1. Внутренние земли. "Помнишь нашу первую встречу?.."

      Помнишь нашу первую встречу?       Ты была так красива, что я растерялся. На миг. Конечно, ты не заметила. Я быстро опустил взгляд — не до того было, верно? У тебя были дела поважнее, чем рассматривать выражение лица уставшего Стража.       Но дыханье Создателя, я не забыл этого момента. До сих пор. То первое впечатление... Будто ты зажгла свет в том месте, где давно уже все погасло.       Я даже не сразу понял, что ты маг. Посох — да, — но не на него я смотрел в те секунды.       В нас полетели стрелы, и я не успел оценить всей красоты твоей магии. Только потом осознал, что видел. Когда один из бандитов вспыхнул в шаге от меня. А лучник — застыл, прям как статуя в каком-нибудь забытом углу в Вал Руайо.       Твоя магия поражала. Она уничтожала. И чем разрушительнее были твои заклинания, тем слабее казалась ты сама. Хрупкой, уязвимой — увидев стрелу, летящую в тебя, я понял: мой щит для нас двоих.       Знаешь... тогда, впервые за долгое время, я почувствовал, что мне есть, что терять: незнакомку с голубыми глазами и горящей рукой...

***

      — Палатки у вас тут, конечно... — обращаясь ни к кому, пробормотал Блэкволл и одобрительно хмыкнул в бороду, прикидывая прочность растяжек. Воин осмотрелся по сторонам, но, встретившись взглядом с расположившимся поблизости Железным Быком, пояснил: — Королевские.       Кунари, искривив рот, фыркнул в ответ. Он сидел, широко расставив ноги, одним сапогом утопая в мешанине из грязи и соломы, и, оперевшись локтями на колени, боролся с жилами животного.       — Не привык спать в комфорте? — скорее прорычал он сквозь стиснутые зубы, вгрызаясь в баранину из коленного сочленения костей далеко не первой порции, и посмотрел одним глазом на сопартийца.       — Ага, — усмехнувшись, Блэкволл коротко кивнул и погладил густую бороду бессмысленным движением. — Когда странствуешь один, довольствуешься малым.       — Хмпф... — Железный Бык издал в ответ нечленораздельный звук, и, наконец, прожевав мясные волокна, вытер рот тыльной стороной ладони. — Трудно будет, но привыкнешь, — он запустил обглоданную кость куда-то в кусты и просунул пальцы в железную ручку кружки, расплескивая воду на ее пути вверх. — Наша мэм ночует только так.       Блэкволл сквозь дым костра, стелющийся к вытоптанной земле, посмотрел на снаряжающуюся в нескольких шагах Мелиссу.       Хрупкая изящная фигурка — ни за что бы не подумал, на что она способна в бою, не будь сам свидетелем, — густая копна светлых кудряшек и пара голубых глаз — на нее нельзя было не смотреть. На его жизненном пути встречались красивые женщины, но красота большинства из них была покрыта слоем бытовых тягот. Леди Тревельян же, казалось, сошла со страниц с теми набросками обнаженных нереалистично красивых женщин, которые пользовались большой популярностью в орлесианской армии еще во времена его службы. Листы с непотребными угольными зарисовками от неизвестного автора-фантазера щепетильно связывались бечевкой и быстро расходились среди солдат. Однажды владельцем одного из экземпляров оказался молодой капитан Ренье, выменявший книжицу у сослуживца и после долго хранящий ее среди личных вещей.       Псевдостраж одернул себя от этого низкого сравнения, резко выдохнул через нос и поморщился от собственной мысли. Не желая пялиться, он посмотрел в сторону, на пару солдат, что-то живо обсуждающих среди уголков палаток. Но не выдержав этого необъяснимого притяжения, вновь бросил скрытый взгляд исподлобья на припухлости молодых губ Мелиссы, вывел женственную линию скулы, спустился ниже по мягкой коже шеи и вычертил острые линии наплечников на ее хрупком теле.       Красивый драконий доспех мог впечатлить любого, не разбирающегося в войне. Блэкволл же видел этот помпезный хлам насквозь — тонкий, чтобы максимально снизить нагрузку. Лучше, чем простая кожа, но повторный удар топором, скорее всего, не выдержит.       Магиня сосредоточенно затягивала ремень наплечника, слегка откинув голову в бок и назад, отчего весь водопад светлых пружинок ее волос покачивался на весу. Затягивала слабо — Блэкволл видел это. Ее сил не хватало, чтобы закрепить шипастую пластину на себе как следует, тем более одной рукой. Вокруг и тут, и там были ее спутники, солдаты Инквизиции, но каждый был чем-то занят, а она стояла чуть в стороне, видимо еще не привыкшая к подобному окружению, и мучилась с одним ремешком уже которую минуту, не привлекая к себе ничье внимание.       "Наверное, слишком гордая попросить помощи..." — подумал он тогда. Подумать "глупая" — не хотелось.       Тяжело вздохнув и оттолкнувшись мозолистой ладонью от колена, он поднялся с деревянной, местами потрескавшейся, скамьи у входа в палатку. Руки легли на широкий пояс, обхвативший его поверх дублета, и, машинально затянув кожу в пряжке потуже, мужчина направился к Мелиссе, провожаемый взглядом кунари.       — Ты хлипко затягиваешь ремень, — Блэкволл встал позади девушки и, перехватив ремешок из хрупких рук, стал затягивать как надо, стараясь не думать о близости женского тела. Широкие, шершавые пальцы на удивление ловко справлялись с тонкой полоской кожи. — Пара резких движений — и плечо открыто, стреляйте.       Мелисса, вскинув от удивления песчаные брови, сперва замерла, но все же наклонила голову в бок, чтобы дать больше пространства для мужских рук, и бросила короткий взгляд назад через плечо, промолчав. На лице девушки застыла легкая едва различимая улыбка, и Блэкволл не смог понять, что являлось ее причиной — вежливость или смущение.       — Нечасто вижу магов так близко... — прочистив горло, воин предпринял очередную попытку нарушить молчание, мимолетным взглядом перебегая с наплечника на изящный изгиб тонкой брови над остриями длинных ресниц и после — на завитушки светлых волос совсем рядом с его пальцами.       — Вы тоже из этих? — вдруг спросила она, и Блэкволл замер, внезапно поймав ее взгляд своими глазами.       От нее пахло костром и едва ощутимо чем-то еще, тонким, почти незаметным, но — псевдостраж не сомневался — присущим ей из-за способности к магии. Солнечные лучи отражались в небесной голубизне ее радужек, создавая там пару новых светил, и растерявшись на пару мгновений, мужчина просто рассматривал взмахи ее ресниц, пока учащенным пульсом в висках билась только одна мысль: "Я пропал".       Прошло несколько тягучих секунд, прежде чем неловкость своей цепкой рукой захватила их обоих. Осознав, что все это время слишком явно ее рассматривает, воин коротко кашлянул в кулак и снова сфокусировался на ремешке, вытаскивая кожаный конец из пряжки.       — Из кого? — наконец, переспросил он — слишком хрипло — и снова прочистил горло, радуясь только тому, что темная борода скроет любые проявления внезапного смущения на его лице.       — Из тех, кто считает, что наше место за каменной стеной, — сдержанно пояснила магиня, и, отвернувшись, бросила ревнивый взгляд на ворона, который приземлился на золотистые драконьи крылья ее посоха, прислоненного к ящикам с провизией всего в нескольких шагах.       — Я? Хах, — неловко усмехнулся Блэкволл, не ожидая такого резкого ответа, и неуверенно потер бороду ладонью. Впрочем, сам дурак. Для нее наверняка это болезненная тема — сейчас же все из-за этих Кругов с ума сходят. — Нет, я, хм, так не считаю, — закончив с одним, мужчина переключился на другой ремешок-собрата первого. — Среди Серых Стражей маги тоже встречаются. Просто... редко с ними сталкивался.       Девушка снова в полоборота повернулась к мужчине, зацепившись взглядом за аккуратные кисточки усов на лице воина. Такие идеальные усы определенно надо вешать над лавками цирюльников для привлечения клиентов.       — Поговаривают, что и среди магов встречаются Серые Стражи. Но лично я их не видела ни разу, — зеркально ответила Тревельян, и Блэкволл не смог прочесть посыл в сухой интонации ее голоса.       "Разговор полетел в пропасть", — с сожалением подумал Том Ренье. Разозлившись на самого себя и свою удачу, он излишне сильно рванул ремешок, отчего плечо девушки дернулось вслед за ним, заставляя их взгляды снова столкнуться. И внезапно для себя в этой бездонной глубине водной глади мужчина рассмотрел веселье...       Она улыбалась.       Самыми краешками молодых губ, едва подрагивающей розовой линией сдерживая собирающуюся прорваться на волю улыбку. Создатель!       Не ожидав такой реакции, Блэкволл на мгновение опустил взгляд под ноги, туда, где из-под гальки пробивался слабый росток эльфийского корня. Мужчина фыркнул в бороду, отвечая на внезапно разлившееся по телу тепло — давно такого не чувствовал — и, наконец, уставился на острые зубья наплечника, только чтобы не выдать взглядом всполохи внутренних эмоций.       Последним движением воин поправил ремешок, прежде чем похлопать девушку по плечу.       — Вот. Готово, — мужчина отступил на шаг, покидая ее личное пространство, и сложил руки на груди. Слегка наклонив голову вбок и переступив с ноги на ногу, он одобрительно цыкнул в усы, осматривая результат. — Теперь не слетит, даже если скатишься в обрыв. Ребра, правда, все равно переломаешь, — он сделал полувзмах ладонью в ее сторону, поясняя: — Слишком тонкий.       — Хорошо, — уголки ее губ все же разъехались, уступая пространство для широкой неприкрытой улыбки, образующей милую ямочку на правой щеке. — Постараюсь обходить обрывы стороной, — заверила девушка, худой рукой через голову откинув густую копну кудряшек с лица, занесенную сюда внезапным ветром.       — Хах. Ага, — Блэкволл неловко хмыкнул в ответ и, понимая, что тонет, не оглядываясь, словно спасаясь от этого разговора, поспешил обратно, быстрыми тяжелыми шагами вытаптывая кое-где пробивающиеся сквозь высохшую грязь травинки под ногами.       — Возьму еще баранины, — буркнул он в сторону, только чтобы отвлечься.