Глава 9. Небольшие поддавки

«Дорогой Гарри! Я знаю, что в пятницу после обеда у тебя нет занятий, поэтому, если захочешь, приходи ко мне на чашку чая примерно к трем часам. Хочу знать, как прошла твоя первая неделя. Пришли мне ответ с Буклей». Я смотрел на записку, выведенную неровными буквами, со смешанными чувствами. С одной стороны, Хагрид — просто добродушный простак. Для оригинального Поттера он был спасителем, открывшим мир магии и подарившим Буклю. Но для меня он был чужаком. Хуже всего то, что Хагрид был предан Дамблдору неистово, почти по-звериному. Он не сомневался ни в одном решении директора. А значит, ни о каком доверии к нему с моей стороны не могло быть и речи. Но и отталкивать его сейчас, как и Уизли, было нельзя. Резкий разрыв сценария выглядел бы подозрительно. Дамблдор и так обеспокоен. Пришло время немного подыграть. Пусть старик думает, что хоть что-то идет по его плану. Схожу к лесничему, посмотрю на заметку об ограблении, проявлю вежливый интерес — не более. Написав на обороте: «Да, с удовольствием, увидимся позже, спасибо», я вручил записку Букле. Но это подождет. Главное событие дня — Зельеварение у его высочества Принца. Еще одна ключевая фигура в этой партии. Снейп начал урок с переклички и высокопарной речи о том, как «разлить по флаконам известность, сварить триумф и даже заткнуть пробкой смерть». Если бы он преподавал так же хорошо, как толкал речи… — Поттер! — внезапно рявкнул он. Я встал. Реплику про «знаменитость» во время переклички я пропустил мимо ушей, сделав вид, что увлечен учебником. Теперь пришло время реагировать. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни? — Э-э… Какое-то успокоительное, кажется, — я замялся, изображая мучительный поиск ответа, и робко поднял глаза к потолку. — Напиток Живой Смерти? Снейп одарил меня взглядом, полным привычного презрения. — Почему так неуверенно, Поттер? Это правильный ответ. Не уверены в своих знаниях? Я лишь пожал плечами. Он и не ждал ответа, тут же перейдя к следующему вопросу: — А что такое Напиток Живой Смерти? Вы знаете это или просто гадаете? — Это очень сильное усыпляющее, сэр, — ответил я уже тверже. — Оно так называется, потому что… ну… — я снова запнулся. — Если его принять, человек засыпает так глубоко, что его можно принять за мертвого. Снейп продолжал сверлить меня взглядом. — А чем отличается «волчья отрава» от «клобука монаха»? — Н-ничем, сэр. Это аконит. Разные названия одного и того же растения. — Не мямлите, Поттер. Вы всё-таки на Когтевране. Вижу, вы хотя бы потрудились открыть учебник перед уроком. Линия поведения была выбрана верно. Снейп будет ненавидеть меня в любом случае — просто за то, что я существую и напоминаю ему Джеймса Поттера. Поэтому я решил дать ему «кость»: правильные ответы, но сдобренные неуверенностью и робостью. Пусть выпускает пар, критикуя мою манеру речи, а не отсутствие знаний. Но как же он раздражал! Эта комедия начинала мне надоедать. А «Принцу» явно было мало. — Если я попрошу вас принести безоаровый камень, где вы будете его искать? «Да чтоб у тебя котел взорвался, сальноволосый повелитель ступок!» — пронеслось в голове. — Безоар… Он образуется в желудках жвачных животных. Коз, например. — А может расскажите о его основных свойствах? — Основное применение — противоядие. Большинство известных противоядий готовится на его основе. В экстренных случаях его можно применять в чистом виде — он если не нейтрализует, то значительно ослабит действие яда. Снейп хмыкнул. — Садитесь, Поттер. Возможно, из вас выйдет хоть какой-то толк. Но не обольщайтесь: зубрить теорию и работать у котла — разные вещи. Сегодня мы варим простейшее зелье от фурункулов. Рецепт на доске. Ингредиенты— в том шкафу, - он кивнул на один из шкафчиков, который тут же раскрылся. — Установить котлы. Готовить — в парах. Пусть один готовит, второй контролирует. Так меньше шансов что у кого-то расплавится или взорвется котел. Даже не знаю, почему он вызывал у меня раздражение. И дело не в мерзопакостном характере или придирках. Тут что-то другое. Что-то, что я пока сам не понимал. Может вспоминался конец оригинальной, той истории, где тот Гарри разве что не рыдал, просматривая воспоминания Снейпа, которые превратили его из Врага Номер Один в кумира наравне с Дамблдором, и это слишком противоречило тому, что я видел сейчас. А сейчас я видел закомплексованного, исходящего презрением гада. Да еще и предателя. Дважды предателя, если быть точным. Может, стоило подумать получше что с ним делать, но сейчас мысль в голове была лишь одна: «Да идите вы, профессор…» Благо работа помогает отвлечься от подобных мыслей. Я взял на себя подготовку — нарезку и взвешивание, доверив сам процесс варки Гермионе. Точное следование инструкциям было её стихией. Наше зелье получилось безупречным, как и у большинства когтевранцев. В отличие от Захарии Смита с Пуффендуя, чей котел начал источать вонь навозной кучи, пока Снейп не уничтожил это безобразие заклинанием Эванеско, а самому Смиту назначил отработку. Наше зелье удостоилось лишь холодного кивка. Баллов Снейп не дал никому. — Мы всё сделали правильно! — возмущалась Гермиона, когда мы уходили. — И ни одного балла! — Радуйся, что не снял, — равнодушно отозвался я. — Он дает баллы только своим. Ты слышала, как он произносил мое имя? Будто одновременно нюхал драконье дерьмо. — Гарри! — ахнула она, но тут же замолчала и о чем-то глубоко задумалась. К трем часам я отправился к Хагриду. Домик лесничего стоял на опушке Запретного леса. Еще издали я заметил у ограды фигуру в черной мантии. «Ну, привет, Рон. Давно не виделись». После неудачи в понедельник Рон исчез с моего горизонта. И вот он здесь. Значит, Хагриду поручили «свести» нас снова. — О, привет, Гарри! — Рон замялся. — Помнишь меня? Я Рон Уизли. — Да, припоминаю, — протянул я, глядя в небо. — Ко мне многие подходят… всех не запомнишь. — Ну еще бы, ты же живая легенда! — Рон воодушевился. — Тоже к Хагриду? Он и меня позвал. Только его самого пока нет. Мы постояли в молчании. — Как там на Когтевране? У меня в семье все на Гриффиндоре были. Ты знал, что твой отец тоже там учился? — Нет, я мало знаю о родителях. А ты откуда это знаешь? Действительно, Рон — откуда информация? — Он был ловцом в команде по квиддичу. Одним из лучших! Я фото видел в нашей гостиной. Ну, фото сборной, где был твой отец. Одна из лучших команд Гриффиндора за всю историю! Ты ведь любишь квиддич? — Я вырос у маглов, Рон. Я знаю футбол и баскетбол. А про метлы слышал только в сказках. — Да ты что! Квиддич в сто раз круче! О, Хагрид идет! Лесничий показался из леса с огромной корзиной. — О, здорово, парни! Пришли уже? Заходите, заходите! Внутри Хагрид засуетился, заваривая чай. Выяснилось, что Рона он позвал «по старой памяти» - он хорошо знал его старшего брата Чарли, который теперь работал с драконами в Румынии. — Ну, а ты как, Гарри? — спросил он, протягивая мне кружку и тарелку с каменными кексами. Кекс был тверже скалы — пришлось незаметно размачивать его в чае. — Учусь понемногу. — Удивил ты меня, Гарри, ох удивил, — Хагрид покачал головой. — Родители-то твои оба гриффиндорцы были. А ты вот в умники подался… Я попытался расспросить его о родителях, но Хагрид лишь выдал стандартный набор фраз про «лучшего ловца» и «красивые глаза матери». Он явно избегал подробностей. — Тебе надо было к нам идти! — встрял Рон. — Гриффиндор - это самый дружный факультет. Мы всегда горой друг за друга. А Когтевран… там каждый сам за себя. — Шляпа решила иначе, — отрезал я. Хагрид тем временем взял чайник и как бы невзначай кивнул на газету, лежавшую на столе. — О, слыхали, ребятки? Гринготтс ограбить пытались! Гарри, глянь на дату. Это ж в тот самый день было, когда мы с тобой там были! — И что, украли что-то? — я изобразил легкое любопытство. — Да ничего не взяли! — Хагрид хохотнул. — Гринготтс - место надежное. Хотя… если б я что прятал, я б Хогвартс выбрал. Тут Дамблдор, великий человек. Кто ж сюда сунется? — Возможно, — пожал я плечами. На обратном пути Рон начал заговорщицки шептать про запретный коридор на третьем этаже. — Фред и Джордж точно туда залезут. Может, и я с ними. Интересно же! — Дамблдор сказал, что там мучительная смерть, — напомнил я. — Скорее всего, там просто идет ремонт. У маглов тоже закрывают этажи, когда сверху может кирпич на голову упасть. — Ремонт? — Рон посмотрел на меня как на сумасшедшего. — Да, ремонт! — кивнул я. — Так то у магглов, что у них такого может быть? — У них тоже много чего опасного есть. А тут волшебный мир. Возможно есть вещи и похуже чем мешок цемента, упавший сверху. — Гарри, у тебя на всё какие-то скучные объяснения! — Может, поэтому я и на Когтевране, — улыбнулся я. Вечером в пустой гостиной я сидел у камина с книгой на коленях. Пламя в камине уютно потрескивал, я пил чай. Нормальный чай, а не непонятное месиво из трав у Хагрида. В качестве закладки в книге была карточка из шоколадной лягушки с портретом Дамблдора. Директор на фото добродушно махал рукой. «Ну что, директор, испытали облегчение?» — подумал я. Я не сомневался, что Хагрид и Рон уже доложили о каждом моем слове. Мне скормили новость об ограблении, намекнули на безопасность Хогвартса и попытались заманить в запретный коридор. План Дамблдора продолжал работать, просто теперь он делал это через Хагрида и «случайные» встречи с Уизли. Вы, наверное, и понятия не имеете, что я позволил вам все это себе скормить? — Гарри? Почему не спишь? — за спиной раздался сонный голос Гермионы. — Зачитался. — Спать надо, — она нахмурилась, но в её глазах промелькнуло беспокойство. — Плохой сон влияет на концентрацию. Строгость из ее голоса уже ушла, осталась лишь... беспокойство? — Буду знать, Гермиона. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Гарри. Гермиона ушла к себе, а я посмотрел ей вслед. Мда, заботливая Гермиона на первом курсе — что-то новое. Видимо предыдущую роль она до конца не забыла. Не привыкла еще? Почему-то ее мне становилось все больше жаль. Насколько глубоко она во всем этом? Есть ли шанс спасти ее? Я посмотрел на карточку Дамблдора. Выходные должны пройти спокойно. Но во вторник полеты на метлах , значит? Ну что, директор, купили уже мне «Нимбус 2000»?. Надеюсь, у вас есть идеи, куда его потом пристроить?