Птаха.

– Ты обещал рассказать о прозвище. – напомнил черноволосый Эльда. – Я помню. – ответил Энтулион. – прижми-ка вот здесь. Ага, правильно. Юноша послушно выполнял указания. – А зовут меня Безродным оттого, что рода у меня нет. А теперь возьми молот. Ты правша? Тогда в правую. – Так не честно! – воскликнул юноша, пытаясь даже отскочить от Энтулиона. – Ах, балда! Молот-то не роняй! – воскликнул кузнец в возмущении, подхватывая инструмент. Мастер стоял за спиной молодого Эльда и снова вложил ему в ладонь молот, заставив правильно сомкнуть пальцы. – У всех есть род. – заявил собеседник Энтулиона. – А теперь ударяй. Пока металл не остыл. Давай, начинай с краю. Удар. – А у меня рода нет. Удар. Удар. – Не бывает такого. Любой свой род проследить может, хотя бы до пятого колена. Удар. Удар. Удар – А я не могу. Братьев и сестёр у меня много, а рода нет. – Как же так?! Удар. – Пожалуй хватит. Тащи-ка теперь ведро. Вон там, с водой. Ведро быстро оказалось у Энтулиона. – Так отчего же нет у вас рода? – Оттого, любопытный юноша, – сказал Энтулион. – что не желал я позорить более род присутствием своим. И отрёкся, чтобы имени родни не порочить. И металл зашипел в воздухе. – Вот и готово. Благодарю за помощь, ранняя пташка. – Энтулион вынул лезвие из воды. Молодой Эльда стоял растерянно и даже смущённо. Энтулион отвернулся, убирая место работы. Он был уверен, что эльда сейчас извинится, но вместо этого глаза черноволосого эльфа загорелись ещё большим интересом: – А… ещё говорят, что вы названый брат Фелагунда. – выпалил он. – Какой же вы Безродный, ежели род Финарфина, что за морем, принял тебя к себе? Энтурион вздохнул. – И ничего не утаить загадочному незнакомцу. – пробормотал он, усмехаясь. И, не ответив на вопрос, направился к точильному станку, чтобы заострить лезвие. Черноволосый Эльда хвостиком поплелся за Энтулионом. – Что же за славный род был у вас? – поинтересовался он звонко у плеча Энтулиона. Тот наконец не выдержал, поднял голову и прямо посмотрел на надоевшего мальчишку: – У Эдайн есть поговорка, – сказал Энтулион громко, упирая руки в бока. Эльда смотрел на него во все глаза, не понимая, к чему ведёт кузнец. – “Любопытной Варваре на базаре нос оторвали” – продекларировал Энтулион и отвернулся к точильному камню. Кузню наполнили весёлые смешки работавших по соседству мастеров.