Глава 29

Удалённая ​просёлочная ​дорога, ​в ​тридцати ​милях ​к ​северу ​от ​города ​Куантико. ​ ​Хоук ​изучал ​спутниковые ​карты. ​Он ​знал ​общую ​планировку ​местности ​и ​маршрут, ​по ​которому ​должен ​был ​ехать ​из ​аэропорта. ​ ​Поэтому, ​как ​только ​молодой ​водитель ​свернул ​с ​главной ​дороги, ​Хоук ​понял, ​что ​что-то ​не ​так. ​ ​Его ​память ​и ​так ​была ​острой, ​но ​после ​пробуждения ​Космо ​она ​стала ​безупречной. ​ ​Хоук ​вышел ​из ​машины ​и ​осмотрелся. ​ ​Безлюдно. ​ ​Грязно. ​ ​Идеальное ​место, ​чтобы ​ограбить, ​убить ​и ​закопать ​тело. ​Неудивительно, ​что ​парень ​привёз ​его ​сюда. ​ ​Позади ​него, ​всё ​ещё ​в ​машине, ​молодой ​водитель ​был ​в ​синяках ​и ​крови, ​но ​жив. ​Он ​всё ​ещё ​кричал. ​ ​Хоук ​не ​убил ​его. ​ ​Пока ​что. ​ ​Через ​мгновение ​Хоук ​повернулся, ​открыл ​дверь ​машины ​и ​одним ​лёгким ​движением ​вытащил ​скулящего ​водителя ​из ​машины. ​Он ​бросил ​его ​на ​грязную ​дорогу. ​ ​Шлёп. ​ ​Водитель, ​ошеломлённый ​и ​дезориентированный, ​вскочил ​на ​ноги, ​движимый ​чистым ​инстинктом ​выживания. ​Он ​упал ​на ​колени ​перед ​Хоуком, ​его ​голос ​дрожал. ​ ​— ​Пожалуйста, ​не ​убивай ​меня. ​Пожалуйста. ​Прости. ​Я ​был ​неправ. ​ ​Хоук ​посмотрел ​на ​него ​сверху ​вниз ​— ​на ​человека, ​который ​всего ​несколько ​минут ​назад ​был ​так ​высокомерен, ​а ​теперь ​так ​жалок. ​ ​Его ​голос ​был ​холоден. ​ ​— ​Ты ​не ​сожалеешь ​о ​том, ​что ​был ​неправ. ​Ты ​просто ​сожалеешь, ​что ​сейчас ​умрёшь. ​ ​— ​… ​ ​Тело ​водителя ​напряглось, ​его ​мольбы ​стали ​ещё ​более ​отчаянными. ​ ​Глаза ​Хоука ​сузились. ​ ​— ​Дай ​мне ​одну ​причину, ​почему ​я ​не ​должен ​тебя ​убивать. ​ ​Мысли ​водителя ​метались. ​ ​Он ​посмотрел ​на ​Хоука, ​его ​лицо ​было ​опухшей ​мешаниной, ​и ​пролепетал: ​ ​— ​Можешь ​забрать ​машину. ​Мои ​деньги. ​У ​меня ​есть ​деньги. ​Можешь ​забрать ​все ​мои ​деньги. ​ ​— ​Недостаточно ​хорошо. ​Если ​я ​убью ​тебя, ​машина ​и ​деньги ​и ​так ​будут ​моими. ​ ​Хоук ​покачал ​головой, ​его ​выражение ​лица ​не ​изменилось. ​ ​— ​Попробуй ​ещё ​раз. ​ ​— ​…Ты ​не ​можешь ​меня ​убить. ​Если ​убьёшь, ​тебя ​объявят ​в ​розыск. ​Если ​отпустишь, ​клянусь, ​я ​никому ​не ​скажу. ​Ни ​слова ​не ​скажу. ​Пожалуйста, ​не ​убивай ​меня. ​ ​Слова ​водителя ​сыпались ​одно ​за ​другим, ​его ​глаза ​были ​широко ​раскрыты ​от ​отчаянного ​желания ​жить. ​ ​Хоук ​взглянул ​на ​него, ​затем ​опустил ​взгляд, ​словно ​обдумывая. ​ ​Казалось, ​он ​взвешивал ​шансы ​на ​то, ​что ​мужчина ​сдержит ​слово. ​ ​— ​… ​— ​Водитель, ​увидев, ​как ​изменился ​взгляд ​Хоука, ​почувствовал ​проблеск ​надежды. ​ ​Он ​продолжал ​умолять, ​его ​голос ​срывался, ​в ​то ​время ​как ​его ​правая ​рука ​медленно, ​осторожно, ​поползла ​к ​пояснице. ​ ​В ​следующую ​секунду. ​ ​— ​Хи-я-я-я-я!! ​ ​Он ​выхватил ​складной ​нож ​из-за ​пояса ​и ​с ​гортанным ​криком ​бросился ​на ​Хоука, ​его ​лицо ​исказилось ​в ​гримасе. ​ ​— ​УМРИ! ​ ​Хоук ​поднял ​глаза. ​Его ​взгляд ​был ​ледяным. ​Он ​даже ​не ​вздрогнул. ​Он ​просто ​дал ​ему ​пощёчину. ​ ​Хлоп-хлоп-хлоп! ​ ​Голова ​водителя ​начала ​вращаться, ​словно ​волчок, ​который ​только ​что ​завели. ​ ​Всё ​быстрее ​и ​быстрее. ​ ​Всё ​туже ​и ​туже. ​ ​Пока… ​ ​ХЛЮП! ​ ​Его ​шея, ​скрученная ​в ​немыслимое ​положение, ​оторвалась ​от ​плеч. ​ ​Шлёп. ​ ​Бум. ​ ​Хоук ​посмотрел ​на ​голову, ​которая ​только ​что ​остановилась ​у ​его ​ног, ​с ​застывшей ​на ​лице ​гримасой. ​Презрительная ​улыбка ​коснулась ​его ​губ. ​ ​— ​А ​я ​ведь ​собирался ​тебя ​отпустить… ​ ​— ​Какая ​жалость. ​ ​— ​Я ​дал ​тебе ​единственный ​шанс ​на ​проявление ​слабости, ​который ​у ​меня ​когда-либо ​мог ​быть ​в ​этой ​жизни, ​а ​ты ​принял ​его ​за ​страх. ​ ​Взгляд ​Хоука ​переместился ​на ​обезглавленное ​тело, ​которое ​теперь ​заливало ​кровью ​грязную ​землю. ​ ​Он ​не ​лгал. ​Он ​действительно ​подумывал ​оставить ​мужчину ​в ​живых. ​ ​Не ​только ​потому, ​что ​у ​него ​были ​дела ​и ​он ​не ​хотел ​никаких ​осложнений. ​ ​Была ​и ​другая, ​более ​важная ​причина. ​ ​Черта. ​ ​Как ​он ​и ​думал, ​однажды ​переступив ​эту ​черту, ​он ​понятия ​не ​имел, ​кем ​станет. ​ ​Убийство ​— ​это ​как ​клапан. ​ ​Как ​только ​он ​открыт, ​святость ​жизни ​исчезает. ​ ​Это ​было ​особенно ​верно ​для ​переселенца, ​у ​которого ​и ​так ​был ​гибкий ​моральный ​компас. ​ ​С ​Читаури ​было ​по-другому. ​ ​Хоук ​видел ​их ​без ​шлемов. ​Они ​были ​насекомыми. ​ ​Человек ​не ​чувствует ​вины ​за ​убийство ​жука. ​И ​Хоук ​не ​собирался ​применять ​свой ​моральный ​кодекс ​к ​расе ​переросших ​тараканов. ​ ​Но ​этот ​человек ​был ​другим. ​ ​И ​всё ​же… ​ ​Как ​Хоук ​и ​подозревал. ​ ​Хотя ​это ​был ​первый ​раз, ​когда ​он ​по-настоящему ​убил ​человека, ​глядя ​на ​обезглавленный ​труп, ​он ​ничего ​не ​чувствовал. ​Ни ​отвращения, ​ни ​вины. ​Даже ​проблеска ​эмоций. ​ ​Нет, ​погодите. ​ ​Он ​всё-таки ​что-то ​чувствовал. ​ ​«Это ​ничем ​не ​отличается ​от ​убийства ​Читаури». ​ ​Хоук ​на ​мгновение ​закрыл ​глаза. ​ ​Он ​не ​собирался ​пытаться ​снова ​закрыть ​этот ​клапан. ​ ​Некоторые ​вещи, ​однажды ​сделанные, ​нельзя ​отменить. ​ ​Шлюзы ​были ​открыты. ​Нравилось ​ему ​это ​или ​нет, ​с ​этого ​дня ​убийство ​больше ​не ​будет ​тем, ​чего ​он ​избегает. ​ ​… ​ ​С ​этой ​последней ​мыслью ​Хоук ​отвернулся ​от ​головы ​в ​грязи ​и ​истекающего ​кровью ​трупа. ​Он ​сел ​в ​такси, ​взглянул ​на ​ясное ​голубое ​небо, ​затем ​завёл ​двигатель ​и ​уехал. ​ ​Он ​не ​стал ​утруждать ​себя ​захоронением ​тела. ​ ​Клапан ​был ​открыт, ​и ​он ​не ​закрывался. ​Будет ​ли ​тело ​найдено ​или ​нет, ​больше ​не ​было ​его ​проблемой. ​ ​Убить ​одного ​— ​это ​всё ​равно ​убийство. ​ ​Убить ​ещё ​одного, ​или ​ещё ​сотню, ​теперь ​было ​лишь ​вопросом ​чисел. ​ ​Однако… ​ ​«Я ​могу ​убивать». ​ ​«Но ​я ​не ​должен ​упиваться ​этим». ​ ​«Истинный ​воин ​всегда ​сохраняет ​смиренное ​сердце». ​ ​Хоук ​думал ​про ​себя, ​выруливая ​на ​главную ​дорогу. ​Он ​огляделся, ​сориентировался ​и ​направился ​в ​сторону ​города ​Куантико. ​ ​Может, ​у ​него ​и ​не ​было ​водительских ​прав ​в ​этой ​жизни, ​но ​это ​не ​означало, ​что ​он ​не ​умел ​водить. ​ ​Когда ​такси ​скрылось ​за ​поворотом, ​на ​просёлочной ​дороге ​снова ​воцарилась ​обычная ​тишина ​и ​запустение. ​ ​Примерно ​через ​полчаса. ​ ​Тишину ​нарушил ​звук ​шагов. ​ ​Затем ​второй, ​и ​третий. ​ ​Вскоре. ​ ​На ​место ​происшествия ​вышли ​трое ​мужчин ​в ​тёмных ​солнцезащитных ​очках. ​Их ​взгляды ​упали ​на ​голову ​в ​грязи ​и ​обезглавленный ​труп, ​кровотечение ​из ​которого ​наконец ​прекратилось.