Глава 28

Хоук ​мгновение ​слушал ​гудки, ​затем ​убрал ​телефон ​в ​карман. ​ ​В ​следующую ​секунду ​его ​мысли ​понеслись ​вскачь. ​ ​Он ​не ​беспокоился ​о ​том, ​что ​Гвен ​в ​его ​квартире. ​Он ​беспокоился ​о ​том, ​что ​она ​может ​найти. ​Он ​быстро ​мысленно ​пробежался ​по ​списку ​всего ​компрометирующего ​или ​постыдного. ​ ​Постыдное? ​ ​Нет. ​ ​У ​него ​не ​было ​ни ​плакатов, ​ни ​тем ​более ​журналов ​или ​видео. ​ ​Он ​был ​слишком ​беден. ​ ​В ​юности, ​когда ​у ​него ​было ​слишком ​много ​энергии, ​он ​просто ​поднимался ​на ​крышу ​и ​бил ​кулаками ​по ​воздуху, ​пока ​не ​падал ​от ​усталости, ​а ​затем ​возвращался ​и ​спал. ​ ​Компрометирующее? ​ ​Он ​так ​не ​думал. ​ ​Пять ​единиц ​оружия ​Читаури ​были ​плотно ​завёрнуты ​в ​простыню ​и ​засунуты ​под ​самую ​кровать. ​ ​Вероятно, ​она ​их ​не ​найдёт. ​ ​Так ​что… ​ ​«Да ​и ​пусть». ​ ​Пора ​заняться ​насущной ​проблемой. ​ ​С ​этой ​мыслью ​Хоук ​вернулся ​в ​настоящее. ​Теплота ​в ​его ​глазах ​от ​разговора ​с ​Гвен ​исчезла, ​сменившись ​леденящим ​безразличием. ​ ​Молодой ​водитель, ​с ​всё ​ещё ​зажатым ​ртом, ​смотрел ​на ​Хоука ​широко ​раскрытыми, ​испуганными ​глазами. ​ ​Хоук ​наслаждался ​страхом ​в ​его ​взгляде. ​Медленная, ​красивая ​улыбка ​расползлась ​по ​его ​лицу. ​ ​— ​А ​теперь… ​ ​— ​Моя ​очередь ​тебя ​грабить. ​ ​— ​… ​ ​… ​ ​Повесив ​трубку, ​Гвен ​убрала ​телефон ​и ​подошла ​к ​пожарной ​лестнице ​сбоку ​от ​дома ​Хоука. ​Она ​без ​усилий ​взобралась ​на ​последний ​этаж. ​ ​Она ​отодвинула ​пару ​шорт, ​висевших ​в ​полуоткрытом ​окне ​— ​шорт, ​которые ​при ​ближайшем ​рассмотрении ​выглядели ​так, ​будто ​когда-то ​были ​спортивными ​штанами, ​— ​и ​проскользнула ​внутрь. ​ ​Она ​огляделась. ​ ​Гостиная ​была ​маленькой. ​Подержанный ​диван ​и ​складной ​столик ​с ​ноутбуком ​занимали ​две ​трети ​пространства. ​ ​Но ​было ​чисто. ​ ​Не ​идеально, ​но ​аккуратно ​и ​упорядоченно. ​ ​Первое ​впечатление ​Гвен ​от ​этого ​места ​было… ​уютно. ​ ​Она ​никогда ​не ​была ​в ​старой ​квартире ​Хоука, ​и ​это ​был ​первый ​раз, ​когда ​она ​видела ​его ​новую. ​ ​Но ​когда ​она ​достала ​из ​кармана ​конверт ​от ​доктора ​Коннорса ​и ​положила ​его ​на ​складной ​столик, ​её ​взгляд ​привлёк ​закрытый ​ноутбук. ​ ​Дело ​было ​не ​в ​том, ​что ​она ​удивилась, ​что ​у ​него ​есть ​компьютер. ​ ​Дело ​было ​в… ​ ​Наклейках ​на ​крышке. ​ ​«Это ​что…» ​ ​«Единороги?» ​ ​Гвен ​не ​смогла ​сдержать ​смех, ​глядя ​на ​милые, ​девчачьи ​наклейки, ​которыми ​был ​обклеен ​ноутбук. ​Она ​задалась ​вопросом, ​какая ​из ​его ​подруг ​продала ​ему ​этот ​компьютер. ​ ​Ей ​даже ​в ​голову ​не ​пришло, ​что ​Хоук ​мог ​наклеить ​их ​сам, ​или ​что ​девушка ​могла ​подарить ​ему ​ноутбук. ​ ​Невозможно. ​ ​Абсолютно ​невозможно. ​ ​Никто ​не ​знал ​Хоука ​лучше ​неё. ​ ​Она ​не ​сомневалась, ​что ​если ​бы ​она ​попыталась ​заговорить ​с ​ним ​после ​того, ​как ​отдала ​телефон, ​он ​бы ​просто ​вернул ​его ​ей. ​ ​Именно ​поэтому ​она ​намеренно ​избегала ​его ​последние ​несколько ​недель. ​ ​С ​этой ​мыслью ​Гвен ​снова ​посмотрела ​на ​конверт ​на ​столе. ​Она ​повернулась, ​чтобы ​уйти. ​ ​Но ​когда ​она ​повернулась, ​рукав ​её ​расстёгнутой ​куртки ​задел ​воздух, ​создав ​небольшой ​порыв ​ветра, ​который ​поднял ​конверт ​со ​стола. ​ ​Он ​пролетел ​по ​воздуху ​и ​опустился ​в ​соседней ​спальне. ​ ​Гвен ​вздохнула ​и ​вошла ​в ​комнату. ​Она ​наклонилась, ​чтобы ​поднять ​конверт, ​который ​упал ​недалеко ​от ​кровати. ​Когда ​она ​выпрямилась, ​её ​взгляд ​привлёк ​слабый, ​зеленоватый ​свет, ​пульсирующий ​из-под ​кровати. ​ ​Она ​замерла. ​ ​Её ​глаза ​метнулись ​к ​пространству ​под ​кроватью. ​ ​Она ​едва ​могла ​разглядеть ​очертания ​большого, ​туго ​завёрнутого ​свёртка. ​ ​Простыня, ​в ​которую ​он ​был ​завёрнут, ​была ​явно ​дешёвой. ​ ​Она ​не ​была ​непрозрачной. ​ ​Слабый, ​зеленоватый ​свет ​пульсировал ​изнутри, ​словно ​медленное, ​ритмичное ​дыхание. ​ ​Свет ​был ​тусклым. ​ ​Даже ​при ​дневном ​свете ​она ​бы ​не ​заметила ​его, ​если ​бы ​не ​уловила ​краем ​глаза. ​ ​«Что ​это?» ​ ​Гвен ​присела ​на ​корточки, ​заглядывая ​под ​кровать, ​её ​лоб ​нахмурился ​от ​любопытства. ​ ​Как ​раз ​когда ​она ​собиралась ​встать, ​её ​взгляд ​сместился. ​Она ​увидела ​треснувшую ​фоторамку ​на ​тумбочке. ​ ​Внутри ​рамки ​была ​фотография. ​ ​На ​заднем ​плане ​был ​Таймс-сквер. ​На ​фото ​были ​мальчик ​и ​девочка, ​обоим ​на ​вид ​лет ​четырнадцать, ​их ​одежда ​была ​слегка ​выцветшей ​и ​поношенной. ​ ​Мальчика ​Гвен ​узнала. ​ ​Это ​был ​Хоук. ​ ​Он ​улыбался. ​Широкой, ​искренне ​счастливой ​улыбкой. ​ ​Гвен ​не ​могла ​вспомнить, ​чтобы ​когда-либо ​видела ​его ​таким ​улыбающимся. ​ ​Но ​девочка? ​ ​Гвен ​нахмурилась ​ещё ​сильнее. ​Она ​отложила ​конверт ​и ​взяла ​фотографию. ​ ​Снимок, ​должно ​быть, ​был ​сделан, ​когда ​Хоуку ​было ​четырнадцать, ​вскоре ​после ​того, ​как ​он ​начал ​учиться ​в ​Мидтауне. ​ ​Гвен ​была ​уверена ​в ​дате. ​ ​Она ​узнала ​штаны, ​в ​которых ​был ​Хоук ​на ​фото. ​ ​Это ​были ​те ​самые, ​над ​которыми ​она ​только ​что ​мысленно ​подшучивала ​— ​те, ​что ​он ​носил ​три ​года, ​а ​когда ​они ​стали ​коротки, ​обрезал ​в ​шорты, ​вместо ​того ​чтобы ​выбросить. ​ ​Те ​самые ​шорты, ​что ​до ​сих ​пор ​висели ​в ​его ​окне. ​ ​Но ​кто ​эта ​девочка? ​ ​Гвен ​изучала ​фотографию, ​её ​взгляд ​был ​прикован ​к ​девочке ​с ​бледным ​лицом, ​которая ​тоже ​счастливо ​улыбалась, ​крепко ​обняв ​Хоука ​за ​руку. ​ ​«Его ​сестра?» ​ ​«Он ​никогда ​не ​упоминал ​о ​сестре». ​ ​Гвен ​увидела ​в ​их ​чертах ​тонкое ​семейное ​сходство. ​ ​Она ​напрягла ​память. ​Хоук ​никогда, ​никогда ​о ​ней ​не ​упоминал. ​ ​«Её ​больше ​нет?» ​ ​Гвен ​подумала ​о ​наиболее ​вероятной ​причине ​его ​молчания. ​Она ​осторожно ​поставила ​фоторамку ​обратно ​на ​тумбочку, ​встала ​и ​вышла ​из ​комнаты. ​ ​Дойдя ​до ​гостиной, ​она ​остановилась, ​хлопнув ​себя ​по ​лбу. ​ ​Она ​забыла ​конверт. ​ ​— ​А? ​ ​— ​Куда ​он ​делся? ​ ​Гвен ​в ​замешательстве ​вернулась ​в ​спальню. ​Конверта ​больше ​не ​было ​на ​полу, ​где ​она ​его ​оставила. ​Затем ​она ​поняла, ​что, ​должно ​быть, ​произошло. ​Она ​снова ​присела ​на ​корточки. ​ ​Точно. ​ ​Конверт ​заскользнул ​под ​кровать, ​вероятно, ​его ​сдуло ​ветерком, ​когда ​она ​вставала. ​ ​Гвен ​вздохнула, ​протянула ​руку ​под ​кровать ​и ​нащупала ​его. ​ ​Вскоре. ​ ​Её ​кончики ​пальцев ​коснулись ​края ​конверта. ​ ​И ​в ​то ​же ​время… ​ ​Они ​коснулись ​туго ​завёрнутой ​простыни. ​ ​В ​тот ​момент, ​когда ​её ​пальцы ​соприкоснулись, ​она ​почувствовала ​это. ​Холодное, ​твёрдое ​ощущение, ​словно ​прикосновение ​к ​металлу, ​пронзило ​её ​от ​кончиков ​пальцев ​до ​самого ​мозга.