Часть 3

Пока Ёимия была подвержена пыткам, Аяка пыталась провести собственное расследование чтобы найти хотя бы зацепку о местоположении Ёимии. Она чувствовала тяжесть ответственности за подругу, ведь именно к ней она обратилась за помощью в тот раз. Аяка начала с опроса торговцев и поставщиков фейерверков, надеясь, что кто-то видел Ёимию или заметил что-то подозрительное. Она посетила все те чайные домики и лавки, где Ёимия любила бывать, расспрашивая о ней, показывая ее портрет. Каждый отрицательный ответ обжигал надежду, но Аяка не сдавалась. Она знала, что время играет против них. Память свидетелей могла со временем ухудшиться, следы могли затеряться. Поэтому она работала не покладая рук, с восхода и до заката солнца. К ней присоединились Тома и путешественник, помогая прочесывать улицы и переулки Инадзумы. Аяка углубилась в изучение старых документов и архивов комиссии Ясиро, пытаясь отыскать какие-либо упоминания о таинственных организациях или личностях, которые могли бы быть заинтересованы в исчезновении Ёимии. Она тщательно анализировала каждую деталь, каждую мелочь, стремясь уловить связь между событиями прошлого и нынешней ситуацией. Несколько раз она натыкалась на тупики, когда надежда практически угасала. Но всякий раз воспоминания о жизнерадостной улыбке Ёимии, о ее невероятном таланте создавать фейерверки, пробуждали в ней новую волну решимости. Аяка знала, что не может подвести подругу и приложит все усилия, чтобы найти ее живой и невредимой. Кокоми начала шерстить все документы и материалы, которые могли быть связаны с лабораторией Фатуи на Цуруми. Каждый свиток, каждая записка, даже обрывки пергамента проходили через её внимательные глаза. Она искала любую зацепку, намек, любую деталь, которая могла бы пролить свет на их деятельность и цели. Стол, заваленный картами и схемами острова, напоминал поле битвы, где сражались мысли и догадки. Кокоми то и дело сверялась с древними записями местных жрецов, пытаясь установить связь между мистическими явлениями острова и работой Фатуи. Было очевидно, что они не просто исследовали остров – они что-то искали, что-то, имеющее огромное значение. Один из обрывков, казалось, содержал ключ к разгадке. Это была часть рисунка, изображающего некий механизм или устройство, с пометками на языке, который Кокоми никогда прежде не видела. Она позвала на помощь знатного лингвиста из Инадзумы. Вместе они начали расшифровывать древний текст, надеясь узнать больше о тайном проекте Фатуи на Цуруми. С каждым расшифрованным словом становилось все яснее, что Фатуи пытались использовать древнюю энергию острова для своих коварных целей. Кокоми почувствовала, как внутри неё нарастает решимость. Она не позволит им осквернить священную землю Цуруми и использовать её силу для своих эгоистичных планов. Так как это задание величайшей важности, Кокоми решила лично узнать о ситуации на Цуруми. Используя данные из документов и рассказ Ёимии,она, снарядив небольшой фрегат, отправилась на Цуруми в одиночку. Кокоми высадилась на Цуруми в надежде найти исследовательский комплекс Дотторе. Свинцовые тучи повисли над островом, окутывая его знакомым саваном вечного сумрака. Каждый шаг по каменистой почве отдавался эхом в густой тишине, нарушаемой лишь редкими криками призрачных птиц. Кокоми, с ее обычной невозмутимостью, внимательно изучала карту, нанесенную мелким, точным почерком. Воздух был пропитан запахом гниющей листвы и соли, напоминающим о бесчисленных кораблекрушениях, поглощенных коварными водами Цуруми. Их путь лежал через руины древних построек, чьи очертания едва угадывались под толстым слоем мха и лишайников. Они словно шептали о забытых цивилизациях и трагических событиях, навсегда изменивших облик острова. По мере продвижения вглубь острова, чувство тревоги усиливалось. Странные тени мелькали на периферии зрения, а необъяснимые шумы терзали слух. Кокоми, казалось, не замечала ничего необычного, продолжая уверенно вести нас сквозь лабиринт полуразрушенных стен и заросших троп. Наконец, среди густых зарослей нам открылся вход в пещеру, скрытый за обломками каменной кладки. Именно там, по словам Ёимии, должен был находиться вход в исследовательский комплекс Дотторе. Предвкушение открытия и страх перед неизвестностью смешались в один острый коктейль, заставляя сердце биться быстрее. Предстояло узнать, какие тайны скрывает этот заброшенный остров и какие чудовищные эксперименты проводил здесь зловещий ученый. Сигнализация взвизгнула, пронзая тишину острова Цуруми резким, металлическим звуком. Кокоми вздрогнула, а затем мгновенно обрела прежнее хладнокровие. Ее взгляд скользнул по окружающему ландшафту, оценивая степень опасности. Мина-ловушка, сработанная под ее ногой, оказалась довольно примитивной – нажимной датчик, соединенный с сиреной. Кокоми, среагировав мгновенно, рванула в ближайшие, густо разросшиеся кусты, сливаясь с тенью листвы, словно призрак. В то же мгновение, в стене пещеры, казалось, до этого сливавшейся с камнем, зажужжали механизмы, и врата, до того скрытые, разошлись, открывая проход. Сквозь узкий коридор, словно из пасти чудовища, хлынул тусклый, зеленоватый свет. Из проема, соблюдая строгий порядок, выстроились фигуры. Охрана. Не люди. Машины. Отполированные до блеска металлические корпуса, безжизненные глаза-линзы, излучающие холодный расчет. Движения их были неестественно плавными, почти танцующими, но в этой грации угадывалась смертельная эффективность. В руках у них – странные, мерцающие энергией копья, готовые поразить любую цель. Они начали осматривать местность, методично прочесывая каждый сантиметр вокруг входа. Ни единого слова, ни единого звука, кроме жужжания сервоприводов. В их действиях чувствовалась абсолютная уверенность, непоколебимая вера в свою неуязвимость. Напряжение достигло предела. Каждый вдох теперь казался оглушительным. Обнаружение грозило неминуемой гибелью. Эти машины были созданы лишь для одной цели – для уничтожения. И теперь они охотились за ней. Нужно уйти, пока еще есть шанс ускользнуть. Но куда? И как? Остров Цуруми превратился в смертельную западню, а выход из нее казался все более призрачным. Неожиданно что-то схватило Кокоми за руку. Патрульный, слившийся с тенью, словно часть самого леса, неслышно подкрался и теперь железной хваткой держал ее запястье. Его лицо, скрытое под маской, практически не выражало эмоций, но в узких прорезях глаз мелькнул холодный, расчетливый блеск. Он услышал сирены с пляжа и, судя по всему, уже знал, что здесь происходит. Напряжение вспыхнуло, как бенгальский огонь. Секунда колебания могла стоить нам жизни. Машины-охранники продолжали методично прочесывать местность, не подозревая о драме, разворачивающейся в тени кустов. Патрульный, казалось, намеревался поднять тревогу, когда Кокоми, действуя молниеносно, нанесла удар в болевую точку на его руке. Патрульный зашипел от боли, его хватка ослабла. Кокоми вырвалась и, не теряя времени, нанесла еще один, точный удар, лишая его сознания. Она осторожно опустила его на землю, жестом приказав нам двигаться дальше. «У меня мало времени», - прошептала она, снова направляясь к пещере. «Теперь они будут настороже. Нужно воспользоваться моментом, пока они не обнаружили тело патрульного.» Риск с каждой минутой возрастал, но Кокоми оставалась невозмутимой, словно океан, скрывающий в своих глубинах множество тайн. Она шла к неизведанному, навстречу опасности, с твердой уверенностью в своей правоте. Этот остров, пропитанный кровью и тенями, стал полем битвы, где сражались за правду, за спасение мира от безумных амбиций Дотторе. Кокоми, затаив дыхание, скользнула в приоткрытую дверь, словно юркая рыбка, пробившаяся сквозь сеть. Внутри комплекса царил полумрак, лишь слабые отблески света проникали сквозь узкие окна. Она прижалась к стене, стараясь слиться с тенью, и прислушалась. Тишина давила на уши, лишь где-то вдали слышалось приглушенное гудение работающего оборудования. Сердце бешено колотилось в груди, но Кокоми взяла себя в руки. Уходить было нельзя. Слишком многое стояло на кону. Она знала, что рискует, что ее, в случае обнаружения, ждут серьезные последствия. Но ради той информации, которую она надеялась найти, она была готова на все. Осторожно ступая, Кокоми начала продвигаться вглубь комплекса, стараясь запоминать маршрут и избегать скрипучих половиц, которые могли выдать ее присутствие. Ей нужно было найти административный блок, где, по слухам, хранились нужные ей файлы. Каждый шорох заставлял ее вздрагивать, а каждый луч света, пробивающийся сквозь тьму, казался подозрительным. Но Кокоми не сдавалась. Она знала, что успех зависит только от ее осторожности и решительности. Оказавшись в отсеке, где не было видно ни одного охранника, Кокоми прислонилась спиной к холодной металлической стене и выдохнула. Расслабиться, конечно, не стоило — это был всего лишь передышка, но небольшая передышка, полная грудь воздуха, была сейчас бесценна. Пульс постепенно замедлялся, а дрожь в коленях отступала. «Нужно собраться,» - подумала она, мысленно отчитывая себя за эту минутную слабость. «Работа еще не сделана. Самое важное – впереди.» Она огляделась. Отсек представлял собой просторное помещение, заставленное стеллажами с ящиками и коробками. На стенах висели пожелтевшие плакаты с лозунгами и схемами, которые она не успела рассмотреть. Это определенно было какое-то архивное хранилище, и, к сожалению для неё, здесь не было ни одного компьютера. Это означало, что нужные ей файлы находились где-то в этих ящиках. Вздохнув, Кокоми начала осматривать ближайшие стеллажи. Необходимо было понять, как организован архив и что, к чему, чтобы двигаться дальше эффективно. На ящиках были наклеены бумажные этикетки, исписанные неразборчивым почерком. Она попыталась разобрать хоть что-нибудь, но буквы, казалось, танцевали перед глазами. «Нужно что-то более конкретное,» - прошептала она сама себе. Внезапно, сквозь тишину архива прорезался звук приближающихся шагов. Они были четкими, уверенными и, что самое ужасное, приближались прямо к этому отсеку. Кокоми замерла, как статуя, сердце снова заколотилось с бешеной скоростью. Определённо, это были не шаги обычного охранника. В них чувствовался особый ритм, какой-то отстранённый, даже механический. И, к её ужасу, она узнала этот звук. «Доктор,» - пронеслось у нее в голове. Это был худший сценарий. Доктор бы главным руководителем комплекса, человеком, чью бдительность и интеллект было невозможно недооценить. Если он её обнаружит, все будет кончено. Времени на раздумья не оставалось. Шаги становились все ближе и ближе, и вот-вот должны были раздаться у двери. Кокоми нужно было действовать немедленно, чтобы её не обнаружили. Ей необходимо где-то спрятаться. Кокоми, словно заправский ниндзя, прижалась спиной к стеллажу, стараясь максимально вжаться в тень. Она задержала дыхание, чувствуя, как кровь стучит в висках. Мысль о Ёимии пронеслась в голове, словно электрический разряд. Кокоми помнила рассказы о том, что пережила Ёимия в этом комплексе – эксперименты, пытки, попытки сломить её волю. Это заставило её собраться с духом и принять любую возможность избежать подобной участи. Шаги остановились прямо за дверью. Послышался щелчок замка, и дверь медленно отворилась. В проеме появился Доктор. Он был высоким, худым человеком в белом халате, с пронзительным взглядом холодных серых глаз. Его лицо казалось высеченным из камня, не выражая никаких эмоций. Он окинул взглядом помещение, словно сканируя его. Доктор медленно вошел в архив, его шаги эхом отдавались в тишине. Он прошелся вдоль стеллажей, не спеша, внимательно рассматривая каждую коробку, каждую надпись. Казалось, он что-то искал, но что именно, оставалось загадкой. Он был всего в нескольких метрах от Кокоми, и она чувствовала, как ее сердце сейчас выпрыгнет из груди. Она старалась дышать как можно тише, практически не дыша. Её глаза изучали все возможные пути отступления, но понимала, что выдать себя- почти гарантированная смерть. В момент, когда губы Кокоми судорожно сомкнулись, чтобы не выдать себя ни единым звуком, слова Доктора прозвучали, словно погребальный звон. «Я знаю, что ты здесь,» - произнес он, и его голос был ровным, без малейшего намека на удивление или гнев. «Можешь не прятаться.» Эти слова полоснули холодом по коже Кокоми. Он знал. Как? Неужели она допустила оплошность? Или он просто играл в кошки-мышки? Все планы моментально рассыпались. Прятаться больше не имело смысла. Она медленно выдохнула, опуская руку от губ, и вышла из-за стеллажа. «Доктор,» - тихо произнесла она, стараясь сохранять самообладание. Встречаться ему в глаза было невыносимо , но Кокоми понимала, что сейчас важно не показать свой страх. «Кокоми,» - ответил Доктор, слегка наклонив голову. В его глазах не было ни удивления, ни злости, только спокойное, изучающее любопытство. «Что ты здесь делаешь? -Ты умный,догадайся. -А ты довольно дерзкая,учитывая в каком ты сейчас положении. -Ты думаешь меня убить? -Если честно,была такая мысль, но ты глава острова в Инадзуме, поэтому… И тут яркая вспышка света ослепляет Кокоми. Просыпается она уже на пляже острова Ватацуми. Яркая вспышка света пронзила глаза Кокоми, словно удар молнии. Мир на мгновение исчез, оставив лишь ослепительную белизну. Затем – темнота. А потом… тишина. Когда зрение вернулось, Кокоми обнаружила себя лежащей на мягком, теплом песке. Над головой простиралось ярко-голубое небо, усыпанное редкими пушистыми облаками. Соленый морской бриз нежно ласкал кожу, а шум прибоя успокаивал и умиротворял. Кокоми приподнялась на локтях, пытаясь сориентироваться. Под ногами – белый, почти кремовый песок, а вокруг – скалы, поросшие буйной зеленью. Она сидела на берегу, и перед ней простирался бескрайний океан. Где она? Она узнала это место. Это был остров Ватацуми, ее родной дом. Но что-то казалось не так. В ее памяти – только вспышка. Что произошло? Почему она здесь, на берегу, одна? И почему все кажется таким…ммм…безлюдным? Кокоми медленно поднялась на ноги, ощущая легкую слабость. Песок приятно холодил ступни. Она огляделась по сторонам, нахмурив брови. На острове должно быть много людей, ее войско, жрецы, крестьяне. А здесь – никого. Лишь шум прибоя и крики чаек. В сердце Кокоми поселилось тревожное предчувствие. Необходимо выяснить, что случилось. Первым делом нужно добраться до деревни Боро, сердца острова Ватацуми. И Кокоми направилась вглубь острова, в надежде что она сможет узнать что это было. Пробираясь сквозь влажные заросли, Кокоми наконец-то вышла на знакомую тропу, ведущую к сердцу острова Ватацуми – дворцу Сангономия. С каждым шагом, по мере того как впереди вырисовывались очертания родной обители, Кокоми испытывала смешанные чувства. С одной стороны, облегчение – вот он, ее дом, место, где можно найти ответы. С другой – нарастающее беспокойство. Что-то не так, что-то не дает ей покоя. Когда она достигла дворцовых ворот, ощущение нереальности усилилось. Обычно оживленный двор, наполненный голосами слуг и стражников, погрузился в звенящую тишину. Даже привычный шум прибоя казался приглушенным, словно мир вокруг затаил дыхание. Минуя алебастровые колонны и мозаичные переходы, Кокоми вошла во дворец. И первое, что ее поразило – пустота. Никто не встречал ее, никто не приветствовал. Каждый зал, каждая комната были безжизненны. Она заглянула в свою библиотеку, где обычно проводила большую часть времени, в зал заседаний, где принимала важные решения, в свои личные покои – везде царила одна и та же гнетущая тишина. Куда все подевались? Кокоми прошлась по пустым коридорам, ощущая, как нарастает тревога. Неужели что-то случилось? Неужели на Ватацуми напали, пока ее не было? Но где тогда признаки разрушений, где хоть какие-то следы борьбы? В голове царила какая-то странная пустота. Она помнила свой родной остров, свой народ, свои обязанности. Но что происходило в последние дни, недели? Память словно обрывалась на моменте яркой вспышки. Никаких четких воспоминаний, никаких конкретных задач. Цуруми… Дотторе… Эти названия шептали в ее голове, как отдаленное эхо. Но что они значат? Зачем они вообще возникли в ее сознании? Пытаясь ухватиться за эти обрывки, Кокоми чувствовала лишь смутное беспокойство. Будто она что-то забыла, что-то крайне важное. Мысли о смутных воспоминаниях о Цуруми и Дотторе, о заданиях и опасностях, настойчиво стучались в сознание Кокоми. Но она решительно отбросила их в сторону. Сейчас было не время копаться в туманном прошлом. Самое важное – выяснить, что случилось с ее народом. Пустой остров, исчезновение всех жителей – это главное, что требовало немедленного решения. Кокоми оттолкнулась от трона и решительным шагом направилась к выходу из зала. "Хватит сидеть и гадать," – сказала она себе. "Пора действовать." Она решила проверить все ключевые точки острова: казармы, где обычно располагались солдаты, тренировочные полигоны, пристань, где всегда кипела жизнь. И, конечно же, ей нужно было найти Горо, своего верного генерала. Он всегда был рядом, всегда готов выполнить любой ее приказ. Если кто и сможет пролить свет на произошедшее, так это он. "Где же ты, Горо?" – прошептала Кокоми, выходя из дворца. Первым делом она направилась к казармам. Обычно здесь царил шум и гам, слышались команды и топот сапог. Но сейчас… лишь тишина, да легкий шорох травы. Кровати аккуратно заправлены, оружие на своих местах, все выглядит так, будто солдаты просто вышли на учения, но…все слишком идеально. Слишком тихо. То же самое ждало ее и на тренировочном полигоне. Мишени неподвижны, оружие лежит без присмотра, никого. Пристань – и та пуста. Ни рыбацких лодок, ни торговых судов, ни матросов, снующих по палубе. Только чайки, беззаботно кружащие над водой. По мере того, как Кокоми обходила остров, ее тревога росла. Куда могли все подеваться? Это не могло быть нападение. Слишком все спокойно, слишком нетронуто. Но и добровольный уход всего населения казался невозможным. Без ее приказа, без каких-либо объяснений… И тут она вспомнила про Ёимию. Яркую, жизнерадостную девушку, которая всегда умела поднять настроение. Она помнила, как Ёимию недавно прибило к ней после побега с проклятого острова Цуруми, взволнованно рассказывала о произошедшем. Но, как и все остальные воспоминания, это казалось далеким отголоском прошлого. "Ёимия! Где ты?" – крикнула Кокоми, оглядываясь по сторонам. Звала изо всех сил, но в ответ лишь тишина, да шум ветра в деревьях. Она понимала, что ситуация становится все более странной и пугающей. И Кокоми приняла решение: ночью она вернется во дворец и внимательно изучит все документы, все записи, какие только найдет. Может, там, в архивах, хранятся ответы на ее вопросы. Но до этого она не прекратит поиски. Она будет звать своих людей, до тех пор пока ее голос не охрипнет. Ведь они – ее народ, ее семья. И она не оставит их в беде. Не теряя надежды, Кокоми продолжала поиски по всему острову. Она прошла мимо уединенных рыбацких хижин, заглянула в святилища, расположенные на вершинах скал, и даже спустилась в пещеры, освещая себе путь магическим сиянием своего гидро-глаза бога. Но везде ее ждала одна и та же картина – безлюдность и тишина. К полудню, уставшая и обессиленная, Кокоми добралась до окраины Деревни Боро, крупнейшего поселения на Ватацуми. Едва она переступила черту, ее поразило зрелище абсолютно заброшенного места. Дома стояли с распахнутыми дверями, торговые лавки были наполовину пусты, а на улицах валялись брошенные вещи. Никто не позаботился убрать это, словно все жители в одночасье покинули свои дома. Сердце Кокоми сжалось от ужаса. Что могло заставить людей бросить все и бежать? Неужели произошло что-то настолько страшное, что они предпочли оставить свои дома и имущество? Она зашла в дом старейшины деревни, надеясь найти хоть какие-то записи или объяснения. Но и здесь ее ждало разочарование. Все бумаги исчезли, словно их кто-то намеренно забрал. Единственное, что она нашла – детскую игрушку, одиноко лежащую на полу. Увиденное пробудило в ней странные ассоциации, словно Кокоми сама когда-то держала эту игрушку в руках. Но это было лишь мимолетное ощущение, которое тут же растворилось в памяти. Окончательно убедившись в отсутствии жителей на острове, Кокоми поняла, что ее первоначальная догадка о нападении несостоятельна. Если бы остров подвергся атаке, здесь бы были признаки разрушений и борьбы. Но сейчас было очевидно, что люди покинули Ватацуми добровольно, хотя и в спешке. Но куда они могли направиться? И почему она ничего не помнит? С заходом солнца, когда остров погрузился в темноту, Кокоми вернулась во дворец Сангономия. В лунном свете он казался еще более зловещим и заброшенным. Она прошла в свою библиотеку и принялась тщательно изучать древние свитки и книги, надеясь найти хоть какой-то намек, хоть какую-то подсказку. Изредка она останавливалась, прислушиваясь к тишине и размышляя. Начинало казаться, что вспышка лишила ее последних счастливых дней, может даже месяцев проведенных на острове Ватацуми. Всю ночь она провела за чтением, перелистывая страницы и вглядываясь в древние символы. Она искала упоминания о каких-либо пророчествах, о стихийных бедствиях, о забытых ритуалах, которые могли бы объяснить произошедшее. Но в итоге ее усилия оказались тщетными. Ни в одной книге, ни в одном свитке она не нашла ничего, что могло бы пролить свет на загадочное исчезновение жителей Ватацуми. Лишь под утро, когда первые лучи солнца осветили библиотеку, ее взгляд зацепился за один старый, потрепанный дневник, лежащий на самой дальней полке. На обложке не было никаких надписей, но она почувствовала, что именно в нем может содержаться ответ на ее вопросы. С замиранием сердца Кокоми открыла первую страницу и начала читать. Едва Кокоми начала читать первые строки дневника, словно невидимая волна боли пронзила ее голову. Резкая, острая, изматывающая, она обрушилась на нее, словно удар молнии. Перед глазами все поплыло, буквы расплылись в неразличимые пятна. Кокоми инстинктивно схватилась за голову, пытаясь унять дикую боль. Ее тело била дрожь, а дыхание стало прерывистым и хриплым. Она попыталась отбросить дневник, но руки словно онемели, и пальцы не слушались ее. С каждой секундой боль усиливалась, достигая невыносимого пика. Кокоми чувствовала, как ее разум словно разрывается на части. Воспоминания, словно осколки стекла, вонзались в ее сознание, вызывая еще больше боли и смятения. Она видела обрывки образов: окровавленные тела, разрушенные здания, лица, искаженные страхом и отчаянием. Она слышала крики, стоны и мольбы о помощи. И все это хаотично перемешивалось в ее голове, образуя жуткий, невыносимый кошмар. Кокоми попыталась закричать, но из ее горла вырвался лишь слабый, болезненный стон. Она падала на пол, не в силах удержаться на ногах. Дневник выпал из ее рук и раскрылся на одной из страниц, словно насмехаясь над ее страданиями. Лежа на полу в полубессознательном состоянии, Кокоми почувствовала, как ее тело начинает слабеть и холодеть. Она понимала, что теряет сознание. Но даже в этот момент она не могла отделаться от ощущения, что этот дневник – ключ к разгадке всего произошедшего. "Найти… Дотторе…" – прошептала она, прежде чем тьма окончательно поглотила ее. Последнее, что она почувствовала – легкое прикосновение ветра, проникавшего сквозь открытое окно библиотеки, и слабый запах морской соли. Кокоми потеряла сознание, оставив позади себя пустую библиотеку, раскрытый дневник и множество неразрешенных вопросов. Судьба острова Ватацуми и его жителей висела на волоске, а единственная надежда – Кокоми – лежала без сознания, борясь с болью и потерянными воспоминаниями. Слабый стон сорвался с губ Кокоми, когда она медленно открыла глаза. Голова раскалывалась, словно ее сдавили железным обручем. Тяжело дыша, она попыталась сфокусировать взгляд и понять, где находится. Потолок, увешанный шелковыми драпировками, мягкий лунный свет, проникающий сквозь резные окна… это были ее покои. Но что произошло? Дыхание участилось, когда в памяти начали всплывать обрывки вчерашних событий: библиотека, дневник, невыносимая боль… Она попыталась приподняться, но слабость сковала все тело. "Не двигайся, Кокоми. Тебе нужно отдохнуть", – прозвучал нежный, знакомый голос. Кокоми повернула голову и увидела Ёимию, сидящую на краю ее кровати. Ее яркие глаза, обычно полные смеха и задора, сейчас были полны беспокойства и сочувствия. В руках она держала влажную ткань, которой протирала лоб Кокоми. "Ёимия… ты… ты здесь?" – с трудом проговорила Кокоми. Ей было сложно поверить своим глазам. После всего случившегося, видеть живого друга было словно глоток свежего воздуха. "Конечно, я здесь. Куда же я денусь? Я всегда буду рядом, когда тебе нужна помощь", – ответила Ёимия с теплой улыбкой, хотя в ее глазах все еще читалась тревога. Кокоми попыталась собраться с мыслями, но голова словно была заполнена ватой. "Что… что произошло? Где остальные? Почему остров… пуст?" Ёимия на мгновение отвела взгляд, словно не зная, как ответить на этот вопрос. "Это… это долгая история, Кокоми. Тебе нужно набраться сил, прежде чем я смогу все рассказать. Но самое главное – ты в безопасности. Я нашла тебя в библиотеке, без сознания. Возле тебя лежал какой-то старый дневник… Я не стала его трогать." "Дневник…" – прошептала Кокоми, с новым приливом боли в висках. "Я должна прочитать его. В нем… в нем есть ответы." "Погоди, Кокоми. Не спеши. Сначала нужно прийти в себя. Я принесла тебе отвар целебных трав. Выпей его, и тебе станет лучше", – Ёимия протянула ей чашку с дымящейся жидкостью. Несмотря на слабость, Кокоми почувствовала облегчение. Ёимия была рядом, она заботилась о ней, и это давало надежду. Может быть, вместе они смогут разобраться в произошедшем. Кокоми медленно выпила отвар, чувствуя, как тепло распространяется по всему телу. Голова все еще болела, но острота ощущений немного притупилась. "Ёимия… расскажи мне. Что ты знаешь? Что случилось с островом? Где Горо? Где мои солдаты?" – настаивала Кокоми. Ёимия вздохнула и села поближе к Кокоми, взяв ее за руку. "Хорошо, я расскажу тебе все, что знаю. Но пообещай мне, что не будешь перенапрягаться и дашь своему телу отдохнуть. Договорились?" Кокоми кивнула, и Ёимия начала свой рассказ. Рассказ об угрозе нависшей над Ватацуми, о странных экспериментах, проводимых Фатуи, и о решении, которое приняла Кокоми… решение, которое она совершенно не помнила, но которое изменило все. С каждым словом Ёимии бледнела, а ее глаза расширялись от ужаса. Она слушала, не перебивая, стараясь усвоить каждое слово, каждую деталь. По мере рассказа Ёимии, воспоминания, словно кусочки мозаики, начали возвращаться в ее сознание. Но это были не четкие, ясные воспоминания, а лишь обрывки образов, ощущений и эмоций. Эксперименты Доктора… Фатуи… Все это звучало как какой-то страшный сон, от которого она никак не могла проснуться. Неужели все это правда? Неужели она действительно забыла такие важные события? «Но… но я ничего не помню», – прошептала Кокоми, глядя на Ёимию полными слез глазами. «Как я могла забыть такое? Почему?» Ёимия крепко сжала ее руку, пытаясь поддержать. «Я не знаю, Кокоми. Может быть, это из-за той вспышки, которую ты видела. Может быть, это какое-то последствие экспериментов Доктора. Но самое главное сейчас – не винить себя. Главное – исправить то, что произошло.» «Но что произошло, Ёимия? Куда все делись? Что… что я сделала?» - в голосе Кокоми слышалась паника. Ёимия присела рядом с Кокоми на корточки, стараясь говорить мягко и успокаивающе. В её ярких глазах сквозила печаль. «Кокоми, ты должна знать… произошла беда. На Ватацуми напали. Какие-то страшные звери из моря. Их было слишком много, они были очень сильными…» Ёимия замолчала, подбирая слова так, чтобы не напугать окончательно потерявшую память жрицу. «Люди… почти все успели уйти. Уплыли на Наруками, на материк. Они все в безопасности, насколько это возможно. Но Ватацуми сейчас… не безопасное место. Они не могли здесь остаться.» Она ободряюще улыбнулась Кокоми. «Но не волнуйся! Мы всё обязательно исправим. Мы поможем всем вернуться домой. Я тебе обещаю. Мы вместе это сделаем, Кокоми.» Я хочу снова вернуться на Цуруми - сказала Кокоми - если всё произошло как ты сказала,я не могу остаться лежать на кровати,моя задача выполнить это задание,проникнуть в комплекс Доктора и постараться освободить других заложников. Ёимия посмотрела на Кокоми с тревогой в глазах. «Цуруми? Но Кокоми, сейчас это слишком опасно, особенно в твоём состоянии! Ты едва помнишь себя, твои силы, наверняка, ослаблены! Комплекс Доктора… Это верная смерть, даже для самых опытных воинов!» Она на мгновение задумалась, потом вздохнула и сказала более мягко: «Я понимаю, что ты чувствуешь. Твой долг – помогать своим людям. Но сейчас ты сама нуждаешься в помощи. Позволь мне помочь тебе прийти в себя, набраться сил. Потом мы вместе придумаем, как поступить с Доктором. А пока… позволь мне защитить тебя, хотя бы немного.» Ёимия крепко взяла Кокоми за руку. «Я знаю, ты сильная и решительная. Но даже герои иногда нуждаются в отдыхе и восстановлении. Дай себе время, Кокоми. Мы еще успеем спасти всех, кого нужно.» Ёимия проснулась от чувства тревоги. Она огляделась, но Кокоми нигде не было. Сердце пропустило удар. "Кокоми!" - прошептала она, вскакивая на ноги. Она выбежала из домика, оглядывая окрестности. Лунный свет лишь частично рассеивал ночной мрак Ватацуми. Ёимия заметила слабые следы на песке, ведущие в сторону моря. "Ох, Кокоми…" - прошептала она, её голос был полон отчаяния. Она знала, что Кокоми упрямая, и если она что-то решила, её трудно остановить. Но Цуруми… и Доктор… Без колебаний Ёимия побежала по следам, молясь всем богам Тейвата, чтобы успеть вовремя. Она знала, что Кокоми идет прямо в ловушку. И ей нужно было сделать все возможное, чтобы этого не допустить, даже если это означало идти наперекор её желанию. Ёимия неслась по песчаному берегу, ветер трепал её волосы. Сердце бешено колотилось в груди от страха за Кокоми. Вдалеке, освещенная луной, виднелась маленькая фигурка, направляющаяся к лодке, привязанной к причалу. «Кокоми, стой!» - закричала Ёимия, её голос потонул в шуме волн. Но Кокоми, казалось, не услышала. Ёимия прибавила шаг, нагоняя её с каждой секундой. Когда до лодки оставалось всего несколько метров, Ёимия бросилась вперёд и схватила Кокоми за руку. «Кокоми, пожалуйста, остановись! Ты не можешь туда идти! Это слишком опасно! Ты недостаточно сильна!» - Ёимия говорила быстро и взволнованно, пытаясь переубедить её. В свете луны она видела решимость в глазах Кокоми, но одновременно и уязвимость. Ёимии было больно видеть её в таком состоянии. «Я знаю, что ты хочешь сделать доброе дело, Кокоми, но сейчас это не выход. Доктор ждет тебя там. Он знает, что ты придешь. Позволь мне помочь тебе, пожалуйста. Позволь мне защитить тебя.» Нет Ёимия, я не хочу рисковать тобой,если Доктор тебя снова схватит,я себе не прощу:- сказала Кокоми Слова Кокоми, полные заботы, словно обожгли сердце Ёимии. Она замерла на мгновение, глядя в эти прекрасные, но решительные глаза. "Кокоми…" - прошептала она, и в её голосе послышалась дрожь. "Я не позволю ему меня схватить. Я достаточно сильна. И я никогда не брошу тебя в беде." Ёимия крепче сжала руку Кокоми. "Но это неважно. Дело не во мне, и не в тебе. Дело в тех, кто страдает от его рук. Мы должны остановить его, Кокоми. Вместе. Нельзя позволить ему и дальше творить зло." Она посмотрела Кокоми прямо в глаза. "Я знаю, ты боишься за меня, но я боюсь за тебя еще больше. Позволь мне быть рядом. Позволь мне помочь тебе. Мы сильны вместе, Кокоми. Мы обязательно справимся." Ёимия обняла Кокоми, крепко прижав её к себе. "Пожалуйста, позволь." С неохотой, но Кокоми кивнула. Она знала, что Ёимия права. Бросаться в ловушку Доктора без подготовки – это безумие. Куда разумнее будет собраться с силами и спланировать всё должным образом. «Хорошо,» - прошептала Кокоми, отстраняясь от Ёимии. «Ты права. Но мы должны сделать это как можно скорее. Каждая минута промедления может стоить кому-то жизни.» «Я знаю, я знаю,» - ответила Ёимия, слегка улыбнувшись. «Мы не будем терять времени даром. Но сейчас нам нужно вернуться и хорошенько всё обдумать. Нам понадобится карта острова Цуруми, информация о комплексе Доктора, и, конечно же, оружие и припасы.» Она серьёзно посмотрела на Кокоми. «Самое главное, Кокоми, нам нужно понять, чего именно добивается Доктор. Зачем ему эти чудовища? Какова его цель на Цуруми? И почему он так заинтересован в тебе? Ответы на эти вопросы помогут нам разработать эффективный план.» Ёимия взяла Кокоми за руку и повела её обратно к домику. Ночь обещала быть долгой. Их ждала тщательная подготовка к опасному путешествию на остров Цуруми. Но теперь они были вместе, и эта мысль давала надежду. Пара дней пролетела в лихорадочной подготовке. Ёимия собирала со всего острова припасы,из казармы забрала оружие,на карте составила местоположение комплекса Доктора. Кокоми, в свою очередь, постаралась восстановить свои силы и воспоминания. Ей удалось извлечь из памяти обрывки информации о прошлом, о своих способностях и знаниях. Эти фрагменты, хотя и неполные, могли пригодиться. Рано утром, когда первые лучи солнца коснулись горизонта, небольшая лодка, управляемая Ёимией, отплыла от берегов Ватацуми. На борту, закутанная в плащ, сидела Кокоми, её взгляд был устремлен вдаль, туда, где в тумане начинал проступать зловещий силуэт острова Цуруми. Ёимия бросила быстрый взгляд на Кокоми. В её глазах читалась тревога, но в то же время – решимость. «Мы готовы?» - спросила Ёимия, её голос был тихим, но уверенным. Кокоми кивнула, и эхо этого кивка отозвалось в тишине утреннего моря. «Тогда вперед,» - сказала Ёимия, крепче сжимая руль. «Нас ждет остров Цуруми. И Доктор.» Ёимия напряженно вглядывалась в окутанный туманом берег Цуруми. Её глаза, привыкшие к смене освещения фестивальных фейерверков, замечали каждую деталь. «Там,» - прошептала она, указывая Кокоми на небольшую группу фигур, движущихся вдоль берега. «Патруль. Трое, вооружены. Кажется, они что-то высматривают.» Она быстро оценила ситуацию. «Нам повезло, что они не смотрят в нашу сторону. Вероятно, они считают, что с моря никто не приплывет. Но это лишь вопрос времени, когда они нас заметят.» Ёимия чуть изменила курс лодки, пытаясь обойти патруль незамеченными. «У нас есть два варианта,» - прошептала она, не отрывая взгляда от берега. «Первый – попытаться обойти их и высадиться в другом месте. Но это может быть рискованно, мы не знаем, где еще могут быть патрули. Второй – разобраться с ними быстро и тихо.» Она посмотрела на Кокоми, ожидая её решения. «Что скажешь, Кокоми? Как лучше поступить?» Кокоми немного подумала, оценивая ситуацию. «Первый вариант кажется более безопасным на первый взгляд, но ты права, мы не знаем, что нас ждет в другом месте. Второй вариант рискованнее, но мы возьмем ситуацию под контроль сразу. Действуем,» — закончила она, её голос был тихим, но в нем чувствовалась уверенность. Ёимия кивнула, принимая решение Кокоми. «Хорошо. Разбираемся тихо. Я займусь двумя, ты одним. Просто убедись, что никто не поднимет тревогу,» – инструктировала она. Её руки ловко перехватили лук, а колчан наполнился стрелами. Она медленно направила лодку в сторону берега, выбирая место для высадки неподалеку от патруля, но в тихом, укрытом месте. Как только лодка коснулась песка, Ёимия тихо спрыгнула на берег, пригнувшись и прячась за камнями. Кокоми последовала за ней, держась в тени. «Готова?» — прошептала Ёимия, проверяя тетиву лука. Кокоми кивнула, готовясь использовать свои способности. «Тогда вперед.» Ёимия бесшумно двинулась вперед, направляясь к своим целям. План нарушился в одно мгновение. Один из патрульных, вероятно, излишне бдительный или просто удачливый, заметил отблеск лунного света на металлических деталях оружия Ёимии, или, возможно, на водной глади, когда Кокоми готовилась к действиям. В любом случае, он успел среагировать. Заметив опасность, он выхватил какой-то свисток и дунул в него, издавая пронзительный звук, который эхом разнесся над островом. В то же мгновение он закричал, пытаясь привлечь внимание охранников в комплексе Доктора. «ТРЕВОГА! НЕЗВАНЫЕ ГОСТИ!» Ёимия выругалась про себя. Тихо не получилось. Теперь у них не осталось выбора, кроме как действовать быстро и решительно. «Разбираемся!» - крикнула Ёимия Кокоми, выпуская стрелу в патрульного, который подал сигнал тревоги. Стрела попала точно в цель, заставив его замолчать. Остальные двое охранников развернулись, готовясь к бою. Но времени на раздумья у них не оставалось. Ёимия и Кокоми бросились в атаку. Теперь тишина осталась в прошлом. Впереди был бой. Ситуация требовала немедленных действий, и Ёимия с Кокоми понимали это как никто другой. Теперь, когда патрульные были настороже и подняли тревогу, оставалось лишь одно – использовать свои навыки по максимуму. Ёимия быстро выпустила еще несколько стрел, каждая из которых была заряжена пиро-стихией. Стрелы летели в сторону охранников, заставляя их уклоняться и искать укрытие. Но это было лишь первым шагом. В тот же момент Кокоми шагнула вперед, высвобождая мощь гидро-элемента. Вокруг нее образовалась волна воды, которая мгновенно распространилась по всей местности, накрывая охранников и землю вокруг. Столкнувшись с пламенем Ёимии и водой Кокоми, произошла мощная элементальная реакция – Пар. Облако густого пара мгновенно заполнило пространство, ослепляя и оглушая охранников. Они оказались в ловушке, лишенные возможности видеть или ориентироваться. Ёимия воспользовалась их замешательством. Она, словно призрак, метнулась вперед, нанося точные и мощные удары своей катаной. Каждый удар был усилен пиро-энергией, прожигая доспехи и оставляя глубокие раны. Кокоми, в свою очередь, поддерживала ее, направляя потоки воды, чтобы сбивать охранников с ног и не давать им контратаковать. Все произошло очень быстро. Один за другим, охранники падали, не успев осознать, что произошло. Благодаря совместной работе и знанию принципов элементальных реакций, Ёимия и Кокоми устранили угрозу в считанные секунды. Тишина снова воцарилась на берегу, нарушаемая лишь шумом волн и тяжелым дыханием Ёимии и Кокоми. Они победили, но знали, что это лишь начало. Главное сражение еще впереди. В глубине комплекса Доктора, в его тщательно охраняемом кабинете, наполненном странными приборами и сосудами с образцами, раздался сигнал тревоги. На большом экране возникло сообщение о нападении на берег. Доктор, увлеченный изучением образца крови, которую он только что взял у одного из своих подопытных, на мгновение оторвался от своей работы. Его узкие глаза сверкнули нетерпением. «Что это значит?» - прошипел он, обращаясь к одному из своих ассистентов, стоящему рядом с ним. Ассистент, дрожа от страха, быстро прочитал сообщение. «На нас напали на берегу, Доктор. Патруль уничтожен. Судя по всему, нападавшие – Ёимия и Кокоми.» На лице Доктора появилась сложная смесь удивления, раздражения и, самое главное, предвкушения. «Ёимия и Кокоми,» - повторил он, медленно произнося каждое имя. «Неожиданно, но совсем не нежелательно. Я полагал, что они последуют за мной в другое место, но раз уж явились сюда… это даже лучше. Разбираться с ними в моем собственном доме – гораздо удобнее, чем в полевых условиях.» Он отбросил в сторону образец и выпрямился во весь рост. «Интересно, как они нашли меня? И какие у них намерения? Неужели они действительно думают, что смогут меня остановить? Глупышки… Но их наивность делает их еще более ценными. Кокоми с её способностями, Ёимия и её умением создавать мощнейшее оружие… Они станут отличным дополнением к моей коллекции.» Он злобно усмехнулся. «Приготовьте все необходимое. Усильте охрану комплекса. Перекройте все пути отступления. Я хочу лично приветствовать наших гостей. И убедиться, что они больше никуда не уйдут.» Доктор с предвкушением потирал руки. Игра началась. И он собирался выиграть. Кокоми и Ёимия двинулись вглубь комплекса, ощущая на себе пристальные взгляды камер наблюдения. Они понимали, что Доктор в курсе их прибытия, и что он, вероятно, уже расставляет ловушки. Комплекс был запутанным лабиринтом коридоров, лабораторий и камер заключения. В воздухе витал тошнотворный запах химикатов и нечистот, а стены были покрыты странными символами и надписями. Каждый поворот мог таить в себе опасность. «Он знает, что мы здесь,» - прошептала Кокоми, оглядываясь по сторонам. «Нужно быть предельно осторожными.» Ёимия кивнула, крепче сжимая катану. «Он будет ждать нас. Скорее всего, в своем кабинете. Это его логово, его командный пункт. Если мы хотим остановить его, нам нужно добраться до него как можно быстрее.» Они продолжали двигаться вперед, методично обыскивая каждую комнату и коридор. Ёимия прокладывала путь, используя свои навыки взрывника и разведчика, чтобы обезвреживать ловушки и обнаруживать скрытые камеры. Кокоми прикрывала ее, используя свои гидро-способности, чтобы создавать щиты и отвлекать охранников. Несмотря на все предосторожности, избежать столкновений с охраной было невозможно. Гибриды – чудовищные существа, созданные Доктором, выходили из тени, нападая на них с яростью и отчаянием. Каждая схватка была тяжелой и кровопролитной. Но Кокоми и Ёимия были полны решимости. Они знали, что от них зависит судьба многих невинных людей. Они пробивались сквозь толпы врагов, шаг за шагом приближаясь к своей цели – кабинету Доктора. Они еще не знали, какие ужасы и испытания их ждут впереди. Но они были готовы ко всему. Ведь они шли не одни, а вместе. И вместе они могли преодолеть любые преграды. Когда Кокоми и Ёимия миновали очередной поворот, они оказались в просторном зале, который не соответствовал ни одной из схем комплекса, которые Ёимия упоминала в рассказе. Это было странно и тревожно. Зал был огромен, с высокими потолками и стенами, уходящими в полумрак. В центре зала располагалась круглая платформа, окруженная глубоким рвом. На стенах не было никаких признаков окон или дверей, кроме той, через которую они вошли. Самое странное - зал был абсолютно пуст. Ни охранников, ни ловушек, ни каких-либо других признаков жизни. Лишь мрачное молчание, которое давило на уши. Ёимия нахмурилась, осматривая зал. "Здесь что-то не так," - прошептала она. "Этого зала не должно быть на карте. И почему здесь так тихо? Это ловушка, я уверена." Кокоми чувствовала нарастающее беспокойство. Пустота зала давила на нее, словно предчувствие беды. "Может быть, нам стоит вернуться?" - предложила она, с сомнением глядя на зал. Ёимия покачала головой. "Мы не можем поворачивать назад. Мы уже слишком далеко зашли. К тому же, Доктор наверняка заблокировал все пути отступления. Нам придется идти вперед. Но будь начеку, Кокоми. Здесь что-то обязательно произойдет." Она осторожно ступила на платформу, внимательно осматривая каждый сантиметр пола. Кокоми последовала за ней, готовая в любой момент применить свои способности. Они пересекли платформу, не встретив никаких препятствий. Но как только они достигли противоположного края, раздался громкий щелчок. Платформа под их ногами задрожала, и ров вокруг нее начал заполняться какой-то темной, вязкой жидкостью. "Это она!" - крикнула Ёимия. "Ловушка!" Как только жидкость в рву достигла уровня пояса, она внезапно загустела, превратившись в твердую массу, словно цемент. Кокоми и Ёимия оказались прочно зафиксированы в этом зловещем плену. «Черт!» - выругалась Ёимия, пытаясь вырваться из затвердевшей жидкости. Но это было бесполезно. Она была закована по пояс, и чем больше она двигалась, тем сильнее становился захват. Кокоми попыталась использовать свои гидро-способности, чтобы размягчить жидкость, но и это не дало никаких результатов. Жидкость оказалась устойчивой к любой магии. Они оказались в ловушке, беспомощные и уязвимые. «Что это за дрянь?» - спросила Ёимия, отчаянно пытаясь понять, с чем они имеют дело. Кокоми покачала головой. «Я не знаю. Я никогда не видела ничего подобного. Оно как будто поглощает любую энергию.» Тишина в зале снова сгустилась, нарушаемая лишь их тяжелым дыханием. Они стояли, неподвижно зафиксированные в затвердевшей жидкости, ожидая, что произойдет дальше. Внезапно в одном из углов зала открылась потайная дверь. И из темноты вышел Доктор, с злорадной улыбкой на лице. «Добро пожаловать, мои дорогие гости,» - произнес он, приближаясь к ним. «Я рад, что вы оценили мою скромную ловушку. Я долго ее разрабатывал, и, как видите, она работает безупречно.» Он остановился перед ними, оглядывая их с презрением. «Не сопротивляйтесь. Это бесполезно. Вы мои пленницы. И теперь вы станете частью моих экспериментов.» Услышав слова Доктора, Ёимия почувствовала, как по её телу пробегает дрожь отвращения и ненависти. Воспоминания о прошлых страданиях, о мучительных экспериментах, которые проводил над ней Доктор, вспыхнули в её сознании с новой силой. «Нет! Только не снова!» - закричала она, издав полный боли и отчаяния крик. Её глаза наполнились слезами, а тело затряслось в приступе ярости. Кокоми, увидев ужас в глазах Ёимии, почувствовала, как её сердце сжимается от страха. Она никогда не сталкивалась с таким отчаянием. Она знала, что Доктор способен на самые ужасные вещи, и мысль о том, что ей придется пройти через то же самое, вызывала у нее невыносимый ужас. «Ты не посмеешь!» - выкрикнула Кокоми, пытаясь подавить свой страх. Она знала, что должна быть сильной, ради себя и ради Ёимии. «Я не позволю тебе причинить нам вред!» Доктор лишь усмехнулся, услышав их крики. «Ох, вы еще будете умолять меня остановить это,» - пробормотал он. «Поверьте, мои эксперименты оставят у вас неизгладимые впечатления.» Он подошел к пульту управления, расположенному на стене, и начал нажимать кнопки. «А теперь, мои дорогие, пришло время начать самое интересное,» - произнес он, злобно улыбаясь. «Приготовьтесь к новым ощущениям. Готовьтесь к переменам.» В зале начали раздаваться странные звуки, а воздух наполнился напряжением. Кокоми и Ёимия понимали, что сейчас произойдет что-то страшное. Они были в ловушке, беззащитные перед безумным гением Доктора. Судьба их была в руках садиста. И эта мысль вызывала неописуемый ужас. Закончив манипуляции с пультом, Доктор достал из кармана халата странную маску, напоминающую респиратор, но с какими-то дополнительными фильтрами и трубками. Он неторопливо надел её, плотно прижав к лицу, и глубоко вздохнул. В тот же момент в зале начали шипеть клапаны, и из отверстий в стенах повалил легкий, полупрозрачный газ. Он быстро распространялся по залу, обволакивая Кокоми и Ёимию, заполняя их легкие. Сначала ничего не произошло. Но уже через несколько секунд Кокоми почувствовала, как на её лице появляется легкая улыбка. Всё вокруг стало казаться забавным и неважным. Страх и отчаяние, терзавшие её мгновение назад, отступили, сменившись ощущением безмятежного покоя и блаженства. Ёимия, напротив, сначала пыталась сопротивляться воздействию газа, но вскоре и её охватила волна эйфории. Она начала смеяться, громко и беззаботно, не понимая, над чем смеется. Воспоминания о прошлых страданиях исчезли, словно их и не было. «Что… Что происходит?» - прошептала Кокоми, чувствуя, как её разум затуманивается. «Это… Так хорошо…» - пробормотала Ёимия, улыбаясь во весь рот. Доктор, наблюдая за происходящим, довольно хмыкнул. «Это мой новый препарат, основанный на экстрактах редчайших растений,» - произнес он, обращаясь к Кокоми и Ёимии. «Он вызывает сильнейшую эйфорию, подавляет волю и стирает воспоминания. Он сделает вас послушными и довольными своими новыми ролями.» Он подошел к Кокоми и нежно коснулся её щеки. «Тебе понравится. Обещаю.» Кокоми, находясь под воздействием газа, лишь глупо улыбнулась в ответ. Она больше не осознавала опасности. Она просто чувствовала себя хорошо. Очень хорошо. Доктор повернулся к Ёимии, готовясь применить свои дальнейшие планы. Прежде чем Доктор успел подойти к Ёимии, затвердевшая жидкость, в которой они были заключены, вдруг задрожала. По её поверхности побежала тонкая паутина фиолетовых трещин, словно молнии, пронизывающие тьму. С каждой секундой трещин становилось всё больше, и вот, под воздействием какой-то невидимой силы, жидкость с грохотом разлетелась на мелкие осколки, освобождая Кокоми и Ёимию. Освобождение, однако, не принесло им облегчения. Под воздействием газа, их разум был затуманен. Они не понимали, что происходит, не осознавали опасности. Их воля сломлена, и они были готовы подчиниться любому приказу. Доктор, удивлённый произошедшим, на мгновение растерялся. Но быстро взял себя в руки, оценив ситуацию. Его планы изменились, но он не собирался отказываться от своих целей. "Прекрасно," - пробормотал он, злобно улыбаясь. "Значит, ты решила вмешаться, неизвестная сила. Тем лучше. Это сделает эксперимент ещё интереснее." Он развернулся и направился к двери, из которой вышел. "Идите за мной," - приказал он, не оборачиваясь. "Вам будет лучше в моём кабинете." Кокоми и Ёимия, словно марионетки, подчинились его приказу. Ведомые газом и сломанной волей, они пошли следом за Доктором, не задавая вопросов. На их лицах застыли глупые улыбки, а в глазах не было ни капли разума. Они следовали за Доктором по коридорам и лестницам, всё глубже погружаясь в лабиринт комплекса. По пути им встречались охранники и подопытные, но они не обращали на них никакого внимания. Их цель была лишь одна - идти за Доктором. Наконец, они подошли к большой металлической двери, охраняемой двумя вооруженными охранниками. Доктор, не останавливаясь, отсканировал свою сетчатку глаза, и дверь открылась, пропуская его и его пленниц внутрь. Кокоми и Ёимия вошли в кабинет Доктора, не подозревая, что их ждет впереди. А в голове зловещего гения уже созревал новый, ещё более безумный план. Кабинет Доктора был ужасающим отражением его безумного разума. Стены были увешаны схемами, графиками и фотографиями изуродованных тел. В центре комнаты находился операционный стол, окруженный сложным оборудованием и мерцающими приборами. Запах химикатов и крови витал в воздухе, создавая гнетущую атмосферу. Взгляд Ёимии, затуманенный газом, скользнул по помещению. И вдруг она узнала его. Тот самый стол. Тот самый, на котором она провела бесчисленные часы, подвергаясь мучительным экспериментам. Тот самый, где ее тело было истерзано и изуродовано. Воспоминания вспыхнули в ее сознании, словно искры. Боль, страх, отчаяние – все это она пережила снова. Но газ не позволял ей думать трезво. Ужас и отвращение смешались с чувством эйфории, создавая невыносимую какофонию эмоций. Она попыталась отвернуться, убежать от этого жуткого места, но ноги не слушались ее. Она была словно прикована к полу, не в силах пошевелиться. Кокоми, находясь под действием газа, не обращала внимания на обстановку. Она просто следовала за Доктором, чувствуя себя спокойной и умиротворенной. Она не видела ужаса в глазах Ёимии, не понимала, что здесь когда-то происходило. Доктор довольно улыбнулся, увидев реакцию Ёимии. «Узнаешь, старое место?» - промурлыкал он, подходя к ней. «Не волнуйся, скоро ты снова будешь здесь как дома.» Он провел рукой по ее волосам, нежно заглядывая в глаза. «А теперь, мои дорогие, пришло время начать самое интересное,» - произнес он, с дьявольским блеском в глазах. «Приготовьтесь к новым трансформациям. Готовьтесь к новому будущему.» В этот момент в кабинете появился ассистент Доктора, неся в руках поднос с шприцами. «Начнем,» - приказал Доктор, и ассистент кивнул, приступая к своей работе. Кокоми и Ёимия находились во власти безумного гения. Доктор подошел к Кокоми, держа в руках наполненный шприц. Не говоря ни слова, он быстро вколол ей содержимое в шею. Кокоми вздрогнула, почувствовав укол, но ничего не сказала. Находясь под действием газа, она не чувствовала боли и не осознавала опасности. Закончив с Кокоми, Доктор перешел к Ёимии. Ёимия, увидев шприц, попыталась сопротивляться, но ее тело не слушалось ее. Она хотела закричать, попросить о помощи, но из ее горла вырвался лишь слабый стон. Доктор, не обращая внимания на ее страдания, решительно вогнал иглу в ее кожу. Прошло несколько секунд. И вдруг, словно по щелчку пальцев, действие газа прекратилось. Сознание Кокоми и Ёимии прояснилось. Страх, отчаяние, ярость – все эмоции, подавленные газом, вернулись с удесятеренной силой. Кокоми огляделась по сторонам, с ужасом осознавая, где она находится. Кабинет Доктора, операционный стол, инструменты – все это вызывало у нее чувство тошноты и отвращения. «Где… Где я?» - прошептала она, дрожа всем телом. Ёимия, придя в себя, с ужасом посмотрела на стол, на котором ей пришлось провести столько времени. Воспоминания о мучительных экспериментах захлестнули ее, вызывая приступ паники. «Нет… Только не это… Снова…» - пробормотала она, пытаясь отползти от стола. Доктор, наблюдая за их реакцией, довольно улыбнулся. «Добро пожаловать обратно в реальность, мои дорогие,» - произнес он, с дьявольским блеском в глазах. «Надеюсь, вам понравился мой маленький препарат. Но теперь пришло время серьезной работы.» Он подошел к операционному столу, беря в руки скальпель. «Приготовьтесь к новым трансформациям,» - прошептал он, злобно улыбаясь. «Я сделаю вас сильнее. Я сделаю вас лучше. Я сделаю вас такими, какими вы должны быть.» Кокоми и Ёимия понимали, что их ждет. Они были в ловушке, беззащитные перед безумным гением Доктора. И теперь им предстояло заплатить за свою смелость. Или нет? В их глазах вспыхнула искра надежды. Они не собирались сдаваться без боя. Увидев скальпель в руке Доктора, Ёимия окончательно запаниковала. Воспоминания о прошлых экспериментах стали невыносимыми. Она знала, что доктор не пощадит ее, что ее тело снова будет истерзано и изуродовано. «Нет! Пожалуйста, не надо! Я умоляю тебя!» - кричала она, отчаянно пытаясь отползти от стола. Доктор, не обращая внимания на ее мольбы, отдал приказ ассистенту. «Уведите её,» - скомандовал он, указывая на Ёимию. «Пусть пока отдохнет и подготовится к следующему этапу.» Ассистент, не говоря ни слова, схватил Ёимию за руки и потащил ее к двери. Ёимия кричала, сопротивлялась, но ее усилий было недостаточно. Ее вывели из кабинета, оставив Кокоми один на один с Доктором. Когда дверь за Ёимией закрылась, в кабинете воцарилось зловещее молчание. Кокоми, оставшись наедине с Доктором, почувствовала, как ее охватывает леденящий ужас. Она понимала, что теперь вся его жестокость обрушится на нее. Доктор медленно повернулся к Кокоми, оглядывая ее с презрением. «Итак,» - произнес он, нарушив молчание. «Теперь, когда мы остались одни, мы можем приступить к более интересным экспериментам.» Он подошел к ней, приближая свое лицо к ее. «Ты знаешь, почему я выбрал именно тебя?» - прошептал он, ледяным тоном. «Ты особенная. В тебе есть то, что мне нужно. И я собираюсь это получить.» Кокоми молчала, не в силах вымолвить ни слова. Страх парализовал ее волю. Доктор довольно улыбнулся, увидев ее испуг. «Ты будешь моей самой ценной работой» - произнес он, поднимая скальпель. «И я уверен, что ты не разочаруешь меня.» Он начал приближаться к Кокоми, и ее сердце забилось с бешеной скоростью. Ее ждало нечто ужасное. Но что именно? И сможет ли она выжить после этого? Доктор остановился в нескольких шагах от Кокоми, внимательно изучая ее изучающим взглядом. Затем, с дьявольской улыбкой, он медленно провел скальпелем по своей ладони, оставляя тонкую красную полоску. Кокоми невольно вздрогнула от этого зрелища. «Раздевайся,» - спокойно произнес Доктор, глядя ей прямо в глаза. «Я не люблю тратить время впустую. Чем быстрее ты подчинишься, тем меньше боли тебе придется испытать.» Кокоми молчала, отводя взгляд. Ярость и отчаяние боролись в ее душе. Она не знала, что делать. Подчиниться и позволить этому безумцу надругаться над ней? Или сопротивляться до конца, зная, что это может закончиться еще хуже? «Я не буду этого делать,» - с трудом выговорила она, собрав остатки своей смелости. «Я не буду тебе подчиняться.» Лицо Доктора исказилось от гнева. Он ожидал, что Кокоми сломается под его давлением, что она будет умолять о пощаде. Но она осмелилась ему противиться. «Ты пожалеешь об этом,» - прорычал он, сжимая скальпель в руке. «Ты думаешь, что можешь противостоять мне? Ты ошибаешься. Я сломаю тебя. Я уничтожу твою волю. И ты будешь умолять меня пощадить тебя. Ты будешь делать все, что я захочу.» Он сделал шаг к Кокоми, и она отшатнулась назад, прижавшись спиной к холодной стене. Она понимала, что сейчас все решится. Либо она сломается, либо ей удастся выстоять. «Я не боюсь тебя,» - прошептала она, пытаясь подавить дрожь в голосе. Доктор усмехнулся. «Мы еще посмотрим,» - произнес он, поднимая руку со скальпелем. «Сейчас я покажу тебе, что значит не подчиняться мне.» Он резко взмахнул рукой, и скальпель полоснул Кокоми по щеке, оставляя глубокий порез. Кокоми вскрикнула от боли, хватаясь за лицо. Кровь начала струиться по ее щеке, окрашивая ее лицо в красный цвет. «Ну что? Все еще не хочешь раздеваться?» - ехидно спросил Доктор, глядя на нее сверху вниз. «Или мне продолжить?» Кокоми, истекая кровью, смотрела на него с ненавистью. Она больше не чувствовала страха. Только ярость и желание отомстить. «Ты заплатишь за это,» - прошипела она, сквозь стиснутые зубы. «Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты сделал.» Доктор рассмеялся в ответ. «Ты? Заставишь меня пожалеть? Не смеши меня. Ты ничто. Ты просто пешка в моей игре. И я могу делать с тобой все, что захочу.» Доктор выстрелил в Кокоми дротиком, который вызвал паралич. Она не могла пошевелиться. Доктор снял с нее одежду, оставив только нижнее белье, и подсоединил к аппарату, подключив к ее телу иголки. Кокоми чувствовала себя совершенно беспомощной. Кокоми попыталась закричать, но мышцы не слушались. Она чувствовала уколы игл, проникающих в кожу, и содрогалась от отвращения и страха. Что это за аппарат? Для чего он нужен этому безумному доктору? В голове проносились обрывки мрачных мыслей, она пыталась понять, как вырваться из этой ловушки. В отчаянии Кокоми сосредоточила все свои оставшиеся силы на отчаянной попытке пошевелить хотя бы пальцем… хоть что-нибудь. Доктор дёрнул за рычаг и мощный электрический ток прошел через иголки прямо в Кокоми. Яркая вспышка боли пронзила всё тело Кокоми, словно удар молнии. Она закричала немым криком, чувствуя, как её мышцы судорожно сокращаются, а мир вокруг расплывается в бешеном калейдоскопе света и тени. Голова раскалывалась, всё тело горело, словно в огне. Кокоми потеряла ощущение времени и пространства, только пульсирующая боль, заполняющая собой всё. Она пыталась сопротивляться, отчаянно бороться с нахлынувшей волной мучений, но тело не слушалось, превратившись в беспомощную оболочку. На какое-то мгновение сознание покинуло её, оставив лишь пустоту и невыносимую боль. Удовлетворённо кивнув, доктор выключил аппарат. Тело Кокоми безвольно обмякло, лишь судороги слабо подёргивали конечности. На лице застыла маска ужаса и боли. Доктор брезгливо поморщился: «Уберите её отсюда. Приведите в чувство и поместите в камеру номер семь. К Ёимии». Два санитара в белых халатах, бесстрастные и проворные, тут же приступили к исполнению приказа. Они сняли с Кокоми провода, не церемонясь, и грубо привели в чувство, плеснув в лицо водой. Кокоми застонала, пытаясь сфокусировать взгляд. Ее подхватили под руки и поволокли по длинному, тускло освещенному коридору. Ноги заплетались, голова гудела. За каждым поворотом слышался лязг закрывающихся замков и эхо шагов. Наконец, санитары остановились у стальной двери, на которой виднелась цифра «7». Один из них вставил ключ в замок и распахнул дверь, впихнув Кокоми внутрь. Дверь с лязгом захлопнулась, оставив Кокоми в темноте. Ёимия мирно спала на узкой койке, свернувшись калачиком под тонким одеялом. Скудный свет из коридора едва проникал в камеру, оставляя большую часть пространства в полумраке. Внезапный грохот вывел её из дремоты. Она резко села, вглядываясь в темноту, и увидела, как на пол буквально бросают полуголую, бесчувственную Кокоми. Сердце Ёимии подскочило к горлу. Она спрыгнула с койки, игнорируя холод каменного пола, и подбежала к Кокоми. Та лежала неподвижно, её длинные волосы, обычно распущенные водопадом, сейчас спутались и грязными прядями прилипли к бледной коже. На её теле виднелись багровые и синие пятна. «Кокоми! Кокоми, очнись!» – Ёимия затрясла её за плечо, но ответа не последовало. Она почувствовала под пальцами липкую влагу. Кровь. Паника начала подкрадаться. Ёимия никогда не видела ничего подобного. Что произошло? Зачем сделали это с Кокоми? И почему её так бросили? Она попыталась успокоиться, глубоко вдохнула и выдохнула. Нужно действовать. Первым делом, надо остановить кровь и привести Кокоми в чувство. Ёимия оглядела скудную обстановку камеры. Ничего. Только койка, грязный коврик и грубая миска для еды. От отчаяния она сорвала с себя единственную рубашку и попыталась остановить кровь, прижимая ткань к ранам на теле Кокоми. «Держись, Кокоми, пожалуйста, держись,» – шептала она, чувствуя, как дрожат руки. В голове мелькали отрывки воспоминаний о том, как она впервые увидела Кокоми, как та всегда излучала спокойствие и мудрость, как помогала ей в трудные времена. Неужели все закончится вот так? В этой грязной камере, с кровью на руках? Отчаяние стало подталкивать к безумным мыслям. Надо что-то делать. Надо найти способ помочь. Но что? Кого звать на помощь? Она оглянулась на железную дверь камеры. За ней — только коридор и, скорее всего, охранники, которые способны на такие зверства. Ёимия крепче прижала ткань к ранам Кокоми. Чувство вины сдавливало грудь. Может быть, она должна была быть осторожнее? Может быть, она могла что-то предвидеть и предотвратить это? «Я не знаю, что сделать, Кокоми,» – прошептала она, и горячие слезы упали на бледное лицо девушки. «Но я обещаю, я не дам тебе умереть здесь.» Услышав слабый стон, Ёимия замерла, как вкопанная. Вся её концентрация переключилась на Кокоми. Она замерла, боясь спугнуть проблеск жизни, который только-только пробивался сквозь мрак. «Кокоми? Ты слышишь меня?» – тихо спросила Ёимия, наклоняясь ближе. Она старалась говорить мягко и успокаивающе, понимая, что Кокоми, скорее всего, в полном замешательстве. На веках Кокоми дрогнула лёгкая тень. Медленно, очень медленно, они приоткрылись, являя миру затуманенный взгляд. В её глазах читалась боль, растерянность и… страх. «Ё… Ёимия?» – прошептала Кокоми хриплым, едва слышимым голосом. Её дыхание было неровным и поверхностным. «Я здесь, Кокоми. Я с тобой,» – Ёимия осторожно взяла её за руку. «Не говори ничего. Просто постарайся дышать ровно.» Она видела, как Кокоми пытается сфокусировать взгляд, как болезненно морщится её лоб при каждой попытке. Она поняла, что сейчас самое главное – не давить на неё вопросами. Кокоми нужно время, чтобы прийти в себя и хоть немного восстановить силы. Ёимия смочила угол своей рубашки водой из миски и бережно протёрла лицо Кокоми. Этот простой жест, казалось, немного её взбодрил. «Болит…» – прошептала Кокоми, закрывая глаза. «Я знаю. Я знаю, что болит,» – Ёимия ласково провела пальцами по её волосам. «Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы тебе помочь. Потерпи немного.» Внезапно Кокоми крепко сжала её руку. В её глазах снова появился страх, на этот раз – более осознанный. -Боюсь это ещё не конец и нас ждут новые испытания Ёимия. Дотторе, должно быть, полон решимости испытать Ёимию на прочность. Интересно, что он приготовил на этот раз. Остается только гадать, какие испытания ждут Ёимию впереди. Охранник ведет Ёимию по коридорам, и каждый шаг отзывается эхом в тишине лаборатории. Ёимия старается сохранять невозмутимый вид, хотя в животе все скручивается в тугой узел. Интересно, чего от нее хочет этот безумный гений? Наконец, они останавливаются перед дверью, сделанной из полированного металла. Охранник, не говоря ни слова, открывает дверь и жестом приглашает Ёимию войти. Внутри кабинет Дотторе больше похож на операционную, чем на место для работы. Белые стены, стальные столы, усыпанные инструментами, и странные колбы с бурлящей жидкостью. Сам Дотторе стоит у окна, спиной к ней, и смотрит на что-то вдалеке. Он одет в свой обычный, несколько вычурный наряд, и его белые волосы светятся в лучах тусклого света. «Ёимия Наганохара. Я ожидал вас,» - произносит Дотторе, не оборачиваясь. Его голос, как всегда, звучит спокойно и ровно, но в этой ровности чувствуется что-то зловещее. «Присаживайтесь.» Он указывает на стул, стоящий посередине комнаты, напротив стального стола, на котором лежат какие-то странные приборы. Ёимия, стараясь не выдать своего волнения, послушно занимает место. «Я был впечатлен вашей смелостью,» - продолжает Дотторе, поворачиваясь к ней лицом. Его глаза сверкают, в них читается интерес, граничащий с безумием. «Редкий дар – противостоять Предвестнику Фатуи. Вы не боитесь смерти?» Видя, как Ёимия сжимается, Дотторе слегка усмехается. Кажется, ему доставляет удовольствие ее страх. «Хорошо, хорошо,» - говорит он, делая несколько шагов к ней. «Бояться – это естественно. Это инстинкт самосохранения, присущий всем живым существам. Но интереснее наблюдать, как страх проявляется по-разному…» Он останавливается прямо перед ней, наклоняясь, и смотрит ей прямо в глаза. Ёимия невольно отворачивается, но Дотторе хватает ее за подбородок и поворачивает лицо обратно. «Не отворачивайтесь. Я хочу видеть ваш страх,» - произносит он шепотом. «Я хочу изучить его. Каждый вздох, каждый тремор… все это ценные данные для моих исследований.» Ёимия чувствует себя как пойманная бабочка, приколотая к энтомологической игле. Она старается не показывать свой ужас, но это почти невозможно. Дотторе – это само воплощение опасности, и она знает, что должна говорить и делать только то, что он хочет. «Вы… чего вы хотите?» - с трудом выдавливает она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно ровнее. Дотторе отпускает ее подбородок и отступает на шаг. «Терпение, Ёимия. Всему свое время. Я, как ученый, ценю методичность. Но для начала, позвольте мне рассказать вам о моих исследованиях…» Он обводит рукой комнату, словно представляя свои инструменты и колбы. «Вы ведь знаете, что такое Глаз Бога, не так ли? Символ признания божеств, дарованный избранным. Но что, если я скажу вам, что это не просто символ?» Он многозначительно замолкает, глядя на Ёимию. «Что, если это… ключ?» -Но почему именно я тебе понадобилась? Зачем ты меня пытаешь столько времени? Дотторе хитро улыбается, словно Ёимия задала именно тот вопрос, которого он ждал. «Ах, Ёимия, какая проницательность! Действительно, почему именно вы?» Он взмахивает рукой в притворном изумлении. «Неужели вы думаете, что я стал бы тратить время на кого попало? Нет, нет, вы, дитя фейерверков, представляете для меня особый интерес.» Он обходит стол, рассматривая какой-то инструмент, и говорит, не глядя на неё: «Я давно изучаю Глаза Бога. И знаю, что их сила заключена не только в элементальной энергии, которую они позволяют использовать. Есть нечто большее… некий резонанс с волей богов.» Он поворачивается к Ёимии, его глаза горят маниакальным блеском. «Вы замечали, что владельцы Глаза Бога часто обладают не только силой, но и неким… талантом? Некой особенностью, отличающей их от остальных? Вы, например, - гениальный пиротехник, ваша креативность просто поразительна.» Он делает еще один шаг к ней. «Я верю, что Глаз Бога усиливает эти врожденные таланты, делает их… исключительными. И я хочу понять, как это работает. Как Глаз Бога взаимодействует с сознанием, с подсознанием, с душой, если хотите.» Он наклоняется к Ёимии, его голос становится тише. «У вас нет Глаза Бога, Ёимия. Но у вас есть искра. Тот самый талант, который я ищу. И я намерен выяснить, как он связан с энергией богов. Вот почему вы здесь.» Он выпрямляется и с победоносным видом смотрит на Ёимию. «А что касается «пыток», как вы выразились… Не стоит воспринимать это так буквально. Я предпочитаю называть это… стимулированием. Стимулированием ваших талантов. Небольшая боль, немного давления… и мы можем раскрыть удивительные вещи.» Он берет со стола тонкий металлический стержень. «Готовы к первому стимулированию, Ёимия?» Ёимия дергается, пытаясь встать, но резкий рывок напоминает о кандалах на её ноге. Холодный металл плотно охватывает её лодыжку, не давая ей даже сдвинуться с места. Она в панике оглядывается на стол, пытаясь найти способ освободиться, но видит лишь хирургические инструменты и странные приспособления, назначения которых она даже не может представить. Дотторе лишь усмехается, наблюдая за её тщетными попытками вырваться. «Не стоит тратить силы, Ёимия. Поверьте, все предусмотрено. Вы здесь не для того, чтобы убегать, а для того, чтобы участвовать в одном… весьма интересном эксперименте.» Он подходит ближе, в его руке все еще зловеще поблескивает металлический стержень. Ёимия отшатывается, прижимаясь спиной к спинке стула. «Позвольте объяснить вам суть. Сегодня мы сосредоточимся на креативности. Я хочу понять, что происходит в вашем разуме, когда вы создаете свои фейерверки. Какие процессы запускаются, какие нейронные связи активируются. И я собираюсь помочь вам в этом… с помощью небольшого электростимулирования определенных участков мозга.» Он подносит стержень к виску Ёимии. Она закрывает глаза, готовясь к худшему. «Не бойтесь, это не смертельно. Всего лишь небольшой заряд электричества, который… немного подстегнет ваше воображение.» В этот момент Ёимия сильнее прежнего чувствует себя загнанной в угол. Она понимает, что помощи ждать неоткуда, и ей придется полагаться только на себя. Закрыв глаза, она судорожно пытается придумать хоть какой-то план, хоть какой-то шанс на спасение. Она не может просто сидеть и ждать, пока Дотторе будет пытать её. Необходимо действовать. Но как? «Итак, готовы?» - спрашивает Дотторе, его голос звучит нетерпеливо. Он приближает стержень еще ближе. «Начнем с малого. Просто представьте себе фейерверк…» В отчаянии Ёимия открывает глаза и смотрит прямо в лицо Дотторе. В ее взгляде больше нет страха, только решимость. «Подождите,» - говорит она, стараясь, чтобы ее голос звучал твердо. «Я согласна сотрудничать. Но у меня есть условия.» Дотторе удивленно вскидывает бровь, но отводит стержень от ее виска. «Условия? Вы находитесь в моем распоряжении, Ёимия. Не думаю, что у вас есть право что-то требовать.» «Я понимаю,» - отвечает Ёимия. «Но если вы хотите получить от меня полезную информацию, вам придется кое-что для меня сделать. Иначе я не скажу вам ни слова.» «Интересно,» - мурлычет Дотторе, обходя вокруг нее. «И что же вы хотите в обмен на свое сотрудничество?» Ёимия набирает в грудь воздуха. «Я хочу увидеть Кокоми. Хочу убедиться, что с ней все в порядке. Если вы позволите мне поговорить с ней хотя бы несколько минут, я отвечу на все ваши вопросы и сделаю все, что вы хотите.» Дотторе останавливается и внимательно смотрит на неё. «Кокоми, говорите? Что ж, это… довольно неожиданная просьба. Но я не вижу в этом особой проблемы. В конце концов, я заинтересован в получении информации, а не в создании препятствий. Хорошо, Ёимия Наганохара. Я согласен на ваши условия.» Он улыбается, но в этой улыбке нет ничего теплого. «Вы увидите Кокоми. Но только после того, как ответите на мои вопросы и пройдете первый этап эксперимента. Если я буду доволен результатом, я позволю вам с ней поговорить. Иначе…» Он пожимает плечами. «Иначе, боюсь, вы можете пожалеть о своем решении.» Ёимия сглатывает, но кивает. «Мне нужно ваше слово,» - добавляет она. «Мое слово… Предвестника Фатуи?» - усмехается Дотторе. «Что ж, мне не привыкать к обману. Но в данном случае, уверяю вас, мне будет выгоднее сдержать обещание. Можете воспринять это как своеобразную научную гарантию.» Ёимия понимает, что это все, что она может выжать из Дотторе. У нее нет другого выбора, кроме как довериться ему… хотя доверять Предвестнику Фатуи – это все равно, что играть с огнем. «Хорошо,» - говорит она. «Тогда начнем.» Дотторе улыбается шире. «Прекрасно! Вот это я понимаю – конструктивный подход! Теперь, когда мы все уладили…» Он снова берет в руки металлический стержень и приближается к Ёимии. «Давайте приступим к самому интересному. Расскажите мне, Ёимия, что вы чувствуете, когда создаете фейерверк?» Ёимия замирает на мгновение, пытаясь собраться с мыслями. Она смотрит на Дотторе, стараясь понять, насколько искренне его желание выслушать её, и насколько быстро он потеряет терпение и вернется к своим методам насильственного стимулирования. Но она держит в голове обещание о встрече с Кокоми, и это дает ей сил. «Фейерверк… это больше, чем просто взрыв,» - начинает она, медленно подбирая слова. «Это… момент. Момент, когда небеса расцветают всеми цветами радуги, когда тишина взрывается тысячами огней. Это… праздник жизни.» Она делает паузу, чтобы перевести дух, и смотрит на Дотторе. Он слушает, склонив голову набок, и в его глазах читается любопытство. «Когда я создаю фейерверк, я хочу, чтобы люди почувствовали то же, что и я. Восторг, радость, удивление… и немного грусти, потому что этот момент так быстротечен. Я хочу, чтобы они забыли о своих проблемах, хотя бы на мгновение, и просто наслаждались красотой.» Она улыбается, вспоминая свои работы. «Для меня каждый фейерверк – это история. История, рассказанная с помощью огня и света. История о надежде, о мечтах, о любви… обо всем, что делает жизнь прекрасной.» Она снова смотрит на Дотторе. «Вы можете увидеть в этом просто химическую реакцию, просто взрыв. Но для меня это нечто гораздо большее. Это моя страсть, моя душа. Это способ поделиться своим сердцем со всем миром.» Она замолкает, чувствуя себя немного уязвимой. Она только что открыла душу перед человеком, который, скорее всего, не поймет ни слова из того, что она сказала. Но она сделала это, чтобы спасти Кокоми. Она должна была попытаться. Дотторе молчит несколько секунд, а затем медленно хлопает в ладоши. «Очень поэтично, Ёимия. Очень… трогательно. Но, боюсь, мне нужны более конкретные данные. Каким образом вы выбираете цвета? Какие ингредиенты используете для создания определенных эффектов? Как вы контролируете высоту и траекторию фейерверка? Опишите процесс пошагово.» Ёимия готова была к этому. Она знала, что Дотторе интересует не поэзия, а наука. Она просто надеялась, что ей удалось выиграть немного времени. «Хорошо,» - говорит она. «Тогда начнем с пороха…» Она начинает подробно рассказывать о процессе создания фейерверка, стараясь не упустить ни одной детали. Она описывает химические реакции, используемые ингредиенты, методы сборки… все, что, по её мнению, может заинтересовать Дотторе. Она говорит, говорит, говорит, оттягивая момент, когда он вернется к своим экспериментам. Но в глубине души она знает, что это лишь временная передышка. Рано или поздно Дотторе захочет проверить правдивость ее слов. И тогда ей придется столкнуться с жестокой правдой: она в ловушке, и ее единственный шанс на спасение – это обмануть безумного гения. Но как? Закончив подробное описание состава пороха и его роли в создании фейерверка, Ёимия делает вид, что глубоко вздыхает и потирает виски. "Знаете," - говорит она, глядя на Дотторе уставшим взглядом. "Эти воспоминания так ярки, так связаны с моими чувствами… Мне сложно просто выдавать технические детали. Весь процесс как будто окутан дымкой эмоций." Дотторе хмурится. "Эмоции? Это не научные данные, Ёимия." "Я понимаю," - отвечает она, стараясь выглядеть максимально искренней. "Но я могу вам помочь, если вы дадите мне немного времени. Мне нужно… войти в нужное состояние, вспомнить те самые чувства, которые я испытываю во время работы. Тогда я смогу описать все более точно." Она смотрит на Дотторе с мольбой в глазах. "Можно мне… просто посидеть немного в тишине? Закрыть глаза? Представить себя в моей мастерской? Это займет всего несколько минут, но я уверена, что это поможет мне вспомнить все детали." Она надеется, что Дотторе купится на эту уловку. Она знает, что он ценит точность и детализацию, и её предложение выглядит логичным с научной точки зрения. На самом же деле, она просто хочет получить несколько минут, чтобы обдумать свой план и найти слабые места в обороне Дотторе. Дотторе какое-то время молчит, внимательно изучая ее. Ёимия старается не выдавать своего волнения, сохраняя спокойное выражение лица. "Хм," - наконец говорит он. "В этом есть смысл. Эмоциональное состояние может влиять на воспоминания. Хорошо, Ёимия. Я дам вам несколько минут. Но не думайте, что я буду сидеть сложа руки и просто ждать. Я буду наблюдать за вами. И если я замечу хоть малейший признак обмана, вы пожалеете об этом." Он отступает на несколько шагов и складывает руки на груди, продолжая сверлить её взглядом. "Закрывайте глаза и вспоминайте свои фейерверки," - говорит он. "Но помните, я буду здесь." Ёимия закрывает глаза и делает вид, что глубоко дышит. На самом деле, она судорожно пытается придумать план. Она понимает, что ей нужно использовать свою хитрость и обаяние, чтобы обмануть Дотторе и выиграть время. Но что она может сделать одна против такого гения? Ей нужно найти слабое место, зацепиться за него и использовать его против него самого. И тут ей в голову приходит идея. Рискованная, безумная, но… это может сработать. Она вспомнила слова Дотторе о ее таланте, о ее "искре". Что, если ей использовать свой талант, чтобы создать что-то непредсказуемое, что-то, что сможет вывести Дотторе из равновесия? Она открывает глаза и смотрит на Дотторе с хитрой улыбкой. "Знаете," - говорит она. "Я только что вспомнила кое-что очень важное. Но мне нужна ваша помощь, чтобы это реализовать." Дотторе слегка приподнимает бровь, демонстрируя свой интерес. «Моя помощь? И что же вам нужно, Ёимия?» – спрашивает он с легкой насмешкой в голосе. Ёимия поднимается со стула, несмотря на сковывающие ногу оковы, и подходит к столу, на котором лежат различные инструменты. Она осматривает их, словно выбирая что-то подходящее. «Мне нужна ваша лаборатория,» – говорит она, не глядя на Дотторе. «Мне нужны некоторые ингредиенты и инструменты. Я хочу… создать фейерверк прямо здесь.» Дотторе замирает в замешательстве. «Фейерверк? В моей лаборатории? Вы шутите?» «Я абсолютно серьезна,» – отвечает Ёимия, оборачиваясь к нему. «Я поняла, чего не хватает моим воспоминаниям – ощущения процесса. Я не могу просто рассказать вам о фейерверке, я должна его создать. Только тогда я смогу передать вам всю информацию, которая вам нужна.» Она подходит ближе, стараясь выглядеть максимально убедительно. «Подумайте сами, Дотторе. Это идеальный эксперимент! Вы сможете наблюдать за мной в процессе, анализировать мои действия, измерять мои эмоции. Вы получите гораздо больше данных, чем если бы я просто сидела и рассказывала вам о фейерверках.» Она делает паузу, чтобы дать Дотторе обдумать её предложение. «Конечно, это немного рискованно,» – добавляет она. «Но разве вы не любите рисковать? Разве вы не ищете новые возможности для исследований?» В ее глазах горит озорной огонек. «К тому же, представьте себе, какой это будет фейерверк! Созданный в лаборатории гениального ученого, с использованием самых передовых технологий! Это будет шедевр, который войдет в историю!» Ёимия видит, как Дотторе начинает колебаться. Он явно заинтригован ее предложением, но в то же время, он опасается потери контроля над ситуацией. «И что именно вам нужно?» – спрашивает он, немного смягчившись. Ёимия улыбается, чувствуя, что ей удалось зацепить Дотторе. «Для начала, мне понадобится немного пороха, серы, угля и нитрата калия. И, конечно же, несколько разных химических веществ для создания цветов. А еще мне нужна горелка, ступка и пестик, и… кое-какие другие инструменты, которые есть только в вашей лаборатории.» Она замолкает, глядя на Дотторе с вызовом. «Вы согласны, Дотторе? Или вы слишком боитесь, чтобы разрешить мне немного поиграть с огнем?» В глазах Дотторе загорается безумный огонек. «Боюсь? Ха! Я ничего не боюсь, Ёимия. Я лишь ценю научный прогресс. И если ваш фейерверк поможет мне в моих исследованиях, я готов рискнуть.» Он делает жест рукой. «Хорошо, Ёимия. Я разрешаю вам использовать мою лабораторию. Но помните, я буду следить за каждым вашим шагом. И если вы попытаетесь обмануть меня, вам не поздоровится.» Ёимия торжествующе улыбается. «Не волнуйтесь, Дотторе. Я просто хочу создать фейерверк.» Она знает, что обманывает его. Она не просто хочет создать фейерверк. Она хочет использовать его лабораторию, чтобы сбежать. Но Дотторе этого еще не знает. И пока он этого не знает, у нее есть шанс. Она начинает действовать, надеясь, что ее план сработает и позволит ей воссоединиться с Кокоми. Воспользовавшись разрешением Дотторе, Ёимия начинает активно осматривать лабораторию, притворяясь, что ищет необходимые для создания фейерверка ингредиенты. На самом деле, её внимание сосредоточено на поиске компонентов для создания чего-то совершенно иного – дымовой гранаты. Под предлогом выбора красителей для фейерверка, она незаметно отвлекает Дотторе, задавая ему вопросы о различных химических реакциях и свойствах веществ. В это время, ловкими движениями рук, она собирает небольшие количества серы, угля и нитрата калия – основных компонентов дымовой смеси – и прячет их в карманах своей одежды. Ей повезло, что её наряд достаточно просторный и имеет несколько карманов, которые, казалось, самой судьбой предназначены для этой цели. Она тщательно выбирает колбу из тонкого стекла, которая, по ее мнению, идеально подойдет для создания оболочки гранаты. Под предлогом смешивания ингредиентов, она находит укромный уголок в лаборатории, где, прикрываясь спиной, начинает осторожно смешивать ингредиенты для дымовой смеси. Сердце колотится в груди, но она старается сохранять спокойствие и сосредоточенность. Любая ошибка может стоить ей свободы, а возможно, и жизни. Закончив смешивание, она плотно затыкает колбу пробкой, предварительно проделав в ней небольшое отверстие для фитиля. Фитиль, как ни странно, она находит среди оборудования для пиротехники. Кажется, судьба на её стороне. Закончив работу над гранатой, она прячет её в карман и возвращается к Дотторе, делая вид, что увлечена процессом создания фейерверка. «Знаете, Дотторе,» - говорит она, стараясь, чтобы её голос звучал естественно. «Я вдруг поняла, что мне не хватает одного важного ингредиента для создания самого впечатляющего эффекта – сюрприза. Я хочу добавить в фейерверк элемент неожиданности, некий «вау-эффект», который заставит всех ахнуть!» Дотторе заинтересованно смотрит на неё. «И что вы предлагаете?» Ёимия улыбается. «У меня есть одна идея, но для её реализации мне нужно ненадолго выйти из лаборатории. Мне нужно кое-что принести. Это займет всего несколько минут, я обещаю.» Она надеется, что Дотторе согласится отпустить ее. Если нет, то ее план рухнет. Дотторе на мгновение задумывается, а затем кивает. «Хорошо. Но помните, Ёимия, я буду ждать вашего возвращения. И если вы попытаетесь сбежать, я найду вас. И вам не поздоровится.» Ёимия кивает и, стараясь не показывать своего волнения, покидает лабораторию. Она знает, что это ее шанс. Она должна действовать быстро и решительно, чтобы освободить Кокоми и вырваться из лап Дотторе. Она бежит по коридорам лаборатории, задыхаясь от волнения. Ей нужно найти камеру, где держат Кокоми, и привести в действие свой план. Все или ничего. Добравшись до камеры Кокоми, Ёимия замирает в дверях, увидев её состояние. Сердце сжимается от жалости и ярости. Кокоми, всегда такая сдержанная и собранная, сейчас беспомощно лежит на полу, тихо постанывая от боли. Следы недавних экспериментов видны невооруженным глазом – бледная кожа, запекшиеся раны, дрожь во всем теле. «Кокоми!» - шепчет Ёимия, подбегая к ней и опускаясь на колени. «Кокоми, это я, Ёимия! Ты меня слышишь?» Глаза Кокоми медленно открываются, и она слабо поднимает руку, пытаясь коснуться лица Ёимии. «Ёимия… ты… как ты здесь?» - произносит она слабым голосом. «Неважно,» - отвечает Ёимия. «Я пришла, чтобы тебя спасти. Мы должны уйти отсюда. Ты можешь встать?» Кокоми пытается подняться, но ее тело не слушается. Она кривится от боли и снова опускается на пол. «Я… не могу… слишком больно,» - шепчет она. Ёимия осматривает камеру в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь Кокоми встать. Она находит сломанный стул и, приложив немного усилий, выламывает из него ножку, которая может послужить костылем. «Держись,» - говорит Ёимия, помогая Кокоми подняться и опираясь на импровизированный костыль. «Мы должны уйти отсюда. Дотторе не должен нас найти.» Кокоми с трудом встает и опирается на Ёимию, испытывая острую боль в ногах. «Куда мы пойдем?» - спрашивает она. «Я придумала план,» - отвечает Ёимия. «У меня есть дымовая граната. Мы используем ее, чтобы создать хаос и выбраться из лаборатории. Держись крепче, сейчас будет немного трясти.» Ёимия достает дымовую гранату из кармана и активирует ее. С шипением из колбы начинает валить густой, едкий дым, быстро заполняя камеру и коридор. «Пошли!» - кричит Ёимия, помогая Кокоми идти по коридору, сквозь клубы дыма. «Главное – не останавливаться и не дышать полной грудью. Мы должны добраться до выхода!» Они двигаются медленно, спотыкаясь и кашляя от дыма. Ёимия ведет Кокоми за собой, ориентируясь на ощупь. Она знает, что Дотторе и его люди уже подняты по тревоге и ищут их. У них очень мало времени. Внезапно, в конце коридора раздаются голоса и шаги. Их обнаружили. «Быстрее!» - кричит Ёимия, подталкивая Кокоми вперед. «Осталось совсем немного!» Они бегут, спотыкаясь и падая, но Ёимия не позволяет Кокоми сдаться. Она знает, что только вместе они смогут выжить. Кажется, что до выхода остались считанные метры, но враги уже совсем близко. Дотторе не позволит им так просто уйти. Им нужно что-то предпринять, чтобы выиграть время. И тогда Ёимия принимает решение. Она останавливается и, оттолкнув Кокоми вперед, поворачивается лицом к врагам. «Беги, Кокоми!» - кричит она. «Я задержу их!» Кокоми смотрит на Ёимию с ужасом в глазах. «Нет! Я не оставлю тебя!» «Ты должна,» - отвечает Ёимия. «Это единственный шанс для нас обеих. Беги и жди меня в безопасном месте. Я доберусь до тебя, я обещаю!» Ёимия отпускает Кокоми и, достав из кармана еще одну заранее подготовленную петарду, бросает её в сторону врагов. Раздается оглушительный взрыв и яркая вспышка света, ослепляющая и дезориентирующая преследователей. Кокоми, воспользовавшись замешательством, бежит к выходу, оставив Ёимию одну против целой армии врагов. Ёимия знает, что её шансы невелики, но она готова пожертвовать собой, чтобы спасти Кокоми. Она глубоко вдыхает и готовится к бою. Она – Ёимия Наганохара, королева фейерверков, и она не сдастся без боя. Она покажет этим выродкам, на что способны жители Инадзумы. Но сможет ли она выжить в этом бою? И дождется ли ее Кокоми в безопасном месте? Судьба обеих девушек висит на волоске. Взрывная волна от самодельной петарды сбивает Ёимию с ног, и она с силой ударяется о стену. Последнее, что она успевает увидеть, - это приближающиеся фигуры в масках Фатуи, а затем мир погружается во тьму. Сознание возвращается медленно и мучительно. Голова раскалывается, словно от удара молотом, перед глазами все плывет, а тело пронзает острая боль. Ёимия приходит в себя на полу, в той же лаборатории, где ее держали с самого начала. Но сейчас здесь все выглядит еще более мрачно и зловеще. Ее руки прикованы наручниками к металлической койке, а над ней нависает фигура Дотторе. Его лицо искажено злой усмешкой, и в его глазах горит безумный огонек. «Ну что, Ёимия,» - говорит он, его голос звучит зловеще. «Неужели ты думала, что тебе удастся меня обмануть? Неужели ты думала, что сможешь убежать? Ты недооценила меня. И теперь тебе придется заплатить за это.» Ёимия пытается сопротивляться, но ее тело слишком ослаблено от удара. Она чувствует, как Дотторе приближается к ней с каким-то инструментом в руке. «Ты хотела поиграть с огнем, Ёимия,» - продолжает Дотторе. «Ну что ж, я покажу тебе, что такое настоящий огонь. Я изучу твой мозг, нейрон за нейроном, чтобы понять, что делает тебя такой особенной. И я выжгу из тебя все чувства, все эмоции, которые заставляют тебя творить.» Он подносит инструмент к ее виску. Крик Ёимии эхом разносится по стенам лаборатории, но кажется, что он не достигает ничьих ушей. Ее тело бьется в конвульсиях, когда она отчаянно пытается вырваться из стальных объятий наручников. Металл врезается в кожу, оставляя кровоподтеки, но безуспешно. Она заперта, беспомощна, в руках безумца. «Пожалуйста… не надо…» - шепчет она, стараясь унять дрожь в голосе. «Я скажу вам все, что вы хотите… только не делайте этого…» Но Дотторе не слушает. Его взгляд прикован к виску Ёимии, и он не обращает внимания на ее мольбы. Его руки уверенно держат инструмент, и Ёимия понимает, что ее слова ничего не значат. Она всего лишь подопытный кролик в его безумном эксперименте. «Я молюсь,» - думает она, закрывая глаза. «Я молюсь всем богам Тейвата, чтобы это быстрее закончилось. Пусть это будет быстрым и безболезненным. И пусть Кокоми будет в безопасности.» Она вспоминает лицо Кокоми, ее мягкий и мудрый взгляд. Она вспоминает свои фейерверки, раскрашивающие ночное небо всеми цветами радуги. Она вспоминает свою семью, своих друзей, свой дом. Все, что она любила, все, что было ей дорого. И в этот момент, когда инструмент Дотторе касается ее кожи, она чувствует не страх, а смирение. Смирение перед лицом неизбежного. Она закрывает глаза и ждет. Ждет конца. Слабое эхо крика Ёимии пробивается сквозь пелену боли и оглушения в сознании Кокоми. Она вздрагивает, и осознание, словно ледяной водой, окатывает ее. Это Ёимия. Ёимия в опасности. Ее первая реакция – броситься обратно, не раздумывая ни секунды. Ноги уже делают шаг в сторону лаборатории, когда разум отрезвляет ее. Остановиться. Думать. Если она вернется, она не только не сможет помочь Ёимии, но и окажется снова в лапах Дотторе. И тогда все жертвы Ёимии окажутся напрасными. Ее собственная безопасность сейчас не так важна, как необходимость сообщить обо всем, что она видела и через что ей пришлось пройти, в Наруками. Они должны знать о масштабах экспериментов Дотторе, о его планах, о его жестокости. Боль отступает на второй план перед осознанием ответственности. Она заставляет себя остановиться, развернуться и продолжить бегство. Каждая секунда дорога. Она бежит, спотыкаясь и падая, превозмогая боль и слабость. Ее ноги словно чужие, каждое движение дается с огромным трудом, но она не останавливается. Она представляет себе лицо Ёимии, ее смех, ее яркие фейерверки. Она должна сделать это ради неё, ради всех, кто может стать следующей жертвой Дотторе. «Я не подведу тебя, Ёимия,» - шепчет она сквозь слезы. «Я сообщу обо всем.» Она понимает, что вернуться в Наруками напрямую – самоубийство. Там ее наверняка ждут люди Дотторе. Ей нужен безопасный путь, связной, кто-то, кому можно доверять. В ее памяти всплывает лицо Горо. Непоколебимый, верный, преданный своему народу. Он – тот, кто сможет помочь. Кокоми меняет направление и двигается в сторону лагеря сопротивления. Ей нужно добраться до Горо и рассказать ему обо всем. Ей нужно убедить его в опасности Дотторе и призвать к действиям. Путь до лагеря кажется бесконечным. Кокоми несколько раз теряет сознание, приходит в себя и снова продолжает бегство. Ее тело сломлено, но дух остается непоколебимым. Она знает, что от ее действий зависит судьба многих людей. И вот, наконец, вдали виднеются палатки и костры лагеря сопротивления. Кокоми собирает последние силы и, спотыкаясь, бежит к ним. Она должна успеть. Она должна предупредить их. Она должна спасти Ёимию. Кокоми, шатаясь, вваливается в лагерь сопротивления, привлекая к себе встревоженные взгляды солдат. Она ищет глазами Горо, генерала армии Ватацуми, единственного, кому она может сейчас доверять. "Горо!" - хрипло выкрикивает она, ее голос едва слышен. - "Где Горо?" Один из солдат указывает на палатку в центре лагеря. Собрав последние остатки сил, Кокоми неуверенно направляется туда. Она отдергивает полог и видит Горо, склонившегося над картой. "Горо," - снова произносит она, ее голос дрожит от слабости и страха. Горо поднимает голову и с удивлением смотрит на Кокоми. "Кокоми! Что случилось? Ты вся в крови и в… Что с тобой?" Кокоми делает глубокий вдох, стараясь собраться с мыслями. "Дотторе… эксперименты… Ёимия…" - слова вылетают из ее рта обрывистым потоком. Она рассказывает ему все, что произошло: как ее обманом заманили в лабораторию Дотторе, о жестоких экспериментах, которым ее подвергли, о том, как Ёимия пожертвовала собой, чтобы дать ей шанс сбежать, и о том, что Дотторе намерен сделать с Ёимией. Она умалчивает только о том, что Ёимия - владелица фейерверочного дома, чтобы не подвергать опасности ее семью. "Я должна была предупредить вас," - заканчивает она, задыхаясь от усталости. - "Дотторе опасен… он не остановится…" Она обрывает фразу на полуслове и ее глаза закатываются. Тело обмякает, и она падает на руки подбежавшего к ней Горо. "Кокоми!" - кричит Горо, пытаясь привести ее в чувства. - "Кокоми, очнись! Что с тобой?" Он кладет ее на ближайшую лежанку и осматривает ее раны. Его лицо мрачнеет с каждой новой увиденной царапиной и синяком. Злость и отчаяние смешиваются в его глазах. "Приведите целителя!" - приказывает он солдатам, его голос дрожит от ярости. - "И соберите весь командный состав! У нас серьезные проблемы!" Он смотрит на бессознательную Кокоми и сжимает кулаки. "Дотторе… Ты поплатишься за это. Ты поплатишься за все, что ты сделал." Горо клянется себе, что он сделает все возможное, чтобы спасти Ёимию и остановить безумные эксперименты Дотторе. Он мобилизует все силы сопротивления и начинает готовиться к штурму лаборатории Фатуи. Он знает, что это будет опасная операция, но у них нет выбора. Они должны действовать быстро, прежде чем Дотторе причинит еще больше вреда. Судьба Ёимии и Кокоми, а возможно, и всего Инадзумы, сейчас в руках Горо и его отважных воинов. Не теряя ни минуты, Горо отдает приказ одному из самых быстрых и надежных гонцов немедленно отправиться на Наруками и доставить сообщение сёгуну Райден и Трикомиссии. Он подчеркивает, что это дело государственной важности и что скорость доставки сообщения имеет решающее значение. «Передайте сёгуну, что пришло время действовать,» - говорит Горо, его голос звучит твердо и решительно. – «Действия Дотторе представляют угрозу для всей Инадзумы. Мы должны остановить его, чего бы это ни стоило.» Гонец получает инструкции и немедленно отправляется в путь. Горо знает, что от реакции сёгуна и Трикомиссии зависит очень многое. Он надеется, что они поймут всю серьезность ситуации и окажут поддержку армии Ватацуми. Тем временем, Горо собирает свой штаб и начинает разрабатывать план штурма лаборатории Дотторе. Он понимает, что это будет крайне опасная операция, так как лаборатория наверняка хорошо охраняется и оборудована множеством смертельных ловушек. «Мы должны подойти к этому вопросу очень осторожно,» - говорит он своим командирам. – «Мы не можем допустить гибели наших солдат. Мы должны использовать каждый шанс, чтобы обеспечить успех операции и спасти Ёимию.» Он разделяет свои силы на несколько групп, каждая из которых получит свою конкретную задачу: проникнуть в лабораторию, нейтрализовать охрану, освободить Ёимию и захватить или уничтожить все данные и разработки Дотторе. Горо лично возглавит штурмовую группу, которая проникнет в лабораторию и попытается освободить Ёимию. Он понимает, что это самый рискованный этап операции, но он не может доверить эту задачу никому другому. Он чувствует личную ответственность за судьбу Ёимии, за то, что она пожертвовала собой ради спасения Кокоми. «Мы должны помнить, что Дотторе – опасный и безумный ученый,» - говорит Горо своим солдатам. – «Он не остановится ни перед чем, чтобы достичь своих целей. Поэтому мы должны быть готовы к любым неожиданностям и действовать решительно и бесстрашно.» Он призывает своих солдат проявить мужество и отвагу, вспомнить о своих семьях и близких, о своем долге перед Инадзумой. Он верит в них, и он знает, что они не подведут его. Армия Ватацуми готовится к штурму лаборатории Дотторе. Каждый солдат понимает, что от их действий зависит судьба Ёимии и всей Инадзумы. Они готовы рисковать своей жизнью, чтобы остановить безумного ученого и защитить свой народ. Тем временем, в лаборатории Дотторе, Ёимия приходит в себя и понимает, что ее ждет ужасная участь. Но даже перед лицом смерти она не теряет надежды. Она верит в своих друзей, в Кокоми и Горо, и она знает, что они сделают все возможное, чтобы спасти ее. «Я не сдамся,» - шепчет она про себя. – «Я буду бороться до конца.» Дотторе, с безумной улыбкой на лице, наклоняется ближе к Ёимии, его голос звучит низко и угрожающе. «Ты не понимаешь, Ёимия. Каждый твой крик, каждое сопротивление лишь добавляют пряности к моим экспериментам. Я изучаю, каковы пределы человеческой натуры, и, судя по всему, ты готова продемонстрировать всю свою сущность.» Ёимия чувствует, как кровь стынет в жилах при его словах. Она пытается сохранить хладнокровие, но в глубине души понимает, что Дотторе не шутит. Он – одержимый безумием ученый, готовый на все ради своих извращенных исследований. «Ты думаешь, что я позволю тебе сломить себя?» - отвечает она, стараясь говорить уверенно. «Я не сдамся, даже если ты будешь пытаться меня сломать.» Дотторе смеется. «Смелая, да? Но смелость – это только еще одна форма бессмысленного сопротивления. Чем больше ты будешь бороться, тем мучительнее будут опыты. Я собираюсь вывести на поверхность каждую эмоцию, каждое чувство, которые ты так старательно прячешь. Ты станешь живым экспериментом, который останется в истории, а твое имя будет шептаться в страхе.» Она старается игнорировать его слова, понимая, что главный ключ к выживанию – это не показывать ему свой страх. Нужно сосредоточиться на освобождении. В голове у неё мелькают мысли о Горо и Кокоми, о том, как они стараются подготовить спасение. Это сейчас единственный источник надежды. «Ты – всего лишь безумный ученый, который не понимает, что настоящая сила находится в единстве,» - говорит она. «Я знаю, что мои друзья не оставят меня. Они пришлют за мной помощь.» Дотторе, кажется, немного теряет интерес к её словам, но его взгляд все еще полон угрозы. «Пусть твои друзья придут,» - отвечает он, с вызовом. «Я с нетерпением жду, чтобы увидеть, насколько они готовы рискнуть ради твоей жизни. И, поверь мне, я быстро покажу им, что такое настоящие муки.» В этот момент его ассистенты начинают подготавливать инструменты для следующего этапа «исследования». Ёимия испытывает острую панику, но решает, что не будет сдаваться. Она глубоко вдыхает, стараясь собрать мысли и чувства в кулак. «Я не подвергнусь твоим экспериментам,» - шепчет она с решимостью. «Я буду бороться за свою свободу и за своих друзей. Ты можешь сделать со мной все, что угодно, но это не сломит меня.» Дотторе приподнимает бровь, и на его лице на мгновение появляется азарт. Он явно наслаждается игрой, в которую они обе вовлечены. «Что ж, тогда давай начнем. Я стремлюсь узнать, какова цена твоей стойкости.» Словно кровеносная система, гудение машин и приборов вокруг становится все более интенсивным. Страх проникает в Ёимию, но она решительно готовится к тому, что её ждет. Она будет бороться, и она не позволит Дотторе одержать верх над ее волей, даже если придется сражаться до последнего дыхания. Из одной из машин в лаборатории раздается жужжание, и механический механизм начинает издавать странный звук, эхом разносившийся по всему помещению. Ёимия прищуривается, пытаясь понять, что происходит. Вскоре из машины начинает вытекать густая, вязкая слизь, медленно заполняя пространство вокруг неё. «Что это?» - произносит она, чувство страха охватывает её, когда слизь начинает ползти к ней, облепляя её ноги и поднимаясь вверх по телу. Каждый сантиметр скользкой субстанции кажется холодным и неприятным, словно живое существо, которое ищет способ утянуть её в бездну. Дотторе наблюдает за происходящим с азартом. «Это мой последний эксперимент,» - говорит он. «Система потомков. Она помогает определить, насколько сильна воля человека, когда он подвергается воздействию внешних факторов. Я называю ее 'Эмпатической слизью'. Она реагирует на эмоции и страх, усиливая их. Чем сильнее твое сопротивление, тем сильнее будет её воздействие.» Ёимия чувствует, как слизь обнимает её силуэт, и паническая волна проносится через её тело. Она пытается сопротивляться, но губительная субстанция продолжает медленно ползти вверх, таща за собой весь её страх и мучения. «Нет!» - кричит она, закрывая глаза и пытаясь сосредоточиться. «Ты не сломишь меня. Я не позволю тебе!» Слизь останавливается, как будто осознала её волю, но в ответ начинает наседать еще сильнее, словно подкрепляя свои силы её страхом. Она ощущает, как эмоции накатываются на неё: растерянность, ужас и гнев. Но среди этой бури всплывает и надежда, её друзья, Горо и Кокоми. Они сражаются за её свободу. Вдруг Ёимия находит ту самую искру, которая помогает ей поверить в себя. «Я не одна,» - шепчет она, как мантру, и прилагает все усилия, чтобы оттолкнуть сковывающие её чувства. Она наполняет себя решимостью: она не поддастся этому безумию. Слизь, казалось, в ответ вновь усиливает свои действия, но теперь Ёимия ощущает, как на её волю воздействует что-то другое — не страх, а сила духа, поддерживающая её. С каждым вдохом она наполняет себя стремлением вырваться, и непонятная материя отступает, оставляя следы на её коже. «Что ж, это интересно,» - говорит Дотторе, наблюдая за тем, как его сосуд для экспериментов сопротивляется. «Ты действительно заслуживаешь уважения. Но я не остановлюсь на этом. Я разберу твою волю на части.» Крики бешенства и мрачная энергия заполняют комнату, когда Дотторе отпускает своих помощников, приказывая им увеличить интенсивность работы машин. Слизь начинает разрастаться, как живой щупальцеобразный монстр, стремящийся охватить каждую часть её тела. Но вместо страха, Ёимия ощущает, как внутри разгорается пламя. Она не будет одной. Она вспомнит своих друзей, их поддержку и веру, что они придут за ней. В этот момент она решает, что, даже если её тело будет ослаблено, её дух будет непоколебим. «Я не сдамся,» - повторяет она вновь, набираясь сил. «Я буду бороться. За себя, за своих друзей. И ты не сможешь сломить меня!» С этими словами она сосредотачивается на своем внутреннем огне, на воспоминаниях о ярких ночах фейерверков, смехе и радости. В ней рождается сила, заставляющая слизь отступать. Её воля начинает всплывать на поверхность, и даже если она не может ее увидеть, она знает, что её друзья уже близко. Гонец наконец-то приходит в Тенсюкаку, где ходит кругами сёгун Райден. -Всемогущий сёгун,важные новости от Сангонимии Кокоми. -Слушаю тебя. Гонец пересказывает всё что сказал ему Горо, о том как Ёимия спасла Кокоми пожертвовав собой и о местоположении комплекса. -Ясно. Значит Синьоры им было мало. -Простите госпожа? -Ничего,ступай к главам комиссий и расскажи тоже самое и то что я жду их у себя во дворце. -Будет сделано. Гонец прошел по всем комиссиям. Аяка была рада слышать что Ёимия ещё жива,но сразу погрустнела услышав что её снова поймали. Пока Доктор проводил очередной эксперимент над Ёимией, ему доложили что Кокоми смогла сбежать с Цуруми и вызвать подмогу. «Черт! Как она смогла?!» Доктор прорычал, отбросив в сторону какой-то химический сосуд, который с глухим стуком разбился о стену. «Эта рыба скользкая, как угорь! И что теперь?» Он обернулся к ассистенту, ожидающему указаний. «Сколько у нас времени до прибытия подмоги?» Затем он перевёл взгляд на Ёимию, все еще привязанную к экспериментальному столу. «Прости, дорогая, но нам придётся прерваться. Не переживай, мы обязательно продолжим, как только я разберусь с этой неугомонной жрицей.» Он подошел к столу и начал отвязывать её, но медленно и осторожно. «Ты будешь моим козырем, Ёимия. Козырем против самой Кокоми.» Доктор усмехнулся, почувствовав слабую попытку Ёимии вырваться. "А вот и нет, моя дорогая. Ты думаешь, я не предусмотрел такой вариант? На этот раз ты крепко зафиксирована. Нам ведь не нужны сюрпризы, правда?" Он продолжил отвязывать ее, но каждое его движение было выверенным и намеренно медленным. Он не торопился, словно наслаждаясь ее беспомощностью. "Не волнуйся, я же не причиню тебе вреда… пока. Но вот если Кокоми и ее друзья начнут действовать необдуманно, боюсь, мне придётся кое-что предпринять." Его тон стал угрожающим. - Понимаешь, о чём я намекаю, Ёимия? Если не хочешь снова повторить опыт с щупальцами,советую тебе умерить свой пыл. Но Ёимия не успокаивалась,она каждую секунду жизни пыталась бороться. Тут Доктор не выдержал и снова вколол в Ёимию афродизиак в добавок с парализующим дротиком. Ёимия медленно приходит в себя, веки тяжелы, а тело охвачено нестерпимым жаром — афродизиак пульсирует в венах, разжигая каждую клеточку. Она лежит на прохладной поверхности в полутемной комнате, воздух густой от влаги. Внезапно вокруг рук и ног Ёимии начинают обвиваться скользкие, теплые щупальца — они пульсируют, как живые, нежно, но твердо фиксируя ее тело, не давая пошевелиться. Жар афродизиака усиливается, кожа покрывается мурашками, а дыхание сбивается от предвкушения. Два новых щупальца, толстые и вибрирующие, осторожно раздвигают нежные складки и проникают глубоко в Ёимию, касаясь самых чувствительных точек внутри. Волны невообразимого удовольствия прокатываются по ее телу, заставляя изгибаться в экстазе, стоны вырываются сами собой. Щупальца ускоряют темп, врываясь глубже и ритмичнее, их поверхность пульсирует, усиливая каждое касание. Ёимия выгибается, громкие стоны эхом разносятся, а ее тело предает ее — горячий сок обильно стекает по бедрам, смешиваясь с их слизью. Щупальца не унимаются, одно из них обвивает ее клитор, вибрируя с бешеной скоростью, пока другие проникают еще глубже, растягивая и заполняя. Ёимия кричит, тело дрожит в конвульсиях, сок льется рекой, пропитывая все вокруг. Ее глаза закатываются от переизбытка ощущений… Щупальца набирают обороты скользкие и неумолимые два толстых отростка втискиваются в её тугую попку растягивая до предела. Ёимия взвизгивает громко тело выгибается дугой волны удовольствия и боли смешиваются в экстазе она дергается сжимаясь вокруг них… Третье щупальце обхватывает её набухший клитор, начиная вибрировать с бешеной силой — как вихрь удовольствия, что пронизывает каждую клеточку. Ёимия стонет хрипло, бёдра дрожат, оргазм накатывает волнами, она извивается в липких объятиях, крича от переполняющего блаженства… Ёимия изгибается в экстазе, её тело блестит от пота и жидкостей, а щупальца, пропитанные её соками, скользят ещё настойчивее. Она задыхается, волны оргазма накрывают её, и она кончает так мощно, что её сладкая влага заливает всё вокруг, задыхаясь от восторга. Ёимия хоть и не добровольно,но получает неописуемое удовольствие. Но как хорошее кино, удовольствие тоже заканчивается. Щупальца выходят из Ёимии,растворяясь в слизи на полу. Ёимия тяжело дышит, в этот раз она получила куда больше наслаждения,чем в прошлый раз. Она падает на пол, но не отключается, за ней приходит Доктор. -Вижу ты насладилась куда больше,чем была в прошлый раз. Не волнуйся,это было только начало и твоей подруге Кокоми тоже достанется. Дотторе, его лицо скрыто маской, с холодной невозмутимостью наблюдал, как Ёимия отчаянно пыталась встать. Тщетно. Неизвестное вещество, мгновенно впитавшееся в кожу, словно парализовало её волю, лишив тело послушности. В глазах вспыхнул страх, быстро перешедший в бессильную ярость. "Какая досада," – произнес Дотторе, его голос, приглушённый маской, звучал равнодушно. "Я надеялся на более продолжительное сопротивление. Но, полагаю, эксперимент можно считать завершённым." Он махнул рукой. Двое облаченных в белые халаты ассистентов, лица которых выражали лишь безупречную преданность и холод, подошли к Ёимии. Она пыталась вырваться, но тело не слушалось. Её взгляд, полный ненависти и отчаяния, был последним, что увидели ассистенты, прежде чем поднять её и понести обратно в камеру. В коридоре эхом отдавались их шаги, а Дотторе остался стоять один, погружённый в свои мысли. "Интересно," – пробормотал он, глядя на пустую пробирку, – "какой потенциал скрывается в этой маленькой искре? Возможности безграничны." Он бросил пробирку на пол, и она с тихим звоном разбилась. Эксперимент продолжается. В это время Кокоми наконец приходит в себя, что радует Горо, который тревожно сидел рядом с ее кроватью, не отводя взгляда. Слабый стон вырвался из ее уст, веки дрогнули, и она медленно открыла глаза. Горо тут же наклонился ближе, его лицо выражало облегчение и беспокойство одновременно. "Кокоми-сама, вы очнулись," – тихо произнес он, держа ее за руку. Его сердце бешено колотилось от страха, когда он увидел бледность на ее лице и усталость в глазах. Он провел рукой по ее лбу, ощущая легкий жар. "Как вы себя чувствуете?" Кокоми с трудом сфокусировала взгляд, узнавая в расплывающейся фигуре Горо. Она попыталась приподняться, но слабая боль в голове заставила ее снова опуститься на подушку. "Г-Горо?" – прошептала она, ее голос был слабым и тихим. "Что случилось? Где я?" Горо нахмурился, видя ее замешательство. "Вы потеряли сознание, Кокоми-сама. Несколько дней назад. Вам нужен отдых. Не волнуйтесь, все будет хорошо." Он постарался придать своему голосу уверенность, хотя сам был полон сомнений. Ему было невыносимо видеть ее в таком состоянии. Он осторожно приподнял ее голову и помог ей сделать небольшой глоток воды из стоящего рядом кувшина. Кокоми с благодарностью посмотрела на него, ее глаза постепенно приобретали ясность. Чувство тревоги отступало, сменяясь медленным осознанием происходящего. Она знала, что Горо всегда будет рядом, готовый поддержать ее в любой ситуации. Это знание давало ей силы. Голос Горо дрожал от волнения, когда он делился с Кокоми новостями. «Я действовал быстро, Кокоми-сама. Сразу же после вашего спасения я отправил к сёгуну Райдэн гонца с вашим посланием. Он подробно описал все». Он замолчал, собираясь с мыслями, чтобы представить самую важную часть. «Послание содержит детальный отчет о вашем побеге, о тех ужасах, которые вам пришлось пережить в стенах того комплекса. В нем до мельчайших подробностей описано, как Ёимия пожертвовала собой, чтобы обеспечить вам возможность сбежать. Ее героизм, ее самоотверженность должны быть известны сёгуну». В глазах Кокоми отразилась боль от воспоминаний. Она глубоко вздохнула, готовясь услышать продолжение. Горо продолжил, «Гонец передал описание тех чудовищных опытов, которым вас подвергали. Всё, что вы рассказали мне, было тщательно задокументировано: методы Дотторе, вещества, которые он использовал, его безумные теории. Важно, чтобы сёгун знала, что происходит в ее владениях, какую угрозу представляет Дотторе для Инадзумы». Он сделал паузу, давая Кокоми время, чтобы осмыслить услышанное. «Я надеюсь, Кокоми-сама, что это послание убедит сёгуна вмешаться. Ёимия должна быть спасена, а Дотторе должен понести наказание за свои преступления. Мы сделали все, что могли. Теперь судьба Инадзумы в руках сёгуна». Кокоми, услышав доклад, просто закрыла глаза. Информационный поток, обрушившийся на нее, был тяжел и жесток. В голове всплывали обрывки воспоминаний – холодные стены лабораторий, мелькающие лица экспериментаторов, давящее чувство беспомощности. Слова Горо, хотя и были сказаны с заботой, лишь углубляли чувство вины. Ёимия… жертва, принесенная ради ее спасения. Героический поступок, который навсегда отпечатался в ее сердце. Она чувствовала огромную ответственность, ложащуюся на ее плечи. Послание к сёгуну – это не просто мольба о помощи, это крик о справедливости. Это требование остановить безумие Дотторе, пока оно не вышло из-под контроля, не заразило ядом всю Инадзуму. Весь ее народ. Кокоми открыла глаза. Взгляд ее стал твердым, решительным. Боль и усталость уступили место целеустремленности. Она понимала, что сейчас не время предаваться скорби. Нужно действовать. Нужно сделать все возможное, чтобы поддержать усилия Горо, чтобы помочь сёгуну увидеть истинную картину происходящего. Поднявшись с кровати, она почувствовала слабость, но тут же собрала волю в кулак. Ей необходимо было собраться с мыслями, обдумать дальнейшие шаги. Даже в таком состоянии, после перенесенных мучений, она была лидером – мудрым, рассудительным, готовым пожертвовать собой ради блага других. И сейчас эта ее сущность проявилась во всей своей силе. Кокоми знала, что победа будет трудной, но она не отступит. Не сейчас, когда на кону стоит жизнь Ёимии и будущее Инадзумы. Сёгун Райдэн, обычно безмолвная и отстраненная наблюдательница, на этот раз действовала с невиданной решимостью. Весть о комплексе Дотторе, словно ядовитая стрела, пронзила ее оплот равнодушия. Она немедленно созвала глав всех комиссий – Тэнрё, Кандзё, Ясиро – чтобы в напряженной обстановке обсудить план скорейшего наступления на эту лабораторию ужасов, притаившуюся на проклятом острове Цуруми. Разработка плана проходила в атмосфере повышенной секретности и спешки. Каждый предложенный вариант тщательно взвешивался, каждой детали уделялось пристальное внимание. Райдэн слушала, обдумывала, молчала. Ее взгляд, некогда холодный и безучастный, теперь горел неугасимым пламенем гнева и решимости. В этот момент, когда вокруг царил хаос подготовки и стратегии, Аяка, словно воплощение стойкости и долга, настояла на своем участии в предстоящем походе. Она чувствовала неразрывную связь с Ёимией, подругой, что пала жертвой безумия Дотторе. Долг чести, долг дружбы, долг товарищества – все эти чувства сплелись в единый порыв, заставивший ее настоять на своем. И Райдэн, видя ее решимость и понимая тяжесть утраты, не стала возражать. Но главное решение еще впереди. В самый разгар споров о логистике, стратегии и тактике, Эи, перебив все возражения, твердо заявила, что лично возглавит поход на лабораторию Дотторе. Ее воля была непреклонна. Она сама отправится туда, в самое сердце тьмы, чтобы покарать виновных и освободить невинных. Ее меч, давно бездействовавший, снова засверкает в битве за справедливость. Эи выдвинулась на разведку,в одиночку и никому не сказав. На Цуруми как и ожидась она нашла тот самый комплекс Дотторе,о котором рассказала Кокоми. Ощущение было мерзким, словно она вторглась в склеп, наполненный гнилью и тленом. Воздух дрожал от едва уловимой энергии, предвещающей недоброе. Комплекс, возвышавшийся мрачной громадой среди туманных болот, походил на чудовищного каменного голема, изрыгающего из своих недр зловещие тайны. Эи, прикрывшись магическим плащом, скрывающим ее ауру, осторожно пробиралась сквозь лабиринт коридоров. Металлический запах крови щекотал ноздри, смешиваясь с отчетливым оттенком озона. В полумраке мелькали тени, рождая в воображении картины кошмарных экспериментов. Она чувствовала присутствие стражей, слабых, но многочисленных. Они были похожи на механических псов, послушно охраняющих своего хозяина. Эи не хотела вступать с ними в бой, стараясь проскользнуть незамеченной. Главная цель – найти информацию о планах Дотторе, о его намерениях в отношении Инадзумы. Внезапно, впереди забрезжил свет. Эи прижалась к стене, стараясь слиться с тенью. В просторной лаборатории, освещенной яркими лампами, кипела работа. Фигуры в белых халатах суетились вокруг странных аппаратов, сверкавших сталью и стеклом. В центре лаборатории, прикованный к столу, лежал…человек? Или нечто, лишь напоминающее человека? Эи затаила дыхание, понимая, что она обнаружила нечто ужасное, что может изменить ход истории. Она решила приглядеться к операционному столу и была ошеломлена: на столе лежала Ёимия, без сознания, с кляпом во рту. Ее руки и ноги были привязаны к холодной стали, а на груди виднелись следы свежих разрезов, затянутые грубыми швами. Паника волной захлестнула Эи. Ёимия, девочка, чей смех был подобен пению птиц, чья доброта согревала сердца, – здесь, в этом кошмарном месте, подвергалась пыткам. Ярость, холодная и яростная, прожгла ее изнутри. Забыв об осторожности, Эи шагнула в лабораторию, ее глаза метали молнии. Ученые, словно крысы, разбежались в разные стороны, завидев ее гневное лицо. Эи не обратила на них внимания, она была сосредоточена только на Ёимии. Быстрым движением рассекая путы, она освободила девушку. Тело Ёимии было холодным и дрожащим. Эи подняла ее на руки, чувствуя, как бьется слабое сердце. Нужно было выбираться отсюда, как можно скорее. Но Дотторе не позволил бы ей так просто уйти. Он появился в дверях, его лицо исказила злобная ухмылка. "Какая неожиданная гостья," – прошипел он, его глаза сверкали безумием. "Я ожидал увидеть тебя здесь, но не думал, что ты придешь так скоро. Что ж, тем интереснее будет продолжение моего эксперимента…" Эи уже хотела достать свой мусо иссин, но Дотторе, предвидев это, пустил в помещение нервно-паралитический газ. Секунду назад ее переполняла ярость, секунду спустя – мир начал расплываться. Она почувствовала, как мышцы сковывает спазм, а сознание меркнет. Ёимия в ее руках обмякла. Сквозь пелену надвигающейся тьмы Эи увидела, как Дотторе приближается, его безумный взгляд горел триумфом. Он что-то говорил, но слова доносились словно издалека, сквозь толщу воды. Она чувствовала, что теряет контроль над телом, что ее сила покидает ее. Её последней мыслью было отчаяние. Отчаяние от того, что она не смогла защитить Ёимию, что она не смогла остановить Дотторе. Отчаяние от того, что ее гордость и предусмотрительность обернулись крахом. Затем – тьма. Когда сознание начало возвращаться, первым, что почувствовала Эи, был леденящий холод. Она лежала на твердой поверхности, ее тело было насквозь пропитано влагой. Голова гудела, как расстроенный колокол, а мышцы горели от боли. Она попыталась пошевелиться, но тело не слушалось. Глаза с трудом сфокусировались. Она увидела серые стены, тусклый свет и капающую с потолка воду. Она была в клетке. Но не это было самым страшным. Самым страшным было то, что рядом, в соседней клетке, лежала Ёимия, все еще без сознания. И на другом конце длинного коридора она видела Дотторе, пристально наблюдающего за ней, с хищной улыбкой на лице. "С возвращением," – прозвучал его ледяной голос. "Игра только начинается…" Эи попыталась собрать разрозненные нити сознания, но газ все еще держал свою хватку. Она ощущала себя марионеткой, чьи нити перерезаны, оставив лишь бессилие. Дотторе приблизил свое искажённое улыбкой лицо к решетке. "Что? Не нравится моя скромная обитель?" – промурлыкал он, словно лаская любимую игрушку. "Поверь, это всего лишь начало. У меня на тебя большие планы, Райдэн. Ты станешь ключом к моей новой… симфонии разрушения." Он сделал паузу, наслаждаясь ее мучениями. "А девочка… Она просто побочный эффект. Небольшая плата за возможность пообщаться с самой богиней Вечности. Впрочем, возможно, она еще окажется полезной…как стимул для твоего сотрудничества." Эи собрала остатки воли. Она должна была найти способ вырваться отсюда. Не ради себя, а ради Ёимии. Она бросила взгляд на девушку. Та лежала без движений,ее бледное лицо казалось еще беззащитнее в этом кошмарном месте. "Не смей ее трогать!" – прошипела Эи, вкладывая в свой голос всю ненависть и гнев. Глаза Дотторе сузились. "О, я задел за живое? Отлично. Значит, ты еще помнишь правила игры. Что ж, посмотрим, как долго ты продержишься…" Он отвернулся и, насвистывая какую-то жуткую мелодию, скрылся в глубине комплекса, оставляя Эи наедине со своим ужасом и неугасающей яростью. Ей нужно было выбраться. Любой ценой. И Эи придумала, пускай при ней сейчас не было меча, но сила архонта никуда не делась. Она напряглась и постаралась пустить наибольший ток в металлические прутья клетки. Сначала – тишина, лишь слабый гул, нарастающий, словно раскаты грома вдалеке. Металл завибрировал, ощутимо дрожа под ладонями Эи. Она усилила концентрацию, черпая энергию из самых глубин своего божественного естества. Прутья клетки начали накаляться, приобретая зловещий багряный оттенок. Воздух вокруг них заискрил, запахло озоном. Это был рискованный шаг. Если она переборщит, то не только разрушит клетку, но и нанесет непоправимый вред себе и Ёимии. Но времени на раздумья не было. Дотторе мог вернуться в любую минуту. Собравшись с духом, Эи увеличила поток энергии. Теперь клетка дрожала в предсмертной агонии. Металл зашипел, испуская струйки дыма. Внезапно, с оглушительным треском, один из прутьев лопнул, затем второй, третий… Клетка, словно карточный домик, начала разваливаться на части. Освободившись, Эи, шатаясь, подошла к клетке Ёимии. Задача была сложнее, чем с ее собственной. Она не могла рисковать жизнью девушки, подвергая ее воздействию электрического тока. Поэтому, собрав остатки сил, Эи попыталась разбить замок клетки вручную. Это было медленно и мучительно, но она не сдавалась, чувствуя, как в ее жилах кипит адреналин. Каждый удар отдавался болью во всем теле, но мысль о Ёимии придавала ей сил продолжать. И вот получилось, Ёимия тоже свободна. Замок с хрустом поддался, и дверца клетки распахнулась. Теперь ее задача – разбудить Ёимию. Она опустилась на колени рядом с девушкой, осторожно похлопывая ее по щекам. "Ёимия, проснись. Нам нужно уходить." Слабая реакция. Эи прислушалась к ее едва слышному дыханию. Спешно оглянувшись, она нашла поблизости разбитую колбу с водой и смочила ею лицо Ёимии. Девушка вздрогнула и открыла глаза. Растерянность, страх, узнавание – в глазах Ёимии промелькнула целая буря эмоций. "Райдэн…Сёгун?" прошептала она. "Тише, все хорошо. Мы выбираемся отсюда. Ты знаешь этот комплекс намного лучше меня, помоги мне." Взгляд Ёимии стал более осмысленным. Она медленно села, опираясь на стену для поддержки. "Я…я помню. Здесь есть потайной выход, через старые шахты. Но он хорошо охраняется…" "Это не имеет значения. Мы прорвемся. Покажи мне дорогу." Эи помогла Ёимии подняться. Девушка все еще шаталась, но, кажется, начинала приходить в себя. Вместе, они двинулись вглубь комплекса, ведомые знанием Ёимии и непоколебимой волей Эи. Путь будет труден, но с богиней Вечности и мастером фейерверков ничто не казалось невозможным. Их побег только начинался. Перед тем как уйти - сказала Эи - я должна забрать свой меч, думаю он в их оружейной. Поможешь? Ёимия кивнула, ее лицо, хоть и бледное, выражало решимость. "Я знаю, где оружейная. Но туда ведет длинный коридор, и он, как правило, усиленно охраняется. Возможно, там установлены ловушки" Эи, не теряя времени, призвала искры молний, окутывающие ее руки. "Ловушки не остановят нас. Нам нужно двигаться быстро и бесшумно, насколько это возможно. Но если придется сражаться, я готова." Они двинулись по мрачным коридорам, крадучись, словно тени. Ёимия, хотя и ослабленная, уверенно вела Эи, обходя известные ей посты охраны и обходя активированные сигнализации. В воздухе висело напряжение, ожидание схватки с каждой минутой нарастало. Вскоре они достигли массивной металлической двери, украшенной сложной системой замков. "Это она. Оружейная." прошептала Ёимия. "Нужно обойти систему блокировки". Эи коснулась двери рукой и почувствовала плетение магической энергии, питающее замки. "Это займет время. Ёимия, будь начеку. Если кто-то подойдет, дай мне знать." Райден энергично принялась за дело, ее прикосновения к двери заставляли замки рассыпаться один за другим, а по прошествии времени дверь с грохотом отворилась давая войти в оружейную. Внутри оказалась не только Мусо Иссин, меч сёгуна, но и склад взрывчатки, аккуратно расставленной по полкам. Ёимия невольно ахнула, глядя на арсенал смертоносных игрушек. "Это… это просто невероятно! Зачем Дотторе столько взрывчатки?" Эи задумчиво нахмурилась. "Этот комплекс, должно быть, был стратегически важным для его планов. Уничтожение его, безусловно, нанесет серьезный удар его операциям в Инадзуме." Она подошла к своему мечу. Едва коснувшись рукояти, она почувствовала, как Мусо Иссин приветствует ее возвращение. Знакомый вес, идеальный баланс – все говорило о том, что оружие вновь в руках законной владелицы. "Нам нужно забрать несколько зарядов", - сказала Эи, направляясь к стеллажам со взрывчаткой. "Это поможет нам не только выбраться отсюда, но и гарантированно уничтожить этот комплекс до основания." Ёимия, приободрившись, кивнула и начала помогать Эи, быстро и ловко перенося гранаты и заряды. Ее знание всевозможных взрывчатых веществ, приобретенное за годы работы фейерверком, здесь было как нельзя кстати. "Мы могли бы заминировать весь комплекс", - задумчиво предложила Ёимия. "Установить заряды в ключевых точках, чтобы обрушить туннели и лабораторные помещения." "Идеально", - ответила Эи, заканчивая укладывать последние заряды в сумку. "Мы сделаем так, что Дотторе пожалеет о том, что вообще родился на свет." С этого момента, их побег превращался в хорошо спланированную операцию по уничтожению, где каждый шаг приближал их к свободе и к возмездию. Внутри оказалась не только Мусо Иссин, меч сёгуна, но и склад взрывчатки, аккуратно расставленной по полкам. Ёимия невольно ахнула, глядя на арсенал смертоносных игрушек. "Это… это просто невероятно! Зачем Дотторе столько взрывчатки?" Эи задумчиво нахмурилась. "Этот комплекс, должно быть, был стратегически важным для его планов. Уничтожение его, безусловно, нанесет серьезный удар его операциям в Инадзуме." Она подошла к своему мечу. Едва коснувшись рукояти, она почувствовала, как Мусо Иссин приветствует ее возвращение. Знакомый вес, идеальный баланс – все говорило о том, что оружие вновь в руках законной владелицы. "Нам нужно забрать несколько зарядов", - сказала Эи, направляясь к стеллажам со взрывчаткой. "Это поможет нам не только выбраться отсюда, но и гарантированно уничтожить этот комплекс до основания." Ёимия, приободрившись, кивнула и начала помогать Эи, быстро и ловко перенося гранаты и заряды. Ее знание всевозможных взрывчатых веществ, приобретенное за годы работы фейерверком, здесь было как нельзя кстати. "Мы могли бы заминировать весь комплекс", - задумчиво предложила Ёимия. "Установить заряды в ключевых точках, чтобы обрушить туннели и лабораторные помещения." "Идеально", - ответила Эи, заканчивая укладывать последние заряды в сумку. "Мы сделаем так, что Дотторе пожалеет о том, что вообще родился на свет." С этого момента, их побег превращался в хорошо спланированную операцию по уничтожению, где каждый шаг приближал их к свободе и к возмездию. Из чувства брезгливости Ёимия решила первым делом взорвать помещение, где ее насиловали щупальца. Огонь мести горел в ее глазах, заменяя прежнюю нежность и доброту стальным блеском решимости. Эи одобрительно кивнула, понимая этот порыв. Место, где творилось зло, должно быть искоренено. Они быстро собрали несколько мощных зарядов, достаточно компактных, чтобы пронести их незамеченными, но достаточно разрушительных, чтобы превратить ненавистную лабораторию в груду обломков. Ёимия, как истинный мастер своего дела, тщательно устанавливала детонаторы, выбирая оптимальные точки для максимального эффекта. Пока Ёимия возилась со взрывчаткой, Эи прислушивалась к коридорам, настороженно вглядываясь в полумрак. Каждый шорох, каждый звук заставлял ее напрягаться. Дотторе мог появиться в любую минуту, и тогда их плану пришел бы конец. Закончив с зарядами, Ёимия подошла к Эи и тихо доложила: «Все готово. Осталось только активировать детонатор.» Вместе они покинули лабораторию, оставив за собой смертоносную бомбу замедленного действия. Сердца бились в унисон, наполненные предвкушением и тревогой. Следующим этапом был подрыв комплекса, но сначала им нужно было выбраться самим. Их путь лежал через запутанные туннели и лабиринты коридоров, навстречу свободе и возможности отомстить за то зло, что Дотторе обрушил на Инадзуму. Эи и Ёимия, объединенные общей целью, превратились в силу, способную сокрушить любые преграды. Исход этой битвы еще не был предопределен, но одно было ясно: Дотторе столкнулся с противником, которого он явно недооценил. Далее они пришли минировать саму лабораторию и личный кабинет Доктора. Ёимия, как тень, скользила вдоль стен, с лёгкостью находя уязвимости в системе охраны. Её ловкие пальцы орудовали с проводами, обходя сенсоры и камеры наблюдения. Эи же, с Мусо Иссин наготове, прикрывала её, чувствуя, как концентрация вражеских сил растёт. В лаборатории Эи установила заряды в ключевых точках: у резервуаров с реагентами, у сложного оборудования, над которым корпели безумные учёные, и, конечно же, под столом, где, как она надеялась, Дотторе проводил свои мерзкие эксперименты. В личном кабинете обстановка была более предсказуемой, но не менее опасной. Роскошная мебель, дорогие свитки, и повсюду - следы одержимости. Ёимия даже обнаружила скрытый лаз, ведущий в секретную комнату, где, судя по всему, хранились наиболее опасные образцы. Там они оставили особо мощный заряд, надеясь на то, что он уничтожит все следы его грязных дел. Когда они почти закончили, внезапно сработала сигнализация. Красные огни вспыхнули, оглашая комплекс оглушительным воем. "Нас заметили!" - прокричала Ёимия, а за дверью послышались торопливые шаги охранников. План едва не шёл крахом, и времени на размышления не оставалось. Нужно было действовать быстро и решительно. Эи, встав в боевую стойку, приготовилась встретить врага, а Ёимия, с детонатором в руках, ожидала сигнала, чтобы превратить логово безумия в руины. Скрытно, через систему вентиляции, они подошли максимально близко к выходу, до свободы было рукой подать. Металлические решетки, гул вентиляторов, тусклый свет – все это превращалось в удушающий фон, усиливающий напряжение. Ёимия, словно белка, лазала по узким шахтам, с легкостью преодолевая препятствия, а Эи, вынужденная сдерживать всю свою мощь, следовала за ней, разрушая на своем пути лишь незначительные преграды. Каждая задержка, каждый шорох мог выдать их местоположение. Но вот и она – последняя решетка, отделяющая их от долгожданного свежего воздуха. Ёимия принялась за дело, тихо орудуя инструментами. Через несколько напряженных минут замок поддался, и решетка, с тихим скрипом, откинулась в сторону. Перед ними открылся вид на внешний двор комплекса, окруженный высокими стенами и зловещими башнями охраны. Свобода была так близко, но и опасность никуда не исчезла. Двор патрулировали вооруженные до зубов охранники, а в небе барражировали дроны наблюдения. Эи взглянула на Ёимию, и та кивнула, понимая план без слов. Эи предстояло создать отвлекающий маневр, пока Ёимия прокладывает безопасный путь к воротам. Обе они знали, что этот последний рывок станет самым сложным и опасным из всех. Но ни страх, ни усталость, ни боль не могли остановить их стремление к свободе. Они прошли слишком долгий и трудный путь, чтобы сдаться сейчас. Пришло время действовать. Эи создала мощный разряд молнии, направив его в ближайшую башню, вывев из строя камеры наблюдения и оглушив охранников. Гром прокатился по территории комплекса, вызывая панику и сумятицу. Ёимия, воспользовавшись моментом, проскользнула к воротам, ловко уклоняясь от спорадических выстрелов. Дроны, словно взбесившиеся пчелы, устремились к источнику шума, но Эи, уже призвав свой меч, с легкостью расправлялась с ними, превращая в груды искореженного металла. Она танцевала среди разрядов молний, словно богиня битвы, сея хаос и разрушение. Ее целью было отвлечь внимание, дать Ёимии время, необходимое для открытия ворот. Наконец, раздался щелчок, и ворота, с протяжным скрипом, начали открываться. Ёимия дала знак Эи, и та, закончив свое представление, бросилась к ней, умело уходя от погони. Свобода, казалось, была уже так близко, но в этот момент из ворот выехала бронированная машина, преграждая им путь. Дотторе, собственной персоной, стоял на крыше, его глаза горели безумным огнем. "Не так быстро, Райдэн!" - прокричал он, - "Я еще не закончил с тобой!" Битва принимала новый оборот, и исход ее был непредсказуем. Но Эи, сжимая в руках свой меч, была готова к любому вызову. За ее спиной стояла Ёимия, готовая поддержать ее в любой момент. Они не отступят. Они будут сражаться до конца. У Ёимии вспыхнул глаз бога, активировав детонатор. С легким мерцанием энергии, вплетенной в нити ее судьбы, она нажала на кнопку. Отступать было уже поздно. Всё, что им осталось – это бежать. Земля задрожала под ногами. Сначала раздался приглушенный гул, переросший в оглушительный грохот. Лаборатории, коридоры - всё, что было напичкано взрывчаткой, взлетело на воздух. Взрывная волна, словно гигантская рука, швырнула бронированную машину в сторону, смяв ее, как консервную банку. Дотторе, потеряв равновесие, рухнул на землю. Эи, воспользовавшись моментом, призвала мусо иссин. Молнии озарили небо, обрушиваясь на комплекс, словно кара богов. Здание, охваченное огнем и взрывами, оседало на глазах, превращаясь в хаотичную груду обломков. Дотторе, поднявшись на ноги, что-то кричал в ярости, но его голос тонул в реве стихии. Охваченные адреналином, Эи и Ёимия бежали к распахнутым воротам, прочь от пылающего ада. Они знали, что Дотторе не остановится, что он будет преследовать их до конца. Но сейчас они были свободны. Они вырвались из его когтей. И, возможно, нанесли сокрушительный удар по его планам. Свобода была в их руках, закаленная в огне и озаренная молниями. Добежав до берега они наконец смогли перевести дыхание. И тут Ёимию охватил лёгкий шок, она всё это время говорила с сёгуном на ты. Она замерла, сердце бешено колотилось. "Райдэн… простите, ваше величество! Я… я не знала, как к вам обращаться! Все эти годы, все эти… приключения… я совсем забыла о вашем статусе!" Эи обернулась, ее лицо смягчилось. В лунном свете ее глаза казались особенно яркими. "Ёимия, прошу, перестань. Все это не имеет значения. В этом кошмаре, в этой борьбе, мы были не сёгуном и простой девушкой, а двумя союзниками, двумя друзьями. Формальности не имеют значения, когда жизнь висит на волоске." Но Ёимия все еще чувствовала себя неловко. Тяжесть осознания давила на нее. Она росла, почитая сёгуна, и вдруг, в одночасье, перешла на «ты». Это казалось кощунственным, неправильным. Эи, заметив ее замешательство, подошла ближе и положила руку ей на плечо. "Послушай, Ёимия. В будущем, в Инадзуме, все будет иначе. Я хочу, чтобы ты обращалась ко мне, как тебе удобно. Я хочу, чтобы люди видели во мне не только бездушную правительницу, но и живого человека. Начинать нужно с малого. Начни с меня." В голосе Эи звучала искренность, тепло, которое растопило лед в сердце Ёимии. Она неуверенно улыбнулась. "Хорошо… Эи." И в этот момент они обе поняли, что после пережитого ада, после пережитого потрясения их связь стала крепче. Они стали больше, чем союзники, больше, чем друзья. Они стали родственными душами, объединенными общей болью и общей надеждой на лучшее будущее для Инадзумы. Будущее, где нет места безумным экспериментам, где власть не ослепляет, а служит народу. К Цуруми подплыл корабль с флагом её превосходства. Это были войска Инадзумы и Аяка, чье прибытие рассеяло зловещую дымку тумана, окутавшую остров. На палубе, под светом тусклого солнца, стояла она, Камисато Аяка, воплощение элегантности и решимости, в глазах которой пылал огонь надежды и скорби. Войска сошли на берег, ступая на пепел и остатки былого величия. Аяка вела их вперед, сквозь руины и призрачные рощи, в сердце острова, где, по слухам, покоился источник зла, державший души жителей Цуруми в вечном заточении. Каждый шаг отдавался эхом памяти, напоминая о трагедии, обрушившейся на этот некогда процветающий край. Ей предстояло столкнуться не только с демонами и проклятиями, но и с собственной болью, с тенями прошлого, что тянулись к ней из глубин тумана. Ветер, шептавший забытые имена, казался предостережением, напоминая о цене, которую придется заплатить за освобождение острова. Тем не менее Аяка не дрогнула. В ее руках был меч, а в сердце – любовь к своему народу и вера в будущее, где Цуруми вновь зацветет, а души его жителей обретут покой. И она, Камисато Аяка, станет тем самым лучом света, что пронзит тьму и вернет острову надежду. Путь был труден, но цель стоила того, и она была готова пройти его до конца. И тут им на встречу вышли Эи и Ёимия. Рассвет едва забрезжил над горизонтом, окрашивая пепельное побережье Цуруми в пастельные тона. Аяка, чье лицо выражало несказанное облегчение, ускорила шаг, отделившись от своего отряда. Воины, закованные в доспехи, почтительно расступились, признавая в ней не только госпожу Камисато, но и живое воплощение надежды. Эи, облаченная в знакомые фиолетовые одежды, гордо выпрямилась, ее взгляд, казалось, пронзал туман. Рядом с ней, Ёимия, как всегда лучезарная, хотя и с заметной печатью усталости на лице, широко улыбалась, приветствуя прибывших. Контраст между воинственным видом Аяки и умиротворенностью прибывших женщин, создавал сюрреалистическую картину на фоне опустошенного острова. Всемогущий сёгун - промолвила Аяка, ее голос, несмотря на пережитое, звучал твердо и уверенно. "Я прибыла, как и обещала." Эи кивнула, ее губы тронула едва заметная улыбка. "Ты прибыла вовремя, Аяка. Большего зла здесь уже не произойдет. Дотторе и его мерзкие деяния остались в прошлом." Этот краткий обмен репликами ознаменовал не только конец одного кошмара, но и начало новой эры для Инадзумы. Эры, где справедливость и сострадание восторжествуют над тьмой и безумием. Где воспоминания о Цуруми станут не только предостережением, но и символом возрождения и надежды. Собравшись на корабле, они все вместе вернулись на Наруками. Ветер, попутный и ласковый, словно приветствовал их возвращение домой. За кормой оставались лишь туманные очертания Цуруми, теперь уже освобожденного от проклятия, готового к новому рассвету. На палубе царила тихая, благоговейная атмосфера. Аяка, глядя вдаль, размышляла о том, как много предстоит сделать для восстановления репутации клана Камисато, запятнанной связью с безумными экспериментами. Эи, спокойная и умиротворенная, созерцала водную гладь, словно отпуская тяжелые воспоминания о прошлом и открываясь новому, светлому пути. Ёимия, как всегда, излучала оптимизм, заражая своим позитивом всех вокруг. Она увлеченно рассказывала воинам о фейерверках, которые обязательно запустит в честь освобождения Цуруми. По прибытии в Инадзуму их встречали ликующие толпы людей. Весть о победе над Дотторе и освобождении острова Цуруми облетела все земли, вселяя в сердца жителей веру и надежду. Торжественные процессии, красочные фестивали и оглушительные взрывы фейерверков сопровождали их путь по улицам Наруками. Эи, взойдя на свой трон, объявила об амнистии для всех тех, кто был замешан в преступлениях Дотторе, но не по своей воле. Она пообещала, что никогда больше Инадзума не станет жертвой безумных амбиций и что правосудие и сострадание будут ее главными принципами правления. В этот день Наруками ликовал. Наконец-то восторжествовала справедливость, и свет надежды засиял над Инадзумой. Кокоми в это время уже восстановилась и вернулась в былое русло, хоть ей и иногда сняться кошмары о пережитом в лаборатории Дотторе. Эти отголоски прошлого, словно чернильные пятна на кристально чистой воде, омрачали ее сны, возвращая в кошмарные коридоры, где эхом звучали крики и шепот безумных ученых. Но даже эти ночные муки не могли сломить ее дух. Она вновь погрузилась в работу, с удвоенной энергией и страстью. Остров Ватацуми нуждался в ее мудром руководстве, в ее умении объединять и вдохновлять. Кокоми понимала, что лучший способ забыть о пережитых ужасах – это посвятить себя служению народу. В ее кабинете, как и прежде, кипела жизнь: доклады, планы, просьбы о помощи. Она выслушивала каждого, терпеливо разбираясь в каждой проблеме, будь то нехватка продовольствия в какой-нибудь деревне или спор между рыбаками из-за прав на рыбную ловлю. Ее голос, мягкий и успокаивающий, вселял в сердца людей уверенность и надежду. Но самым важным для нее было восстановление доверия между Ватацуми и Наруками. Она знала, что путь к примирению будет долгим и нелегким, но была готова пройти его до конца. Кокоми понимала, что только объединившись, Инадзума сможет процветать и противостоять любым угрозам. И в этой цели она видела свой главный долг и свою главную надежду. В эти дни Кокоми была светом для Ватацуми, лучом надежды, пробивающимся сквозь пелену прошлого.