Часть 63

      Между тем Гамлет доставил нэко Долли к лаборатории в горах. Снаружи она казалась заброшенной, но в окнах теплился свет. Поблагодарив ворона, кошка заглянула внутрь.              Её взору предстала лаборатория — дикая смесь стимпанка и чёрной магии. На столах корчились подопытные, вскрикивая от боли. Люди в белых халатах вводили им сыворотки, от которых тела менялись, кости ломались и срастались заново.              Но самый ужас таился в центре зала. Там под стеклянным колпаком, в мутной жидкости, плавал обнажённый молодой человек. К его спине тянулись тонкие трубки, выкачивающие спинномозговую жидкость.              — Твою ж мать... — Долли смотрела на учёных: фанатичные взгляды, безумные улыбки. У некоторых на руках красовалась татуировка — змея, обвивающая череп.              Она свистнула, и к ней подлетел Гамлет. Дрожа, кошка взгромоздилась на него и помчалась обратно к свите.              Час спустя она, запивая виски, выдавала информацию Кречетову и остальным.              — Опыты над людьми, — Фиби сжимала кулаки, её трясло от ярости.              — Мы накроем эту лабораторию. И очень скоро, — заверил её Кречетов, кладя руку на её плечо.              — И бросим вызов Волдеморту? — спросила Ида. — Мы 25 лет не ввязывались в его дела, сохраняли статус-кво. Он узнает о нас и...              — Мы победим. Я верю в это. К тому же... я всегда хотел прибрать к рукам магический мир Англии, — спокойно произнёс Виталий.              — Прощай, спокойная жизнь, — хмыкнула Фибс, окидывая взглядом свиту.              Друзья начали обсуждать план нападения. Это заняло всю ночь. Под утро уставшие Тёмные уже расходились по комнатам, как вдруг услышали сигнал тревоги.              Все мгновенно телепортировались в центр города. Там бесчинствовали великаны с ободранной кожей. Они рушили дома, пожирали людей и сеяли панику.              Кречетов мигом превратился в Вендиго. Рядом с ним вырос до размеров Фудзиямы Харви.              — Толя, — взглядом приказала Фибс, и тот принял форму чёрного волка. При помощи магии Фиби увеличила его.              Трио верховных тёмных ввязалось в бой. С земли их поддерживали друзья. Фиби швырялась файрболами и молниями, стоя плечом к плечу с Идой и Чеканом. Рядом сражались Штехель, Платов и Кэтрин.              — Проведите зачистку лаборатории без нас! — крикнула им Фибс.              — Мисс Грей, вы уверены? — отозвался Штехель.              Фиби кивнула. Трио переглянулось, но не посмело ослушаться и тут же телепортировалось в горы.              Внезапно один из титанов ринулся к Фиби, пытаясь схватить её. Но девушка с кошачьей грацией увернулась. Тогда монстр ударил по земле, и ударная волна отбросила её.              Фиби покачнулась, схватившись за плечо. Это видел Вендиго. Тенью он подошёл к титану и вонзил клыки в его шею.              Перевес сил склонился на сторону защитников Токио. Титаны были повержены: часть убита, остальные бежали.              Когда всё кончилось, Виталий принял обычный облик и набросился на Фиби с упрёками.              — Ты! Обязательно нужно было рисковать? Ты не боец! Ты — светлая. Я приказал Кэт телепортировать тебя в отель! А если бы ты погибла? — Виталий оскалил клыки. — Это не игра! Ты — неофит, а мнишь себя опытным воином. Грей...              — Я помогала! — выкрикнула Фиби. — Я прикрывала вас! Да, я не боец, но и сидеть сложа руки, в ожидании вашей победы, я не стану.              Слёзы душили её. Развернувшись, она смахнула их и направилась в отель.              Кречетов зло смотрел ей вслед и, выдохнув, обернулся к свите.              — А она права... — внезапно раздался голос Толи.       Академик шокированно посмотрел на него.              — Девушка помогла нам. Благодаря ей сейчас в горах идёт зачистка. Фиби руководила нами, подсказывала. Держалась наравне. Привыкните к мысли, что не только вы можете приводить нас к победам, — подхватила Махидевран.              Виталий зарычал. Он что, терял авторитет?              — Её уже короновали? Она ваша королева? — прошипел людоед.              — Махидевран имеет в виду, что вы не правы. Вы вечно унижаете её. И не только её. Но мы-то ладно — за вами и в огонь, и в воду. А она... того и гляди, найдёт себе симпатичного светлого без закидонов, — хмыкнул Толя.              Кречетов в ярости взглянул на Чекана. Вопреки ожиданиям, Игорь кивнул в знак согласия.              Виталий телепортировался на крышу отеля и долго смотрел в темноту токийского неба. Они не правы. Я думаю о её безопасности.              Она спрашивала о его главной мечте... Но даже не подозревала о его главном страхе — потерять её. Он уже переживал это, когда на неё напала Тоня... И сейчас — едва не пережил вновь...              Кречетов уронил голову на руки. Он не любил её — нет, отключённая человечность не позволила бы. Но его тянуло к ней. Людоед не видел жизни без неё. А она так глупо рисковала...              Внезапно на его плечи лёг тёплый плед. Он повернулся и увидел мисс Грей. Та молча села рядом и обняла его.              — Мне не за что извиняться, ты знаешь. Я — часть команды. И я действовала так, как подсказывала интуиция, — прошептала Фибс.              Виталий усмехнулся. Она всегда находила нужные слова. Он обнял её в ответ.              — Прости... Я не привык к такому. Одно дело — когда ты бросаешь мне вызов в спальне, но в работе... Да и эта поездка — первая за годы... Я не вынесу, если с тобой что-то случится, — Академик поцеловал её в волосы.              Признание далось ему тяжело, но оно было необходимым.              Следующим утром в номере Фиби собралась вся свита. Вылазка в горы принесла скромные плоды: Штехелю и Кэтрин не удалось застать учёных, но они спасли почти всех подопытных.              Мисс Грей наколдовала чашку кофе для дрожащего Эрена Егера. Именно из его спинномозговой жидкости и создавались титаны...              — Как вы выжили? — сурово спросил Кречетов.              — Понятия не имею, сэр. Последнее, что помню, — как Микаса отсекла мне голову. Очнулся уже лабораторной крысой моего безумного брата. Зик Егер и ещё несколько предателей из Марли продались Волдеморту.              Насколько я знаю, этот психопат в отчаянии обратился к науке. Теперь штампует титанов. Их лаборатории раскиданы по всему миру, но главная — в Америке. Я могу узнать, где именно. Мне бы только связаться со своими... Мне жаль, что устроил «Гул земли», — признался Эрен.              — Пацан, открою тебе секрет: мы тут все не без греха. Мы — тёмные, а наш босс — лучший агент Абвера в истории. А, да, ты же 120 лет был вне доступа к информации, — Толя хлопнул Эрена по плечу. — Погугли.              Эрен удалился, а команда задумалась.              — Что теперь? — спросила Фиби.              — Возвращаемся в Нью-Йорк, ждём информацию от Эрена. Действуем по ситуации, — вздохнул Виталий.              Все кивнули и принялись собирать вещи.              Спустя четыре дня Фиби вошла в светлый офис. Её встретила секретарша Гоцмана — улыбчивая негритянка Бонни Беннет.              — Бонни, — Фибс вручила ей статуэтку японского бога удачи.       Та улыбнулась и пропустила её к шефу.              В кабинете Гоцмана царил привычный порядок. Давид выслушал рассказ Фиби о Японии и обо всём произошедшем.              — Тревожно. Гнездо Тёмного Лорда здесь, в Америке... Вам не помешает помощь, — нахмурился Давид.              — Виталий её никогда не примет, — грустно ответила Фибс.              — Посмотрим, что можно сделать, — ободрил её глава светлых.              День прошёл в учёбе и раздаче сувениров. В обеденный перерыв Фиби загуглила чайную церемонию и, законспектировав всё, хитро улыбнулась.              Вечером, придя к Кречетову пораньше, она наколдовала изящное кимоно, нанесла макияж гейши и направилась в игровую. Чары преобразили мрачную пыточную в подобие японского сада.              Вернувшись домой, Виталий уловил в воздухе аромат сакуры и дорогого чая. Его привели в игровую. Из глубины комнаты вышла Фиби в кимоно и слегка распахнула его, обнажив кружевное бельё...              Виталий закусил губу и, смеясь, подхватил её на руки.              Они лежали в импровизированной постели, прижимаясь друг к другу. Фиби было спокойно и уютно.              — Оригинальный день Святого Валентина. Спасибо, мисс Грей, — Кречетов поцеловал её в макушку.              — Как дела у Эрена? Он что-нибудь узнал? — спросила Фибс, укрывая их одеялом.              — Говорит, следы ведут в Мэн и Колорадо. Один из них — ложный. Он просит помощи, но связаться с Разведкорпусом не вышло. У Габриэль — тоже.              — А если попросить помощи у светлых? — робко начала Фиби.              Реакция Виталия была предсказуема. Он встал и зарычал.              — Я никогда не впутаю в это светлых! Да, мы были союзниками в ситуации с Ибрагимом, но теперь — нет! Ни за что!              — На кону — сотни жизней! Хотя бы Елену привлеки! Она — за нас! И Теодор хочет помочь! Я не прошу дружить! Гоцман не раз шёл нам навстречу! — вскочила Фиби.              — Из-за этого еврея я потерпел крах в Одессе! Был вынужден бежать! Он разрушил дело всей моей жизни! — рычал Виталий. — А вы, мисс Грей... строите ему глазки и пропихиваете идеи дружбы!              — Я? Строю глазки? Ты ревнуешь? Господи... Угомони свои инстинкты. Давид — друг, учитель, но не мой тип. Мой тип — Виталий Кречетов, единственный в своём роде, — усмехнулась мисс Грей.              Кречетов выдохнул. Частое общение Давида с Фибс вызывало тревогу, но её слова успокоили его.              — Между вами ничего нет? — уточнил Виталий.              — Нет! Не было и не будет! Я люблю тебя. Каждый день доказываю это! — Фиби шмыгнула носом. — Только ты. Всегда.              — Но ты ушла, — упрекнул он.              — Чтобы подумать. Я бы вернулась... Виталий, шагни мне навстречу. Чёрт с твоей Тьмой, контролем и прошлым. Просто прими помощь светлых. Они искренни в своих порывах, — горячо говорила Фиби.              — Приведи пример, — иронично вскинул брови Кречетов. — Моя свита, кстати, взбунтовалась. Они защищали тебя и просили быть помягче. Иначе ты уйдёшь к Гоцману.              Фиби закатила глаза. Она догадывалась, кто это сказал.              — Я не уйду. Но они правы. И с ними будь помягче, — Фибс обняла его, прильнув к груди и слушая биение сердца.              Они стояли так, обнявшись, в тишине.              — Что ты со мной делаешь, Грей? Ты — гребаная доброкачественная опухоль на моём жестоком сердце. Знаешь границы, делаешь меня лучше... Я пытался — честно пытался — удалить тебя, но не смог. Да и захочу ли жить после удаления? — мрачно пошутил Кречетов, целуя её макушку. — Ладно. Я сделаю официальный запрос о помощи Гоцману. И постараюсь быть мягче со своими рабами. Но только с ними.              Фибс молча обняла его крепче, и Виталий остро захотел включить человечность — хотя бы для того, чтобы сказать, как сильно любит её.