Глава 26: Мозговой штурм

Пятница в Лицее «Рассвет» была днём, когда учёба брала верх над хаосом Подземелья. После утренних пар по тактике и теории магии, Кас на перемене поймал Соловья и Аню у выхода из аудитории. — Нужно собраться, — коротко бросил он. — Столовая, угол. Обсудить навыки. По дороге они заглянули в другой корпус, забрали Лину, а у главного входа почти наткнулись на Люци, который, судя по всему, направлялся в ту же сторону. Его взгляд был слегка расфокусирован, будто он прислушивался к чему-то, что остальным было не слышно. — Идёшь с нами? — спросил Кас. Люци медленно кивнул, словно возвращаясь из далёкого путешествия. — Да… Мне нужна передышка от этого хора. В столовой «Былина» они набрали подносы с едой — Кас на этот раз платил за всех, чувствуя себя обязанным за инициативу — и устроились в самом дальнем углу, за большим деревянным столом, скрытым от большинства посетителей высокой спинкой дивана. — Итак, в чём проблема, о великий стратег? — с набитым ртом спросил Соловей, разламывая булку. Кас отодвинул тарелку. — Проблема в навыках. У меня в «Ведании» висит список под «стать сильнее», но как их изучать — загадка. На лекциях говорили про «слово-триггер», «представление действия» и «само действие». Но я не могу бегать и орать «УСКОРЕНИЕ!» или «НЕВИДИМОСТЬ!». Это идиотски и до «представления» просто не доходит, одна сплошная неловкость. Аня, сидевшая напротив, сочувственно вздохнула. — Понимаю. Но нам, магам, в этом плане проще. Все привыкли, что мы что-то выкрикиваем. Это воспринимается как норма. Хотя, — она нахмурилась, — с «представлением» тоже не всё просто. Огненный шар — легко. А вот представь молнию, которую нужно направить в трёх противников одновременно, или несколько шаров, летящих по разным траекториям. Это требует невероятной концентрации. — А я бы на твоём месте поменялась, — тихо, почти шёпотом, сказала Лина, глядя в свою тарелку. — У «Ведьмы» специализация — не на внешние эффекты, а на воздействие на саму структуру монстра. Нужно «представлять», как ты его разрываешь изнутри, ослабляешь, делаешь хрупким. И это легко, когда он слабее тебя. Но я даже представить не могу, как это будет работать с более сильным противником. И да, — она покраснела, — бегать и кричать «ПРОКЛИНАЮ!» меня смущает не меньше. Она помолчала, а затем добавила, переведя взгляд на Каса: — И с алхимией проблемы. Те ингредиенты, что продаются на площади, слабые. В теории можно сделать что угодно из чего угодно, даже лечебное зелье из куска беса. Но если свойства материала не соответствуют эффекту, придётся потратить уйму своей энергии и внешнего излучения, чтобы их изменить. А для добычи нормальных компонентов нужен кто-то с мирным классом, вроде «Охотника» или «Фуражира». Они умеют извлекать из умирающих монстров энергию и превращать её в чистые ингредиенты. Монстры иногда сами что-то оставляют, но такие специалисты могут переработать почти всё тело. — Кстати, о добыче, — оживилась Аня. — Я слышала, что у классов из ветки «Воров» есть навыки вроде «Кражи». Они могут вытягивать энергию из мёртвых, а иногда и из живых монстров, материализуя её в виде предметов — оружия, доспехов, безделушек. И тем самым ослаблять противника ещё в бою. Все взгляды автоматически устремились на Соловья. Тот, поймав их, флегматично доел свою котлету. — У «Главаря бандитов» такого навыка нет. Зато в Подземелье у меня появляется интерфейс с информацией об отряде. Вроде как, я даже могу распределять получаемый опыт. И, кажется, мои боевые крики теперь будут вас бустить. Но чтобы во всём этом разобраться, нужно опять вниз, а не в столовой сидеть. Наконец, все посмотрели на Люци. Тот сидел, отрешённо наблюдая, как капля конденсата стекает по его стакану. — Я ничем особым не могу помочь, — развёл он руками. — Мои способности… они как дыхание. Я постоянно слышу желания. Прямо сейчас для меня этот зал — это оглушительный хор из сотен тихих «хочу есть», «хочу спать», «хочу её» и «боюсь завтрашнего зачёта». Мне приходится прилагать усилия, чтобы это игнорировать. А «исполнение»… это как сходить в туалет. Вы же не задумываетесь, как это сделать? Просто делаете, когда надо. И развиваться, как вы, я не могу. У меня нет «класса». Я расту только с силой излучения вокруг или когда развиваю свою собственную сингулярность. Воцарилось короткое молчание. Каждый осознавал сложность своего пути. — Значит, проблема в триггере, — подвела итог Аня, её аналитический ум уже искал решение. — Слово вас обоих смущает. Почему бы не заменить его на действие? Не кричать «невидимость», а, например, сделать определённый жест рукой. Или сконцентрироваться на конкретном ощущении в теле. Найдите свой, уникальный ключ. Кас задумался, перебирая в уме список своих будущих навыков. Возможно, она права. Возможно, сила заключалась не в том, чтобы подражать другим, а в том, чтобы найти свой, уникальный способ взаимодействия с энергией, который не будет вызывать у него внутреннего протеста. — Ладно, теории достаточно, — Соловей отодвинул пустой поднос. — Завтра все на необязательное погружение. Будем срабатываться, качать наших отстающих и добывать, наконец, нормальные шмотки. — И не опаздывайте, — добавил Люци, и в его глазах мелькнуло что-то, кроме обычной отстранённости — предвкушение. — Я там представлю вам десятого. На площади, перед входом.