В один не прекрасный день

Вокруг тьма, чьи-то тёплые руки сжимают мое горло, в ушах отбивается сбитое в хлам сердцебиение. Открыв глаза, вижу дьявольские, чёрные глаза. Они смотрят на меня с ненавистью, хриплый голос шепчет: — Ненавижу тебя, дура. После этих словя хватаюсь за руку дьявола, и последнее, что я вижу, — знакомую тату цветка на кисти, которая нежно гладит мои волосы. Солнце пробивается сквозь тонкую ткань занавесок, но девушку разбудило вовсе не это, а очередная ссора между родителями. Зарина вздыхает и поднимается с кровати, посмотрев на часы. — Сука, шесть утра, хули так рано? — шепчет кудрява, надевая тапочки на ноги, из коридора слышится крик женщины: «Да пошёл ты!», дальше прозвучал звонкий хлопок двери. Зарина вышла из комнаты и застыла на месте, перед ней стоял отец с холодным выражением лица, мама лежала на полу, из ее лба текла кровь. Зарина не могла сказать и слова, она стояла в ступоре, не зная, что делать, глаза слизились, дыхание сбитое. Девушка как можно быстрее забежала в комнату и набрала номер друга. Единственный человек, который ее выслушивал, был ее бывший парень и друг — Андрей. Номер набирается с трясущимися пальцами, три гудка, и на экране появляется парень со светлыми волосами. На нее смотрят два синих глаза с беспокойством. — Андрей, кажется, опять. — тихо говорит Зарина, оседая на пол и держа в руках любимую игрушку, подаренную Андреем. — Так тише, я с тобой, я рядом, — тихо и спокойно говорит Андрей. Из зелёных глаз девушки катились слезы, Зарина прижимает ко рту ладонь, чтобы не закричать, и прикрывает глаза. Главное правило, когда отец дома, — не реветь и не орать от бессилия, иначе получишь. Зарина, слушая нежный и мелодичный голос Федоровича, успокаиваясь. Хоть и слезы все ещё текут, но дыхание уже ровное и сердцебиение спокойное. Зарина открывает глаза и поворачивает голову к окну, напротив ее окна стоял он, дьявол с кария глазами, который притягивал ее просто своим присутствием. Парень хмыкнул, выпуская дым изо рта. — Черт, — тихо говорит она, шмыгнув носом, полным сопель. — Андрюш, спасибо. После этих слов Зарина отключает звонок и будто надевает маску безразличия, вставая с пола. Кария глаза человека в окне напротив все ещё выражали насмешку. Девушка, проигнорировав это, вышла из комнаты и направилась на кухню. Время было позднее, и Зарина, решив не играть с судьбой, занялась завтраком. После переоделась и дошла до школы. Изнутри школа не отличалась от других ничем, скинув мокрую от дождя куртку и оставив ее в гардеробе, Зарина подошла к расписанию на стене. Надо быть чекнутым, чтобы перейти в новую школу в выпускном классе, но спасибо за это надо говорить отцу. — Ты новенькая? — спросила крашеная блондинка, незаметно оказавшаяся справа от Зарины. — Угу, — зелёные глаза Зарины посмотрели в серые глаза блондинки. — Я Диана Лезина, староста одиннадцатого класса. — Она улыбнулась белыми зубами, но, взглянув на Диану ещё раз, Зарина лишь натянуто улыбнулась. Лезина словно пыталась извертеться и показать себя, её сучье выражение лица говорило само за себя, её распущенные, явно покрашенные светлые волосы притягивали, но словно говорили о противном характере хозяйки, накрашенные чересчур губы, макияж сильно яркий, и её розовый топ и мини-юбка, которая едва прикрывала зад, дополняли её образ типичной стервы. — Если надо, обращайся за помощью, — сказав это, Диана повернулась и, слегка виляя задом, подошла прочь со своими подружками. Поднявшись на третий этаж, зайдя в нужный кабинет, Зарина села на свободное место возле девочки. — Здесь же свободно? — Да, — подтвердила девочка с каштановыми волосами, в простой рубашке и брюках. — Я Ксюша, кстати, а ты новенькая? — С лёгким стеснением спросила девушка. — Да, логично. Я Зарина. — Предложила свою руку Ксюше. — Будем общаться? — Конечно.

Pov Зарина

Неделю спустя. Я сидела на уроке и писала конспект под диктовку учителя, тут вошёл кто-то, и, подняв взгляд на вошедшего, я обомлела: кудри тёмного цвета, злые карие глаза, тату на кисти — это был он, мой сосед. — Викторов, кого черта, тебя уже неделю нет! — спросил зло наш классный руководитель. — Ну Пашка Викторович, не нуди, — простонал вошедший и как ни в чём не бывало прошёл к моей партии и спокойно сел, достав тетрадь и ручку из рюкзака. Павел,явно недовольный поведением Викторова, продолжил вести урок. Урок шёл спокойно, когда кудрявый шепнул мне на ушко: — Как тебя хоть звать, плакса? — Я повернула голову, встречаясь взглядом парня. — Какая тебе разница? — буркнула я, отворачивая голову обратно в конспект. — Большая, ладно, давай начнём так, я Глеб Викторов, а ты кто? — спросил кудрявый, улыбаясь. — Зарина Романова, — отвернулся в тетрадь. — А почему тебя неделю не было? — Не твоё дело, — буркнул Глеб, который за секунду превратился в злого плохиша всей школы. — Окей, бука, — я отвернулась от него, продолжая записи в тетради, но не успела я написать слово, как прозвенел звонок. Глеб испарился, как пар, я дружила убирать учебник. Через час я вернулась домой и обнаружила отца с бутылкой виски на столе, я зашла дальше в квартиру, но не смогла найти маму. — Её больше нет. — сказал холодно отец, делая глоток виски. — Она сдохла. После этих слов мир словно рушился на глазах, я в бреду дошла до комнаты и закрыла дверь, скатываясь на пол, и разрыдалась, после чего не заметила, как заснула прямо на этом грёбаном полу. Ночью я приоткрыла глаза, чувствуя, как чьи-то руки положили меня на кровать и укрыли одеялом. Я прищурилась в темноте и увидела только мужскую ладонь, которая погладила меня по волосам, а я подумала, что это папа, и заснула вновь.

Pov Глеб

Я сидел в полной темноте, смотрел на то, как Зарина лежит в тёплой кровати и спит, прижимая к груди какого-то потрёпанного кота, такие её такие, как мне казалось, красивые глаза сейчас были краснеющими и заплаканными, проведя по её волосам, я встал с кровати, «красивая девочка» прыгнула в эту мысль и перелез в своё окно, которое от её окна разделял максимум метр. — Моя плакса.