Как прежде уже не будет

Гарри неспешно, словно приговорённый к казни, брёл за профессором Макгонагалл по тёмным коридорам Хогвартса. За огромными окнами пылал багровый закат, бросая на каменные стены зловещие тени. В тот миг, когда настало время спуститься на праздничный пир, в кабинете профессора трансфигурации словно из-под земли возник Хогвартский эльф и пропищал профессору Снейпу, что у подопечных Слизеринцев случились проблемы при высадке из Хогвартс-экспресса. Зельевар, будто хищник, почуявший добычу, тут же исчез в коридорах замка. С каждым шагом сердце Гарри сжималось в ледяной комок. Что его ждёт впереди? Как смотреть в глаза сокурсникам и… братьям Уизли? Встреча с Роном страшила его больше всего, словно предчувствие бури. Приблизившись к повороту, Гарри услышал нарастающий гул голосов, приглушённый смех. За углом открылась картина бурлящего человеческого моря. Толпы учеников Хогвартса, словно пёстрый ковёр, заполонили коридор. Объятия, рукопожатия, радостные восклицания – все ликовали, вновь встретившись после летнего перерыва, словно вырвались из душных объятий времени. Тёплая ладонь опустилась на плечо. – Что ж, Поттер, удачи в новом году. – Профессор Макгонагалл одарили его ободряющей, почти материнской улыбкой и, словно тень, скользнула дальше по коридору. (Наверное, пошла встречать первокурсников), – пронеслось в голове Гарри, как мимолётная искра. Он снова погрузился в шумную толпу учеников. Мальчик выискивал в толпе знакомую копну каштановых волос, словно маяк в ночи. Ему нужно было увидеть Гермиону, как воздух. Идя вдоль длинных столов и лавок в главном зале, он ощущал на себе любопытные взгляды, словно иголки. Шепотки, хихиканье… В этот момент ему хотелось сквозь землю провалиться, исчезнуть, как дым. Но вот, наконец, среди этого хаоса он разглядел её. – Гермиона, – проговорил он, подходя ближе и занимая свободное место рядом с ней. – Гарри! – в её голосе звенела неподдельная радость. – Где ты был? Я не могла найти тебя в поезде! Я отправляла тебе сову, но она вернулась обратно с же письмом! Где ты пропадал? – Как же ему не хватало её! Гермиона, такая Гермиона, словно неутолимая жажда истины. Видимо, ей так и не удалось узнать последние новости из магического мира: её родители невзлюбили "Пророк", называя его рассадником жестокости, особенно из-за "этих ужасных подвижных фотографий". И похоже компания "подруг" в поезде, как назло, вновь отгородилась от неё неприступной стеной девичьих секретов. – Это… долгая история, Гермиона. Я расскажу её тебе позже. Скажи, ты видела Рона или кого-то ещё из Уизли? – – Я встретилась с ними на станции. Но они были так взволнованы поступлением Джинни, что почти не заметили меня. Хотя… кажется, Перси помахал мне, когда я садилась в поезд. – Понятно… – печально выдохнул он. Он уже было собрался расспросить Гермиону о её лете, но тут кто-то тронул его за плечо. – Привет, можно я присяду рядом? – Это был Невилл. За лето он заметно возмужал. – Конечно, Невилл, – Гарри немного отодвинулся, освобождая ему место. – Как прошло твоё лето, Невилл? – поинтересовалась Гермиона. – Неплохо, помогал бабушке разбирать семейную библиотеку, – мальчик нервно переплёл пальцы, его взгляд беспокойно метался по лицам подсаживающихся к ним сокурсников. – Гарри… с тобой всё в порядке? – Гарри с тревогой и мрачным предчувствием посмотрел на Невилла. – Понимаешь… в поезде Рон собрал всех наших одногодок с факультета, – он сглотнул, – он… он говорит, что ты виновен в том, что его отца собираются лишить волшебной палочки и права на магию. – Гарри едва сдержал слёзы обиды. Значит, Рон действительно способен на такое? Способен настроить друзей против него, как змея, впрыскивающая яд. «Всё слишком сложно…» – пронеслось у него в голове, словно эхо. – Я… я не поверил ему. Конечно, я видел выдержки из газет, но… не поверил. И таких, как я, много. Ему говорили, что за рулём были только они, и что это его отец коллекционировал все эти запрещённые вещи, но он приходил в бешенство от этих доводов! – Признание Невилла согрело сердце Гарри, словно луч солнца сквозь тучи. Может быть, не всё потеряно? Может быть, кто-то всё же способен увидеть правду. – Но я хочу тебя предупредить… Некоторые ребята поверили, – Невилл нервно оглянулся и наклонился ближе, – Они решили объявить тебе бойкот. Хотели испортить твои вещи, но не нашли их в багажном вагоне. Поэтому… будь осторожен, Гарри. – Спасибо, Невилл, – сердце Гарри бешено колотилось. Он был рад, что не поехал в этом году в школу на поезде. Если они готовы испортить его вещи, то что они могли сделать с ним самим? От этой мысли по коже побежали мурашки. – Привет, ребята, – хор из двух голосов нарушил его тягостные раздумья. Гарри со страхом посмотрел на двух совершенно одинаковых людей. – Привет, Фред и Джордж, – поприветствовала их Гермиона. – Гарри, у тебя всё в порядке? – с волнением спросил Джордж. – Мы читали статью… Как ты? – Фред не отставал от брата. Гермиона сгорала от любопытства, но решила пока молчать и слушать. – Я не знаю… Я больше не видел своих родственников… И… – Он не успел договорить, как увидел за спинами близнецов Рона с парой мальчиков со своего факультета. Одного, третьекурсника, он знал – тот когда-то был с ним в одной команде по квиддичу, но с приходом Гарри его отодвинули на скамейку запасных. Второй был его ровесником, и запомнился тем, что дразнил Гермиону в прошлом году. Рон со своей свитой надменно прошествовал мимо них, но Гарри поймал на себе испепеляющий взгляд Рона, полный ненависти и презрения. Они уселись дальше, через два стола. – Не обращай внимания на Рона, – сказал Джордж. – Да, после того, как тебя вернули к родственникам, он ведёт себя как полный придурок, – после этих слов в компании воцарилась неловкая тишина. Гарри не знал, как подступиться и узнать, что происходит в семье Уизли. – Как дела у вашего папы? – прервала угнетающее молчание Гермиона, и Гарри был ей безмерно благодарен. – Всё не так плохо, как кажется, – с гримасой сказал Фред. – Да, у нас конфисковали все магловские вещи. Ты даже не представляешь, Гарри, насколько огромной была папина коллекция! Мы сами обалдели! – По восторгу в голосе Джорджа можно было понять, насколько она была впечатляющей. – Сейчас наш отец собирает рекомендательные письма от бывших коллег и знакомых, – добавил Фред. – Да, если он соберёт достаточно писем, то, возможно, ему немного смягчат наказание. – А разве так можно? – с сомнением спросила Гермиона, сравнивая законы магического и магловского миров. – Министерство выделило папе адвоката, но тот такой простак! – с печалью сказал Фред. – Видимо, чистокровные всерьёз решили убрать нашего папу из Министерства. – Поэтому он надеется, что если соберёт достаточно писем с хорошими отзывами o его работе и прочем, это поможет хоть немного обелить его репутацию, – закончил Джордж. – В общем, Гарри, не переживай. Наша семья и не из таких передряг выбиралась. Всё будет хорошо, – попытался подбодрить его Фред. Дальше Гарри сидел молча, словно оглушённый. Вокруг него постепенно собирались люди, зал наполнялся гулом голосов, но тут всё резко стихло. Гарри поднял голову и случайно бросил взгляд на преподавательский стол. Он увидел недовольное лицо профессора Снейпа, рядом с которым сидел какой-то незнакомый мужчина. Он был одет с иголочки, с безупречной причёской. (Видимо, это новый преподаватель защиты от тёмных искусств), – подумал Гарри, но тут двери в зал распахнулись, и внутрь хлынул поток первокурсников. Гарри вспомнил, как сам когда-то шагал между столами, не понимая, куда попал и что его ждёт впереди. Первокурсников было много, но его взгляд сразу выхватил знакомую фигурку. Джинни шла одна, опустив голову, такая потерянная и одинокая. (Наверное, сильно переживает за отца), – и снова чувство вины кольнуло Гарри. Всё шло, как и в прошлый год. Минерва Макгонагалл зачитала списки, директор произнёс приветственную речь, и началось распределение. Гарри машинально аплодировал вместе с Гермионой, чувствуя себя одновременно здесь и где-то далеко, в месте, где можно спрятаться. Он страшился окончания пира. Тогда ему придётся столкнуться лицом к лицу с Роном и другими соседями по комнате. Вспомнив слова Невилла, он осознал, что лишь немногие поверили наветам Рона. И он точно знал, что Шеймус Финниган – один из них. Гарри плохо знал его, но помнил, как тот когда-то смеялся над словами Драко про грязнокровок. (Неужели Рон так обижен на меня, что готов якшаться с этим типом?) Гарри стало обидно за Гермиону. Неужели Рону плевать на её чувства? – Джинни Уизли! – Голос Минервы Макгонагалл прозвучал словно удар колокола. Рыжеволосая девочка вышла вперёд и села на высокий табурет. На её голову безвольно упали края старой шляпы. – Гриффиндор! – стол под знаменем Льва взорвался аплодисментами, громче всех хлопали близнецы Уизли. Гарри украдкой взглянул на Рона – тот и бровью не повёл, словно сестра его не касалась. – Гермиона, – обратился к подруге Джордж, – можешь присмотреть за Джинни в женской спальне? – Да, понимаешь, после похода за учебниками она стала сама не своя. Сначала мы думали, что она просто волнуется, но она становится всё более рассеянной и молчаливой, – добавил Фред. – Конечно, я присмотрю за ней, – Гермиона даже обрадовалась. Возможно, ей удастся подружиться с Джинни. После распределения начался волшебный пир. Столы ломились от яств, но Гарри кусок в горло не лез. От предчувствия того, что его ждёт впереди, хотелось просто исчезнуть.

***

Остаток пира растаял, словно дымка, и неумолимо приблизился час расставания, час, когда студентам надлежало разойтись по своим общежитиям. Гарри, словно тень, старался не отходить от Гермионы и Невилла, но у самого портрета Полной Дамы, словно вихрь, кто-то налетел на него, толкнув плечом так резко, что мир едва не перевернулся. Устояв на ногах, он успел лишь мельком увидеть удаляющуюся спину Рона, словно сбежавшего преступника. – Вот олух! – проворчал Джордж, словно извиняясь за весь род Уизли. – С тобой всё в порядке, Гарри? – – Да… Всё нормально, – отозвался Гарри, чувствуя, как место удара неприятно саднит, словно укус шершня, но в сравнении с "ласками" дяди Вернона, это было лишь комариным писком. – Гарри, если хочешь, мы можем поговорить с Роном. – В глазах близнецов плескалось чувство вины, словно тяжкий груз, возложенный на их юные плечи. – Не нужно, я… я постараюсь сам с ним поговорить. Если вы будете меня защищать, он лишь ещё больше озлобится. – Гарри словно предвидел бурю, готовую разразиться над их головами. – Хорошо, но если он совсем распоясается, скажи нам. – заверил Фред. – Хорошо, спасибо, – Гарри совсем поник. Неужели Рон всегда был таким мстительным? Этот вопрос терзал его душу, словно червь. Он вошел в общую гостиную факультета, где старшекурсники, словно стая галдящих птиц, разбились на группы, увлеченные различными играми. Казалось, тишина покинула эти стены навсегда. Гарри, немного отстав от Невилла, потерял его в этом людском водовороте и решил направиться прямиком в спальню. Открыв дверь, он застыл на пороге, словно громом пораженный. Рон, словно вор, пытался взломать его сундук, но чары защиты стояли неприступной стеной. Невилл, словно марионетка, был приклеен заклинанием к стене, а Шеймус Финниган, словно палач, наставлял на него палочку. – Что вы делаете?! – воскликнул Гарри, и его голос прорезал тишину, словно молния. – А вот и спаситель явился, – прошипел Рон, словно змея, готовая к броску. – Или, вернее, трус? Где ты прятался? Я не мог найти тебя ни в поезде, ни на платформе, хотя моя мама так ждала встречи с тобой, – Рон повернулся к нему, и в его глазах плескалась неприкрытая ненависть, словно яд. – Меня не было в поезде, – возразил Гарри, словно оправдываясь за преступление, которого не совершал. Он так надеялся спокойно поговорить с Роном, но его последняя надежда сгорела в огне разочарования. Это не его друг, возможно… никогда им и не был. – О, ну конечно, великому Спасителю не пристало ездить с нищим сбродом! – Рон продолжал извергать яд, словно дракон. – Заткнись, Рон, – прошипел Гарри, и его терпение лопнуло, словно перетянутая струна. – А то что? Побежишь жаловаться моим братьям? Вперед, мы уже знаем, какое ты ничтожество, – Рон выплюнул эти слова, словно плевок в лицо. Рон и Симус, который все это время хранил молчание, словно верный пес, один за другим покинули комнату, оставив Гарри наедине со своей болью. Не теряя ни секунды, Гарри выхватил палочку и освободил Невилла от заклинания. – Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Гарри, словно чувствуя вину за то, что втянул друга в это. – Да, всё хорошо, – он словно оправдывался за чужие грехи. – Прости, они так быстро среагировали, я не сумел их остановить, – он печально перевёл взгляд на новую стопку учебников на столе Гарри, чьи края были подпалены, словно опаленные крылья бабочки. – Не переживай, в основном всё цело. Спасибо, Невилл, – Гарри попытался улыбнуться, но уголки его губ предательски дрогнули. Теперь Гарри действительно поверил словам Малфоя о том, что этот год будет бесконечно долгим, словно вечность, заключенная в один год.