Часть 58

      — Только два недопустимых действия. Мисс Грей, да вы экстремал, — Кречетов наколдовал два бокала вина.              — Я бедовая, ты же знаешь. И ещё: мы сохраним ваниль? Я хочу спать с тобой в одной кровати, хочу обниматься... Хочу большего, — в карих глазах девушки горела решимость.              Кречетов знал это. Если его прошлые сабы были покорными куклами и молчали, то мисс Грей... Она требовала большего. Академик был в шоке, но это его заинтриговало. Он соблазнительно закусил губу.              — Хорошо. Большее будет. Но за разные глупые выходки я буду наказывать тебя, — Виталий отпил вина. — Я готов подписать.              Фиби наколдовала ручку и расписалась на двух экземплярах. То же самое проделал и Виталий. Мисс Грей еле слышно выдохнула.              Они встали из-за стола, и Кречетов схватил её за руку. Мгновение — и он властно сжал её в объятьях.              — Ты наглая, смелая, но невыносимая девчонка, мисс Грей, — прошептал Вендиго.              Его руки властно шарили по её телу, а губы смяли её рот в собственническом поцелуе. В этом не было нежности — только похоть.              — Идём в игровую, — приказал Тёмный Король.              Фиби покорно последовала за ним.              Они вошли в игровую, и Виталий включил свет. Если раньше это помещение было уютным алым будуаром, то теперь оно напоминало настоящую темницу: каменные стены, факелы, орудия пыток... Кровать сменилась раскладушкой, а где-то в углу лежали человеческие кости.              — Переоборудовал её под пыточную после твоего ухода, — ответил Кречетов на немой вопрос Фиби.              Девушка кивнула.              — Раздевайся, — приказал Виталий.              Фиби быстро сбросила одежду и опустилась на колени. Однако взгляд она не опустила и смотрела на Кречетова, давая понять, что пригибает колени, но не дух.              Виталий хмыкнул. Чертовка. Огонь в ней горел гордо, и ему это нравилось.              — Жди здесь, — приказал он и ушёл.              Шли минуты. Фиби покорно сидела на холодном полу. Пугала ли её атмосфера? Да. Но что-то внутри подсказывало девушке, что Виталию можно доверять, и она надеялась, что он не причинит ей настоящей боли.              Спустя пятнадцать минут она услышала шаги. Тяжёлые, властные... Мгновение — и в поле её зрения оказались до блеска начищенные военные сапоги.              — Посмотри на меня, — прозвучал холодный приказ.              Фиби подняла голову. Напротив неё стоял Академик, одетый в форму СС. Девушка сглотнула. Это просто бутафория, — напомнила она себе и выдохнула.              Академик схватил её за руку и потащил к стене. Мгновение — и она была прикована. Он отошёл, взял с полки тонкий чёрный стек и приблизился. Холодный прут скользнул по её спине и бокам.              А спустя миг последовал удар. Жалящий и болезненный. Академик с хищной усмешкой наносил удары по телу Фиби, словно мстя ей за уход. Девушка стиснула зубы. Выстою. Смогу.              И, несмотря на страх и боль, она почувствовала странное возбуждение.              Спустя двадцать ударов Академик магией развернул её лицом к себе и, зарычав, впился в её губы. Его рука грубо коснулась её плоти.              — Так, так... Да вы возбудились, мисс Грей. Вы — гордая развратная мазохистка. И я рад, что вы снова стали моей, — прорычал Академик, расстёгивая брюки.              Он вторгся в неё грубо и жёстко. Одной рукой он царапал спину Фиби, а другой вцепился в волосы, заставляя смотреть ему в глаза.              Взгляд Фиби был яростным и полным вызова. Она не собиралась сдаваться. Она поймала его ритм и двигалась с ним в унисон. Это был не секс, а схватка двух сильных людей, ни один из которых не хотел уступать.              Наконец Кречетов зарычал, до крови укусил её за плечо, глубоко двинул бёдрами и кончил в неё. Фиби ощутила вспышку удовольствия, сладостно вскрикнула и обмякла в оковах.              Академик перевёл дыхание и отковал Фиби от стены. Мгновение — и он взял её на руки и отнёс в свою спальню. Вернувшись после душа, он лёг рядом.              Сердце Фиби забилось радостно и испуганно. Неужели..? Она протянула к нему руку, но тут же услышала рычание.              — Прижиматься можно, касаться — нет, — сонно буркнул Кречетов.              Фиби промолчала и закрыла глаза.              Утро выдалось снежным и туманным. Фиби проснулась первой, и её сердце радостно забилось. Виталий спал рядом... Спокойный, расслабленный, полный силы и чего-то королевского, покровительного. Шатенка еле сдержалась, чтобы не поцеловать его в щеку. Она понимала: без человечности он вряд ли позволит себе нежность. Но что-то внутри надеялось на лучший исход.              Немного полежав, Фиби встала, приняла душ, наколдовала себе джинсы с футболкой и отправилась готовить завтрак.              Она готовила только для себя, не зная, что захочет её суровый Господин. Мысли то и дело возвращались к вчерашней ночи. Всё прошло отлично. Она не боялась, не паниковала. И, кажется, Академик оценил это. Или это его разозлило? Девушка не знала ответа. Но тот факт, что он позволил ей спать с собой, о многом говорил.              Приготовив яичницу и кофе, Фиби села за стол, включила телевизор и начала есть.              Спустя какое-то время на кухне появился Кречетов. Он был в джинсах и футболке. Увидев завтрак, он усмехнулся.              — А мне, значит, не нужно готовить? — с иронией спросил он, садясь напротив.              — Я знаю твои специфические вкусы и думала, ты... — растерялась Фиби, но тут же наколдовала ему яичницу с макаронами и чёрный крепкий кофе.              — По утрам, пока меня не выбесили мои рабы или Светлые, я предпочитаю что-нибудь калорийное и сладкое. На человечину перехожу под вечер, — Кречетов отпил кофе. — Как тебе то, что было вчера?              — Отлично, — Фиби тоже принялась за еду. — Было видно, что нам обоим этого не хватало. Как твоё плечо?              Кречетов дотронулся до него, давая понять, что боль ушла.              — Ты не думала изучать целительство всерьёз? Слава сказал, что ты отлично всё залечила. Ещё раз спасибо, — бросил Виталий небрежно.              — Как тебя ранили? — шёпотом спросила Фиби.              — Медведь. Захотел медвежатины, нашёл этого Винни-Пуха, а он решил, что не видит себя в образе моего ужина, и попытался дать сдачи. Но я быстро уложил его на лопатки и сытно поужинал, — кровожадно произнёс Виталий.              Фиби потупила взгляд. Рядом с ней тот, кто рвёт медведей на части и ест людей, а она... нуждается в нём, как в воздухе. А он... нужна ли она ему?              — Я ведь не нужна тебе, — произнесла Фиби. — Ты не хотел контракта и прочего.              Кречетов замер. Чашка с кофе с шумом опустилась на стол. Он шокированно посмотрел на свою нижнюю.              — Фибс, господи... Что стало с тобой за полгода? Кто отправил твою самооценку в нокаут? Я скучал, чёрт, я безумно скучал по тебе. Даже с отключённой человечностью. Ты — упрямая, смелая, яркая. И мне нравится твоя непокорность. Академика она ставит в тупик, а Виталий Кречетов тайно наслаждается ею, — произнёс людоед. — И... возможно, однажды я снова захочу с тобой большего. Но пока даже не пытайся включать в моей голове тумблер под названием «человечность».