Глава 3

Весь следующий месяц прошёл за изучением книг про магический мир, его традиции и законы, а также за чтением учебников и практикованием некоторых заклинаний. Надзор же вообще непонятная часть книг Роулинг, накладываются чары на дом магглов и на ближайщее место проживание, так даже в книгах для магглорожденных черным по белому написано, дома колдовать нельзя, хотя я приспокойненько колдунствовала и никаких писем, даже в первой книги Гермиона спокойно колдовала, и ничего. Непродуманность Роулинг сильно отразилось на самом мире, раз в ней такие странности, интересно даже в других странах как, если в книгах углубленно это не затрагивалось, то в фанфиках любили ну уж очень поносить маг.Британию. Такие мысли отложила до лучших времен, возможно удастся уговорить на летний отпуск куда-то заграницу, и встретить что-то что дасть мне пищи для размышлений С меньшим энтузиазмом также приступила к урокам самообороны, если с пробежкой я кое-как смирилась, но вот остальное мне надоело с первых секунд. Ну, делать нечего, придётся учить, и в Хогвартсе не заржаветь. Особенно учитывая, какие проблемы могут меня ждать в будущем, подготовиться нужно основательно, как говорил отставной аврор, Постоянная Бдительность! Правда просьба Генри показать ему Диагон аллею, была странной, но я не собиралась отказываться. Это было выгодно и мне самой, в прошлый раз я не докупила книг, а если встречу МакГонагалл, могу сказать что отец захотел посмотреть на магический мир. А в Лондоне я уже закупилась художественной литературой, канцтоварами — писать этими перьями, нет уж увольте, может для красивого почерка и для экзаменов буду использовать, но ручки и карандаши удобнее, — и учебниками для поддержания себя в тонусе.

────────────────────────

В ночь на первое сентября я была вся в предвкушении. Ведь совсем скоро я встречусь с любимыми героями. Я была взволнована поездкой в Хогвартс, давняя детская мечта сбылась, правда, в слегка искаженном виде. Рано встав утром, я принялась за свои кудри, провести по удивительно послушным волосам и заплести длинную косу уже стало рутиной. Переодевшись в футболку и джинсы, я села перепроверять, все ли вещи в чемодане. Отвозил меня на Кингс-Кросс Генри, положив в багажник мои пожитки, мне в руки был всучен рюкзак, верхом набитый контейнерами с едой и сладостями. На прощание я клюнула Клариссу в щеку, и мы отправились на вокзал. Уже на перроне я обняла на прощание Генри и ушла к стене между девятой и десятой. На последок я оглянулась, мужчина был всё там же, весь напряжённый, словно не хотел меня отпускать куда-то, где у него нет даже минимального влияния. Помахав ему, я разогналась и почувствовала, как меня окутывает тепло, открыв глаза, которые я незаметно для себя закрыла, увидела красного змея, выпускавшего огромные клубы дыма. На перроне стоял шум и гам, ухали совы, мяукали кошки, дети пищали что-то, родители прощались, старшекурсники между собой шутили и наверстали за прошедшее лето многое. Здесь пахло той самой жизнью, о которой мечтала всю свою юность, я глубоко вздохнула. Через мгновение я стряхнула с себя всё это благоговение и пошла искать себе купе. Найдя оное, я взмахом палочки подняла свой багаж на верхнюю полку. Раз уж заучила чары, почему бы не применять их в жизни, да и не думаю, что в поезде запрещено колдовать. Дабы не скучать весь день, я открыла одну из книг, наверное их хватит на полгода. В прошлой жизни меня подобное не интересовало, но раз уж у меня под рукой нет ни фанфиков, ни веб-романов, придётся довольствоваться этим добром. Неожиданно ко мне постучались, оторвав глаза из книги, я посмотрела на дверь, в котором стоял маленький мальчик в чистой, но явно не по размеру одежде. — Извини, могу я сесть к тебе, все остальные купе заняты. — было видно, с каким трудом он просился, явно не желая этого. — Хорошо, мест много. — кивнув, я снова уткнулась в книгу, забыв про весь остальной мир, хотя некоторое жужжание голосов доносилось до меня. Во время обеда к нам постучалась продавщица сладостей. Я решив оторваться от книги, достала из сумки заботливо упакованный обед. По голодным взглядом мальчишек, которые украдкой смотрели на меня, поняла что они были голодны. Ну я не жадная, этот обед мне не осилить. Я предложила детям свою еду. По началу они отнекивались, но под моим напором сдались. Так за едой, мы и разговорились. — Я Рон Уизли, — прожевав булочку представился рыжий. — Я Гарри Поттер, — скромно повторил за другом брюнет. — Я Летиция Эвретт, для друзей можно просто Лита. После обеда и разговоров ни о чём, я снова принялась за книгу. В n-раз от чтения меня отвлек звонкий девичий голос, настолько командный, что я, опешив, чуть не уронила книгу. Оглянувшись, заметила, как в купе Рон почему-то держащий в руках палочку, направив на крысу, а в дверном проёме стояла девочка с лохматой головой и круглолицый мальчик. — О, ты показываешь чудеса? Давай, мы тоже посмотрим. Она опустилась на свободное сиденье, и Рон занервничал. — Э-э-э… — нерешительно протянул он. — Ну ладно. Он прокашлялся и снова поднял палочку: — Жирная глупая крыса, перекрасься ты в жёлтый цвет и стань такой же, как масло, как яркий солнечный свет. Естественно, ничего не получилось, крыса даже не дёрнулась. Я с трудом сдержала смешок, прикрывшись книгой, я наблюдала за этими тремя, разрываясь от смеха. — Ты уверен, что это правильное заклинание? — поинтересовалась девочка. — Что-то оно не действует, ты не заметил? А я тут взяла из книг несколько простых заклинаний, чтобы немного попрактиковаться, — и всё получилось. В моей семье нет волшебников, я была так ужасно удивлена, когда получила письмо из Хогвартса, — я имею в виду, приятно удивлена, ведь это лучшая школа волшебства в мире. И конечно, я уже выучила наизусть все наши учебники — надеюсь, что этого будет достаточно для того, чтобы учиться лучше всех. Да, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер, а вас? Не став изображать ледышку, первая представилась, протягивая ей руку, благо она сидела на соседнем сидении. — Летиция Эвретт, для друзей можно просто Лита, тоже из семьи не-волшебников. — Я — Рон Уизли, — пробормотал Рон. — Гарри Поттер, — представился Гарри. — Ты действительно Гарри Поттер? — взгляд девочки стал очень внимательным. — Можешь не сомневаться, я всё о тебе знаю. Я купила несколько книг, которых не было в списке, просто для дополнительного чтения, и твоё имя упоминается в «Современной истории магии», и в «Развитии и упадке Тёмных искусств», и в «Величайших событиях волшебного мира в двадцатом веке». — Да? — только и вымолвил Гарри. Он был слишком ошеломлён, чтобы сказать что-то более значительное. — Господи, неужели ты не знал? — удивилась девочка. — Если бы я была на твоём месте, я бы прочитала о себе всё, что можно найти в книгах. Да, вы не знаете, на какой факультет попадёте? Я уже кое-что разузнала, и хочется верить, что я буду в Гриффиндоре. Похоже, это лучший вариант. Я слышала, что сам Дамблдор когда-то учился на этом факультете. Кстати, думаю, что попасть в Когтевран тоже было бы неплохо… Ладно, мы пойдём искать жабу Невилла. А вы лучше переоденьтесь, я думаю, мы уже скоро приедем. — Поищите в туалетах или попросите старост о помощи. И она, кивнув, ушла, забрав с собой круглолицего. Мальчики заговорили о факультетах, и я снова потеряла интерес к окружающему миру. Даже не оглянулась на мальчишечьи визги. Вышла, уткнувшись в текст, я лишь для того, чтобы мальчики переоделись, а после, зайдя в купе и выгоняя детей, положила книгу в чемодан, сама переоделась в школьную форму. «Мы подъезжаем к Хогвартсу через пять минут, — разнёсся по вагонам громкий голос машиниста. — Пожалуйста, оставьте ваш багаж в поезде, его доставят в школу отдельно». Поезд всё сбавлял и сбавлял скорость и, наконец, остановился. В коридоре возникла жуткая толчея, но через несколько минут мы всё-таки оказались на неосвещённой маленькой платформе. На улице было холодно. Затем над головами стоявших на платформе ребят закачалась большая лампа, и я услышала голос: — Первокурсники! Первокурсники, все сюда! Эй, Гарри, у тебя всё в порядке? — Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной! Поскальзываясь и спотыкаясь, шли вслед за Хагридом по узкой дорожке, резко уходящей вниз. Их окружала такая плотная темнота, что мне показалось, будто мы пробираемся сквозь лесную чащу. Все разговоры стихли, и они шли почти в полной тишине, только тот мальчик, который всё время терял свою жабу, пару раз чихнул. Конечно можно было наколдовать люмос, но в Истории Хогвартса написано что это традиция, передающая в семьях волшебников, типа вот вы ничего не знаете, а сверкающий Хогвартс вас всему научит, иначе чистокровки давно использовали бы люмос, ну или они такие же неумехи как и магглорожденные. — Ещё несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — крикнул Хагрид, не оборачиваясь. — Так, осторожно! Все сюда! — О-о-о! — вырвался дружный, восхищённый возглас. Они стояли на берегу большого чёрного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звёзд. Я неосознанно открыла рот от данной картины. — По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега. Я оказалась в лодке с девочкой из лавки Малкин и двумя мальчиками, один из них был с шоколадными прилизанными кудрями, пока второй мальчик был мулатом. Сначала в лодку сели мальчишки, а после протянули нам руки, чтобы мы аккуратно сели в качающую лодку и не попортили одежду. — Я Дафна Гринграсс, — первой представилась светловолосая девочка. — Теодор Нотт, — слегка поклонился мальчик с каштановыми волосами. — Блейз Забини, — повторил приветствие мальчик-мулат. Я лишь мысленно похмыкала, собрала вокруг чистокровных. — Летиция Эвретт. На это детки лишь переглянулись, но ничего особенного или оскорбительного не сказали, лишь покивали, обмениваясь многозначительными взглядами. Я притворилась, что не поняла их и вообще глупенькая одиннадцатилетняя девочка. — Расселись? — прокричал Хагрид, у которого была личная лодка. — Тогда вперёд! Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому как стекло озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе подплывали к утёсу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над нами. — Пригнитесь! — зычно крикнул Хагрид, когда подплыли к утёсу. Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, попали в тёмный тоннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни. Первыми снова вышли мальчики и галантно протянули руки, причём и мне. Я в приятном удивлении схватила за руку Забини и осторожно спрыгнула на причал. А как ловко они провернули это, сначала Забини предложил Гринграсс руку, а после мне, и наоборот с Ноттом. Похоже, они не один год знакомы, раз уж без слов такие трюки исполняют. Хагрид повёл нас наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка. Ещё один лестничный пролёт — и теперь мы стояли перед огромной дубовой дверью. — Все здесь? — поинтересовался Хагрид. — Эй, ты не потерял ещё жабу? Убедившись, что всё в порядке, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка. Дверь распахнулась. За ней стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зелёных одеждах. — Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид. — Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю. Они шли вслед за профессором МакГонагалл по вымощенному булыжником полу. Проходя мимо закрытой двери справа, я услышала шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Но профессор МакГонагалл вела нас совсем не туда, а в маленький пустой зальчик. Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь. — Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнётся банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты.       Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьёй. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведённой для вашего факультета.       Факультетов в школе четыре: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи.       Церемония отбора начнётся через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями. Её глаза задержались на мантии Невилла, которая сбилась так, что застёжка оказалась под левым ухом, а потом на грязном носу Рона. — Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами, — сообщила профессор МакГонагалл и пошла к двери. Перед тем как выйти, она обернулась. — Пожалуйста, ведите себя тихо. Пока Уизли пугал Поттера и детишек из маггловских семей, чистокровные лишь усмехнулись. Я тоже не сдержала смешка. — Ты не волнуешься? — с интересом посмотрела Гринграсс. — Нет, в учебнике «История Хогвартса» ведь сказано, что распределение проходит с помощью шляпы. — легко ответила, попеременно думая, на какой факультет меня распределять, желательно в Когтевран, но попасть в Пуффендуй или Гриффиндор тоже неплохо. Внезапно воздух прорезали истошные крики. Через противоположную от двери стену в комнату просачивались призраки — их было, наверное, около двадцати. Жемчужно-белые, полупрозрачные, они скользили по комнате, переговариваясь между собой и, кажется, вовсе не замечая первокурсников или делая вид, что не замечают. Судя по всему, они спорили. — А я вам говорю, что надо забыть о его прегрешениях и простить его, — произнёс один из них, похожий на маленького толстого монаха. — Я считаю, что мы просто обязаны дать ему ещё один шанс… — Мой дорогой Проповедник, разве мы не предоставили Пивзу больше шансов, чем он того заслужил? Он позорит и оскорбляет нас, и, на мой взгляд, он, по сути, никогда и не был призраком… Призрак в трико и круглом пышном воротнике замолчал и уставился на первокурсников, словно только что их заметил. — Эй, а вы что здесь делаете? Я на это усмехнулась, похоже, ещё одно представление для сопляков. Никто не ответил. — Да это же новые ученики! — воскликнул Толстый Проповедник, улыбаясь собравшимся. — Ждёте отбора, я полагаю? Несколько человек неуверенно кивнули. — Надеюсь, вы попадёте в Пуффендуй! — продолжал улыбаться Проповедник. — Мой любимый факультет, знаете ли, я сам там когда-то учился. — Идите отсюда, — произнёс строгий голос. — Церемония отбора сейчас начнётся. Это вернулась профессор МакГонагалл. Она строго посмотрела на привидения, и те поспешно начали просачиваться сквозь стену и исчезать одно за другим. — Выстройтесь в шеренгу, — скомандовала профессор, обращаясь к первокурсникам, — и идите за мной! Я встала за Забини и Ноттом, рядом встала Гринграсс, и они вышли из маленького зала, пересекли зал, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале. Я ахнула от красоты, всё же в фильмах не передать реальные ощущения. На свете существует такое красивое и такое странное место. Зал был освещён тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам. Передо мной были сотни лиц, бледневших в полутьме, словно неяркие лампы. Среди старшекурсников то здесь, то там мелькали отливающие серебром расплывчатые силуэты привидений. Я посмотрела вверх и увидела над собой бархатный чёрный потолок, усыпанный звёздами. — Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала опять оказавшаяся рядом Гермиона. — Я вычитала это в «Истории Хогвартса». Я заметила, что профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потёртая и ужасно грязная. Почему же она такая, никто не чистит, чтоли? Или из-за каких-то чар невозможно почистить? На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. А затем Шляпа шевельнулась. В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела: Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите. Шапки, цилиндры и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы съела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня, и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждёт Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Пуффендуй ваша судьба, Там, где никто не боится труда, Где преданны все, и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш — за стол Когтевран. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей, И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надёжные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой. Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырём столам. Рот её исчез, она замолчала и замерла. Профессор МакГонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента. — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнём. Аббот, Ханна! Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже её глаза. А через мгновение… — ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула Шляпа. Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место. — Боунс, Сьюзен! — ПУФФЕНДУЙ! — снова закричала Шляпа, и Сьюзен поспешно засеменила к своему столу, сев рядом с Ханной. — Бут, Терри! — КОГТЕВРАН! Теперь зааплодировали за вторым столом слева, несколько старшекурсников встали со своих мест, чтобы пожать руку присоединившемуся к ним Терри. Так прошло несколько детишек, пока не пришла моя очередь. — Эвретт, Летиция! Я, медленно выйдя из шеренги, подошла к табурету, присев на него, я увидела маленькую улыбку Гринграсс. — Гм-м-м, — задумчиво произнёс прямо ему в ухо тихий голос. — Непростой вопрос. Очень непростой. Умом весьма неплоха. Но и желания проявить себя немерено, хитрости и коварства тебе не занимать. Так куда же мне тебя отправить. — Где мне место, и будут нормально относиться. — тщательно сформулировала эту мысль, надеясь, что шляпа поймёт. — Гм-м-м, вижу, в Когтевран хочешь, но разумом-то ты понимаешь. — я напряглась от этих слов, точно напакостить. — Не будет тебе там хорошо, и не в одном факультете не найдёшь ты места. — СЛИЗЕРИН! — Тварь, я тебя в спирте вперемешку с кислотой утоплю. — с тихой злостью подумала. Шляпу сорвали с моего лица, МакГонагалл удивлённо смотрела на меня, но всё же подтолкнула в сторону Салазарова детища. Там меня встретили с лёгкими хлопками, с интересом и настороженностью смотря, некоторые же, особые уникумы, следили за мной злыми глазами. Я на это тихонько фыркнула и с независимым видом села на край стола, не обращая внимания на то, что девочка, до меня распределившая, смотрела на меня с неприязнью и отодвинулась. Дальше всё было как по оригиналу, Грейнджер, Поттер и Уизли попали на Гриффиндор, как и Невилл. Гринграсс, Нотт и Забини попали на Слизерин и лишь сдержанно кивнули мне. Я оглядывала зал внимательным глазами, наткнувшись на проффесорский стол, я чуть не скривилась. Мельком, украдкой на меня поглядывали Снейп и Дамблдор. Я поспешно отвела глаза в сторону Гриффиндорского стола. Там Поттер разговаривал с семейством Уизли. Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развёл руки, словно статуя Христа в Рио-де-Жанейро. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы. — Добро пожаловать! — произнёс он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: олух! пузырь! остаток! уловка! Всё, всем спасибо! Дамблдор сел на своё место. Зал разразился радостными криками и аплодисментами. Я тоже ради приличия похлопала. Словно по команде, на столах появилась еда, разные блюда, от которых глаза разбегались. Положив в свою тарелку стейк и лёгкий салат, я принялась за еду. Внезапно я почувствовала холод, рядом с Малфоем стоял Кровавый Барон. За столами, как я отметила, все оживлённо болтали, только Слизерин выбивался из общего шума и гама. Слизеринцы если и беседовали, то только вполголоса, и только на светские темы. Говорили в основном старосты и авторитетные личности, ну, я так предполагаю, младше четвёртого курса детишки не особо разговаривали. Когда все наелись — в смысле, съели столько, сколько смогли съесть, — тарелки вдруг опустели, снова став идеально чистыми и так ярко заблестев в пламени свечей, словно на них и не было никакой еды. Но буквально через мгновение на них появилось сладкое. Мороженое всех мыслимых видов, яблочные пироги, фруктовые торты, шоколадные эклеры и пончики с джемом, бисквиты, клубника, желе, рисовые пудинги… — Эх… был бы здесь йогурт. — печально вздохнула, это послужило сигналом для первоклашек с интересом или презрением посмотреть на меня. — А что такое йогурт? — поинтересовалась рядом сидящая Гринграсс. Я тихо объяснила ей, что такое йогурт. — Если хочешь, попробую принести в следующий раз, с разными вкусами. Девочка снова стала выглядеть скучающей и отказалась, но по взгляду можно было понять, что ей хотелось. Я сделала мысленную пометку зимой принести немного йогурта и разных маггловских сладостей. Когда все насытились десертом, сладкое исчезло с тарелок, и профессор Дамблдор снова поднялся со своего трона. Все затихли. — Хм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать ещё несколько слов. Прежде чем начнётся семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом… Сияющие глаза Дамблдора на мгновение остановились на рыжих головах близнецов Уизли. — По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчёт тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью. За столом Слизерина прошёлся шёпоток, предполагая что же это, старосты разводили руками, не зная, почему Дамблдор так выразился. — А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споём школьный гимн! — прокричал Дамблдор. На лицах профессоров застыли обречённые улыбки. По столу Слизерина прошёлся вздох отчаяния, старшие курсы начали колдовать над собой или затыкали уши берушами, пока перваши недоуменно оглядывались. Дамблдор встряхнул своей палочкой, словно прогонял севшую на её конец муху. Из палочки вырвалась длинная золотая лента, которая начала подниматься над столами, а потом рассыпалась на повисшие в воздухе слова. — Каждый поёт на свой любимый мотив, — сообщил Дамблдор. — Итак, начали! И весь зал заголосил. Я лишь приморщилась от этой какофонии. Каждый пел, как хотел, — кто тихо, кто громко, кто весело, кто грустно, кто медленно, кто быстро. И естественно, все закончили петь в разное время. Все уже замолчали, а близнецы Уизли всё ещё продолжали петь школьный гимн — медленно и торжественно, словно похоронный марш. Дамблдор начал дирижировать, взмахивая своей палочкой, а когда они наконец допели, именно он хлопал громче всех. — О, музыка! — воскликнул он, вытирая глаза: похоже, Дамблдор прослезился от умиления. — Её волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью — марш! Первыми из-за стола вышли старосты, а после началось построение: сначала шестой курс, потом пятый, потом третий, первый, второй, четвертый и в конце седьмой. Таким строем мы вышли из Большого Зала. Я заинтересованно мотала головой, запоминая путь до нашего нового дома. Шли мы недолго, минут десять, и то только из-за того, что нам показывали ориентиры. В подземельях было сухо и пахло скорее чем-то свежим, по типу лаванды и цитрусов, удивительно, ведь я думала, здесь будет пахнуть тиной и сыростью, гостиная ведь под озером находится, хотя и не так тепло, но и не холодно. Мы спускались все ниже и ниже, а потом уперлись в сплошную стену. Староста мальчиков произнёс одно слово, и стена отъехала в сторону, открывая проход. Гостиная была просторным, но слегка мрачным помещением, наполненным зеленоватым рассеянным светом, который пробивается сквозь толстые стекла окон, выходящих под воду. Мрачноватенько, но сойдет. И как слизеринцы с таким убранством не впали в депрессняк, один Салазар знает. — Первокурсники остаются здесь, второй, третий, четвертый курсы — по кроватям, — приказал староста мальчиков, его имя я так и не узнала. Детки, возмущаясь, почапали в сторону лестниц. Если я правильно понимаю, то нам сейчас объяснят политику партии и отправят спать, а сами попытаются заработать себе алкогольное отравление. Или будет борьба за власть, фиг поймёшь этих слизеринцев, я лишь опираюсь на знание подобных фанфиков. — Подождем декана, — сказала староста девочек. — Он всегда приветствует новых учеников. А пока вам нужно запомнить, что пароль от гостиной меняется каждые две недели. Следите за доской объявлений. Никогда не приводите никого с другого факультета в нашу гостиную и не сообщайте им наш пароль. Никто из посторонних не заходил к нам уже более семи веков. Раздался звук отодвигаемой стены. В гостиную прошел Снейп. — Рад приветствовать новых учеников на факультете Слизерин. Меня зовут Северус Снейп, и я ваш декан. Слизерин станет вашим домом на следующие семь лет. Снейп обвел всех первокурсников взглядом и остановился на мне. Я старательно смотрела в сторону окон, словно заинтересовавшись ими, а также думала о разных мелочах, о том, что хочу спать и т. д. За этими стараниями я прослушала, что он там говорил. — И не забывайте, ваш факультет отныне — ваша семья. Старшекурсники захлопали. Мы тоже. — Я надеюсь, что ваше традиционное «чаепитие» по поводу начала учебного года не затянется, — сказал он старшекурсникам и отправился восвояси. Дальше слово взяли старосты, сначала они представились, старостой девочек была Джемма Фарли, а мальчиков — Альбертом Роули. После емкой речи нас, разделив, повели в сторону комнат. В одной комнате были три кровати, там же остались Гринграсс, Булстроуд и Паркинсон. Меня же Фарли повела в сторону другой двери. — Мы бы, конечно, перенесли твою кровать в комнату к другим девочкам, но там только теснее станет, и душевых кабинок не хватит. Я заверила, что всё нормально и я справлюсь. Староста проницательно оглядела меня, решая что-то для себя. — Думаю, ты магглорожденная, да? Не слышала ни разу про фамилию Эвретт. Я лишь кивнула, внутренне напрягаясь. — Скажу тебе сразу, без всех этих отговорок, — она скрестила руки. — Мы поместили тебя в эту комнату по этой причине, постарайся не забывать запирать дверь, хорошо? На первое время запирать буду сама, но дальше разучи, не хотелось бы, чтобы остальные пришли к тебе и что-то сделали.       Не волнуйся, парни сюда не могут зайти, но среди девчонок найдутся те, кто захочет поиздеваться. Так что веди себя пока что ниже травы, тише воды, хорошо? — Хорошо, — я покладисто кивнула, внутренне выдыхая, на одну проблему меньше, осталось всего-то 99. — Утром я приду в семь сорок пять, чтобы с иголочки одета была, — с притворной строгостью посмотрела на меня девушка, я лишь болванчиком закивала, вызывая у неё маленькую улыбку. После того как Джемма вышла, я решила осмотреться в своей комнате, везде было стерильно, даже ванная была сухой и чистой. Переодевшись, я устало упала на кровать у окна, решив, что утром разберу свои вещи, благо письменный стол и три шкафа на выбор были. Уже засыпая, мне вспомнился наказ Клариссы, обязательно написать после прибытия в Хогвартс, решив это сделать завтра, я провалилась в тьму.