𝐏𝐀𝐑𝐓 𝟏

Тело друга падает замертво. Его пальцы похолодели, а в горле встал ком. Сердце заколотилось так громко, что, казалось, его слышно даже в другом конце города... – Поймал ***** – Ли, мы все понимаем, но нет другого варианта. - голос в телефоне затих, на улице через окно были слышны птицы. Погода и день были прекрасны, казалось ничего не может их испортить – Ты переходишь на время в отдел в Сеуле, надо найти серийного убийцу. Ты таких уже много раз ловил, так что думаю не задержишься. - мужской голос на другом конце звонка посмеялся, – Не разочаруй меня, Феликс – Но.. - трубку сбросили. Телефон в тот же момент полетел на кровать, теряясь где-то в одеяле. – Чëрт, им будто не кого отправить туда на расследование. Я же не единственный иследователь на всю Корею. В комнате пахло книгами, недавним завтраком и духами. Подойдя к кровати парень упал на нее спиной, попутно взяв телефон в руки. Пальцы на автомате листали чаты, найдя нужный, он набрал довольно таки обидный текст. Особенно для его друзей. "Чонин, извините, на выходных снова не сможем собраться. Меня переводят на время в отдел в Сеуле. Как только закончу с делами и приеду, тогда развлечемся. Я скину денег, вы всё таки повеселитесь в баре или караоке" - Феликс уже третью неделю по счету не может встретиться с друзьями. И снова отправлять такой текст было больно. – Простите - немного подумав, Ли всё таки отправил сообщение. – Ну а теперь.. - ком в горле застрял, но он не мог не позвонить ей и предупредить. Все-таки переборов себя он начал дозвон. Разговор с Ким Со Хëн был недолгий, свидание с ней Ли пришлось отменить. Девушка долгое время говорит Феликсу что у него на неё и отношения нет времени. Предлагала бросить работу или её саму.. "Предлагает расстаться спустя почти 5 лет отношений?" Мысли лезли в голову, если его бросит Со Хëн, кто еще сможет вытерпеть Феликса и его график? Что если он так до старости никого и не найдет? Как он бросит работу? На что он будет жить? – Работа..точно - словно окунувшись в ледяную воду, Ли вспомнил про свои обязанности. – Сегодня конечно не крайний срок всех моих задач, но видимо придется все выполнить. - С каждой такой мыслью Феликс вздыхал и представлял как сегодня точно больше не появится дома. Будет сидеть в отделе и выполнять задачи, он не любил оставлять свои обязанности на других. Собравшись с мыслями, он поднялся с кровати, и его взгляд упал на фотографию на прикроватной тумбочке. Там они все были вместе — он, Чонин и остальные ребята, все с широкими улыбками, застывшие в моменте беззаботного счастья, которое сейчас казалось таким далеким. – Хватит раскисать — сказал он строго вслух, пытаясь заглушить трепет в голове. Голос прозвучал чуть хрипло, но твердо. Он быстрым, почти автоматическим движением собрал рабочую сумку: ноутбук, блокнот с уже пожелтевшими от времени пометками, зарядное устройство. Рука сама потянулась к кобуре с табельным оружием, лежавшей на столе. Холод металла привычно обжег ладонь, возвращая к реальности. По дороге в отдел он мысленно составлял список дел, которые нужно закрыть перед отъездом. Отчет по делу Ким, допрос задержанного информатора, координация с сеульским отделом... Список рос, как снежный ком для снеговика, и с каждым новым пунктом ком в горле сжимался все туже. Он включил музыку, пытаясь заглушить навязчивые мысли о Со Хён, но ничего не могло пробиться сквозь стену его тревоги. Войдя в знакомое здание полицейского управления, Феликс почувствовал смену атмосферы. Здесь пахло кофе, старыми бумагами и легким запахом оружия. Здесь не было места его личным драмам. Коллеги кивали ему, кто-то крикнул: «Слышал, тебя в Сеул переводят! Покажешь этим столичным людишкам, как надо работать! А то без тебя не справляются, видишь?» Феликс лишь неловко кивнул в ответ, направляясь к своему рабочему месту, заваленному папками. Усевшись в кресло, он запустил компьютер и открыл первое дело. Экран монитора осветил его уставшее от работы и личных проблем лицо. Он достал из ящика стола пачку сигарет, хотя бросил курить полгода назад. Он даже не помнил почему они там до сих пор лежат. Ли все время куда-то отправляют и в отделе его не часто застанешь. "Всего одну" — подумал он, закуривая. — "Сегодня можно" И пока дым просачивался в окно на улице, одинокая фигура парня склонилась над столом. Феликс начал делать то, что умел лучше всего - исчезать в работе, чтобы хоть на время забыть, каково это жить. Предстоящая поездка в Сеул маячила на горизонте не просто командировкой, а очередной битвой — и с убийцей, и с самим собой. А они, как он знал по опыту, всегда оставляют шрамы. Взглянув на календарь, его осенило. Ли изначально отправили в Сеул чтобы он поработал со студентами в университете, и познакомился с другими следователями. Но все совпало, теперь работы стало больше. – Ну за что мне это всë - Парень готов был расплакаться, не так он в детсве себе прещставлял работу полицейского. В юном возрасте все казалось не таким тяжелым, а сейчас ему 22 года и он разбирает бумажки с делами и допросами. Горькая усмешка вырвалась у него. В детстве он видел себя героем — погони, перестрелки, триумфальная поимка преступника под аплодисменты коллег. Реальность же оказалась серой: бессонные ночи над протоколами, бесконечные отчеты, которые нужно сдать, разъезды по местам убийств, расследования и чувство, что ты постоянно кому-то должен — начальству, работе, друзьям, девушке. Всем, кроме самого себя. Парень потянулся за очередной папкой, но его взгляд упал на коробку, стоявшую в углу стола. В ней лежали вещи для лекции студентам — аккуратно сложенные распечатки, презентация о методах криминалистики, даже новый блокнот. Мысль о том, чтобы стоять перед аудиторией юных, горящих энтузиазмом глаз, вызывала у него странный трепет. Что он может им сказать? Что работа их мечты отнимет у них все — личную жизнь, покой, самих себя? Или солгать, как когда-то лгали ему, нарисовав красивую картинку? – Спасибо что хоть это за меня выполнили - отложив, он уже хотел продолжить работать. Внезапно телефон на столе завибрировал, заставив его вздрогнуть. На экране горело имя «Со Хён». Сердце на мгновение замерло, а потом забилось с такой болью, словно его грудь сдавили тисками. Он смотрел на экран, не в силах ответить. Что он скажет? Что ему снова некогда? Что какие-то бумаги и поездка в Сеул важнее их пяти лет? Звонок оборвался. Через секунду пришло сообщение: «Я понимаю, что ты занят. Просто хотела услышать твой голос. Береги себя.» Эти слова ранили больнее, чем любая ссора. В них была не злость, а почти прощание. Феликс отшвырнул телефон так, что тот больно стукнулся о стенку ящика стола. ***** Он сгребал папки и пихал их в портфель, движения его были резкими, почти яростными. Бумаги, лекции для студентов, дела по серийному убийце — все смешалось в одну бессмысленную кучу. Гнев был единственным, что не давало ему рухнуть на пол и расплакаться от бессилия. Но вместо того, чтобы идти к выходу, его ноги сами понесли его обратно к столу. Напечатаное сообщение Чонину "Паб. Через полчаса" так и осталось неотправленным, палец замер над кнопкой. Вместо этого он швырнул телефон в самый дальний угол дивана для посетителей, сел в кресло и с силой провел ладонями по лицу, словно пытаясь стереть с себя усталость. "Нет" промычал он в тишину кабинета. "Сначала работа. Всегда сначала работа" И ночь поглотила его. Он погрузился в бумаги будто маньяк, как будто в них был спрятан ответ не только на загадку преступления, но и на хаос его собственной жизни. Звук переворачиваемых страниц и щелканье клавиатуры стали его единственной реальностью. Он дописывал отчеты, составлял психологический портрет убийцы, просматривал улики, пока буквы не поплыли перед глазами. Кофе, холодный и горький, литрами тек внутрь, но не мог прогнать усталость. Временами Ли вырубался на несколько минут, и просыпался от собственного крика или от стука в дверь — это была уборщица, которая, увидев свет, заглянула и, извинившись, поспешно исчезла. К утру, когда первые лучи солнца робко пробились сквозь жалюзи и осветили заваленный стаканчиками из-под кофе и бумагами стол, работа была закончена. Все папки лежали аккуратной стопкой, электронные отчеты разосланы. Пустота пришла на смену всем эмоциям быстро. Он поднялся с кресла, и его тело пронзила боль — ноющая, пронизывающая. Собрав вещи на автомате, он побрел к выходу, не глядя по сторонам. Дорога до дома прошла в тумане. Он не помнил, как сел в такси и как вышел из него. Подъем по лестнице до своей квартиры казался подъëмом на гору. Дверь закрылась с глухим щелчком, и в тишине квартиры, пахнущей пылью и одиночеством, его накрыло окончательно. Он не стал раздеваться, рухнув на кровать в той же одежде, что провел ночь. Перед тем как сознание окончательно отключилось, его взгляд упал на красный индикатор телефона, мигающий на тумбочке. Там были пропущенные звонки. От Чонина, от коллег, от начальства. И еще одно сообщение от Со Хён, отправленное глубокой ночью. Но ему было все равно. Единственным существом, кто встретил его дома, был призрак его усталости, укладывавшийся спать рядом с ним на подушку. Обнимая одеяло, этого призрака он тоже обнимал. Да так будто пытался задушить.