Глава 6: Контракт и Договорённость

Дверь в комнату 307 закрылась с тихим щелчком. Звук снаружи мгновенно стих, осталась лишь гулкая тишина, нарушаемая тяжёлым дыханием Каса. Лина стояла посреди комнаты, неподвижная, как статуя. Её взгляд был пустым и направленным в никуда, но пальцы судорожно сжимали и разжимали край её формы. Кас наблюдал за ней, ощущая странную смесь собственности, вины и пробудившейся в подземелье животной потребности. — Садись, — тихо сказал он, указывая на свою кровать. Она послушно подошла и села на край, положив руки на колени. Её поза была неестественно прямой, будто манекен. Кас присел рядом, но не слишком близко. Воздух между ними был густым, насыщенным невысказанным. — Меня зовут Кас. Ты… Лина, да? Она медленно кивнула, не глядя на него. — Я хочу извиниться, — продолжил он, подбирая слова. — За то, что произошло там, внизу. Это было неправильно. В её глазах что-то мелькнуло. Не удивление, а скорее… недоумение. Как будто извинения были для неё страннее самой агрессии. — Зачем? — её голос был тихим и хриплым. — Здесь все так делают. — Не все. И не должно быть так. Он помолчал, давая ей время. Его взгляд скользнул по её фигуре, и он снова почувствовал тот же смутный импульс, что и в подземелье — потребность утвердить контроль, ощутить власть. — Ты сирота? Лина снова кивнула. На этот раз в её позе появилась едва заметная напряжённость. — Меня удочерили, — прошептала она. — Была семья. Хорошая. Но… папа умер. Мама… её забрала болезнь. Меня вернули. Она говорила монотонно, но Кас уловил в её голосе ту же пустоту, что была когда-то у него самого. Тупая боль от предательства, когда мир снова показал свою жестокость. — Я понимаю, — сказал Кас. И он действительно понимал. — Меня тоже никому не нужно было. Но здесь… здесь мы можем быть нужны сами себе. Он наклонился чуть ближе, его рука непроизвольно легла на её колено. Она вздрогнула, но не отстранилась. — Держись со мной. Ты ещё не потеряла свой кристалл. Оригинал. Это важно. Вместе у нас больше шансов выжить и не стать… расходным материалом. Лина наконец подняла на него глаза. В них читалась настороженность, но и проблеск интереса. — Как? — просто спросила она. — Есть правила. Мы можем заключить партнёрский контракт. После этого другие не смогут тебя трогать. Ты будешь под моей защитой. Она смотрела на него, оценивая. Его пальцы всё ещё лежали на её колене, и он чувствовал, как под тонкой тканью формы напряглись её мышцы. — А ты? — в её голосе прозвучал вызов. — Ты тоже не сможешь трогать других? Кас покачал головой, его рука медленно поползла вверх по её бедру. — Нет. Контракт даёт тебе защиту от других. Но не от меня. Он видел, как она сглотнула. Как её пальцы впились в край матраса. Но в её глазах он видел не только страх, но и зарождающееся понимание. Холодный расчёт. В этом мире выживали те, кто находил самую сильную опору. — Но я буду спрашивать, — добавил он тихо, его пальцы уже лежали на её талии. — Я не буду как там. Лина опустила взгляд. Она сидела неподвижно, и Кас видел, как в её сознании идёт борьба. Страх и недоверие против холодного расчёта и желания выжить. — Хорошо, — наконец прошептала она. — Я согласна. Кас кивнул и достал свой планшет. Несколько касаний — и он заполнил стандартную форму «Партнёрского контракта». Он развернул планшет к Лине. — Подтверди через браслет. Она молча поднесла запястье к экрану. Браслет мягко пискнул. На дисплее планшета и её браслета загорелась зелёная надпись: «Контракт заключён». Воздух в комнате снова стал густым. Теперь всё было официально. Кас встал и подошёл к ней. Он видел, как её тело напряглось, но она не сопротивлялась, когда он взял её за подбородок, заставив посмотреть на себя. — Теперь ты моя, — произнёс он без эмоций, больше констатируя факт. Его руки потянулись к застёжкам её формы. Пальцы двигались медленно, методично, расстёгивая одну пуговицу за другой. Лина закрыла глаза, её дыхание участилось. Когда пиджак упал на пол, он провёл ладонью по её рубашке, ощущая под тканью тонкую дрожь. Он не торопился. Каждое его движение было обдуманным, как атака в подземелье. Он снял с неё рубашку, обнажив простой бюстгальтер. Его пальцы скользнули по её ключицам, затем вниз, к застёжке на спине. Металлическая застёжка расстегнулась с тихим щелчком. Лина стояла перед ним, стараясь дышать ровно, но её соски напряглись от холода и страха. Кас смотрел на неё изучающим взглядом, затем его руки обхватили её талию и уложили на кровать. Он раздевал её дальше, снимая юбку, колготки, последние лоскуты ткани, пока она не осталась лежать полностью обнажённой на его простынях. Её тело было хрупким, почти детским, с синяками от недавней схватки в подземелье. Кас сбросил с себя одежду. Его собственное тело было покрыто свежими шрамами и синяками, но теперь оно дышало новой, хищной силой. Он лег рядом, его голенькая кожа коснулась её кожи, и она снова вздрогнула. — Я сказал, я буду спрашивать, — его голос прозвучал прямо у её уха. — Ты хочешь этого? -Контракт... защита..." — в голове у Лины пронеслись слова с той самой лекции. "Ваша красота — ваш капитал". Кас был силён. Сильный партнёр — это выживание. А та самая "компенсация" в конце... её всё равно дадут, даже если она останется с ним. Это был холодный расчёт, единственно возможный в их мире. Её тело уже реагировало на его близость лёгкой дрожью — не страха, а предвкушения того самого "невероятного удовольствия", о котором предупреждали. Она ненавидела себя за эту реакцию. — Говори. — Да… — прошептала она, и её собственный голос показался ей чужим. Его прикосновения стали увереннее. Грубее. Он не ласкал её, а изучал, как изучал бы новое оружие. Его пальцы сжали её грудь, его губы прикоснулись к её шее не в поцелуе, а в укусе, оставляя красный след. Она ахнула, её руки инстинктивно упёрлись в его грудь, но не отталкивали, а лишь искали опору. Когда он вошёл в неё, её тело напряглось от боли, но на этот раз не было шока оцепенения. Было осознанное принятие. Её ноги обвились вокруг его бёдер, её пальцы впились в его плечи. Это не было страстью. Это была сделка. Скрепление контракта плотью и кровью. Он двигался в ней с той же безжалостной эффективностью, что и в бою. Каждый толчок был напоминанием — о его силе, о её зависимости, о цене безопасности в этом мире. Она отвечала ему не стонами удовольствия, а сдавленными рыками, её ногти оставляли на его спине новые царапины рядом со старыми. Они были двумя ранеными зверями, нашедшими временное убежище в теле друг друга. Когда он кончил, он не отстранился сразу, а ещё несколько мгновений лежал на ней, его тяжесть прижимала её к матрасу. Она чувствовала, как его сердце бьётся в унисон с её собственным, оба учащённо, от адреналина и напряжения. Наконец он поднялся. Лина лежала, глядя в потолок, её грудь вздымалась. Она чувствовала боль между ног, синяки на бёдрах, но также и странное ощущение… завершённости. Сделка была заключена. Цена уплачена. — Вставай, — сказал он мягче. — Провожу тебя. Лина молча поднялась и надела свою серую форму. Её движения были механическими, но в глазах появилась новая, холодная решимость. Они вышли из комнаты и направились к торговой площади. Шли молча. Кас чувствовал на себе взгляды других учеников. Некоторые смотрели с интересом, другие — с пониманием. Все видели браслет Лины, где теперь горел статус «В контракте». На площади Кас остановился. — Иди, — сказал он. Лина кивнула, всё так же не глядя на него. — Завтра увидимся, — добавил он. Она молча повернулась и пошла в сторону столовой. Её фигура медленно растворилась в толпе. Кас смотрел ей вслед, затем развернулся и пошёл обратно в общежитие. В его душе было странно пусто. Он заключил контракт, приобрёл защиту и союзника. Но цена этой сделки оказалась тяжелее, чем он предполагал. Возвращаясь в свою комнату, он думал о том, что игра только началась. И теперь у него на кону было не только его собственное выживание. Кас вернулся в комнату 307. Дверь была приоткрыта. Внутри, у окна, курил Соловей, глядя в ночную тьму Академгородка. — Ну и? — он не оборачиваясь, выпустил дым колечком. — Кого это ты, как принц на белом коне, провожал до площадки? Кас закрыл дверь. Подошёл к своей кровати. Сел, чувствуя внезапную усталость. — Одну девушку. Из подземелья. Пересеклись там. — Блядь, — Соловей резко потушил окурок. — Он уже девушек в подземелье себе находит. Рассказывай. Всё. С самого начала. Я ничего, слышишь, НИЧЕГО не помню после того, как мы вошли в портал. И Кас рассказал. Опустив Торговца, аванпост и «Ведать». Он рассказал, как они сражались в той роковой зале. Как Соловей, Генка, Витька и Артём бились до конца. Как Соловей, уже раненый, успел ещё двоих бесов, перед тем как рассыпаться. — Ты... ты видел, как я... — Соловей сглотнул, его кулаки непроизвольно сжались. — Видел. Вы все держались до последнего. — А ты? Как выжил? — Когда вас не стало, я отступил. Прятался. Выманивал их по одному в узкие коридоры. Бился, как мог. Просто повезло. Соловей слушал, и в его глазах кипела буря — ярость, горечь и странное облегчение от того, что кто-то видел их последний бой. Видел, что они не сбежали. — Генка, Витька, Артём... — прошептал он. — Они тоже ничего не помнят? — Да. Только я. Соловей резко встал, снова зашагал по комнате. — Значит, в следующий раз... мы можем снова собраться? — в его голосе зазвучала надежда. — Именно это я и предлагаю, — Кас посмотрел на него прямо. — Свяжись с ними. В следующий раз погружаемся вместе. Действуем как команда. Отрабатываем тактику. Выживаем ВСЕ. — А девушка та самая? Что за нами тогда... — он не договорил, его взгляд стал пристальным. — Ты с ней... контракт? Кас молча кивнул. Соловей несколько секунд смотрел на него пристальным взглядом. —Похрен! Действуем как команда, — Соловей повторил, как клятву. Он остановился, и его обычная нахальная ухмылка медленно вернулась на лицо. — Ладно. Договорились. Только... — он кивнул в сторону двери. — Смотри у меня. Если твой новый «контракт» нам мешать будет... — Не будет, — Кас встал. — Она теперь часть команды. Выживаем все. Соловей оценивающе посмотрел на него, затем хмыкнул. — Команда так команда. Завтра найду пацанов. А сейчас... — он потянулся к своей кровати. — Мне нужно переварить, что я героически погиб. Это вас, выживших, должно угнетать. Кас не ответил. Он смотрел в окно, на огни Городка. Теперь у него была не просто цель выжить. У него была команда. И первый, хрупкий, но важный союз. Игра усложнилась, но и шансов стало больше.