Глава 3

Глава 3

Чудо! 8 июля

Утро. Ровно 7:00. Александр проснулся и безучастно уставился в потолок. Очередная петля. Каждый день начинался одинаково — пробуждение, пустой взгляд, размышления о том, что он натворил «вчера». Рутинный кошмар. — Эй, ты! Врун! Сволочь! — раздался охрипший, уставший женский голос рядом. — Ты же сказал, что 7 июля повторяется! Что каждый день сбрасывается! А сегодня 8-е — как ты это объяснишь?! Лицо Александра вмиг изменилось. Он резко сел и повернул голову. Перед ним стояла Мия, укутанная в одеяло, которое едва прикрывало её тело. Колени подкашивались, в руках — бейсбольная бита, на щеках — обида и злость. Она смотрела на него с настоящим огнём в глазах. Александр остолбенел. Почему Мия Мёрфи всё ещё в его комнате? Это было невозможно! За десять тысяч лет — три миллиона шестьсот пятьдесят тысяч дней и ночей — ему случалось привязываться к женщинам. Но каждое утро он просыпался один. Подушка рядом всегда была пуста. Он привык к одиночеству. — Хмф! Попался с поличным, да? Даже слова вымолвить не можешь, врунишка! — Мия сжала биту покрепче, изо всех сил стараясь выглядеть грозно. Но грозной она совсем не казалась. Наоборот — она была... милой. Особенно с этим одеялом, которое она судорожно прижимала к себе, прикрывая не столько тело, сколько усеянную засосами кожу. С тяжёлым макияжем исчезла и её «взрослая» маска. Теперь было видно её настоящее лицо — безошибочно детское. Большие глаза, высокая переносица, щеки с остатками детской округлости и белоснежная кожа. БАХ! Александр вдруг соскочил с кровати, спрыгнул на пол и, не оглядываясь, метнулся в ванную. — Не смей убегать! — Мия решила, что он хочет спрятаться, и попыталась вскочить за ним, но сразу же вскрикнула и села обратно. Болело... всё тело ныло. Александр вбежал в ванную. Одежда всё ещё лежала там — он ведь вчера сам внёс Мию, а потом вынес, оставив их вещи внутри. Он порылся в карманах пиджака и вытащил телефон. Будильников у него не было — кто вообще ими пользуется? Даже если и покупают, то чисто для декора. Все смотрят время на телефоне. — 8 июля... 8 июля… ХА-ХА-ХА-ХА! Это правда 8 июля! ВРЕМЯ СДВИНУЛОСЬ!! ВРЕМЯ СДВИНУЛОСЬ!!! — он уставился в экран и расхохотался. Дико, до слёз. Лупил кулаками по кафельной стене, смеялся, как безумный. На экране — 8 июля, 7:03 утра. Время… наконец-то пошло вперёд. Десять тысяч лет. Он чувствовал, будто вырвался из тюрьмы. Будто душа обрела свободу. Никто не знал, через что он прошёл за это тысячелетие. Никто не мог даже представить, как он вообще выжил. Каждый день — сброс. Бесконечная жизнь. Ни травмы, ни смерть его не пугали. Он мог делать всё, что угодно. Но из-за того, что всё повторялось, даже если он пробовал новое, встречал новых людей — ничего не сохранялось. Только память оставалась. Всё остальное обнулялось. Каждый раз. Он не мог завести настоящие отношения. Не мог построить любовь. Да, он мог провести с кем-то ночь, но утром она его не помнила. Всё приходилось начинать сначала — каждый. чёртов. день. Сначала Александр считал это удачей. Он гонялся на спорткарах, грабил банки, играл в борца с преступностью, убивал, устраивал погромы, нарывался на влиятельных людей — и всё без последствий. Он был вне закона. Он думал, что это даст кайф. Но радость быстро выгорела. Всё стало бессмысленным. Ничего не имело значения. Ничего не длилось. Чувство удовлетворения исчезло. Он стал сомневаться в смысле самого своего существования. Он мог делать всё — но не мог изменить ничего. Всё, что он делал, исчезало. Убил человека? Наутро тот снова жив. Расписал небоскрёб — к утру он чист. Переспал с кем-то — наутро эта женщина проходит мимо, как чужая. Спас кого-то — завтра его придётся спасать снова. У него было бесконечное время, чтобы раскрыть секреты каждого в этом городе — или даже в мире. Хотел — мог подружиться с кем угодно. Рано или поздно это получалось. Но зачем? Ничто не оставалось. Ничто не имело последствий. Он устал. Впал в депрессию. Стал как призрак — вне жизни и смерти, вне времени. Какой в нём был смысл? Какова была его ценность? Обычные люди живут короткую, но настоящую жизнь. Они болеют, стареют, радуются, страдают. Они добиваются успеха. Проигрывают. Любят. Это и есть жизнь. Гордая улыбка матери, когда сын добивается успеха. Свадебные фото с медового месяца. Нервное ожидание у двери родильного зала. Медленная прогулка на закате с постаревшим супругом… Вот это — жизнь. У всех была жизнь. Только не у него. Если бы у него была просто вечная жизнь — это одно. Он бы мог расти, строить, менять мир. Заводить друзей. Влюбляться. Тогда его жизнь имела бы смысл. Но он не просто был бессмертен. Он был заперт во времени. Бессмертен, но мёртв. Он даже пытался покончить с собой. Сотни способов — яд, поезд, прыжки с крыш, вскрытие вен, поджог, варка заживо… Каждый раз — боль, затем тьма. А потом снова: 7 июля 2024 года. 7:00 утра. Люди боятся смерти. Александр не мог даже умереть. Он боялся, что сойдёт с ума. А иногда даже хотел этого — ведь безумие, возможно, притупило бы боль. Но, к счастью… он сумел найти выход. Он понял: даже если он не может изменить ничего вовне, он может измениться сам. И он сосредоточился на себе. Это было немного, но это давало за что ухватиться. За эти десять тысяч лет он освоил сотни языков. Научился играть на всех основных инструментах. Прошёл тренировки по боевым искусствам, вождению, стрельбе, кулинарии, танцам, актёрскому мастерству… Его навыки взлома? Уровень мирового топа. Подделки Пикассо? Неотличимы от оригинала. Парикмахерское мастерство? На уровне элитных стилистов. Он использовал эти десять тысячелетий, чтобы стать настоящим универсалом. И всё же глубоко внутри он боялся дня, когда закончится всё, чему он ещё может научиться. Что тогда? Он снова скатится в вопросы о смысле жизни? Да, знания бесконечны. Но при ежедневном сбросе он не мог ставить долгосрочные эксперименты, вести настоящее исследование. Были пределы. Он не мог по-настоящему выучить всё. Но сегодня… Наконец… Он прошёл это! Сегодня он, наконец, свободен от бесконечной временной петли! — ХА-ХА-ХА! Я СВОБОДЕН! ХА-ХА-ХА! МИР — ВСТРЕЧАЙ МЕНЯ!! — закричал Александр, смеясь дико, почти карикатурно — как герой аниме. Но это был настоящий крик из самой глубины его души. [Дин! Активация системы прошла успешно. Хост прошёл испытание десяти тысяч лет. Система временной петли разблокирована. Привязка к Хосту.] [Дин! Напоминание: Система временной петли полностью активирована. Хост теперь может по своему выбору фиксировать и сбрасывать текущую дату. Первый сброс в тот же день стоит 10 кредитов времени. Второй — 20. Третий — 40. Каждый следующий сброс удваивает стоимость.] [Дин! Остаток кредитов времени Хоста: 3 650 000.] Таинственный голос прозвучал в голове Александра, прежде чем он успел отреагировать. Перед глазами всплыл цифровой интерфейс. [Хост системы]: Александр Чиотта (постоянная привязка). [Базовые характеристики]: Сила: 7 / Скорость: 9 / Выносливость: 8 / Ментальная сила: 10 158 [Сброс времени]: Доступен (текущая стоимость использования): 10 кредитов [Баланс кредитов времени]: 365 000 [Навыки Хоста]: Французский LV9 Английский LV9 Фортепиано LV9 Боевые искусства LV9 Огнестрельное оружие LV9 Танцы LV9… Всего: 1 354 навыка. (Развернуть для просмотра.) Система… пришла! У Александра была огромная тайна. Тайна, о которой он никому не говорил. Ни разу за все десять тысяч лет повторений. Эта тайна была в том, что он попаданец. Это была Земля. Соединённые Штаты Америки. Но не та Земля. И не те США. Культура была похожа, но другая. Люди гораздо сильнее дорожили репутацией. Общество было намного более консервативным. И хотя самые популярные продукты оставались прежними, власть имели совершенно иные люди. Некоторые места находились там же. Другие — в совершенно новых точках. Университеты, что были в США, теперь находились в Великобритании. Продукты, которых никогда не существовало, свободно продавались. Хотя часть оставалась прежней — как, например, его семья, его связи, ключевые люди, которых он знал. Александр понимал: он попал в параллельную вселенную, а то, что он получил, — «золотой чит», способность сбрасывать один и тот же день снова и снова. Днём его прибытия было 7 июля. И с тех пор всегда было 7 июля. Сначала Александр считал этот сброс времени благословением. Чит кодом. Но со временем это стало не чем иным, как наказанием и мучением. Оглядываясь теперь назад, он ясно понимал: Этот «чит» — настоящий чит — только что реально активировался, после десяти тысяч лет. — Так это было испытание? Система, это и было твоё испытание?! Ты держала меня в одном дне десять тысяч лет, и это было ИСПЫТАНИЕ?! [Дин! Хост был избран Богом Времени и Пространства. Только пройдя испытание, система могла быть активирована.] — Да пошло оно к чёрту, твоё испытание! И твой бог туда же! И его мать… и твою мать… — Александр выдал целую тираду ругательств, выпуская накопленную за века ярость, но система оставалась безучастной. — …Ладно, — выдохнул Александр и улыбнулся. — Надо смотреть вперёд. В будущее. Когда-то он был человеком без будущего, а теперь оно у него появилось. Он прошёл сквозь всё. Значит, вместо того чтобы жаловаться, пора сосредоточиться на пользе этой системы. Он снова внимательно изучил интерфейс. Все его физические параметры были довольно средними — кроме одного: умственной силы, которая была аномально высокой. Почему? Потому что тело не могло становиться сильнее из-за ежедневного сброса, но память и душа — да. И память Александра была феноменальной. Он помнил так много из этих тысяч лет. Первые петли были туманными, но… примерно к тысячной петле он стал помнить всё, словно открыл у себя фотографическую память. — Я действительно теперь могу сбрасывать время по своей воле? — спросил он про себя. Да, он уже пережил 3 650 000 сбросов — и страдал от них — но теперь он был по-настоящему взволнован. Добровольные сбросы и вынужденные — две совершенно разные вещи. Как ночь и день. Вынужденный сброс — это ловушка одного дня. Добровольные сбросы означали, что он мог перематывать любой день по своей воле — или, если всё шло хорошо, позволять времени идти вперёд. [Дин! Напоминание: Хост должен тратить кредиты времени, чтобы сбрасывать день. Точка сброса считается от 7:00 утра каждого дня.] Хм… Каждый сброс стоил 10 кредитов. А у Александра было 3 650 000 кредитов. Практически бесконечность. Всё равно он не собирался сбрасывать дни без причины. При таком раскладе казалось, что этих кредитов хватит на целую жизнь. [Дин! Дополнительное напоминание: повторные сбросы одного и того же дня ведут к экспоненциальному росту стоимости.] — Понял, — спокойно ответил Александр. На самом деле… экспоненциальный рост пугал. Очень пугал. 10, 20, 40, 80, 160… Сначала кажется мелочью. Но потом… 16-й сброс того же дня (15-е удвоение) уже обошёлся бы в 327 680 кредитов. После этого: 655 360… Так что да, если сбрасывать один и тот же день слишком много раз, можно сжечь все кредиты за миг. Пока он не будет злоупотреблять сбросами одного дня, всё будет в порядке. И честно говоря, Александр даже не мог придумать причину, зачем сбрасывать один день дюжину раз. Один, два раза — ещё куда ни шло. Но десяток? Маловероятно. Он открыл вкладку [Навыки Хоста]. — Как это развернуть? [Сфокусируйтесь. Моргните.] Александр сделал, как сказано. Экран данных вспыхнул — превратившись в огромный список. У него было 1 354 уникальных навыка. У среднестатистического человека за жизнь десяток навыков — вождение, кулинария, школьные предметы — и то на базовом уровне. Даже у выдающихся людей может быть несколько десятков навыков высокого уровня. А у Александра — более 1 300, и большинство — топового уровня. Только под пунктом «языки» — 103 свободно говоримых. Все — на уровне 9. Языки сложны. Их изучение требует многих лет постоянной практики. Но у Александра было всё время мира — и он даже получал удовольствие от изучения языков, чтобы убить время. А когда освоил первую дюжину, новые стали даваться всё легче и легче. Чем больше он учил, тем быстрее учил. Десять тысяч лет. Смотря на этот огромный список навыков, Александр ощутил глубокую, всепоглощающую гордость. Он не потратил впустую эти 3 650 000 петель. Эти 1 354 умения — доказательство. Раньше он не чувствовал бы гордости. Не чувствовал бы смысла. Всё казалось бессмысленным — потому что время стояло. Но теперь… всё изменилось. Время двигалось вперёд. Его навыки наконец послужат делу. Человек живёт одним вдохом. А этот вдох? Это всего лишь слава, богатство, власть… Больше дом, больше денег, выше статус. Вот что большинство людей гонится всю жизнь. Некоторые говорят: «Обыденность — это настоящее. Обыденность — это благословение». Александр был честен с собой — он не соглашался. Он был реалистом, может, даже немного материалистом. Если у тебя есть способность подняться выше, кто добровольно выберет посредственность? Такое мышление — лишь способ оправдать собственную неудачу. Разумеется, были и те, кто говорил это искренне. Люди, которые видели взлёты и падения жизни, которые действительно жили, и теперь нашли покой — не потому, что проиграли, а потому, что увидели слишком многое. «Подождите-ка… — подумал Александр. — Вы сказали, что десять тысяч лет петли — это испытание. Но… как его можно провалить? Я же не могу умереть. Даже самоубийство всё сбрасывает. Выходит, любой сможет пройти, да?» [Дин! Напоминание: только вселенная и тело Хоста сбрасываются. Душа — нет. Если душа Хоста ломается под давлением испытания, она начинает разрушаться — до полного аннигилирования души.] — …Понял, — Александр приподнял бровь и ухмыльнулся. Его накрыла волна облегчения. Ему повезло, что он выдержал. Были времена, когда он почти сошёл с ума. Но он прошёл через это. Он нашёл ясность. Он начал учиться. Он рос. — Эй… с тобой всё в порядке? — осторожный голос донёсся из-за двери в ванную. Александр повернул голову. Это была Мия Мёрфи, закутавшаяся в одеяло, всё ещё с бейсбольной битой. Она больше не выглядела злой и сердитой — теперь она выглядела встревоженной. Мия искренне беспокоилась… о психическом состоянии Александра. Вчера в баре она думала, что он чокнутый. Потом решила, что он просто весёлый врун. А утром, проснувшись первой, она наигранно злилась — это была лишь игра. Она не верила в его историю о «сбросе времени», так что и злиться было не на что. Но после того, как Александр проснулся, он рванул в ванную, начал смеяться как безумный, кричать что то, колотить по стенам… Он выглядел совершенно неадекватным. Мия стояла у двери уже какое-то время, наблюдая за ним. И чем дольше смотрела, тем страшнее становилось. Она начала реально верить, что у Алекса тяжёлое психическое расстройство с агрессивными тенденциями. В конце концов, она видела, как он разбил себе руки о стену до крови — и даже не обратил на это внимания. — Э-э… я в порядке. Полностью в порядке, — улыбнулся Александр ей через дверь. — Твои руки… — Мия указала, ещё больше нервничая. Александр поднял кулаки — в крови, с разбитыми костяшками. Больно. Но не слишком. Он пережил вещи куда страшнее, даже однажды прыгал в чан с кипящим маслом. Было мало такого, чего он не испытал. Он мог бы поспорить, что его болевой порог — самый высокий в мире. — Хм… — Александр нахмурился, разглядывая раны. Такие травмы зажили бы недели две. И наверняка оставили бы шрамы. БАМ БАМ БАМ!! Вдруг в дверь квартиры раздался резкий стук. — А? — Александр вышел из ванной и посмотрел в сторону двери. — Кто там? — Мы опрашиваем соседей — вы не видели белый «Ламборгини» в этом районе вчера? Мы ищем мужчину и женщину. Они должны быть где-то здесь… Голос снаружи был хриплый. Блять! ПИЗДЕЦ! Они его нашли. Лицо Мии побледнело — испуг был заметен невооружённым глазом. Александр жестом велел ей молчать. Затем закричал в ответ: — Нет! Ничего не видел! — Откройте. Нам нужно осмотреть помещение. Не отвечая, Александр подбежал к окну и выглянул в переулок внизу. Он увидел группу незнакомых молодых людей, которые слонялись поблизости, заглядывая в подъезды. Квартира Александра находилась на пятом этаже, и оттуда он прекрасно видел вход в переулок — и тот самый белый «Ламборгини», всё ещё припаркованный снаружи. Вокруг машины толпилось с десяток человек. Двое из них присели рядом, изучая корпус на наличие повреждений. Это были люди Зака Митчелла. — Открывай! Почему молчишь?! Это ты, да?! ОТКРЫВАЙ!! — снова заорал голос за дверью. БАМ! БАМ! БАМ! За стуком последовали удары — дверь начали выбивать. Александр понял: сейчас всё станет очень плохо. Раньше он не думал о последствиях. Даже убийство не было проблемой — ведь время всё равно сбрасывалось. Но теперь… время шло вперёд. Вчера Александр выколол одному глаз, перерезал горло другому — и даже не знал, выжил ли тот. К тому же, он назвался именем крупной шишки, чтобы выкрутиться из передряги, а на прощание… угнал машину Зака Митчелла. Целая корзина проблем. Да, у него всё ещё была способность сбрасывать время — но только вперёд. 7 июля остался позади. Сейчас было 8 июля. Вчерашний день сбросить уже нельзя. Если всё выйдет из-под контроля — его либо убьют головорезы, либо он получит смертную казнь за убийство. И несмотря на это… Александр улыбнулся. Вот оно — жизнь. Настоящая. Захватывающая. Он снова выглянул в окно. Самого Зака Митчелла пока не было — вероятно, он был ещё в пути — но его люди уже прибывали толпами. Александр не был уверен, рассказал ли Рэймонд Коста Заку, кто он такой. Если да — то, возможно, обойдётся. Зак не посмеет к нему прикоснуться и сначала попытается разобраться. Но если нет… то вполне возможно, он приказал атаковать без предупреждения. В Нью-Йорке прикоснуться к любимой машине Зака Митчелла — практически смертный приговор. Пятнадцать лет назад Зак был лучшим абитуриентом, поступающим в Гарвард. Он должен был сделать блестящую карьеру — но тем летом, во время конфликта по поводу сноса домов, на его родителей напали. Отец остался парализован. В ярости Зак заколол одного из нападавших. История о «лучшем ученике, совершившем покушение» стала национальной сенсацией. Зак отсидел три года. А выйдя, ушёл в криминал. У него не было ни власти, ни связей, ни денег — но был ум, чего большинству бандитов недоставало. Теперь Зак Митчелл — крупная фигура в подполье Нью-Йорка. С огромным влиянием. И Александр знал, как с ним справиться. Но не сегодня. Не сейчас. На самом деле, Зак — это лишь малая из проблем. Гораздо серьёзнее то, что вчера Александр прикрывался именем молодого господина Дорана, чтобы надавить на людей. Если об этом узнают… …ему придётся иметь дело со всем преступным миром Нью-Йорка. Вот это будет весело. БАМ! БАМ! БАМ! Снаружи продолжали колотить в дверь — казалось, людей становилось всё больше. — Ч-что нам делать?.. — Мия сделала пару шагов к Александру, но тут же споткнулась и с болезненным «Ай!» упала. После ночного безумия её тело всё ещё не восстановилось, и в глазах выступили слёзы. Бежать она точно не могла. Александр поспешил к ней и помог подняться. Локоть был сильно ушиблен. Мия до сих пор не оделась — только была обёрнута в одеяло, которое едва что-то скрывало, выставляя на показ её мягкие изгибы и бледную кожу. Александр был с пораненными руками. Дверь вот-вот выбьют. — Мне страшно… — прошептала Мия сквозь слёзы. — Всё хорошо, всё хорошо. Просто нажмём на кнопку «перезапуск», — с улыбкой сказал Александр, взъерошив ей волосы. Сброс времени! [Дин! Хост выполнил первый сброс для 8 июля 2024 года. Потрачено: 1 кредит времени. Осталось: 3 640 999.] 8 июля 2024 — 7:00 утра. Александр открыл глаза и посмотрел в потолок, улыбаясь от всей души. 7:00 утра — точка сохранения. Если сбросить до, день откатится накануне. Если после, откат идёт уже к текущему дню. — Эй, ты! Врун! Сволочь! — послышался хрипловатый, уставший голос девушки рядом. — Ты же сказал, что 7 июля повторяется! Что каждый день сбрасывается! А сегодня 8-е — как ты это объяснишь?! Александр повернулся. Мия, всё в том же одеяле, сжимала бейсбольную биту и сердито на него смотрела. — Но ты же сама говорила, что я лгу. Никогда не верила ни единому моему слову, — с усмешкой ответил Александр. Он быстро выхватил биту из её рук и швырнул её на стол. — Хмпф! Совсем не весело! Даже в игру не играешь! — надулась Мия. Александр слегка протянул руку, приглашая её обратно в кровать. — Придурок! — Мия шлёпнула его по руке, постояла немного — а потом послушно забралась обратно и поцеловала его в щёку. — Жалеешь? — спросил Александр. — О чём? — моргнула Мия. — Что пошла со мной домой. — …Хмм. Да, жалею. Так что давай, сбрасывай день! Быстро! — надулась она, будто обижаясь. Но в голосе не было ни капли серьёзности. — А ты уверена? Я ведь тот самый парень, который переспал с десятью тысячами женщин. Ни капли сожаления? — Какая разница? Я же не говорила, что хочу с тобой встречаться, — закатила глаза Мия. — Я боюсь, что ты в меня влюбишься. — Пфф, только в твоих снах! И вообще — это я с тобой переспала, а не наоборот. — Ага. Уверена? — Он посмотрел ей в глаза, губы тронула хищная улыбка. Они оба замолкли, будто вспоминая прошлую ночь. Мия быстро отвела взгляд, щёки пылали. Улыбнувшись, Александр встал с кровати, пошёл в ванную, принёс их одежду и кинул Мии её вещи. — Одевайся. Нам надо выбираться. — Куда?.. Я хочу ещё поспать… — Мия укуталась с головой, вся такая капризничая. — Мы вчера натворили дел. Ты же понимаешь, что я наврал, да? Я не какой-то влиятельный тип. С такими связями, как у Зака Митчелла, они нас быстро найдут. Если не уйдём сейчас — нам конец, — спокойно произнёс Александр. Мия тут же села и начала одеваться с бешеной скоростью. — У тебя вообще нет сочувствия! Знаешь, вчера у меня… была первая ночь! А ты просто продолжал! И продолжал! Мне всё ещё жутко больно! — Мия закричала, жалуясь, кидая в него то полотенце, то подушку. — Не ной. Если не уйдём — нас отмутузят! — рассмеялся Александр, подойдя и подняв её на руки в стиле «принцессы». Она взвизгнула от неожиданности, но быстро замолчала, прижавшись к нему. Пора идти. Неся Мию на руках, он вышел в переулок. Пожилые соседи выходили за покупками и смотрели с любопытством. Мия ничуть не смущалась. Она была дикой, абсолютно экстравертной. Даже помахала одной пожилой парочке, заставив их смущённо кашлянуть и отвернуться. Белый «Ламборгини» всё ещё стоял снаружи. Люди Зака пока не прибыли — но появятся с минуты на минуту. Они сели в машину. Александр помог Мии устроиться на пассажирском сиденье. — Куда едем? — спросила она, пристёгиваясь. Потом понизила голос: — Ты что, собираешься вывезти меня куда-нибудь и бросить? — А ты угадай, — с улыбкой ответил он. — Чёрт с тобой, вечно говоришь загадками! Не спрашиваю. Всё равно ты просто сказочник, — Мия показала ему средний палец. Но в глубине души… именно это в нём ей и нравилось. Конечно, дело было не только в его харизме. Он спас её. Девушки её возраста обожают сказки о белом рыцаре, о романтике, о герое, который подхватывает на руки… Но из-за своей строптивости Мия никогда в этом бы не призналась. Вжжжжж… Александр завёл машину — но не успел нажать на газ, как сзади послышался рёв моторов. Он посмотрел в зеркало заднего вида. Позади мчались несколько чёрных внедорожников. Во главе — Mercedes G-Wagon. Одного взгляда на номер хватило. Александр понял: люди Зака прибыли. Они уже заметили «Ламборгини». — Интересно, — хмыкнул Александр. — Пристегнись. Он сменил режим, включил передачу, надавил на газ — всё в одно плавное движение. Запуск! «Ламборгини» рванул вперёд, вылетая на главную дорогу и разгоняясь, как ракета. — ААА! Ты псих! Утро на дворе! Везде машины! — закричала Мия. — Посмотри назад. Они нас преследуют. Если поймают — будет не очень весело, — ухмыльнулся Александр. Мия глянула в зеркало. И точно — внедорожники неслись за ними. Но «Ламборгини» был быстрее. Расстояние росло. — Не говори. Я звоню, — сказал Александр, доставая телефон. Он набрал номер. Сигнал. Соединение. — Говори, — раздался холодный, резкий женский голос в трубке.