Глава 45: Крысиный Король.

Его звали не Боров. Его звали Сергей. Но это было давно, в той жизни, где были серые стены казённого детдома, общие макароны на ужин и вечный, гнетущий закон сильного. Там имя ничего не значило. Там значили только кулаки, хитрость и готовность ударить первым. Сергей усвоил это раньше, чем алфавит. Он не хотел семью, как какой-нибудь сопливый романтик. Он хотел, чтобы его боялись. Чтобы слушались. Чтобы он решал, кому сегодня достанется лишняя порция, а кому — синяк под глазом. Теперь он был Боров — главарь «Стальных Крыс». И сегодня был хороший день. Его бриг «Гроза» (захваченный у какого-то торговца-НПС неделю назад) плавно пришвартовался у очередного идиллического городка. Уже третья жертва за их короткий, но насыщенный грабежом рейд. Боров, стоя на шканцах, с наслаждением потягивал воздух, пахнущий страхом. Его пацаны уже прыгали на причал, сверкая в первых лучах солнца заточенными абордажными крюками и тупыми, тяжёлыми дубинами. Им не нужны были изящные клинки — только грубая сила, способная сломать кости и волю. — Ставка прежняя! — гаркнул Боров, и его хриплый голос прокатился по палубе. — Мужиков — к стенке! Баб — в амбар! Всё, что блестит и пахнет едой — на корабль! Быстро и грязно! Он не слезал на берег сразу. Он любил смотреть. Любил видеть, как его стая врывается в спящий городок, как дрожат ставни, как первые крики — не гневные, а испуганные, недоумевающие — нарушают утреннюю тишину. NPC здесь были смешными. Они почти не сопротивлялись. Мужики хватались за вилы и ножи, но дрались без огня, будто отбывали повинность. Его «Крысы» валили их дубинами по головам, по коленям, ломали рёбра. Без крови, просто с глухим стуком. А потом уже принимались за главное. Боров сошёл на берег, когда основная работа была сделана. Его провели в самый большой дом — что-то вроде ратуши или склада. В центре большого зала, на связанных в кучу тюках с шерстью, сидели женщины. NPC-девушки в простых платьях, их лица были пусты, глаза смотрели в никуда. И среди них — две живые. Ученицы. Одну они нашли, привязанной в сарае — видимо, спряталась от прошлой банды. Вторую взяли прямо в постели, где она спала с каким-то местным парнем-НПС, надеясь затеряться. — Живой товар, шеф, — ухмыльнулся Пит, его грязная рука сжала запястье одной из девушек. Та вздрогнула, но не закричала. Её глаза, полные немого ужаса, встретились с взглядом Борова. Боров медленно подошёл. Он был крупным, грузным, от него пахло потом, ромом и властью. Он взял девушку за подбородок, грубо повернул её лицо. — Красивая. И пахнет по-настоящему. — Его другой рука опустилась на её грудь, сжав через тонкую ткань ночнушки. Девушка ахнула, попыталась вырваться, но Пит держал её крепко. — Молодая… Нравится, когда за тебя дерутся? Он не стал ждать ответа. Рывком сорвал с неё тряпье. Девушка закричала, но Боров уже прижал её к тюкам, его толстые пальцы впились ей в бёдра. Ему не нужна была прелюдия. Ему нужна была демонстрация. Чтобы все видели: он здесь главный. И он берёт лучшее. Его движение было грубым и властным. Девушка скулила под ним, её тело извивалось от боли, но постепенно, под действием всё того же проклятого излучения, её сопротивление ослабевало, уступая место дрожащему, постыдному возбуждению. Боров знал это. Он видел, как меняется её дыхание, как влажнеет её тело. Это забавляло его. Он заставил её кончить, жестоко и быстро, а потом, не выходя из неё, обернулся к своей стае. — Берите остальных! Пацаны, кто вкалывал лучше всех — первыми! — крикнул он, и в зале поднялся рёв одобрения. Началась оргия. Но странная, безрадостная оргия. NPC-девушек использовали молча, как теплые куклы. Они стонали по скрипту, их тела отвечали автоматически, но в их глазах не было ни капли переживания. Живых учениц делили между самыми верными или самыми сильными. Одну из них, ту, что нашли в сарае, прижали к столу, и двое парней по очереди входили в неё с двух сторон, пока она не потеряла сознание от перегруза и боли. Вторую, «подругу» НПС, заставили на коленях обслуживать сразу троих, а потом отдали на потеху остальным. Боров, закончив со своей «избранницей», наблюдал за этим, потягивая из фляги. Он чувствовал себя королём. Настоящим королём. Не над жалкой пацанвой в детдоме, а над целым миром. У него была власть. Над вещами, над кораблём, над этими тупыми NPC, над этими якобы «равными» учениками, которые теперь ползали у его ног. Это было слаще любого сокровища. Власть была его наркотиком, его сокровищем и его единственной настоящей целью. Королём крыс в своём помойном королевстве. У него был корабль, верная (пока) стая, еда, выпивка и женщины. Какие женщины? Не важно. Главное — они его. Как и этот город. Как и всё в этой долбаной сингулярности. Через несколько часов, нагруженные добром и припасами, «Крысы» вернулись на «Грозу». В городе остались лежать «трупы» NPC и две сломленные, плачущие в пустых домах ученицы. Боров плевать хотел на их судьбу. Может, выживут. Может, нет. Не его проблема. — Следующий остров! — скомандовал он, глядя на горизонт. — Искать тех, у кого корабли получше нашего! И помните — мы «Стальные Крысы»! Мы берём то, что хотим! И нас никто не остановит! С его палубы раздался дикий, победный рёв. Они были на вершине мира. Их мира, состоящего из насилия, страха и грубой силы. Они не знали, что эта песочница уже выбрала для них роль — роль злобных, но глупых хищников, которых сама хозяйка игры вскоре направит на более интересные цели. Например, на другую, слишком сплочённую банду, которая осмелилась завести свой собственный корабль.