всю партию, он получил бы солидный бонус. Тогда-то он и купил бы ту самую машину, о которой давно мечтал. Поэтому продать пылесос этому парню было жизненно необходимо — раз уж тот ему дверь открыл. Тем временем Марк устроился на диване, вновь уставившись в телефон. Прибираться до конца он не собирался. Сначала поесть, а там — видно будет. Спустя какое-то время звонок прозвучал вновь. Марк сорвался с места и поскакал к двери. Распахнув её, он увидел сияющего рыжего парня в красной фирменной футболке и с огромным рюкзаком за спиной. Его яркий вид резал Марку глаза, но когда тот извлёк из рюкзака долгожданную коробку, парень смилостивился. – Добрый вечер, я доставил вашу острую пиццу с пепперони и перцем. С вас семьсот девять рублей. Марк кивнул, быстро достал свой тощий кошелёк, отсчитал ровно столько сколько сказано и, почти вырвав коробку из рук курьера, сунул ему деньги. Тот ловко пересчитал купюры, убрал их в поясную сумку и, снова вспыхнув улыбкой, поднял взгляд. – Я буду премного благодарен, если вы оставите ча... Но дверь перед его носом уже захлопнулась. Доставщик поник. – ...евые. Ладно, приятного аппетита. Марк, ещё на пути к дивану, распечатал коробку и принялся есть пиццу на ходу. Усевшись на своё коронное место, он успел расправиться с четвертью. Парень не славился мыслями о долгосрочной перспективе и планировал съесть всё до последней крошки. Время текло, а погода за окном сменилась с солнечной на пасмурную. Всё бы ничего, но на полпути к цели в дверь снова позвонили. Нехотя, дожёвывая очередной кусок, Марк побрёл к выходу. На пороге снова стоял тот седой мужчина. – Вижу, вы всё ещё тут? Тогда я могу вам предложить... Дверь снова захлопнулась у него перед носом. Он грустно опустил рекламную листовку. Но сдаваться не собирался. Теперь это был вопрос чести — ради той самой машины. – Что за придурок! Не понимает с первого раза, — проворчал Марк. Тут же раздался новый звонок. Марк уже хотел распахнуть дверь и с разбегу влететь в того старикана обеими ногами вперёд. Но, успев её открыть, он только и успел, что прокричать: – МНЕ НИЧЕГО ОТ ТЕБЯ НЕНАДО, ЖАЛКОЕ ТЫ НИЧТОЖЕСТВО! Выпустив пар, парень заметил, что перед ним стоит мужчина в синей форме и кепке. Тот почесал бороду и смотрел так, словно выслушивал подобное далеко не в первый раз. Раздался его негромкий, низкий голос: – Это вы заказывали доставку? Тут Марку стало немного стыдно. Он замялся, но, услышав заветное слово «доставка», тут же кивнул. – Заполните эту бумагу, а я пока принесу ваши вещи. – Да, конечно. Парень выхватил планшет и начал ставить свою фирменную закорючку у каждой галочки, даже не утруждая себя прочитать, что подписывает. Вскоре усталый мужчина вернулся, неся гитарный чехол и громоздкую чёрную колонку с проводами. Марк принял их, поставил у стены и с интересом наблюдал за водителем. Тот забрал планшет, проверил листы и, кивнув, направился к грузовику. Марк застыл с отвисшей челюстью. – Эй! Стой! А где остальные вещи?! — крикнул он, бросаясь вдогонку. Машина резко затормозила, и парню пришлось остановиться, едва не шлёпнувшись в огромную лужу. Окно опустилось, и он снова увидел мужчину. – Чего? Марку потребовалось несколько секунд, чтобы отдышаться. Курение давало о себе знать. – Где все мои остальные вещи? Почему только гитара и усилитель? – Чел, я привёз всё, что было по адресу. Ты бумагу подписал, а значит, возражений не имеешь. Я свою работу выполнил. – Чего? То есть вы их просто потеряли? – Я их не терял. Я вообще не знаю, о чём ты. Окно поднялось, и машина тронулась с места. Марк смотрел ей вслед, выкрикивая в пустоту все известные ему маты, подкреплённые фирменным жестом. Теперь день был окончательно испорчен. Мало того, что он живёт на стройплощадке, так из всех вещей у него остались лишь гитара, колонка и одна спортивная сумка. Его прекрасная новая жизнь прочно вернулась в режим выживания. И как назло, хлынул дождь. Отлично, теперь он ещё и мокрый. Хотя, возможно, его куртка наконец избавится от хмельного запаха, от которого уже тошнило. Спустя пару минут парень сидел на диване, проверяя усилитель и чехол на повреждения. К счастью, колонка была в том же состоянии, что и до отъезда, а алая гитара выглядела так, будто её только что купили. Это его успокоило. Хоть самое ценное осталось с ним. Можно играть на улице, можно собрать группу и выступать тут, на сцене. Закрыв глаза, он представил, как носится по подмосткам, выжимая из гитары огненные риффы, а толпа сходит с ума от восторга. Эти прекрасные мысли прервал очередной звонок в дверь. – Это точно старик. Это точно тот грёбаный старик! Марк подобрал с пола какую-то палку и направился к двери с твёрдым намерением избить того типа до полусмерти, чтобы тот навсегда забыл дорогу к его порогу. Он с силой распахнул дверь, готовый обрушить свой гнев, но на пороге обнаружил не пожилого мужчину с листовками, а девушку в зелёной кофте с капюшоном. Она стояла, уставившись в пол, с закрытыми глазами и слушала музыку в наушниках. Похоже, она случайно нажала на кнопку звонка и даже не заметила этого. Марк не сразу сообразил, что она тут делает, пока ледяной порыв ветра с дождём не окатил их обоих. Только тогда девушка заметила парня. – Ой, здесь кто-то есть? А можно у вас переждать дождь? Сейчас льёт как из ведра, а я зонт забыла. – Чего? Хочешь ко мне зайти? А меня не посадят, что я сюда школьницу завёл? Девочка насупилась и нахмурилась. Видно было, что её задело, но парню было плевать. На фоне Марка она казалась совсем миниатюрной. На ней была слегка промокшая кофта, юбка с колготками и туфли, а в руках она сжимала рюкзак. Видимо, именно он и навёл Марка на мысль о том, кем она является. – Вообще-то, я студентка! – Да мне как-то плевать. Будут ещё аргументы, чтобы я передумал? Едва он закончил фразу, как новый шквал ветра и ледяной воды обрушился на них. – Вот это может пойти как аргумент? Вы сейчас тоже промокнете и простудитесь. Давайте пройдём внутрь, и там я отвечу на все ваши вопросы? Марк задумался над её предложением и уже собрался отказаться, как третья волна дождя хлестнула ему в спину. – Да чтоб теб… – Спасибо! Девушка сияющей улыбкой проскочила внутрь, избежав очередного потопа. Марк рыкнул и зашёл следом, с силой захлопнув дверь. Он тут же начал искать её взглядом и увидел в центре зала. Та с нескрываемым любопытством осматривалась вокруг, затем сняла мокрый капюшон, выпустив на волю карамельно-русые волосы, которые волной легли на спину, доставая почти до пояса. – А у вас здесь... здорово. Вы здесь ремонт делаете? – Я здесь живу. И вообще не твоего ума дело. Как только дождь кончится — ты пулей вылетишь отсюда. – Вы такой грубый. Я просто хотела завести разговор. Меня, кстати, Лилия зовут, но можно просто Ли. А как зовут вас? – Не твоего ума дело. Парень обошёл её и снова устроился на диване. – Да ладно вам. Почему вы такой необщительный? Я же просто хочу скоротать время интересно. Она подошла ближе, и её взгляд упал на гитару в руках Марка. Глаза тут же загорелись. – Гитара? Настоящая? Вы музыкант? Марк перевёл на неё недовольный взгляд, давая понять, насколько ему это безразлично. – Во-первых, хватит ко мне на «вы» обращаться. Я ещё не дед. Во-вторых, да, музыкант. И что с того? – А можешь что-нибудь сыграть? Я очень люблю музыку. – Не в настроении. Лилия вздохнула и бесцеремонно устроилась на диване рядом. – Ну вот, а я думала, услышу живую музыку, а не только записи. – Хочешь услышать живую музыку — сходи в клуб или на концерт. – Я бы с радостью, да времени нет из-за учёбы, да и родители не разрешают. Девушка вздохнула, и следом за этим предательски заурчал её живот. – Извините, пожалуйста. – И за что это ты извиняешься? — Парень спросил это, даже не глядя на неё. Настройка гитары была куда важнее. – Ну, за то, что прозвучало. Всё же стыдно, что это услышали. – Чтобы никто не слышал — ешь нормально, и извиняться не придётся. Некоторые могут принять твои извинения за слабость и задавят за это. Он провёл по струнам, проверяя строй. Гитара отозвалась почти идеальным аккордом, и лишь одна струна подвела. Марк сосредоточенно начал её подтягивать, раз за разом извлекая звук. Наконец ему удалось добиться желаемого, и в этот момент его слух уловил тихое, но настойчивое жевание. Марк тут же посмотрел на единственного возможного источника этого звука — и был чёртовски прав. Девчонка с интересом наблюдала за ним, заодно уплетая его кусок пиццы. – Ты какого чёрта делаешь? Это моя пицца! – Я думала, ты угостил меня, раз сказал, что мне нужно нормально есть. – С какого хрена я ещё должен тебя угощать? – Но ты же всё-таки впустил меня, а гостей обычно угощают. – Какие гости? Ты сама сюда ворвалась! – Извини... Перед его внутренним взором на мгновение возник образ зашуганной и несчастной девочки. Кажется, он перегнул палку. Может, стоит извиниться? Но едва эта мысль мелькнула, образ рассыпался в прах: Лилия с невозмутимым видом доедала его кусок. – Ты серьёзно?! – Она очень вкусная. – Я знаю! Поэтому она — моя! – Разве можно присвоить пиццу только на основании её вкуса? — Девушка с наивным любопытством заглядывала в глаза разъярённому парню. – Умничаешь, да? Я за неё заплатил! – А, ну тогда она и правда твоя. Извини. – Конечно моя! И хватит уже извиняться. Лилия легко подскочила на ноги и взглянула в окно. – Похоже, дождь кончился. Мне пора домой. – Давно бы уже пошла. Девушка вздохнула и направилась к выходу. На пороге она обернулась. – Спасибо, что укрыл от дождя. И гитара у тебя крутая. Надеюсь, ещё увидимся. – Не в этой жизни. Его ответ проводил её лишь звуком захлопнувшейся двери. Наконец-то можно было выдохнуть и расслабиться. Он снова остался один в своей стройплощадке. Возникшая вдруг тишина показалась звенящей и давящей. Решив подкрепиться, Марк потянулся к коробке, но не ощутил в ней привычной тяжести. Он приподнял крышку: на дне лежал один-единственный, жалкий кусок. Когда эта юркая дрянь успела так его обчистить? Чёртова паразитка! Со всей силы он шлёпнул ладонью по столу и откинулся на спинку дивана. Посидев несколько минут в гневном оцепенении, он всё же схватил последний ломтик, а пустую коробку метким броском отправил в ближайшую мусорную кучу. И только тогда его взгляд упал на противоположный конец дивана. Рюкзак. Она забыла свой рюкзак. – Вот же растяпа! И как его теперь возвращать? Он взял его в руки. Вещь оказалась на удивление тяжёлой. Что она там носит, кирпичи? Заглядывать внутрь Марк не стал, просто швырнул рюкзак на стол, лёг на диван и закрыл глаза. Ему отчаянно хотелось, чтобы этот бесконечный, чёртов день поскорее закончился.