Часть 39

      После спортзала Кречетов и Фиби вернулись в катакомбы. Девушка, быстро перекусив роллами и колой и облачившись в изящное зеленое платье, расшитое золотыми нитями, с вызовом смотрела на Виталия.              — Ты обещал учить магии, — мягко, но настойчиво напомнила она.              Кречетов усмехнулся. Солгать или увильнуть от этой женщины у него, похоже, никогда не получится — и это осознание странным образом радовало его.              — Ты уверена? — спросил он, беря ее за руку и выводя из спальни.       Фиби уверенно кивнула, и он повел ее в неизвестном направлении.              Она крепко сжимала его пальцы, чувствуя странную уверенность — и в нем, и в себе. Вскоре они вошли в огромную библиотеку. Фибс ахнула: бесконечные стеллажи, уходящие вглубь залов, соседствовали с новейшими проекторами и компьютерами. Пространство освещалось факелами и мерцающим камином, создавая причудливый сплав эпох.              — Словно попала в средневековье, — прошептала она в восхищении. — Кто построил это?              — Точно неизвестно. Одни говорят — южане во времена Гражданской войны, другие кивают на первых колонистов. Но здесь собраны лучшие гримуары по магии и истории мифических существ, — Виталий улыбнулся. — Ну что, Гермиона, готова?              Фиби кивнула, предвкушение разливалось по телу теплой волной.              — В магии главное — фантазия и воображение. Если они есть, полдела сделано. Давай потренируемся, — он подвел ее к камину. — Потуши огонь. Визуализируй, как пламя гаснет. В деталях. Прочувствуй это.              Фиби хитро улыбнулась, протянула руки над огнем и сконцентрировалась. Мгновение — и пламя исчезло, словно его и не было.              — Неплохо, — одобрительно хмыкнул Виталий. — Теперь взгляни на стол. Видишь книгу «Щит и меч»? Заставь ее исчезнуть.              В его голосе сквозила теплота и легкий вызов. Фиби приняла его, простерла руку, закрыла глаза — и книга бесследно растворилась в воздухе, чтобы тут же материализоваться на каминной полке.              — Мисс Грей, в вашем роду Гриффиндорцев не водилось? — Кречетов одобрительно поцеловал ее в губы.              — Уже не уверена, — Фибс потянулась к пуговицам его рубашки, но он мягко остановил ее.              — Но... — она оторопела.              — Сначала — зажившие шрамы. Потом — близость, — прошептал он, поглаживая ее волосы.              — Но ты же мастурбируешь на меня? — хитро прищурилась Фиби, отстраняясь.              — Да... — тихо признался вендиго. — И очень часто. Особенно на пирах, когда наедаюсь досыта.              — Я бы... наверное... могла бы... пойти туда с тобой... Как наложница... со стоп-словами, — неуверенно выдохнула девушка.              Боялась ли она его истинной сути? Да. Но куда страшнее была мысль, что из-за того пиршества он перестанет хотеть ее как женщину. Их теплая дружба и флирт радовали, но ей хотелось большего.              — Фиби, дай шрамам зажить, и мы все обсудим, — Виталий щелкнул ее по носу. — Кстати, как насчет завтра сходить за новым оберегом? Сова ремонту не подлежит.              Она вздохнула. Сколько же сил он вложил в уговоры Иды создать тот талисман... а она в порыве гнева так легко с ним рассталась.              — Я за... Пойдем вместе? — глаза ее сияли. Она делала первые шаги в мире магии, была подругой Повелителя Тьмы... Скоро она все расскажет Теодору, и, возможно, сама станет его наставницей. Что-то подсказывало, что Тео уже потихоньку учится у Елены.              — Не могу. Деловая встреча с турками. С тобой пойдет твой фамильяр. Заодно расскажет об оборотнях — лавка, где вы купите кулон, находится в их квартале. Там... очень живо. Дух свободы и юности, — Виталий улыбнулся. — Кстати, завтра он предстанет в человеческом облике. Уверен, вы найдете общий язык.              — Это он или она? — уточнила Фиби.              — Он. Правая рука Толи Живчика в стае. Хороший парень. Женат на целительнице, но им приходится скрывать свои отношения, — Кречетов вздохнул.              Фиби хотела спросить «почему», но промолчала. Виталий наколдовал ужин, и они устроились у камина. Фиби взахлеб рассказывала о своих днях в разлуке, а он в ответ делился байками из послевоенной жизни.              Девушка смеялась до слез над историей о том, как они с Игорем отбивали Иду у Пола Маккартни, который увлекся ею после концерта The Beatles. Как выяснилось, именно тогда Кречетов вошел в круг богемы и сделал первые шаги в бизнесе.              — Не очень жалую богему, — признался Виталий, отпивая колы. — Но «Битлы» были классными.              — А твой первый бизнес был легальным? — спросила Фиби.              — Да. Пусть я и люблю играть на грани, но тогда, после войны, мне хотелось жить честно. Я путешествовал по миру, спасал магических существ. Ты же не удивишься, узнав, как с ними обращались — опыты, цирки уродов... А что творил Третий рейх... — его кулаки сами собой сжались.              Фиби слушала, не прерывая. Как в одном человеке могли уживаться жестокий людоед и филантроп? Что выковало его таким?              — Ты удивительный, — она смахнула предательскую слезу. — Как ты выжил? В детстве, я имею в виду...              — Не знаю... Думаю, в этом огромная заслуга Игоря. Он защищал меня, учил темной магии. В семнадцать, пытаясь обуздать моего зверя, он свел меня с Нигяр. Он верил, что БДСМ и контроль помогут. И не ошибся.              Я взял жизнь в свои руки. Перестал быть озлобленным, испуганным зверьком. Нашел клан вендиго, завоевал в нем авторитет, принял свою природу и научился ее сдерживать. Поступил в военное училище — мои способности позволяли изучать больше. Много ездил по Европе. А в годы войны... — Виталий умолк, заметив, что Фиби клюет носом. Он бережно подхватил ее на руки и отнес в спальню.