Глава 45. Возобновление отношений

— Мистер Уилсон… Помнится, на втором курсе мы с вами договаривались, что если вы надумаете заниматься практикой в некромантии — вам следует в первую очередь обратиться ко мне, разве нет? Чарли опустил взгляд в пол. — Простите, сэр… — Да что мне ваше «простите»?! Любопытство — не грех, мистер Уилсон, но думать надо головой, а не… Флитвик махнул рукой. Некоторое время он молчал, явно с трудом сдерживаясь, чтобы не начать орать. Затем он прошел мимо Чарли, вскарабкался по ступенечкам на высокий стул за учительским столом, сложил руки в замок. При этом он смотрел на Чарли так, что тому еще сильнее захотелось провалиться под землю. — О чем вы вообще думали, когда устраивали подобную самодеятельность?! — спросил Флитвик с нажимом. — В одиночку, без всякой страховки, без поддержки! Да еще где?! На кладбище Хогсмида! Вы вообще в своем уме?! Вы себе хоть немного представляете, что бы произошло, если бы вас поймали с поличным?! Особенно сейчас! Сейчас! Когда Министерство из-за ситуации с Блэком готово хвататься за любое проявление темной магии как за зацепку в его поисках! Когда вокруг вас огромное количество дементоров! Он явно старался сдерживаться, но нервы у него не выдерживали, так что под конец своей тирады Флитвик уже почти орал. Чарли опустил взгляд в пол. — Ну, я же с ними справился… У меня получилось вызвать патронус. — А если бы не получилось?! — Флитвик нахмурился еще больше. — Вы об этом подумали?! — Не подумал… — Не подумали! Потому что мозгов нет! — Флитвик грохнул кулаком по столу. — А я вам скажу, что было бы, мистер Уилсон! Вы бы здесь не стояли! А мне пришлось бы объяснять директору и рыдающим над вашей бесчувственной оболочкой родителям, почему это вы вдруг решили, что все знаете лучше всех и вообще зачем туда поперлись. И исправить это было бы невозможно! Зачем вы вообще это устроили?! Чарли сглотнул. Перед глазами встал образ разрываемого на части духа женщины, который он призвал. Он поежился. Кроме того, ему стало очень стыдно. — Ну… Мы с Падмой… — То, что вы с мисс Патил поругались — это вообще отдельный разговор! — прервал его Флитвик, подняв руку. — И что вы решили устроить? Что-то решили себе доказать? Чарли покраснел еще сильнее, но… — Да, сэр. Флитвик удивленно посмотрел на него: — Что-что? — Я сказал — «да, сэр», — повторил Чарли. — Я решил, что мне надо доказать самому себе, что я что-то могу. А поскольку мы с Падмой поругались, у меня не было никого, кто мог бы меня остановить. Флитвик вздохнул, покачал головой, затем немного помолчал. — Я наслышан о вашей ссоре. И если хотите услышать мое мнение, то вы, мистер Уилсон, очень сильно не правы. Конечно, мисс Патил тоже повела себя не совсем корректно, обидевшись на вас за такую мелочь, как общение с мисс Грейнджер, но и вам не следовало упираться до последнего, — Флитвик хмыкнул. — Усмирите свою гордость и постарайтесь с ней помириться. Чарли кивнул. — И конечно же, — продолжил Флитвик, — подобные обстоятельства нисколько не оправдывают вашей глупости. — Я понимаю, сэр, — пристыженно ответил Чарли. — Да хорошо бы. Не хватало еще, чтобы вы натворили новых глупостей из-за отвратительного душевного состояния. Некромантия вообще не лучшее средство терапии после ссор. — Угу. Повисла пауза. — Запомните раз и навсегда, мистер Уилсон, — Флитвик сурово посмотрел на Чарли. — Некромантия — это опасная магическая стезя. Она не терпит импульсивных решений и не терпит эмоций. Особенно — таких, как те, что вы переживали при использовании заклинания. Некромантия наказывает за спешку. Иногда — окончательно. Он снова замолчал, затем хмыкнул и, посмотрев на Чарли уже совсем другим взглядом, спросил лукаво: — Ну, и как вам первый практический опыт? Чарли моргнул, удивленно уставился на профессора: — Сэр? — Первая попытка вызова души, — уточнил профессор, слегка наклонив голову. — Мне интересно, что именно вы почувствовали? Нет, если хотите — можете не отвечать, я не настаиваю. Мне просто любопытно. Чарли задумался, пытаясь подобрать слова, затем хмыкнул: — Было холодно. И, наверное, как-то странно тихо. Все будто отрезало, — Чарли сглотнул. — И мне показалось, что палочка вибрировала. Флитвик задумался. — Однако… Некоторое время он молчал, затем кивнул: — Да, чего-то такого я и ожидал, — он задумался. — Да… Определенно. — Сэр? Флитвик посмотрел на Чарли. — Понимаете, мистер Уилсон… За время моего преподавания вы уже не первый человек, который проявил такой талант к некромантии. — А кто был до меня… Сэр? Флитвик вздохнул, отвел взгляд в сторону. Было видно, что разговор зашел не туда, куда ему хотелось бы. Некоторое время профессор молчал, глядя куда-то в пустоту перед собой и явно прикидывая, стоит ли ему говорить. Наконец, он сдался: — Видите ли, мистер Уилсон… Я преподаю в Хогвартсе уже очень давно. И через меня прошло великое множество учеников. Некоторые из них были безусловно талантливыми, могущественными волшебниками, а некоторые были почти что сквибами. Но в семьдесят первом году в этот замок пришла одна юная ведьма из магглорожденных. Анна Рив. Чарли молчал, слушая откровения профессора. — И никогда до этого я не видел такого удивительного сочетания немалого природного дара и воистину ослиного упрямства, которое она проявила при изучении магии. Вы с ней очень похожи в этом вопросе, — хмыкнул Флитвик. — Но тогда я был гораздо более категоричным в вопросах темной магии, поэтому когда она пришла ко мне с вопросами о некромантии, я отказался ей помогать. — Я так понимаю, эту вашу Анну это не остановило? — спросил Чарли. — Нет, конечно нет, — Флитвик покачал головой. — К сожалению, она не остановилась. И, что намного хуже, она начала спрашивать у тех, у кого не стоило спрашивать. — У Волдеморта? — В том числе, — кивнул Флитвик. — Мне стыдно это признавать, но это из-за моей категоричности вырос монстр. Анна Рив. Повелитель армии мертвых на службе у Темного Лорда. Флитвик некоторое время сидел молча. Его плечи слегка опустились, будто вместе с признанием он сбросил с себя что-то давнее и тяжелое. — Именно поэтому, мистер Уилсон, — наконец сказал он тихо, — я и не собираюсь повторять ту же ошибку. Чарли поднял взгляд. — Я был молод, категоричен и слишком уверен, что запреты способны удержать людей от опасных дорог, — Флитвик горько усмехнулся. — Я думал, что если просто сказать «нельзя» и начать наказывать, стремление к запретным разделам магии исчезнет сам собой. Я ошибался. Стремление никуда не исчезает. Оно либо получает рамки, либо ищет выход в самых нежелательных местах. Он посмотрел Чарли прямо в глаза — уже совсем без гнева, без нажима, почти по-отцовски. — Вы не Анна Рив. Пока. И я очень не хочу однажды услышать ваше имя в подобном контексте. Поэтому, если вы действительно намерены идти по этой стезе… Вы будете делать это под моим присмотром. Медленно. Осторожно. Без внезапных кладбищ, жертвоприношений и попыток что-то себе доказать. Чарли молча кивнул. — А теперь, — Флитвик вновь надел привычно деловой тон, — идите. Вы и так уже на грани нервного истощения. И, мистер Уилсон… — Да, сэр? — Повторюсь на всякий случай: помиритесь с мисс Патил. Некромантия, знаете ли, плохо сочетается с чувством вины. — Да, сэр. — Можете идти. Дорога в башню Рейвенкло показалась Чарли длиннее обычного. Не потому что он устал — наоборот, мысли были удивительно ясными. Разговор с Флитвиком оставил странное ощущение: его не оправдали, не погладили по голове, но и не оттолкнули. Его приняли всерьез. Кроме того, Чарли с большим удивлением для себя понял кое-что важное. Несмотря на то, что ему грозила серьезная опасность и несмотря на то, что он своими манипуляциями скорее всего нарушил закон, вызвал душу из иного мира, а потом из-за него эту самую душу разорвали дементоры, да и вообще несмотря на то, что он влез в дебри темной магии, от которой учеников Хогвартса в один голос отговаривало большинство учителей, ему… Понравилось?! Да, определенно понравилось! Ощущения холода и скованности показались чем-то совершенно наносным. Чарли неожиданно для себя осознал, что ему понравилось ощущение контроля. Ощущение, что он кое-что может, чего не умеет больше никто. Ощущение полной, безраздельной власти над душой, которую он вернул с того света и мог расспрашивать о чем угодно и с которой мог, пользуясь своими пусть и незначительными пока, но знаниями некромантии, сделать если не что угодно, то очень многое! И с удивлением для себя он осознал, что не отказался бы от еще чего-нибудь подобного. Гостиная Рейвенкло встретила его привычным мягким светом и негромким гулом разговоров. Несколько человек сидели у камина, кто-то спорил над шахматной доской, кто-то читал. И почти сразу Чарли увидел Падму. Она сидела за столом у окна, склонившись над книгой, но, заметив его, вздрогнула так, будто ее окатили ледяной водой. На мгновение их взгляды встретились — и в следующую секунду Падма уже вскочила. — Чарли! Он не успел ничего сказать в ответ. Она буквально подлетела к нему и, не раздумывая, обняла — крепко, отчаянно, уткнувшись лицом ему в плечо. — Прости меня, — выдохнула она, торопливо, почти на одном дыхании. — Прости, я была дурой, я тут такого себе надумала… Чарли замер, а потом неловко, но все же обнял ее в ответ под одобрительный свист и улюлюканье половины факультета. Впрочем, ему было все равно на реакцию остальных. — Падма… — он вздохнул. — Я тоже виноват. Извини, я вел себя как надутый индюк. Вместо того чтобы поговорить — ушел дуться и делать глупости. Она чуть отстранилась, посмотрела на него покрасневшими глазами. — Ты правда в порядке? — В порядке, — кивнул он. — Ну… Почти. Только давай больше не будем устраивать таких сцен друг другу? Падма всхлипнула и вдруг рассмеялась сквозь слезы. Она отстранилась, затем снова его обняла, уже спокойнее. — Договорились. Чарли хмыкнул. — Ну вот и отлично. Так что — чаю? — Угу.

***

Перемирие с Падмой действительно закончило черную полосу в жизни Чарли. Исчезло постоянное напряжение, к которому он за последние недели уже почти привык. От ссоры не осталось и следа. Ну, кроме некоторой неловкости, которая теперь возникала во время общения. Чарли почему-то резкость перемирия насторожила и ему постоянно казалось, что Падма в любой момент может сорваться и кошмар продолжится. Но и это чувство быстро сглаживалось. Они снова сидели рядом на занятиях, перекидывались короткими репликами, спорили о заклинаниях и учебниках, как раньше. Иногда Падма ловила его взгляд и чуть заметно улыбалась — и Чарли каждый раз ловил себя на том, что в груди становится теплее. Впрочем, не только в груди. Он постепенно приходил в относительный порядок. Сон перестал быть рваным, мысли — вязкими. Даже дементоры за пределами замка ощущались уже не так остро: мерзко, тяжело, но без того ощущения постоянного внутреннего давления, будто тебя медленно выжимают изнутри. Впрочем, это происходило не только из-за перемирия с Падмой, но и потому, что он, окончательно поняв на кладбище, как призывать патронус, теперь регулярно вызывал его в комнате, так что сияющий белым светом ворон регулярно разгонял воздействие дементоров. Впрочем, никто не возражал. Особенно Терри. — Ну, наконец-то! — радостно сказал он на следующий день, когда Чарли и Падма вместе спустились на завтрак. — Я уже начал подумывать, чтобы подговорить шестикурсников и запереть вас принудительно где-нибудь, пока не помиритесь. — Еще бы плакаты развесил, — хмыкнула Падма. — И билеты продавал на перемирие. — Издевайся-издевайся, — проворчал Терри, накладывая себе кашу. — Вы вообще знаете, сколько усилий я потратил, чтобы попытаться вас обоих помирить?! Козявки неблагодарные… Еще и меня крайним чуть не сделали! Чарли и Падма переглянулись. — Прости, — сказал Чарли. — И спасибо. — Да ладно, — Терри махнул рукой. — Главное, что вы снова ведете себя как нормальные люди, а не как два учебных пособия по пассивной агрессии. Хотя, конечно, совсем без последствий черная полоса не прошла. В тот же день Флитвик поймал Чарли у Большого Зала, когда он шел на обед: — Мистер Уилсон, на минутку! Чарли кивнул, отдал Падме ее сумку. — Я займу тебе место, — пообещала она. Чарли кивнул: — Угу. Падма исчезла за дверью Большого Зала, а Флитвик, отведя Чарли в сторону от основного потока учеников, идущих на обед, сказал: — Вижу, мистер Уилсон, вы выполнили мою просьбу и помирились с мисс Патил? — Да, сэр. Флитвик покивал. — Славно. Очень славно! — он усмехнулся. — Что же, в таком случае, я обязан выполнить кое-какое свое обещание вам. Чарли замер в непонимании: — Сэр? — Помните, вчера я вам сказал, что вы будете заниматься своим направлением магии под моим присмотром? Чарли сглотнул. Конечно, он помнил, что Флитвик, распекая его в своем кабинете, сказал, что он будет заниматься некромантией исключительно под надзором, без внезапных походов на кладбища и так далее, но он решил, что это просто профессора занесло и он это говорил только для того, чтобы как-то его остановить и ограничить. — Да, сэр… — Если вы действительно планируете продолжать свои занятия, сегодня у вас есть возможность начать. Чарли удивленно посмотрел на него. Нет, конечно, в своих суждениях о результатах вчерашнего разговора, он допускал маленькую вероятность, что профессор не шутил. Но он полагал, что если это так, то подготовка как минимум, займет у Флитвика несколько недель прежде, чем он все полноценно организует. Ну, хорошо — может, несколько дней. Но никак не один вечер! — Так что скажете? — спросил Флитвик. Чарли сглотнул. — Да… Конечно, сэр! Я готов! — Чудно. Я нашел специалиста, который кое-что понимает в вашем направлении и сможет, в случае необходимости, поставить вас на ноги, и, при этом, не склонен разглашать подобные сведения кому попало. Только учтите, — погрозил ему пальцем Флитвик. — Если я узнаю, что вы распространялись об этих уроках… — Профессор, да что я — не понимаю, что ли? — Как показало ваше поведение еще буквально вчера — от вас всего можно ожидать, — покачал головой Флитвик, хотя неодобрения в его голосе не было и сказал он это явно для проформы. — Поэтому на всякий случай я вас предупредил. Никому! — Да, сэр! — В таком случае, жду вас сегодня в семь вечера возле южных ворот Хогвартса. Одного. В удобной вам одежде и со всем необходимым для практики — уверен, вы лучше меня знаете, что вам необходимо для подобного рода колдовства. Чарли в нетерпении облизнул пересохшие губы: — Да, сэр! Все будет сделано! — В таком случае — до вечера, мистер Уилсон. — До вечера, сэр!