Глава 4

По привычке я проснулась в шесть, первым делом я принялась за душ, а после распределила вещи по полочкам, книги разложив на кровати а рядом сумку с пренадлежностями. Расписание заранее не давали, а нести на горбу все книги я не собиралась. Удовлетворенная я принялась за письмо родителям отдельные. В письме для Клариссы нахваливала её готовку, писала о поездке, о знакомых которых завела, Хогвартсе и на какой факультет поступила. Генри отчитывалась о поездке, магах и маленьких детях в поезде, про факультет в котором учатся чистокровные дети. Мужчине очевидно был интересен мир магов, а также потенциальные союзники в этом мире, судя по разговору который он провел со мной. С чистой душой, запечатала письма и засунула в сумку. Как и обещала, Фарли пришла ко мне в семь сорок пять. Увидев меня одетую с иголочки и готовую к занятиям, она одобрительно кивнула. Дальше она пошла будить девочек, а я спустилась в гостиную, плотно заперев за собой дверь. Стоит поскорее разучить побольше чар для защиты, мало ли какие психи бывают. С этими мыслями я уселась в кресло, дожидаясь старост. Благо старшекурсники игнорировали меня, на лицах ни положительных, ни отрицательных чувств, не промелькнуло. Вскоре старосты привели нещадно зевавших детей, построили в колонну и направились в Большой Зал. Пришли мы одни из первых, за когтевранским столом сидели старшекурсники, которые скорее читали чем завтракали, пара пуффендуйцев и ни одного гриффиндорца. Но не надолго, вскоре нахлынула толпа учеников, и зал наполнил шум и смех. Среди учеников ало-золотого факультета я заметила знакомую четвёрку, стоило нашим глазам встретиться, Грейнджер скромно помахала мне, тут же густо залившись краской, я тоже помахала. Девочке видно не разъяснили правила партии гриффандорцев, а точнее Гриффиндор — хорошо, Слизерин — зло. Я покачав головой хотела было сесть к девочкам первогодкам, но столкнулась с холодными взглядами и тем что «неожиданно» все места заняты, стоило мне подойти. Тут меня дернули за шиворот и усадили рядом со старшими, рядом со мной сидели староста Роули по правую руку, а по левую видимо его приятель с красивыми чертами лица и светло-зелеными глазами цвета эвкалипта. — Прошу прощения за бестактность, но что я делаю среди старших и парней тем более. — посмотрев на парня напротив, тут же исправилась. — И тролля в единственном комплекте, судя по цвету лица. Старшаки на это захохотали и силой похлопали мучающего похмельем парнишку. Закатив глаза на это, спокойно принялась за завтрак, в конце стола старосты, — которые по зову декана подошли к нему — раздавали всем расписание, начиная с первоклашек, которые сидели ближе к учительскому столу, заканчивая выпускниками которые стонали от одного взгляда на листок. Страдающие от похмелья и от расписания, видимо и детки аристократов ничем не отличаются от большинства, просто больше скрывают это. Пробежавшись глазами по листку отметила что сегодня будет три пары. — Чары и сдвоенная Трансфигурация, неплохо. Сдержанно заметил мальчишка по левую сторону от меня. — А у нас Древние Руны. — более недовольно проинформировал своих сокурсников. — У вас Руны Троил, не у меня. — мстительно усмехнулся парень напротив. — Марк, заткнись. — Джемма с силой хлопнула парня по плечу. — Вы не даёте девочке поесть, давай не разевай рот, через десять минут я проведу вас на первый урок. — Хорошенько запоминайте путь, первую неделю вас будут водить старшие, которым ближе всего, — наставляла Фарли, ведя нас в кабинет чар. — После Чар, вас заберет Эстер Солан, шестикурсница, блондинка с кудрями и карьими глазами. Подойдёт кто-то другой, или вообще не из нашего факультета, не обращайте внимания. Особенно остерегайтесь рыжих близнецов, всё поняли? Дождавшись нестройных кивков, староста открыла дверь перед которой остановилась. Мы все вошли в кабинет, где за профессорским столом стоял низкий волшебник. — Здравствуйте класс! — звонко поприветсвовал нас полугоблин. — Пожалуй начнём с представления с классом, прошу встать и когда я назову вас, итак мисс… В целом урок прошёл мирно и интересно, Флитвик знал своё дело и мог подобрать подход к любому ученику. Первый урок был скорее вводным, объяснили про чары, взмахи палочек и о том что нужно иметь чёткую дикцию. Мастер Чар также не чурался вставлять шутки, которые действительно были забавными. Можно сделать из этого логичный вывод, слизеринцам, да и мне в целом понравился урок и профессор. Хотя находились особо одарённые, что сидели за партами излучая превосходство, кидая на жалкую магглокровку (то бишь меня) насмешливые взгляды. Оно и понятно, детки чистокровки наверное такое знали и раньше, в виду форы рождения в магических семьях. На падобное ребячество я лишь мысленно закатывала глаза так, что небезызвестный бог позавидовал бы, обращать внимание на детей и реагировать как-либо, в силу своего возраста было достаточно глупо, так что лишь ограничилась приподнятой бровью на будущую элиту магического света. Вводный урок закончился непозволительно быстро, даже грустно немного. За дверью нас поджидала миниатюрная слизеринка, с задорными кудряшками как у барашка. Она то и повела нас в кабинет Трансфигурации. На самом деле я ожидала уроки вместе с другим факультетом, но кажется в большинстве случаев только одним факультетом сидеть на уроках. Оставив нас у дверей, Солан кивнув удалилась дальше по коридору. Что удивительно, но ни львят ни барсучков не было видно. Да и в расписаниях парных уроков с другим факультетом не то чтобы много, странно, а казалось что гриффиндорцы чуть ли не на каждый урок, со слизеринцами идут. Минерва МакГонагалл прекрасно соответствовала своему книжному пратотипу. Умная, но строгая, она произнесла очень суровую речь, как только пришли на её урок и расселись по местам. — Трансфигурация — один из самых сложных и опасных разделов магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе, — начала она. — Любое нарушение дисциплины на моих уроках — и нарушитель выйдет из класса и больше сюда не вернётся. Я вас предупредила. После такой речи всем стало немного не по себе. Затем профессор МакГонагалл перешла к практике и превратила свой стол в свинью, а потом обратно в стол. Мне действительно было интересно, как это не живое превратилось в условно живое. Как так получилось, что свойства стола поменялись на свинью. А если свинью зарезать, что выйдет опилки дерева или кровь, а если её съесть, в желудке через время будут куски дерева и прочие вопросы роились в голове. За погоней социальной жизнью магов, упустила из виду академическую часть мира, стоит на это налечь с двойным усердием. Потом профессор МакГонагалл продиктовала нам базовое заклинании трансфигурации. Затем она дала каждому по спичке и сказала, что мы должны превратить эти спички в иголки. Как будто это «подвиньте стул» или «откройте тетрадь». Вот где причинно-следственная связь между произнесенным заклинанием, взмахом палочки и превращением спички в иголку? Вот я не вижу. А она ведь есть. Такой маггле как я, было странно превращать деревянное во что-то металлическое. Я долго сидела, буравя спичку глазами, как будто она могла первой заговорить и объяснить, как именно мне нужно сделать её в металл. Взяв спичку в руку, представила как она становиться иголкой, для пущего даже зажмурилась. Взмахнула и произнесла заклинание, ничего. Абсолютно. Я уставилась на учебник, вчитываясь текст … Превращение спички в иглу представляет собой базовый пример полного преобразования материи, включающего: изменение формы уплотнение структуры изменение физических свойств Преобразование материи Вот оно что спичка состоит из волокон древесины, плюс еще серная головка. Значит, когда я произношу заклинание, молекулярные связи рвутся, и органика каким-то образом превращается в неорганику. А в природе все состоит из атомов. А атомы — это мельчайшие, неделимые строительные блоки материи. Всё, что нас окружает, от воздуха до нашего тела, состоит из атомов. Они являются носителями химических свойств определенного элемента (например, золота или кислорода). Трансфигурация потому и возможна, что вещи состоят из одних элементов, элементарная физика! Магия проводник в разрывании связи между этими самыми элементами, заключенное в заклинание. И небольшое усилие, желание, концентрация, воображение или другая дребедень. Итак, взмах палочкой, точные слова и капелька фантазии. Атомы перестраиваются, образуя металлические частички… И вуаля! Идеальная иголка у меня в руках. — Отличный результат, мисс Эвретт! — с удивленной улыбкой похвалила подошедшая МакГонагалл, которой я предъявила свои достижения. Она взяла иголку и продемонстрировала всему классу. — У немногих учеников получается выполнить это задание на первом же занятии. Десять баллов Слизерину! До конца урока я сидела как кот объевшийся сметаны. Как только прозвенел звонок, предзноменовавший окончание урока, как студенты зашуршали стараясь успеть все собрать и успеть сначало в подземелья, а после на обед. Снаружи нас ждал староста Роули, пересчитав нас по головам направился в подземелья. Быстро оставив сумку на кровать схватила письма, с целью найти совятню и отправить письма родителям. Совятня быстро нашлась, а точнее с помощью одного из старшекурсников — Ксавьера Блишвика — которому тоже надо было отправить письмо брату, который был главой рода как признался сам Блишвик. Честно меня удивило его отношение ко мне, слизеринец, а обращаеться с "грязнокровкой". В лучшем случае они игнорируют подобных мне. Похоже мое удивление не было столь незаметным, как я представляла, стоит все-таки поработать над мимикой. — Если ты думаешь, что все слизеринцы будут измываться над табой. — начал пояснять Ксавьер, — То забудь об этом, подобное отношение на Слизерине давно не приветствуется, слизеринцы как бы не относились к друг к другу, во время учебы прикрывают спины друг друга. Я скептично посмотрела на него. — Конечно не за просто так, мы не действуем во вред себе, запомни это. — хмыкнул парень прищелкнув у меня под носом. — Первый раз бесплатный лишь по причине не знания, малышка, другие не будут столь великодушны. — Уж это я заметила, — буркнула потирая нос. — Некоторые вообще пытаются выжечь меня взглядом. Парень поморщился. — Тут уже ничего не поделать, те кто веками придерживался чистокровности, для них одна мысль что магглокровная будет в их рядах, смерти подобна. — Не может же быть, что никогда магглорожденный не попадал на Слизерин. — честно поразилась я. — Ни один. — кивнул Блишвик. — Якобы те магглокровки, на самом деле оказывались бастардами, не сильно лучше, но хотя бы не прилюдно кости перемывают, бояться оскорбит род. — Не думаю что за бастардов так вступаются. — Не так, действительно, но бывают случаи когда роду доносят о каких гадостях шепчутся, тогда — дуэль не на жизнь, а на смерть. Так обмениваясь взглядами на устои чистокровных, достигли совятни. Сделав дело, направились к себе в подземелье, у меня вечер свободен, у Ксавьера же факультатив. — Кстати, насчет становления магглокровки в бастарда. — неожиданно вспомнил прошлую тему Блишвик. — Многие старшекурсники ставят, когда же вскроется то, что ты бастард и какого именно рода. Многие ставят на Блэков. Взгляд он имел при этом задумчивый. — Понятия не имею. — пожала плечами я. — Родители мои, по последним данным мне родные. Фиг я им раскрою карты. Парень на мою скрытность лишь хмыкнул, но допытывать не стал. Оказавшись в гостинной Слизерина, сразу направилась к себе. Замечание Блишвика насчет Блэков был интересным, Летиция действительно имела типично Блэковскую внешность — черные кудри, серые глаза. Возможно так и есть. Наверное потому, Снейп и Дамблдор, так косились на меня во время приветственного пира. Как бы декан Слизерина не начал гнобить меня, да своих змеек настраивать на подобное отношение. Правда я не представляла, где же, ветренный Сириус и пай мальчик Регулус, могли нагулять дочь, да еще и умудрились подкинуть магглам. Ладно Сириус, он к семье под дулом пистолета, не пойдет, но Регулус чем думал, мог ведь оставить дочь Вальбурге. Или есть неучтённые Блэки, и живы ли другие представители этого семейства? Последующие дни ничем примечательным не выделялись. В полночь четверга проходил урок Астрономии. Трижды в неделю нас водили в расположенные за замком оранжереи, где профессор Стебль преподавала травологию, науку о растениях, и рассказывала, как надо ухаживать за всеми этими странными растениями и грибами и для чего они используются. Урок истории действительно оказался утомительным, бубнеж о восстаниях гоблинов был ужасающе скучным. Вот как можно столь интересную тему, так нудно расказывать. Талант, определенно талант, непостижимый моему разуму. Если все остальные с особым нетерпением все ждали урока профессора Квиррелла по защите от Тёмных искусств, то я уже преставляла какое разочарование всех ждет. За первые несколько дней учёбы я с облегчением убедилась в том, что никто такого пристального внимания на меня не обращает. А ведь собиралась, я в Хогвартс как на войну, но помимо того случая на приветственном пиру, ни один взрослый не следил за мной. Особое внимание уделяли старшаки, но их я просто игнорировала, как и всех своих сокурсников. С золотой троицей мне не удавалось встретиться кроме как в каридоре и Большом зале. Так что поговорить, и что они думают о моем распределении даже не могла. Одно радует, Гермиона все также утром приветствует меня. Пятница стала великим днём, во всех смыслах этого слова. Сдвоенный урок зельеварения с гриффиндорцами, это обещало быть знаминательным днем, во всяком случае для Малфоя, что никак не успокоится со своей обидой на Гарри, за отказ в дружбе. Дойдя до кабинета Снейпа, мы принялись ждать звонка. Через несколько минут с шумом и гамом присоединились гриффиндорцы. Увидев меня Гермиона — несмотря на недружелюбные взгляды с обеих сторон — подошла ко мне поздароваться. — Привет, Лита. — смущенно заговорила Грейнджер. — Как ты, привыкла к своему факультету и учебе? — Более или менее, — хмыкнула я и поинтересовалась в ответ её приспособленностью в Хогвартсе, насколько я знала гриффиндорцы не особо любили зазнайку Грейнджер. Как бы бедняжку не затравили за общение с змеей подколодной. — Готова к зельеварению? — О да, — глаза девочки буквально загорелись от любимой темы. Прервать её сумел лишь звонок, с которым появился Снейп. Войдя в кабинет, попросилась к Гермионе, все равно всю эту неделю я просидела отдельно от слизеринцев, что не желали подпускать к себе жалкую магглокровку. Снейп, как и Флитвик, начал занятия с того, что открыл журнал и стал знакомиться с учениками. Он остановился, дойдя до фамилии Поттер. — О, да, — негромко произнёс он. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость. Драко Малфой и его друзья Крэбб и Гойл издевательски захихикали, прикрыв лица ладонями. Закончив знакомство с классом, Снейп обвёл аудиторию внимательным взглядом. — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он, и как говориться и тут Остапа понесло. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки. После этой короткой речи царившая в курсе тишина стала абсолютной. Я едва удержалась от того, чтобы скептично выгнуть бровь, в лучших традициях главных героинь. Гермиона Грейнджер нетерпеливо заёрзала на стуле, ей явно не терпелось доказать, что уж её никак нельзя отнести к стаду болванов. Я схватила её и с силой заставила опустить руку, на возмущенный взгляд зашептала: — Снейп ненавидит тех, кто пытается отвечать, когда их заведомо не спрашивали. И украдкой взглянула на Снейпа, ему наверное было плевать на наше перешептывание, так что я выдохнула, а Гермиона уже без сопротивления позволила опустить её руку. — Поттер! — неожиданно произнёс Снейп. — Что получится, если я смешаю измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни? — Я не знаю, сэр, — ответил Гарри. На лице Снейпа появилось презрительное выражение. — Так, так… Очевидно, известность — это далеко не всё. Но давайте попробуем ещё раз, Поттер. Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — Я не знаю, сэр, — признался он. — Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так, Поттер?! Снейп продолжал допытывать Гарри. — Хорошо, Поттер, а в чём разница между волчьей отравой и клобуком монаха?Гермиона, не в силах больше сидеть спокойно, встала, вытягивая руку к потолку. — Я не знаю, — тихо произнёс Гарри.  — Поттер, запомните: из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов. А волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, также известное как аконит. Поняли? Так, все записывайте то, что я сказал! Все поспешно схватились за перья и зашуршали пергаментом. Но тихий голос Снейпа перекрыл поднявшийся шум. — А за ваше незнание, Поттер, я записываю штрафное очко на счёт Гриффиндора. Снейп разбил учеников на пары и дал задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов. Он кружил по классу, шурша своей длинной чёрной мантией, и следил, как студенты взвешивают высушенные листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. Снейп раскритиковал всех, кроме Малфоя, которому, очевидно, симпатизировал. Я тихонько фыркнула, наше с Гермионой зелье полностью соответствовало описанию из доски Снейпа. В чем сложность просто пройти мимо, я не понимала, или нужно принципиально всех валить кроме Дракусика. А иначе он разреветься и пожалуется папочке и будет долго-долго обниматься с мамочкой? В тот момент, когда Снейп призвал всех полюбоваться, как Малфой варит рогатых слизняков, темница вдруг наполнилась ядовито-зелёным дымом и громким шипением. Невилл каким-то образом умудрился растопить котёл Симуса, и тот превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое они готовили в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников. Через мгновение все с ногами забрались на стулья, а Невилл, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли, так как на его руках и ногах появились красные волдыри. — Идиот! — прорычал Снейп, одним движением ладони сметая в угол пролившееся зелье. — Как я понимаю, прежде чем снять котёл с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза? Невилл вместо ответа сморщился и заплакал — теперь и нос его был усыпан красными волдырями. — Отведите его в больничное крыло, — скривившись, произнёс Снегг, обращаясь к Симусу. А потом повернулся к Гарри и Рону, работавшими за соседним столом. — Вы, Поттер, почему вы не сказали ему, что нельзя добавлять в зелье иглы дикобраза? Или вы подумали, что если он ошибётся, то вы будете выглядеть лучше его? Из-за вас я записываю ещё одно штрафное очко на счёт Гриффиндора. Час спустя, когда урок закончился, я направилась в библиотеку по совету Блишвика поизучать генеалогическое древо чистокровных. Почему оно в свободном доступе и находиться в школьной библиотеке я не понимала. Разве чистокровные не должны их как зеницу ока хранить, да никому не показывать? Маги действительно редкостные психи. Но ничего такого я не нашла, те чистокровные что не вошли в священные 28, были теми кто стал чистокровным от магглорожденных, некоторые чистокровные из священных двадцати восьми либо остались без наследников в Британской ветви, либо с какими-то совсем дальними родственниками, да бастардами. Ничего нового я не узнала, да и как прочтение генеалогии поможет мне найти родственников я не понимала. На этом и закончился мой поход в библиотеку.