В последний раз

Сложно было сказать, что именно в его жизни изменилось, какие именно струны были задеты этим отчаянием. Сколько он себя помнил, насколько он себя знал, в нем не было того глубокого сочувствия, толкающего людей на героические поступки. Шу не был на них способен никогда.