Длань Радаманта

Great god of the internet, his web around the earth

In every city in every land, across the whole wide world

Pan, Herne, Cernunnos, Lord of the Sacred Flame

But to the Christian fools Satan is his name

Io Pan! God of death and all creation

Io Pan! God of lust and of nature

Io Pan! God of all that stands before us

Io Pan! God of light and god of darkness

Great god of the wild hunt, speed us to the prey

To the game, to the stars, speed us all the way

Guide for me my axe of flint and let my aim be true

Lord of darkness, Lord of light, lead us to the truth

Inkubus Sukkubus «Io Pan»

15 января 2025 года Утром меня разбудил звонок. — Кому не спится так рано? — пробурчала я, наощупь ища телефон на прикроватной тумбочке. — Обычные люди уже вовсю работают, — подал голос Малкольм из гардеробной. — Ты видела сегодняшнюю колонку светской хроники?! — оглушил меня динамик. — И тебе доброе утро, Дерек. — Читай и перезванивай мне! Я открыла аккаунт, за которым следила: «Принцессу семьи Хоук потянуло в подземелья. Нам наконец-то стало известно, с кем же наследница Кристофера Хоука посетила свадьбу Дориана Горна. Спутником юной блондинки, предположительно, стал владелец закрытого клуба для взрослых — Малкольм Торн. Кто познакомил эту эффектную пару? И что о таком союзе говорит Кристофер Хоук, только недавно переживший сердечный приступ? Может быть, причиной его нездоровья стало не только временное (?) закрытие его любимого ресторана, но и избранник дочери?» Ещё раз перечитала сплетню. Я знала, что это вытащат, но свадьба Дориана состоялась до того, как моему отцу стало плохо. Сонный Малкольм приподнялся и сразу внимательно оглядел меня. — Что случилось? — О нас написали. Дерек рвёт и мечет. — Звони отцу, а я переговорю с твоим братом. Длинные гудки звучали почти зловеще. — Доброе утро, Пенелопа, — ответил мне женский голос. Только спустя мгновение я поняла, что единственной, кто может ранним утром приехать навестить отца, — это Шарлотта Горн, бабушка Дориана. — Здравствуйте, Шарлотта. Как папа? — Только позавтракал. Рвётся работать, как и каждое утро. Лишь бы не рвался читать утренние новости. — Уверена, вы пресекаете его благородные порывы. — Я не давала ему сегодня телефон, да. Там он не найдёт ничего, чего бы он не знал. — Спасибо, Шарлотта, — выдохнула я. — В новостях написали про нас с Малкольмом. — Я видела. Этот джентльмен с моим внуком не сравнится, но уверена, что многие читательницы утренней ленты поняли твой выбор и вряд ли осудили. Я улыбнулась, попутно прислушиваясь, как Малкольм размеренным вкрадчивым тоном пытался что-то донести до Дерека. Сеанс психологической помощи от бородатого психиатра. — Можно я поговорю с отцом? — Да, конечно. — Доброе утро, птенчик, — в тёплом отцовском тоне было столько нежности, что у меня засвербило в носу. — Я вчера познакомилась с родственниками Малкольма. Сразу предупреждаю, что на нашей свадьбе возможны очень фривольные песнопения. Папа искренне рассмеялся: — Что ещё ты узнала за эти дни? — Что Эдинбург очень атмосферный… И что моему будущему мужу медведь на ухо наступил.

***

16 января 2025 года Ванесса не пыталась нас задержать, не скрывала, что не хочет отпускать сына так быстро. Она, стойким генералом, раздавала нам указания: когда мы должны ещё приехать, чтобы она отдала мне новенький фотоальбом со вторыми экземплярами снимков; что список гостей со стороны Малкольма надо сначала отправить ей на согласование, чтобы она вычеркнула кого посчитает нужным. Когда такси уже сигналило, она задержала нас, чтобы сделать совместную фотографию.

***

17 января 2025 года — Ты в том серебряном платье была великолепна, затмив невесту, мисс Хоук, — Рой уселся на барный стул, подперев кулаком подбородок. — Спасибо. Но вряд ли ты пришёл в клуб днём в пятницу, чтобы сделать мне комплимент. Мы сейчас не работаем. — Совместил приятное с полезным. Не нальёшь мне? — Винтер не спешил раскрывать причину своего прихода. — Как обычно? — Да. Я уверенно достала стакан и взяла с полки его любимый джин, кинула туда малину. — Кто бы мог подумать, я словно Гермес привёл душу в тёмное царство, а теперь она готовится занять трон. — Рой. — У меня в субботу была вечеринка в отеле, — он лениво отхлебнул из стакана. — Папарацци прознали и хотели опубликовать в воскресенье с утра. Но я вовремя подключился и материал застопорили, но у них была заготовлена другая бомбочка… Рой замолчал. Молчала и я, не желая его перебивать. Тишина затягивалась. — Это не бомбочка, а петарда. Там даже Ислингтон не назвали. Ты что-то хочешь взамен за информацию? — Сессию, — с улыбкой ответил Винтер. — Нет, — категорически отсекла я. — Я саб, Малкольм знает, что ты свитч. Это обычная игра на разных площадках, никакого столкновения альфа-самцов, в отличие от Блэквуда. Так что, возможно, даже разрешит. — Нет, Рой. — Скучно. Ладно, приглашение на вашу свадьбу. — Если информация полезна, то хоть в первый ряд. — Очень полезна. — Его голубые глаза хитро заискрились. — Кстати, когда я спросила, сколько лет Малкольму, то ты сказал сорок шесть, а ему тогда было только сорок пять. — Я просто немного округлил. Там пару месяцев до его дня рождения оставалось, — пожал он плечами, продолжая попивать свой напиток. — Ещё минута паузы, я посажу тебя на свадьбе рядом с Блэквудом. — Не посадишь, иначе испортишь себе торжество. Мои нервы сдали. Я схватила его галстук, намотала его на кулак и притянула к себе. Глаза Винтера восторженно распахнулись. — Если собираешься и дальше испытывать моё терпение, то готовься, что когда я стану миссис Торн, то сделаю всё, чтобы закрыть тебе сюда доступ. Блондин облизнул губы, на которых осело моё шипение. — Линда. Статью написала Линда, но главная информация в другом. Она в больнице. Избита, но не признаётся, кто это сделал. От удивления я отпустила галстук и распрямилась. — Не понимаю. — Иногда очень опасно пытаться заслужить одобрение своего доминанта, особенно если он садист, — Винтер усмехнулся, допивая до дна. Я подалась вперёд и оставила воздушный поцелуй у мужской щеки: — Спасибо, Рой. — Не забывай, котёнок, с тебя приглашение на свадьбу. — Мисс Хоук, а в будущем миссис Торн, — поправила я, убирая пустой стакан. — Хоть госпожа Торн, если наступишь на меня. Я не сдержала смешок: — Ты неисправим.

***

*Тук-тук* Не успела я опустить руку, как за кабинета донёсся голос Малкольма: — Входи, Пенелопа. Я зашла, плотно прикрывая за собой дверь. — У тебя камера в коридоре выводится на экран рабочего ноутбука? — Всё так, — Малкольм откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы на животе. То есть, когда он оставлял меня в своём кабинете работать за компьютером, то… Я перевела взгляд за спину Торна, вглядываясь в открытые боковые полки шкафа. — Ищешь камеру и здесь? — он качнулся, отчего кресло скрипнуло. — Когда ты давал задание разбирать корреспонденцию или составлять письма… Я могла начать копаться в твоей документации. — Но ты этого почти не делала… Этой реплики было достаточно: он проверял камеру наблюдения и то, что я делала в его кабинете. — Чем даже смогла меня немного удивить: вместо поиска компромата ты изучала финансовые отчёты. Я смущённо отвела взгляд, но сразу же вспомнила, зачем пришла. В конце концов, я гордилась собой, что удержалась от соблазна и никак себя не скомпрометировала. Ну, а финансовые отчёты… Это же наше общее теперь дело. — Рой приходил. Он сообщил, кто автор статьи. — Просто так пришёл и сообщил? — Торговался. Сошлись на приглашении на нашу свадьбу. — Не сажай его с Кристофером, а то не отпустит сообщить, что поработал златоглавым купидоном-сводником. И кто же автор? — Линда. Но это не всё. Она в больнице — Ривз избил её. — Любопытно, — пробормотал Торн, задумчиво оглаживая бороду. Меня пронзила неприятная догадка: — Во время семейного ужина ты сказал Дереку, что можешь контролировать прессу. Ты либо упустил этот момент, либо… — Либо? — мужчина поджал губы, отчего черты лица заострились. — Ты знал, что что-то готовится и не стал вмешиваться… Почему? — Потому что иногда надо позволить себе пропустить удар, чтобы понять, на что способен противник, — Торн встал и подошёл к шкафу, чтобы налить себе виски. — И что тебе это дало? Внутри меня бурлило: он поставил под удар здоровье моего отца. — СМИ рано или поздно что-нибудь опубликовали о нас. Не сейчас, так когда свадьба произошла бы. А твой отец уже знал, кто я… В заметке даже приблизительно район клуба не стали указывать. Поэтому скажи мне, Пенелопа, о чём тебе говорит избиение Линды? — Вряд ли о том, что Ривзу не понравилось употребление некоторых слов. Малкольм молчал, махнув стаканом с посылом: продолжай размышлять. Я вспомнила слова Роя про служение доминанту. — У Ривза не было плана публиковать сейчас что-то о нас. Он дал мне время. У него маниакальная мысль удочерить меня официально и ликвидировать тебя. Линда опубликовала статью, желая выслужиться перед новым домом? — Самый напрашивающийся вариант. Но она не знала все планы Ривза на тебя. Вряд ли она столь ценна для него, что он решил сообщить, что у него появилась дочь. — Поучительный урок, как важно делиться со своими союзниками планами, чтобы они не наломали дров, — прищурившись, процедила я. Уж кто-то, а Торн должен знать, насколько я порой бываю отчаянной. — Она настолько меня терпеть не может, что осмелилась пожертвовать мною и моим отцом… Малкольм пригубил виски: — Сбавь градус драматизм, девочка. Вы не соперницы и не в любовном романе. Она просто хотела завоевать место около Ривза и заставить Блэквуда ревновать. Ты — лишь удобно подвернувшаяся сопутствующая жертва. И тебе стоит помнить об этом, если, увидев её, тебя посетит жалость. Она не пожалела тебя и твоего больного отца. Точка. Теперь наша цель — использовать её падение в нашу пользу. — Она испугается дать показания против Ривза. — Да, но не только с этим проблема. С кем её видели на публике? — С Ривзом только в клубе… Дэмиен. Но их контракт закончился раньше. — Кому нужна эта точная информация? Если она даст показания против Ривза, то его команда вытащит историю с Дэмиеном и выставит так, что это Блэквуд избил её, приревновав к новым отношениям. Я устало рухнула в кресло. Малкольм подарил мне сочувствующий взгляд и плеснул виски во второй стакан, протянув его мне. Я сделала аккуратный глоток. — Если пресса начнёт сейчас копать под тебя? — Чтобы начать копать под меня, они должны расследовать кейс моего клуба. Здесь у меня есть некоторое преимущество: когда к тебе ходят развлекаться сильные мира сего, то они меньше всего заинтересованы, чтобы об их увлечениях узнали. — Допустим, они заткнуть крупных медиа-игроков, а дальше? Они могут на время уйти на дно или сменить увеселительную дислокацию, — принялась нервно постукивать когтями по стеклу. — Ты потеряешь прибыль. — Устроим шоу, как у Ривза, — хохотнул Торн. — С настоящим алтарём на сцене. — Выступление в честь Белтайна? Совершим ритуал плодородия? Я серьёзно, Малкольм! — А что, если я обеднею и стану обычным барменом где-нибудь в Кэмдене, то ты со мной разведешься? — Волчья улыбка продолжала блуждать в густой бороде, но глаза смотрели пытливо. — Ты знаешь, что нет. И знаешь, что я люблю тебя. — Знаю. — Так почему ты мне об этом не говоришь?! Ты женишься на мне, ты готов влить деньги в бизнес моего отца, ты готов биться с Ривзом, но сил сказать, что ты меня любишь, найти не можешь? — Разве поступки не громче любых слов? — Странно это слышать от филолога, — я сделала многозначительную паузу, чтобы оценил качество ответного укола. — Я должна понимать, из-за чего делаются эти поступки и быть к ним готовой. Помнишь нашу первую встречу? Наше «интервью»? Я тогда спросила, не испытываешь ли ты чувство вины, что в твоём клубе творятся измены, которые разрушают семьи. Что ты мне тогда ответил? — Вины за это я не чувствую и чувствовать не должен. Измена начинается не в клубе. Она начинается дома, за обеденным столом, когда один делает вид, что слушает, а другой — что говорит правду. Я просто владею местом, где людям больше не нужно притворяться. Возможно, многие из них могли бы быть намного счастливее, если бы им хватило смелости зайти в такое место раньше и не врать себе о том, что им нужно на самом деле, — слово в слово Торн повторил свои слова, сказанные ещё в сентябре прошлого года. — Поэтому я и хочу знать всё: какой у тебя план действий, что у тебя есть против Ривза, как ты собираешься с ним биться. Всё. Потому что в следующий раз с информацией может прийти не Рой или попросить за неё намного больше. И ты знаешь, что я пойду на это, если на кону будет стоять счастье моих близких. Стоит мне отказать Ривзу, как он начнёт войну и уже сам вкинет гипотетические наши фото с оргии в прессу или начнёт раскручивать кампанию против тебя. Культура отмены почти аутодафе. Все твои посетители просто отвернутся, не желая запачкаться дружбой с тобой. И на тебя уже по-настоящему наденут маску дьявола. — С моей лысой головы слетают рога, ты в этом на Хэллоуин убедилась, — криво усмехнулся он. — Он не выложит в СМИ возможные наши фото. — Потому что это окончательно отвернёт меня от него? — Ты говоришь, как дочь любящего отца. А теперь подумай, представляя себя на месте Ривза. Как всегда, Малкольм не пытался разбить мои розовые очки. Он добивался, чтобы я из принцессы шагнула в статус королевы, понимающей стратегию королей. — Ему противна мысль, что дочь — саба у кого-то. Даже если остальные не знают, сам факт. — Вот это больше ему подходит, — с преподавательским одобрением мотнул он головой. — Так какой у нас план? — Мне надо переговорить с Дэмиеном. Потом надо навестить Линду. — Может, мне сходить? — Точно нет. — А потом нам нужно собрать свидетельства других. Линда явно не первая пострадавшая. У нас оставалось мало времени до конца января. Я задумалась, пытаясь поймать деталь, которая ускользала от меня. Логан Стил. Частный детектив. Если сплетня Дилана была правдой и они встречались? А потом она решила играть по-крупному? Если Стил пытался копать под Ривза, чтобы открыть глаза своей девушке? От озарения всколыхнулся азарт. Мне не надо говорить с Линдой, мне нужно найти Логана! — Я знаю этот блеск в глазах, ты что-то придумала, — голос Малкольма вернул в кабинет. Позже я обязательно поделюсь своим планом с Торном, но сейчас был ещё один момент, требующий разъяснения: — Насчёт Блэквуда… Ты знал, что Дерек говорил с ним о фиктивном браке со мной? — Да. Я сжала стакан, чтобы не плеснуть виски в это бородатое лицо. Внутри всё клокотало. — А что Дэмиен? — Он был согласен. Поэтому я сделал тебе так быстро предложение. — Вы вообще друзья или кто? — Друзья. — Что-то непохоже. — Мы оба знаем, что можем положиться друг на друга. — Он помог тебе с клубом, да? — Да. — И ты чувствовал, что должен ему, поэтому так активно начал идти со мной на контакт, когда наши отношения стали крепнуть? Если бы он захотел быть со мной, то ты бы отступил, чтобы отдать долг? — Я давно отдал ему все долги. Но если бы он меньше сомневался и начал ухаживать за тобой ещё до нашей встречи, то я бы не перешёл ему дорогу. Чувствовала себя шариком, который проткнули иглой. Негодование схлынуло, я просто расползлась в кресле и пыталась всё переварить услышанное. — Не поверю, что ты не знала, что ему нравишься. — Я… Он всегда же пренебрежительно звал меня принцессой и всем своим видом давал понять, что мне не место в вашем мире. — А разве это не часто встречающееся клише, когда мрачный герой уверен, что героиня чиста и невинна, а он испортит её своей тьмой, — весело поддел Малкольм, доливая себе виски. — В конце концов, кто не дёргал понравившуюся одноклассницу за косички. — Ты вопросом моей чистоты не особо терзался. — Я слишком стар для этого и сразу увидел в тебе огромный потенциал, — самодовольно изогнул бровь Торн. — Не мой клуб, так вечеринки Роя. Твоя любознательность всё равно рано или поздно привела бы тебя в подобные места. Qui se ressemble s'assemble. Какая изящная подача мысли: свинья грязь везде найдёт. — Ладно, допустим, я ему нравлюсь. Но жениться… Он же бы продолжил так считать про меня и продолжал встречаться с сабами на стороне. Малкольм стал очень серьёзным. — Может, да, а может, ты бы тоже смогла вытащить его из раковины. Иногда за нашими поступками стоят глубокие травмы прошлого. Я не вправе делиться чужими ранами. — А как же сплетни между супругами? — заинтригованно подалась я вперёд. — Вот когда станешь миссис Торн, тогда всё может быть, — усмехнулся он. — И ты потом расскажешь мне, что у него просто отец — второй Ривз и избивал маленького Дэмиена и его мать. Малкольм огладил бороду, сверкнув хитро глазами, но промолчал. И тут меня посетила мысль в моём стиле, то есть безумная: — А, может, даже было бы хорошо, женись на мне Блэквуд — он был бы под ударом Ривза, а мы бы с то… — Исключено. Кратко. Хлёстко. Громче, чем я когда-либо слышала от Торна. Но эта реакция не особо удивила. Затаённые проблески ревности меня даже позабавили. Да, я готова была признаться самой себе, что считала Дэмиена привлекательным, и мне нравились наши с ним словесные пикировки, но у него отсутствовало нечто, что имел Торн. Теплота. То ли он родился таким, то ли воспитание Ванессы, то ли работа преподавателем, а может, всё вместе наложило свой отпечаток, несмываемый временем и жизненными испытаниями, но несмотря на некоторую закрытость, она всё равно прорывалась в нём: в том, как порой смотрел на меня или обнимал. В его смехе. Там, где Дэмиен усмехался, Малкольм легко позволял себе искренне хохотать, не боясь, что это разрушит его образ доминанта. Потому что в первую очередь он был мужчиной, который любил получать удовольствие от вкусной еды, книги или секса — говоря проще, от всех приятных вещей в этой жизни. — Ладно, мы всё равно уже прошли этот этап. Точнее, вы прошли, меня даже не поставив в известность. — Ты уже думала, куда хочешь поехать в медовый месяц? Когда всё более-менее придёт в норму? От этого вопроса появилась лёгкая горечь. Обсуждение планов на будущее, которое ещё так туманно и не факт, что наступит. Убежище в грёзах посреди ненастья. — Да, не могу выбрать между Римом и Ирландией, — мне не особо хотелось менять тему разговора, но всё-таки ответила. — Почему Рим и почему Ирландия? — В Риме просто красиво. Сходили бы на могилу Китса. А в Ирландии… Там Келльская книга. Ты приходишь и не знаешь, на какой странице она будет открыта. В ней тоже много маргиналий, рисунков на месте слов с ошибками. А само аббатство Келлс основал святой, от чьего имени происходит твоё. Под Дублином есть руины местного бывшего Адского клуба. Представляешь, там тоже есть легенда про дьявола, который обращался в большую кошку. Я бы хотела сходить на Гласневин и положить цветы на мемориал женщинам из приютов святой Магдалины. А ещё там много экскурсий по алкогольным заводам, тебе бы понравилось. Малкольм молча слушал, внимательно наблюдая за мной и едва заметно кивая головой. — Тогда Ирландия. Мне нравится. И я готов пойти с тобой не только на Гласневин, но и на могилу твоей матери. Она, наверное, где-то на Кенсале Грине или Бромптоне? — На Бромптоне. — Я подобралась. На мёртвых не обижаются, но у меня не было лишних сил сейчас навещать могилу той, кто дала мне жизнь и оставила столько проблем. Малкольм заметил мою реакцию, подался вперёд и открыл ящик стола, доставая маленькую подарочную коробочку: — Мо все дни пилила меня, что я привёз невесту без кольца. Невиданное зрелище, но я заметила, как нервно Торн на мгновение пожевал губу. Он протянул руку с раскрытой ладонью мне навстречу, и я без раздумий вложила в неё свою, чтобы он надел мне на палец кольцо, обычное, возможно, даже немного старомодное, но у меня всё равно затрепетало внутри. Как бы меня ни раздражало прозвище «принцесса» от Блэквуда, я не могла не признать: да, где-то в глубине во мне всё ещё жила принцесса, уверенная, что она настолько особенная, что даже закоренелый холостяк-одиночка сразу помчится отвести её к алтарю. Увы, в той сказке про ведьму из Лаггана, когда она бежала к церковному кладбищу, а за ней гнались адские псы, то спешила не потому, что не резко возлюбила Бога, просто церковная земля даровала убежище от нечисти, а ведьма не хотела отдавать своё. Малкольм Торн сделал мне предложение на четвёртый месяц нашего знакомства, потому что его гнали два пса — «Ривз» и «Блэквуд». Иногда страх потерять — это единственный двигатель, который работает безотказно. И не будь этих двоих, возможно, я бы до сих пор просто приезжала к нему в гости по выходным. Нет, меня не терзало разочарование. Только осознание: я оказалась настолько подходящей для него, что он не нашёл в себе силы отойти в сторону. — А я ведь не только про медовый месяц подумала. Мне кажется, я уже выбрала священника, который будет вести церемонию. — Очень интересно, когда ты успела. — Секрет. Не выдержала и, вскочив с кресла, оказалась около него, чтобы поцеловать. Быстро чмокнула в щёку, но Малкольм придержал меня за шею и увлёк в медленный поцелуй. Меня долго уговаривать не надо: я оседлала его колени, с восторгом ощущая, как мужские ладони забираются под задравшуюся юбку, а из его горло раздаётся тихое одобрительное порыкивание, но радость длилась не надолго…

*Тук-тук*

— Мистер Торн, можно войти? — послышался голос за дверью. Я вскочила, поправив юбку. — Входи, Скотт. Молодой парень зашёл в кабинет. — Курьер привёз инвентарь. Малкольм метнул в меня насмешливый взгляд. — Твои качели приехали, но не спеши на них лезть, пока до конца не закрепят.