Часть 6

Коротко прижавшись лбом к макушке Люси и тем самым, полностью сконцентрировав её внимание на себе, я вложил ладонь в руку девушки, тут же почувствовав крепкую хватку на своих пальцах. Верно, ей пришлось несладко. Но она большая молодец, я бы сказал, невероятная умница. Смущённо прочистив горло, словно бы только вспомнив о присутствии хозяина кабинета, я отошёл от девушки с виноватой улыбкой и перевёл взгляд на полностью застывшего мужчину. Тот выглядел не очень хорошо и ему явно было не лучше, ещё до того, как мне наконец удалось попасть в кабинет! Казалось, сам мир этого человека просто взял, свернул себе шею и разбился на тысячи осколков, но под конец тут же превратился в плохо склеенную вазу! Старик пережил натуральный шок. И нет, это определённо не из-за плохо завуалированного пожелания от Люси, испытать ту самую участь, которую этот делец чуть было не обрушил на собственную дочь. Неужели угроза снести поместье в самом деле оказалась очень пугающей? Бред. Хотя, кажется всё-таки есть ответ. Довольно очевидный если подумать и мне теперь даже немного стыдно, что я не понял всё сразу. Джуд неожиданно узнал, что у его дочери есть клыки и в добавок ко всему – она голодна до власти. Хуже всего? Волшебница могла силой отнять у него всё, а затем сразу сжечь, просто себе же на потеху! Это многое объясняло. Теперь же, стоило Джуду Хартфелия наконец осознать моё присутствие? Старик просто забыл, как дышать и теперь определённо боролся с собственным кишечником, лишь бы тот не облегчился от испуга. Или ужаса. Судя по всему, Люси не только смогла удачно показать себя той самой злобной дрянью, но к тому же ей удалось прикрутить к моему образу самые страшные клыки во всём королевстве! Неужели я так много пропустил от их беседы? Что ж, теперь оставалось только пройти небольшую битву за дырявый концерн, а затем узнать упущенные подробности во время разбора полётов. Возникшая тишина, оказалась разрушена благодаря её же инициатору. Стоило только Люси наконец встать со стола, она тут же привлекла всё наше внимание. Девушка в два шага оказалась возле меня и сразу же обняла, уткнувшись лицом в мою рубашку, чтобы сразу же начать издавать приглушённое ворчание: - Просто купи уже! Будучи крайне впечатлённым, я только и мог неловко хохотнуть в ответ, вместе с тем, медленно вторив объятиям Люси. Даже если неспециально, она была невероятна! Смотря на происходящее без контекста, Хартфелия в самом деле поступила как избалованная, капризная стерва, как если бы та была такой всю свою жизнь! Мог ли я позволить себе испортить столь потрясающее? Абсолютно нет. Слабо прижав к себе свою «возлюбленную», я ответил так, как и подобает говорить по уши влюблённому дураку: - Конечно, дорогая! – Услышав ворчливый хмык от Люси, я мог только довольно улыбаться тому, как она блистает. - Но для начала мне нужно поговорить с твоим отцом, чтобы хотя бы начать переговоры. Нам нужно сойтись в цене с господином Хартфелия, мне бы не хотелось оскорбить этого человека неоправданными требованиями. – После этим слов, мои глаза наконец перестали разглядывать макушку прижимающейся ко мне девушки и вот, в мой голос пришёл долгожданный, деловой тон. Время настоящей игры. – Господин Хартфелия, я бы хотел приобрести долю в вашем деле. И если бы вы были не против, то как насчёт того, чтобы говорить начистоту? Казалось, мужчина впервые за долгое время, наконец смог получить слово. Медленно вздохнув, явно старясь взять под контроль собственные нервы, мужчина сделал, то, что от него и ожидалось. Отбросил нервы в сторону и немедленно взял себя в руки. Невзирая на недавний шок, его голос был глубоким, но твёрдым. - Как давно вы встречаетесь с моей дочерью, герцог Саламандр? Если меня и удивило, что такой человек как Джуд Хартфелия знал обо мне, то это не значит, что ему нужно об этом знать. Мне оставалось только продолжать улыбаться. - Боюсь, что вопросы отношений мы будем решать после того, как придём к итогу сделки. Разумеется, если такая вообще будет. Опять же, следуя моему же предложению говорить прямо. Видите ли, в этот самый момент, я разговариваю не с отцом моей обожаемой Люси, а с человеком, который всего через один год, станет страшным банкротом. Без преувеличения, вам повезёт, если у вас в кармане окажется хотя бы пара драгоценных. – Моя ладонь заботливо прошлась по затылку Люси и судя по всему, та оказалась слишком смущена, даже невзирая на атмосферу. В то же время, мой голос оставался спокоен и доброжелателен. – Моё слово и Джунелли не просто откажутся от сделки, они убегут. И так уж вышло, что корона также на моей стороне. Но самое интересное? Банки. Любой банк Фиора, а следовательно, и все подобные организации во всём Ишгаре, все они будут ненавидеть вас всей душой, натурально избегая как чумы! – Изобразив слабое удивление, словно только заметив оплошность, я примирительно поднял ладонь. – Это касается только важных дел. Разумеется, вас радушно встретят как самого обычного человека с накопительным счётом в пятьдесят тысяч драгоценных. Которых у вас не будет. Демонстративно поискав глазами куда можно было бы сесть, я разочарованно хмыкнул, так и не найдя хоть какого-то варианта. На что Джуд лишь раздражённо прищурил взгляд, но промолчал. Ведь в этот самый момент, всё, что по-настоящему волновало этого человека – это мои слова о его не самом счастливом будущем, которое на самом-то деле, уже стучалось в дверь. - И возвращаясь к честному разговору? Меня совершенно не волновал тонущий корабль в лице «Концерна Хартфелия». Вы уже сдаёте здания на своей территории под склады, чтобы хоть как-то заработать и сэкономить, но без лишнего шума. Плюс, от меня конечно же не ушли так называемые «закрытые зоны» в поместье. Дайте угадаю, в действительности, помещения также используются как арендованные хранилища? – Видя, как Джуд ничего не собирался говорить, я иронично выгнул брови с негромким хмыком. – Действительно, молчание лучше тысячи слов. Но пока мы откладываем это в сторону, куда важнее желание моей любимой! Видите ли, господин Хартфелия, ваша дочь не имеет и капли власти в семейном деле, ей это не нравится. Поэтому у меня есть выгодная сделка. – Обе моих руки с нежностью прошлись по спине Люси, отчего она невольно издала довольный вздох и вместе с тем, лицо Джуда заметно покраснело от гнева. Но он молчал. Перед ним находился не тот человек на которого можно повышать голос. Тем более, у этого человека просто не было на то морального права, тот отказался от него, когда заключил сделку с Джунеллями. – Я предлагаю выкупить у вас сорок девять процентов акций концерна и таким образом у вас остаётся контрольная доля. Моё предложение составляет… где-то триста миллионов. – Видя, как мужчина уставился на меня, как на больного идиота и очевидно сдержался от озвучивания слов, я прочистил горло. Как бы старик не храбрился, тому действительно страшно. – Понимаете ли, в отличии от человека, полностью утратившего действительно нужное влияние, господин Хартфелия, у меня есть нужные люди. Банки отступят. – Я довольно кивнул в такт своим словам, после чего сразу же сделал вид, как если бы вспомнил нечто важное. - Ох и разумеется, раз мы с Люси вступим в совет директоров как главные инвесторы, то мы инициируем реструктуризацию руководящего состава. Судя по всему, внутри ваших бухгалтеров и смотрителей складов, завелось слишком много моли, и прочих паразитов. В том числе, мне придётся потребовать о создании службы внутренней безопасности! Овцам нужен пастух, а то ваши звери совсем распоясались и берут как из своего кармана. После того как моя тирада наконец подошла к концу, некоторое время, Джуд просто молчал и смотрел перед собой в какую-то лишь ему известную точку. За время тишины, мне ничего не оставалось кроме как изредка бормотать для Люси слова о том, что сделка будет вот-вот завершена и о том, как недолго осталось ждать. Типичная чепуха для ушей старика Хартфелия. Говоря о последнем, тот наконец встал на ноги и неспешно дошёл до огромного, панорамного окна, простиравшегося до самого потолка. - Триста миллионов. Это даже не шутка, господин Саламандр. В моей доступности были восемьсот миллионов, но я не старик Хартфелия чтобы бездумно сорить ими налево и направо. Я согласно угукнул. - Это верно. Концерн Хартфелия оценивается в безумные полтора миллиарда и это по-настоящему астрономическая сумма, о которой вряд удастся услышать хотя бы бизнесмену средней руки. – На эти деньги можно заново отстроить королевский дворец Меркурий и на остаток, все ближайшие здания в первом кольце столицы! – Но стоит только всплыть информации, что концерн превратился в дутый пузырь? Со всеми этими вечными убытками, кредитами и просроченными долгами? Банкротство натурально спасёт вашу шкуру, господин Хартфелия. И это не шутка, я буквально имею это ввиду. Так что, триста миллионов за сорок девять процентов и ещё двадцать за дополнительный десяток, предназначенный исключительно для дамы моего сердца. – Я наставительно поднял палец. - И также прошу отметить, что владельцем дополнительной сделки будет ваша собственная дочь. В самом-то деле, даже, то, что я беру для себя, в действительности окажется в руках милой Люси. То, как вздулись вены на голове Джуда, не просто кричало, всё это гремело на всю округу! Старик в бешенстве, но загнан в угол. Стать нищим и скорее всего начать с самого-самого начала, либо… уйти состоятельным человеком. Даже если ему так сильно захочется попробовать снова, то это будет очень просто! На самом-то деле, всё становится гораздо проще, когда у тебя в кармане триста пятьдесят миллионов. Всё-таки без преувеличения, многие семьи аристократов не видели подобные суммы, даже за целые поколения своего существования! И прямо сейчас, Джуд мог бы получить их за избавление себя же, от умирающего, вечно голодного чудовища. Для Джуда Хартфелия, моё предложение, всё равно что спасательный круг в виде послушного дракона! Неважно, что я потом собираюсь отнять это. Ведь предложение действительно очень щедрое. Тем временем, продолжая смотреть на нас с Люси ещё некоторое время, мужчина медленно отвёл взгляд в сторону, пока и вовсе не решил развернуться в сторону окна.

Его голос был мрачен и как это нетрудно понять, Джуд очень сильно нервничал, но старательно держал чувства при себе. - В моих руках шестьдесят пять процентов. Пятнадцать торгуются на бирже в Крокусе и ещё двадцать, распределены между директорами компаний. – Пусть я не мог видеть, но было понятно, что взгляд мужчины направлен куда-то вдаль его владений. – Ваше предложение лишает меня всего. Вы заставляете создателя, отказаться от своего же детища! Избавиться от того, что я создал собственными руками! Вы понимаете? – Мужчина слегка вздёрнул подбородок, явно вернув себе ощущение почвы под ногами. - Цена, за которую вы получите моё согласие? Семьсот миллионов драгоценных и пост руководителя, под чьим контролем будет двадцать пять процентов филиалов. Как я понял, моя дочь хочет получить полную власть, а это значит, что вам предстоит выкупать доли у остальных держателей. Со мной, в роли директора высокого ранга, проблем с покупкой не будет. Для начала… чёрт возьми. Не сто процентов! И чёрт возьми, дважды! Одна пятая, между директорами?! Он совсем идиот?! Ну и наконец…

Дед, ты что, забыл выпить свои таблетки?!

- Я готов заплатить триста восемьдесят миллионов, при условии, что все земли Хартфелия переходят в мои руки. Насчёт должности в концерне… думаю, для вас можно будет организовать неплохое место, что-то вроде стратегического советника. Без доли во владении. И не стоит забывать, что на ближайшие восемь лет у меня будет финансовая дыра в лице Концерна Хартфелия. Ох и конечно же все эти бесконечные долги. – Теперь мы молча смотрели друг на друга. – К тому же, выслушав вас, ко мне в голову пришло новое предложение. Триста восемьдесят миллионов за земли и сорок девять процентов акций, а также ещё двадцать миллионов за дополнительную долю в шестнадцать процентов. Итого, вы становитесь богаче на четыреста миллионов драгоценных, свободны как птица и вольны делать, всё чего только в голову взбредёт. – И прежде, чем Джуд заговорил вновь, я твёрдо добавил. – Дальнейшие обсуждение приведут к понижению стоимости предложения. Казалось, на лица Джуда легла мрачная тень. Продолжая сверлить меня ровно одну секунду, он медленно набрал в грудь воздуха, явно собираясь зарычать как дикое животное, но встретившись со мной взглядом… мужчина осёкся. Тем не менее, когда Хартфелия наконец заговорил, в его тоне не было и капли так называемого, делового профессионализма: - Это даже не оскорбление, Саламандр. То, что ты делаешь – это прямое вымогательство. – Он пренебрежительно хмыкнул. – Оста… - О, оказывается ему хотелось потребовать оставить Люси, но видимо память напомнила ему недавние разговоры с дочерью. Так что Хартфелия отбросил слова о жмущейся ко мне девушке, но продолжил говорить. – Просто уходи и я притворюсь, что ничего не слышал. Всю эту… всю эту чушь! Я весело усмехнулся. - Без проблем, вот только, тогда мне ничего не остается кроме как пойти в королевский банк и сделать запрос на оценку стоимости бумаг концерна. Это встанет едва ли не в двести миллионов, но ради хорошего дела? Скупости здесь не место. – Старик впился в меня взглядом, и теперь его верхняя губа вновь подрагивала от сдерживаемого крика, отчего усы Джуда вновь начали забавно дёргаться! – Обычно, такой поступок взвинтил бы цены на бумаги едва ли не в шесть раз, ух! Да ведь так оно и будет! Вот только… правда начнёт выползать наружу. Банкрот торгует воздухом! Вот это новость! Концерн вспыхнет быстрее спички, ха! Всего неделя и бумага, на которой написаны документы, будет стоить дороже самой акции! С другой стороны, не придётся ждать. Вы станете банкротом в течение одного месяца и вам очень повезёт, если не придётся мерить тюремную робу. – Улыбнувшись, я добавил. – К тому же, раз вы не волшебник, то и сидеть вам придётся целыми годами, быть может лет пятнадцать, а то и гораздо-гораздо больше. Не услышав ответа, я мог сделать мысленный кивок. Судя по всему, старик у меня в шляпе. Так что, не переставая обнимать Люси, моя свободная рука достала из кармана ручку и протянула в сторону мужчины. - У вас пятнадцать минут на решение и подпись, в противном случае, цена предложения начнёт падать на десять процентов каждые полчаса. Что ж, к сожалению, мы перешли к документам только через час с небольшим. К сожалению, всего лишь один, а не два или целых три. Увы. Не буду врать, я постоянно ждал того момента, когда Джуд сойдёт с ума и начнёт кричать, требуя от своей службы безопасности выкинуть меня за территорию Хартфелия. Да, разумеется, у них ничего бы не получилось, но всё же. Вместо этого, старик предпочёл молча переводить взгляд с меня на Люси и обратно, продолжая делать это на протяжении столь драгоценных, шестидесяти минут. К тому же, оказалось, Джуд искренне верил в то, что я лгал, когда говорил про уменьшение суммы. Всё, что от меня потребовалось, дабы доказать обратное, так это спокойно напомнить о реакции банков на пикантную информацию об истинном благосостоянии Хартфелия. И вот уже тогда, чудо всё-таки произошло и в глазах этого упрямого человека, наконец-таки расцвело понимание. По итогам, какую бы глупую проверку на смелость ни пытался устроить этот человек – он умудрился потерять двадцать процентов от суммы, а затем ещё десять, пока в попыхах доставал нужные печати. Так что крики всё-таки были, но направленные не на нас с Люси, а прямиком в трубку настольного телефона. Полчаса и вот уже в зале находился десяток всклокоченных и сильно потеющих людей в офисных костюмах с кейсами в руках! К тому же, помимо личных юристов и адвокатов, в кои-то веки прибыли люди, которые принесли проклятые стулья! На самом деле, то были кресла, но, когда Люси наконец смогла рухнуть на одно из них, меня это уже не волновало. Ведь всё, то время пока процесс продажи не начался как полагается, я развлекал себя наблюдением за ближайшими часами. Всё-таки, для нас с Джудом, каждый щелчок, доносившийся от часов, был звуком убывающих и прибывающих монет. Полтора часа ожидания. В любой другой день – оскорбление, которое заслуживает справедливой мести. Но сейчас? Я был готов обнять Джуда как самого близкого и родного человека, ведь именно его гордость, превратила и не без того грабительские четыреста миллионов в двести восемьдесят! В моём же случае, оставалось всего лишь достать чековую книжку и личную печать-дзицуин, которую также принесла с собой Люси. Просто так уж вышло, что я оплатил все шестьдесят пять процентов акций концерна и в том числе, все личные и прилегающие территории Хартфелия. Однако, вся эта покупка досталась не мне, а моей милой соучастнице в лице Люси Хартфелия, которая в одночасье стала держателем контрольного пакета акций «Концерна Хартфелия», а также владельцем всех земель, которые ранее принадлежали её семье в лице одного единственного Джуда Хартфелия. Я не сошёл с ума, ни в коем случае. Но когда в моей голове появилась гораздо более лучшая и грандиозная идея, мне оставалось только подготовить всё необходимое для её существования. И так уж вышло, что для начала, мне необходимо превратить Люси в весьма и весьма состоятельную особу, которой она только что стала. Что же до самой девушки, то на удивление ей хватило одного молчаливого обещания, которое незамедлительно превратится в реальность, стоит той только подумать сотворить необдуманную глупость. К примеру, отправится в Крокус, напросится на приём к королю, а затем рассказать обо всём произошедшем и попросить защиты. Это было бы фатальной ошибкой с её стороны. Ну а по поводу двадцати миллионах на её счёте, то они останутся на том же самом месте. Мне остаётся только аннулировать долговой договор, во избежание случайной чуши в голове банковских работников. Однако, судя по всему, мне придётся передать Люси ещё примерно двадцать миллионов, так как «первая партия» драгоценных, уйдёт в голодный рот королевской казны в качестве налогов! Разумеется, я мог бы рыкнуть на налоговую службу Фиора, но в таком случае, некоторым людям будет слишком любопытно по поводу моих дел, что на корню изводит замысел грядущей идеи. Вместо того чтобы кричать всем и каждому о том, что со мной теперь по-настоящему не всё так просто – я буду тише воды, ниже травы. Покупка чего-то столь колоссального как организация, владеющая подавляющим числом всех железных дорог в Фиоре – совсем не рядовое событие. Однако, когда всё это действие происходит руками дочери изначального владельца? Большинство просто пожмёт плечами… а затем дадут поджопники своим сыновьям. Но это ещё только в том случае, если Люси согласится остаться «владельцем» концерна. Слегка надавив на печать и оставив оттиск на бумаге, я поднял взгляд и встретился с мрачными, чёрными глазами хмурого Джуда Хартфелия. Пусть этот человек был невероятно зол, тот всё равно продолжал держать себя в руках и даже более того, прямо сейчас, он протянул руку для рукопожатия. Разумеется, мне не оставалось ничего другого кроме как с большим удовольствием ответить на этот жест. И вот таким нехитрым образом, сам того не подозревая, Джуд получил чрезвычайно высокую склонность к аневризме, а также очень низкую терпимость к алкоголю. Всего один бокал вина, становится началом для алкогольного отравления, в то время как трёх порций уже достаточно для смертельной дозы. Тем не менее, взамен на всё это, старик получил повышенный запас бодрости и ко всему прочему, меньшую потребность для сна. Всего каких-то четыре часа, будут заменять ему всё время необходимое для полноценного сна. Самое забавное, что Джуд просто подумает о появлении второго дыхания из-за якобы стремления настигнуть утраченное как можно скорее. Как только наши руки разомкнулись под звук негромких хлопков от ныне подчинённых Люси Хартфелия, её отец взял слово: - Теперь, когда эта грандиозная сделка была завершена, я предлагаю организовать торжественный ужин в честь этого события. – Затем он грозно взглянул в сторону нервничающих юристов, чтобы те начали торопливо направляться в сторону выхода. – И так как время уже достаточно позднее, то почему бы вам не остаться? Так что пока слуги будут заняты подготовкой, вы бы могли… Его резко прерывает протяжный, страдальческий стон со стороны Люси, чей по-настоящему вымотавшийся взгляд так и не оторвался от потолка. Этот звук фактически заморозил всех людей на месте из-за простого шока, хотя в моём случае, такой поступок заставил меня невольно улыбнуться. Потому что прямо сейчас, недовольный голос девушки, начал эхом разноситься по колоссальному помещению: - Сколько ещё вы собираетесь ходить вокруг да около?! Я здесь состарюсь! Негромко усмехнувшись, я спокойно направился к месту Люси, чтобы затем встав позади спинки кресла, начать делать медленный массаж плеч. Она очень сильно нервничает и тот факт, что ей придётся задержаться в поместье с отцом уже сегодня, а не остаться здесь после того, как Джуд исчезнет… это определённо её не обрадовало. Люси всего лишь вовремя смогла придумать «объяснение» для своего воя. Тем временем, продолжая мягкий массаж и при этом в самом деле снимая с её тела усталость своей магией, я посмотрел прямо на тех самых людей, которые собирались уходить. - Не волнуйся дорогая, осталась всего-то небольшая мелочь и ты сможешь насладиться своей победой. Кстати говоря… - Слегка выпустив вокруг нас свою магическую силу для лёгкого давления, я не без удовольствия услышал от одного из юристов тихий, испуганный писк. – Господа, что-то у меня никак не получается вспомнить, чтобы ваш руководитель куда-то отпускал вас. Мужчина, который стоит неподалёку, не более чем родственник главы концерна, неужели мне стоит воспринимать ваш поступок как пренебрежение к руководителю? – Мой голос стал особенно мягким, с тем самым звучанием, когда ты можешь говорить как добродушный продавец мороженного, но с лицом, которое натурально кричит о жажде потрохов и кожи. – Быть может всё ещё хуже и стоило только руководству сменится, как вы тут же бросились в двойную игру? И боже правый, когда уже начнётся приветствие нового главы? – Я слегка наклонился вперёд с выразительно выгнутой бровью. – Это саботаж авторитета вашего руководителя? Мне стоит воспринимать происходящее именно так? Джуд резко повернул голову в мою сторону с гневным криком: - Саламандр! Мне оставалось только спокойно обернуться в его сторону. - Вам запрещается отправлять какие-либо письма, пока вы находитесь на территории Хартфелия. Даже одна крохотная записка, положенная кому-то в карман, будет рассматриваться как саботаж с вашей стороны и это событие… - Невольно улыбнувшись, я многозначительно произнёс. – Будет рассматриваться и караться со всей строгостью. – Потеряв интерес к теперь уже заметно побледневшему мужчине, моё внимание вернулось к десятку юристов. – Итак. Вы полностью облажались, полное фиаско. Думаю, никому не нужно объяснять, что вам нужно заслужить не просто прощение, а хотя бы право на возможность молить пощады? Чтобы я и пропустил возможность использовать попытку старика притворится, что он всё ещё у руля? Ни в коем случае. - Завтра вы принесёте мне весь имеющийся у вас компромат, будь это кличка собаки вашего друга по переписке или имена скелетов в шкафу директора одного из руководящих филиалов, вы всё это принесёте. Поймите правильно, господа, мои руки очень и очень длинные, и они могут открыть множество дверей. Более того, меня крайне рады видеть в любом, высшем карательном органе королевства. Если не я сам доберусь до вас, то это сделает один из орденов королевского дворца и они не будут церемониться, вам в лучшем случае повезёт немного потерпеть несколько дней пыток, прежде чем от вас наконец останется пара килограмм хнычущего фарша. Но, прежде чем вы отправитесь за вашими индульгенциями… - Ни в коем случае, никакого прощения. Каждый получит внезапную деменцию, которая будет обнаружена примерно через полгода. Просто так выйдет, что они с самого начала не смогут вспомнить ни единой подробности о делах концерна. Ну а деменция… что ж, им же нужно будет на что-то тратить их пособие по увольнению, не так ли? – Будьте добры, поприветствуйте… - Мне пришлось в срочном порядке копать в голове все подходящие, высшие должности. – Вашего любимого и уважаемого Председателя, Люси Хартфелия! Дочь основателя некогда малой, но амбициозной компании, выросшей до нашего любимого концерна, чьи железные дороги простираются почти по всему королевству Фиор! Славная наследственность в руках той, кто стремится увеличить благосостояние королевства, но в особенности, людей, верных процветанию концерна! Если вы сможете проявить себя, то вам предстоят долгие годы плодотворного сотрудничества на наше с вами благо. Эти люди не лояльны Джуду Хартфелия, на самом деле они определённо его ненавидят, но даже так, им нет места в концерне. Я ни в коем случае не психолог, но даже моего дилетантского опыта вполне достаточно, чтобы увидеть в этих людях воров и предателей. Наверняка эти ребята торговали информацией обо всех предстоящих сделках самодовольного старика, потому что нет никакой другой причины для сохранения их верности и уж тем более терпения в отношении Джуда. Эти люди вытягивали последние соки, только и всего. Первым из мужчин, который взял слово, оказался полненький человек сорока лет с тусклыми, зелёными глазами в чёрным, офисным костюме с клетчатым рисунком из синих линий. Его голос был заискивающим, немного бархатным и постоянно задыхающимся из-за чего человек звучал как кит, выброшенный на берег: - М-Моё почтение, госпожа Председатель! – Он чуть было не дёрнулся упасть на колени, но быстро пришёл в себя, понимая, что от него не требовали подобного безумия. И тем не менее, мужчина быстро сориентировался и теперь уже неудачная попытка пресмыкаться, превратилась в не совсем удачный поклон. – Будьте уверены, мы будем поддерживаться вас, как и прошлого руководителя! И вот так, один за другим, эти люди давали натуральную клятву в верности. Рукопожатия с тайной раздачей деменции, доброжелательные улыбки, прибитые к лицу степлером, подобострастные поклоны, а также очень тихие, нервные шепотки с обещанием выполнить моё крошечное требование. Пройдя этот взаимно ненавидимый момент жизни, люди наконец получили мой медленный кивок, который позволил им уйти. Лишь только после этого мне наконец удалось вернуть внимание старику, который даже после расставания с концерном, пытался играть в глупую игру во «власть». - Наконец-то мы закончили с делами, не так ли? Напоследок глянув в сторону закрывшихся дверей, я всё также продолжал нежно массировать плечи молчаливой Люси. Однако лишь только сейчас мне удалось заметить отсутствие улыбки на своих губах. Пришлось исправлять, но без особого старания. В конце концов, ни я, ни Джуд, мы совершенно не уважали друг друга, к тому же отец Люси теперь имел полное право ненавидеть меня всем сердцем и душой, ведь он был ограблен. Несмотря на сомнительный «куш», само существование концерна с его разрешениями, бумагами и имуществом, продвинуло меня к цели на целых двенадцать лет! Наконец оставив девушку, я выпрямился во весь рост и затем радостно хлопнул в ладоши. - Возвращаясь к праздничному ужину. – Интересно, здесь есть кнопка вызова прислуги? Если нет, то нужно узнать номер быстрого набора. – Время конечно пролетело очень быстро и нам в самом деле не помешает как следует подкрепиться хорошей едой. Как бы мне не хотелось послать придурка в задницу и выбросить с чемоданами на порог, но он вполне мог сойти с ума и отменить сделку. Пусть всё горит, но не достанется же никому! Или что-то в этом роде. Несмотря на моё поведение, оно не было спонтанным, а ответной мерой на наглость и старик это знал. Нужно потерпеть три дня его существования, но без того, чтобы вышвырнуть засранца уже завтра утром! Я посмотрел на мрачную Люси, которая очевидно боролась с нервами и всеми этими новостями, свалившимися на неё как снег на голову. Мы договаривались о том, что всё кроме земель достанется мне, а по итогу она оказалась председателем, который и руководит концерном. - Милая, чем бы ты хотела поужинать сегодня? Не буду врать, услышав её ответ, чуть было не рухнул на пол как подкошенный. Голос Люси был мрачен и сочился желчью также хорошо, как медовые соты под жарким солнцем: - Вина. – Видя моё пустое выражение лица, она довольно фыркнула. – Салат из овощей и много-много индейки. Но прежде всего? Вино. Много. Верно… благодаря мне, аппетит Люси - это серьёзная вещь. Тем не менее, теперь её аппетит больше никогда не станет таким как прежде. Те самые улучшения, которые получило тело девушки, отныне требовало соответствующего питания. В противном случае, чтобы вырасти как волшебник для более-менее сносных показателей, ей бы понадобилось не меньше трёх, а то и четырёх лет. Если раньше прогресс моей напарницы составлял условные полтора процента прироста в месяц, то теперь это все двадцать пять. Всё именно так, тот самый результат за который любой волшебник до А-ранга продаст все почки своих знакомых и будет делать любую мерзость, которая только заставляет благодетеля улыбаться. Тем не менее, найдя в себе силы улыбнуться, я обратился к старику: - Мне тоже самое, но без вина. Думаю, сойдёт какой-нибудь сок из фруктов. Вот как это делается, старикашка. Ты предложил ужин в чужом доме, как будто он до сих пор твой собственный и теперь тебе придётся отвечать за эти слова. А именно, организовать этот самый ужин, как прислуга. Продолжая смотреть на мрачнеющего Джуда без единого слова, я мог наблюдать как до него постепенно доходит, что именно сейчас произошло и в награду мне достался прищуренный взгляд. Но, как бы то ни было, мужчина в самом деле направился к столу, чтобы сделать звонок. Ну и как тут не пнуть его под зад? Метафорически, конечно. Вежливо прокашлявшись, чтобы привлечь внимание до сих пор разговаривающего человека, я добавил: - Нам нужно немного прогуляться. Пусть мне и пришлось купить ваши теперь уже бывшие владения, но пришло время ознакомится с нашим новым имуществом. Всё-таки пока моей возлюбленной не было дома, очень многое изменилось и будет глупо хотя бы не осмотреться пока вы ещё здесь. Не так ли? Вдруг мы найдём нечто ужасное, требующее вашего срочного вмешательства. – Подойдя к Люси, которая старательно не смотрела в сторону отца, я подал ей руку, как минимум подозревая наличие непослушных ног. Учитывая, то, как сильно она вцепилась в мою руку, догадка оказалась полностью верна. Так что оказав ей небольшую помощь, я начал неторопливо вести девушку в сторону выхода. – Поэтому, в связи с нашей занятостью, будьте добры, позаботьтесь и о том, чтобы спальня была готова. Оказавшись позади закрывшихся дверей, я вежливо не обратил внимания на звук разбившейся керамики.

---

С того самого момента как мы покинули бывший кабинет Джуда Хартфелия, никто из нас не проронил и слова. Я не знал почему этого не делает Люси, но в моём случае работала нездоровая паранойя по отношению к слугам, которые могли услышать от нас что-то, что не так уж важно для меня. Но при этом, окажется идеальным оружием в руках Джуда. К чему беспокойство, не так ли? Бумаги уже подписаны и оформлены, а их копии направлены во всевозможные организации. Что здесь может быть страшного, верно? Для начала – я ограбил Джуда Хартфелия. Я это понимаю, Джуд это понимает, и он совершенно не счастлив. К тому же, как правило, прямой шантаж и угрозы, определённо не делают людей счастливыми. И даже если сам Джуд не способен мне ничего сделать, то у него наверняка есть три-четыре знакомых с высоким положением. Несколько ругательств здесь, пара злобных плевков там и немного истерики сям. Вот, что может наделать озлобленный старик, которого макнули лицом в грязь, а затем повозякали. Порча репутации. Казалось бы, как можно боятся дурака с двумя сотнями миллионов в кармане? Оказалось очень даже можно, ведь после «продажи» концерна за копейки, за ним всё ещё стоит статус очень обеспеченного человека. Разумеется, я мог бы разрушить это уже завтрашним утром, но раскрытие ситуации «Концерна Хартфелия» относится к крайнему средству, если директора компаний откажутся продавать свои акции. Пока что в моих планах позаботиться о том, чтобы росло количество компаний, которые присоединяются к концерну, дабы размыть доли ценных бумаг в руках держателей. Пока что, «Хартфелия» это только корабли и железные дороги, но в скором времени всё будет… гораздо масштабней. Реклама, новости, реклама под видом новостей, мода, гостиницы, сдача жилья, а также обычная еда и консервы. Охранные предприятия, модельные предприятия, склады и наконец, самое важное – конструкторское бюро. Свои корабли, собственные вагоны и рельсы для железных дорог. Какой человек в здравом уме, вообще может соревноваться с тем, кто и обеспечивает скорость выполнения работ? Это поезда Хартфелия перевозят груз из одного конца в королевство, в другой. Если подумать, я действительно не понимаю, как такое сокровище вообще возможно превратить в голодного до зверя денег? Удивительно. Самое неприятное, что статус Джуда не пострадает даже если тот самолично раскроет тот факт, что «продал» концерн за копейки. Ему только и стоит сказать, что он всего лишь позволил молодым почувствовать себя особенными, и доброжелательно передал своей дочери дело своей жизни. Его даже зауважают ещё больше, ведь, по сути, он вышел на идеальную пенсию в золоте и роскоши. Говоря о проблемах которые старик мог бы обеспечить… Джуд может прожить полноценную жизнь с неделю или две, а может даже и три. Это много времени. Хотя после слов Люси об алкоголе, ублюдок не удержится от того, чтобы и самому выпить хотя бы один бокал, так что ускоренный маршрут до аневризмы обеспечен. Если же два бокала? Он труп к концу недели. Продолжая идти под руку с Люси, я в самом деле наслаждался видами из окна поместья и даже когда мы оказались на улице, впечатление лишь многократно усилилось. Мы просто шли и шли между зелёных оград, пока не оказались напротив большой статуи в виде женщины в платье с ангельскими крыльями. Прямо перед ней, находилась мраморная плита с именной табличкой и небольшой, цветочной клумбой. Могила Лейлы Хартфелия. Не нужно быть гением, чтобы догадаться перед чьей могилой мы находимся. Люси смотрела на статую с молчаливой, тоскливой улыбкой и я не смел мешать этому долгожданному воссоединению. Девушка медленно проводила ладонью по мраморной поверхности, изредка прикасаясь пальцами к витиеватой резьбе рамы именной таблички и была полностью погружена в свои мысли. Неизвестно сколько времени понадобилось на возвращение Люси в реальный мир, но когда это наконец произошло, она спокойно спросила: - Хоть одно слово из того, что ты сказал было правдивым? Трижды притянуто за уши и тем не менее, нигде не было нулевой вероятности. Но если она говорила о проблемах отца? Люси не стоит знать насколько я преуменьшил. Если бы Джуд провалился, а его ждало именно это, то не найди она возможности натурально исчезнуть лет на семь, банкам будет абсолютно плевать. Всё легло бы на её плечи. Заговорив с медленным кивком головы, моё внимание продолжало наблюдать за реакцией Хартфелия. - Ты и половины не знаешь. – Тяжко вздохнув, мне ничего не оставалось кроме как присоединится к разглядыванию могилы. – Не могу сказать, что тебе повезло с нашей встречей, иначе это будет ложью. И тем не менее, не встреться мы в том самом ресторане, то тебя ждала бы не самая счастливая жизнь. Джуд стал бы заключённым лет на пять, но только в том случае, если у него была возможность продать концерн за более-менее сносные деньги. Не буду врать, карман твоего старика получил бы не меньше двух, а может и трёх миллиардов. Вот только Джуд не имел бы ни малейшего шанса их потрогать или просто увидеть. Сначала оплати штрафы, затем оплати долги, потом поднимут голову самые обиженные люди из руководства его же концерна и тоже потребуют денег. После срока, втой отец стал бы не просто бедняком, его ожидала жизнь оборванца. Почувствовав в своей руке ладонь девушки, я мысленно вздохнул. Обязательно превращать всё в личное? - И вот, твой старик свободен, но беден как крыса. Зная его эго, как ты думаешь, этот человек стеснялся бы потребовать у тебя «помощи родному отцу»? И что важнее всего, смогла бы ты отказать? Не сказав ни слова, девушка потупила взгляд. Её расфокусированный взгляд медленно блуждал по клумбе без особого внимания, пока она наконец не прошептала тихие слова: - Я не знаю. Зато знал я. Она бы помогла. Сейчас – потому что добрая и старик наверняка не всегда был куском дерьма, так что светлые воспоминания сделают своё дело. После, через лет пять, поможет, но не из добрых чувств, а ради сохранения репутации в глазах обычных людей. Улыбнувшись Люси мягкой, но скромной улыбкой, я слегка обнял её за талию, и девушка совсем не отстранялась. Ей нужна была поддержка и даже такая малость, делала большое дело. Посмотрев на усталое лицо Хартфелия, мне стало понятно, о чём она теперь думает. Люси совершенно не знала, что я задумал, но слишком боялась отца, чтобы попытаться разобраться в происходящем. В таком случае, мне нужно немного приоткрыть завесу. Рассказать о плане.

---

Отправив одну из служанок за дочерью и НИМ, Джуд позволил себе устало рухнуть в своё кресло. Вслед за этой мыслью, мужчина раздражённо хмыкнул, но не без доли юмора. Его кресло, как же. Три часа тому назад оно было именно таким, но теперь? Нет. Как его дочь могла измениться всего за один год своего свободолюбия? Или что ещё более ужасно, могла ли Люси быть именно такой с самого начала? Могла ли она всё это время притворяться так хорошо, что он и заметить не успел, как маленькая змея выросла до огромного, голодного питона? Скривив губы в раздражённой гримасе, Хартфелия откинулся на спинку кресла. Он бы не заметил, потому что просто не смотрел. Тихая и послушная, зачем за ней следить? Теперь ему показали причину, но только тогда, когда было уже слишком поздно. Вот только кто посмеет его судить? Маленькая девочка мало чем могла помочь в развитии дела всей жизни, она – это не более чем кратковременный источник головной боли и шума в ушах. Люси росла как актив и когда дочь наконец достаточно повзрослела, лишь только тогда эта девчонка стала наконец полезной. Сын семьи Джунель был натурально одержим Люси и если бы брак состоялся, то эти дворяне собирались обеспечить его расширением дорог на юг Фиора! Ему до пены изо рта нужны были их деньги и влияние! Нужны ещё вчера! Ещё три года назад! Пять! Десять, чёрт побери! Вот только Люси сбегает из дома, но найм пары журналистов в каждом городе в пределах трёх дней пути, позволил ему найти беглянку уже на вторые сутки. Он всегда знал где она была, но не более того. Работала моделью для низкопробных журналов и порой могла взять подработку официанткой на короткий срок. Когда ему всё-таки стало любопытно чем именно занималась эта неотёсанная дурёха, то на какой-то миг им одолевала отцовская гордость, но только несколько секунд и всего лишь один единственный раз. Спустя полгода, успех Люси никак не продвинулся с предыдущего места, она была никем. Но теперь, пережив натуральный ураган по вине дочери, Джуд начал считать, что он читал лишь дозволенное, а не правдивое. Журналисты. Что за жалкие люди? Как были мусором, так мусором и останутся. Жизнь от статьи до статьи за смешные гроши, хотя имели все шансы чтобы получить покровителя на целый год. Ничтожества. И вот теперь, мерзавка вернулась чтобы угрожать ему. Хуже всего, что в каждом её слове не было ни единой капли лжи, она бы действительно разнесла в щепки свой собственный дом, только ради его страданий! Что за безумие… Безумие… какое до омерзения правильное слово. Каким-то образом, Люси смогла найти во всём треклятом Фиоре самую страшную вещь на белом свете! Из всех людей, именно трижды проклятый Королевский Палач! Люси влюбила в себя человека, который в одиночку избавился от армии численностью в тридцать тысяч человек с их генералами, равным богоизбранным волшебникам Ишгара! Как королевство, Фиор почти не узнал о возможной катастрофе и всё из-за вмешательства этого ужасного человека. Именно силами Тотоа Саламандра, вторжение выглядело не более чем хлопушка, взорванная на границе! Однако среди тех, у кого была власть? Среди тех, кто имел серьёзное положение? Для них, Саламандр был живым, дышащим ужасом. Он устроился в королевский дворец как простой работник, обслуга с магическими способностями. Пыль! Никто! Но всего через одну единственную неделю, этот человек взобрался по политическому олимпу Меркурия как по ступенькам домашнего крыльца и сразу же встал подле короля. Все считали его пустышкой, временной заплаткой среди приближённых. Имя едва ли всплывало на званных вечерах среди бизнес-партнёров и даже тогда, «Тотоа» использовалось как проклятая шутка! Такое происходило на протяжении двух дней. Но на третий? Сам Джуд увидел… то создание… тварь, которая умоляла о смерти, о прекращении своего адского существования. Это был человек с которым он подписывал контракт на полтора миллиона драгоценных всего двумя месяцами ранее. В тот момент, Джуд прибыл только чтобы жена партнёра подписала закрытие сделки, в противном случае, от него не было бы и письма с соболезнованиями. Вторая неделя Тотоа на посту придворного волшебника, ознаменовалась полной тишиной среди двух фракций, которые вечно фыркали в сторону Тома Е Фиора. Все эти люди были живы, но они молчали и отказывались говорить с любым, кто спрашивал. Причина их затишья тщательно умалчивалась и лично сам Джуд имел некоторые догадки. Особенно после той встречи с несчастным. В какой-то момент Джуд снова встретил того самого человека, который оказался превращён в проклятую задницу с глазами и теперь тот вновь был самим собой. Хвастливый идиот, который чувствовал свою неприкосновенность – изменился. Теперь это был беспрекословно преданный сторонник короля. Сам Джуд получил очень тихое, очень осторожное предупреждение – не показывать характер на глазах волшебника. А потом, случилась весна Х781-года, спустя всего один месяц как Тотоа Саламандр стал придворным магом. Спустя три часа, этот человек убил армию и их генералов. Королю даже не пришлось прерывать свою поездку в Боско, Тома Е Фиор вернулся тогда, когда захотел и все делали вид, что всё в полном порядке. Король даже хвастался новыми подарками от других королей, которые тот получил в своей поездке. Когда некоторое время тому назад, прошёл осторожный слух о том, что это чудовище решило заняться «простыми делами» и покинуть пост придворного мага, сам Джуд не особо интересовался этой информацией. Он выбросил эту новость из головы едва ли не сразу после получения. В его случае, у него было слишком много важных дел с целью спасения концерна и новости о волшебниках нужны только волшебникам. Быть может ещё только их не менее сумасшедшим фанатам. И теперь, он лицом к лицу познакомился с последствиями своих решений. За время отсутствия Люси у него даже получилось договориться с мастером гильдии Фнтом Лорд. Жозе Порла был деловым человеком и с пониманием слушал критерии работы, этот волшебник определённо происходил из той редкой породы волшебников с мозгами. Можно сказать, Жозе Порла обладал замечательной головой на плечах. Если бы Люси не вернулась домой через три месяца, гильдия должна была отправить самых квалифицированных магов на её возвращение. Однако, в том случае, если чертовка всё же смогла бы устроиться в какую-то магическую гильдию… Джуд чётко обозначил задачу для Жозе. В случае эскалации, гильдия получит от пяти до десяти миллионов. И теперь, всё это бессмысленно. С той самой секунды, как у него вырвали концерн из рук, как какой-то леденец из крошечных ручонок ребёнка, его голова работала на пределе. Праздничный ужин. Панихида по его собственным амбициям, но только снаружи, истинный замысел – узнать всё, что только можно о дальнейших планах этой омерзительной пары. Любая новость, случайный клочок информации, всё, что позволит ему подготовиться и затем вернуть отнятое. Находясь в банкетном зале, Джуд стиснул зубы, продолжая наблюдать за постепенно накрывающимся столом. Чудовище оторвало ему руки и ноги, а затем сразу прижгло раны. Если он сам вздумает раскрыть истинное положение концерна, то это не закончится хорошо. Тотоа знал, что ему придётся держать рот на замке, ведь иначе, чудовищу даже не придётся шевелиться, чтобы Джуд Хартфелия оказался съеден заживо всеми, кто подписывал с ним бумаги.