12. Как произвести правильное, первое впечатление на парня.

***

октябрь 1999-го года. Несмотря на осеннюю серость неба и хмурость туч — в Марселе было тепло. Легкий ветерок касался кожи, вызывая мурашки. Скорой зимой здесь и не пахло. Закатное солнце опускалось за горизонт, обещая приближающуюся темноту на ночном полотне, усеянном серебряными звёздами. — Это очень хорошая семья, Жасмин. — шептала мать, шагая по полю, куда они трансгресировали минуты назад. Валери осмотрела свою расстроенную дочь. Тёмные волосы убраны в косу, что уже немного растрепалась. Сатиновое, лиловое платье опущено к полу, его рукава длинные и широкие, идущие книзу. — Ты такая неповоротливая. — заверил голос сзади темноволосой, — Что это за девушка, которая не умеет ходить на каблуках? Жасмин обернулась, встречаясь с мерзким, мужским лицом, искривленным в усмешке. Немного седые пряди вносили контраст с каштановой гривой. А зелёные глаза, смотрящие прямо в центр души — уже говорили о том, что перед ней стоит член семьи Арне. — И это мне говорит старик, который до сих пор не женился. — заявила девушка, замечая как лицо её дяди краснеет от злости. — Такую паскудную девку нужно было бить с детства! — размахивает руками, — Ну ничего, надеюсь твой будущий муж выбьет из тебя всю дурь. — останавливает свою кривую палочку возле юного лица. — Хватит, Томмиан. — мелодичный голос останавливает перепалку. — Лоран, и как ты умудрился воспитать такую дочь? — не затыкается дядя. — Я, в отличии от тебя, хотя бы имею дочь, братец. — шипит мужчина, одним взглядом вынуждая отступить. Когда группа из четырех людей оказалась возле мануараБенедиктов, мать коротко сжала ладонь дочери, этим жестом вкладывая в неё приказ о хорошем поведении. Жасмин окинула взглядом замок, созданный из коричневых и рыжих кирпичей. Вокруг было много фонтанов и клумб с красными тюльпанами. Место казалось волшебным и пугало своей величественностью. Башни тянулись кверху, а в их окнах горел оранжевый свет, заставляя светлячков кружится возле купольной крыши. — Веди себя прилично. — шептала Валери, — Это один из лучших вариантов для тебя. Для тебя. Ага, как же. Для неё. Это ведь ей нужны чистокровные внуки и зять, имеющий богатое наследие в виде денег и фамилии. Жасмин вздохнула и встретилась взглядом с пожилой женщиной, которая встречала их возле небольших врат. — Рада видеть вас. — без улыбки бросила старуха, одетая в золотую мантию, обшитую рубинами. — Дорогая, Ирис! — неловко воскликнул дядя, — Очень рад, что вы пригласили нас на столь прекрасный ужин. — лепетал. — Томми, — выдавила улыбку, — моя дочь пригласила вас. Я в этом участия не принимала. Жасмин хотелось засмеяться от того, как этого мерзкого идиота поставили на место. Видать, Ирис была бабушкой её названного жениха. — Мисс Жасмин, — обратилась к ней женщина, — я наслышана о ваших выходках. — заверила та, вызывая у Валери мурашки, — Но никто не говорил о том, что вы так красивы. Жасс окинула взглядом мать, осмотрела её испуганное лицо и глаза, ставшие размером с крышки от банок. Валери Арне очень сильно разнервничалась от слов пожилой леди. — Прошу вас войти. — сказала Ирис, встречаясь взглядом с Валери. Все поплелись ко входу в мануар. Шаги были медленными от волнения. Жасмин шла возле своего дяди, нравясь вытащить свою волшебную палочку из его мантии. Он забрал её ещё пару дней назад, чтобы она не удумала сотворить что-то до смотрин. Она хитро улыбнулась и подставила подножку Томми, и когда он споткнулся, чуть ли не падая на ступеньках, — выхватила Болотный тис. — С вами всё в порядке, дядя? — наигранно прошептала девушка, осматривая его жалостным взглядом. Мужчина лишь цокнул языком, глотая оскорбления, которые хотел вывалить на свою племянницу. Отец, шедший сзади, подавил смешок. Ему всегда было забавно от перепалок Жасмин и Томмиана, а забавнее всего было то, что юная волшебница всегда побеждала, заставляя старика вскипать от злости. — Добро пожаловать. — проговорила красивая женщина, стоящая в просторном коридоре. — Здравствуйте. — поклонилась Валери, нагибая за собой дочь, шипящую от возмущения. — Меня зовут Капелла Бенедикт, я хозяйка этого поместья. — голос светловолосой разлетелся эхом, ударяясь об большие, античные колонны. — Виктор Бенедикт. — представился высокий мужчина с тёмными усами, пожимая руку отцу и дяде Жасс. — Я Маттео Бенедикт. — юноша, стоящий чуть поодаль, подошел ближе, вглядываясь в лицо зеленоглазой. Парень аккуратно коснулся девичьей руки, не отрывая от веснушчатого лица своих светлых радужек. Его корпус наклонился, а пухлые губы мазнули по тыльной стороне женской ладошки. — Рад встрече. — шепнул прямо в лицо. Жасмин опешила от такого. В других семьях так их не встречали. Женихи неловко посматривали на неё, теряясь от злого взгляда зеленых глаз. Она вскинула бровь и перекинула зрачки на двух девочек, стоящих в оранжевых платьях. Близняшки. А после заметила ещё одного парня, не старше пятнадцати лет. — Девочки, представьтесь. — попросила Капелла, отходя чуть вбок, вынуждая дочек выйти и поклонится. — Инес Бенедикт. — ляпнула светловолосая, держащаяся чуть уверенней. — Анаис Бенедикт. — заикаясь, проговорила вторая. Валери улыбнулась, видя такие прекрасные манеры у столь юных девочек. А после вспомнила о дочери, стоящей с хмурым выражением лица, изучая пространство вокруг. Старшая Арне чувствовала, что Жасс уже замышляет как сорвать смотрины. — Сынок. — шепотом фыркнула Капелла, осматривая темноволосого парня, который скучающе держался в стороне. — Максанас Бенедикт. — зевая протянул подросток. Жасмин усмехнулась от этой выходки. Похоже, это единственный член семьи Бенедиктов, который вызывает в ней что-то кроме раздражения. — Я Валери Арне. — заверила мать, прикладывая ладонь к груди, — Рада знакомству. — Лоран Арне. — холодно отозвался отец. — Моё имя Томмиан Арне! — засветился дядя, — Благодарю за такой чудесный прием, мистер и миссис Бенедикты. Все члены семьи Арне перекинули взгляды на Жасмин, которая молчала как рыба, пытаясь подавить вспышку магии. Палочка, спрятанная в длинном рукаве платья, была готова заискриться. — Жасмин Арне. — произнесла волшебница, не желая опускать голову. Капелла оглядела её светлыми глазами, сразу отмечая стервозный нрав, и лишь коротко кивнув — начала идти вглубь, вынуждая следовать за ней. Большая столовая встретила всех запахом вкусной еды и свечами, висящими в воздухе. Жасмин расположилась возле отца и матери, прямо напротив Маттео, с его родителями. Близняшки тихо спорили, пытаясь усесться на один стул, но из-за холодного взгляда миссис Бенедикт — заткнулись, поправляя платья. — Я слышал, — начал Виктор, — что вы работаете в Министерстве Магии, отслеживая незаконных мастеров волшебных палочек. — уставился на Лорана. — Да. — кивнул отец, — Работа не сложная. Во Франции таких людей с каждым годом меньше. Жасмин почувствовала моментальное раздражение. Эта работа была наказанием отцу за его связь с Тёмным Лордом. Они и так были банкротами, а после того как Лорана скинули с должности в отделе «Черной Магии» — денег не хватало даже на удержание дома. — А вы, миссис Арне? — спросила Капелла. — Моя работа — это следить за домом. — неловко улыбнулась, — Всё своё время уделяю домашнему уюту и дочери. Капелла коротко качнула головой, бросая взгляд на мужа. — Мисс Жасмин, — ласково протянул Маттео, вынуждая француженку взглянуть на него, — мой знакомый преподаватель из Шармботона говорил о ваших успехах в целительной магии. Это так же замечательно — владеть столь сложными чарами! Девушке хотелось закатить глаза, но нога матери, пнувшая под столом, заставила выронить тихую благодарность. — А вы чем планируете заниматься, Маттео? — жуя курицу, спросил Томми. — Думаю пойти по стопам отца. — выдал парень, — Сейчас очень мало авроров, но они нужны людям. — Ага, — захихикал Максанас, отрываясь от кубка с соком, — именно поэтому наш дед, бывший Министр Магии, отправлял их по пустякам в Нурфаель. Все члены семьи Бенедиктов перевели злые взгляды на мальчишку, стирая с его лица глупую улыбку. Жасмин чуть не подавилась клубникой, прокашливаясь от накатившего смеха. И, на счастье Валери, этого никто не заметил. — Я предлагаю перейти к делу. — заверил Виктор, осматривая холодное лицо Лорана. Вот сейчас должно начаться шоу. Взрослые начали что-то щебетать о возможной свадьбе и договорах. Близняшки навострили уши, накручивая светлые пряди на пальцы. Максанс стучал вилкой по тарелке. И только Маттео — не отрывал взгляда от Жасмин. Он видел как девичьи ноздри вздуваются от волнения. Как глаза бегают по столу, в надежде найти что-то, что она может скинуть с громким звуком. Как зубы кусают верхнюю губу. Когда Томми начал громко заверять о целомудрии Жасмин и её выдуманных успехах в готовке и превосходном шитье — скатерть слетела со стола. Волшебница стояла на ногах, с помощью палочки оттягивая белую ткань, роняя блюда на пол. Мрамор заливали вина, соки, и соусы. Курица и запеченный поросенок упали прямо в картофель. Тарелки разбились, и падающие на них ложки с вилками — гремели. Люди вскочили из-за стола с шоком осматривая картину. Капелла покраснела от злости. Виктор протер лицо салфеткой, шепча себе что-то под нос. Близняшки удивлено заойкали, хватая Максанаса за руку, в которой он сжимал крылышко. А Маттео, чертов смазливый ублюдок, широко улыбался, уставившись на Жасмин. — Ах ты… — Томми достал палочку из кармана, пытаясь бросить в племянницу заклинание. — Я не выйду замуж! — заорала волшебница, отбивая «Остолбиней», брошенное дядей. Валери схватилась за голову, зарывая руки в рыжие волосы. Она подбежала к Капелле, извиняясь за происходящее, пытаясь убедить в том, что дочь очень распереживалась и приболела. Лоран лишь смотрел на дочку холодным взглядом. Он смотрел на неё её же глазами. Его копия. Его волосы, цвет кожи, жар тела, изгиб губ, скулы. Его фамилия. Его наследие. И такой — взрывной, огненный, непреклонный — характер, который никогда не был, и не сможет принадлежать ему. Он видел перед собой хаос. И понимал, что хаос не идёт на уговоры. Не подчиняется. Не слушает. Не склоняет свою голову, и уж точно — не падает на колени. Никто не сможет принудить Жасмин выйти замуж. Он понимает это. И все возможные попытки будут бессмысленными. — Опусти палочку, мерзкая девка. — шипит Томми, пытаясь выбить Болотный тис из её ладони. — Петрификус Тоталус — роняет девушка, пуская магию в мужской бок. Дядя замирает и падает на пол, к нему мигом несется Валери, чуть ли не плача от происходящего. — Жасмин, — в океане шума тихий голос Маттео звучит слишком громко, — ты прекрасно владеешь магией. Все охают, а волшебница в смятении замирает, вскидывая бровь. Она не может понять, какие именно эмоции выражает парень. — Чего ты хочешь?! — её палочка направлена теперь на него. Их разделяет только стол, длинной чуть меньше двух метров. В воздухе терпкий запах чар и испорченной еды. Звук плача Валери и тяжелое дыхание Капеллы. — Не нервничай. — робко просит Маттео, — Все ведь в порядке. — Что? — напрягает плечи. — Тебе не пришлась по вкусу еда? — хмурит брови, — Я тоже иногда злюсь, когда феи подают мои нелюбимые блюда. Хочешь, они приготовят что-то, что тебе нравится? — Маттео! — возмущается мать, но взгляд сына её затыкает. — Какие, к чёрту, блюда?! — вскипает Жасс. Огонь внутри неё можно ощутить физически. Щеки горят ярким румянцем. Волосы растрепались, превращаясь в вихрь прядей. А дыхание, слишком неровное и шумное, показывает всю злобу. Хаос окутал этот зал. Свалил еду на пол, марая мрамор. Заставил всех перепугаться и окунутся в шок. Сбил с ног дядю, наконец, затыкая рот. Превратил смотрины в эффектную сцену безумия. Этот хаос не имеет формы, не имеет логики, не знает меры. Он не про абсолютную злобу. Он про перенасыщение. — Бомбарда! — палочка выпускает искры, взрывая большой стол. Дорогой элемент мебели ломается пополам, с громким стуком ударяясь об пол. Дым поднимается кверху, кружась вокруг свечей. Все кашляют, прикрывая рты и носы. И только Жасмин с Маттео смотрят друг на друга. Он аккуратным взмахом палочки рассеивает этот дым, улыбаясь девушке. Она, на первый взгляд, опускает плечи и палочку, будто смиряясь с проигрышем. Глаза буравят пол. Кажется, словно хаос угомонился, ощущая омерзительный запах провала. Но это не так. Огонь бросается на стулья, заставляя всех умчатся подальше. Это огонь из её нутра. Вырванный, как ребёнок из рук матери. Он жёсткий, обжигающий. Он не даёт выбирать действий, он выбирает за неё. Поэтому дрожат руки. Поэтому напряжены плечи. Поэтому взгляд становится опасным. Теперь она не управляет этим хаосом. Хаос управляет ею. Маттео обходит стол под её ненавистным взором, похожим на абсолютное безумие. Палочка направлена на него, и он не подступает ближе, держа дистанцию. Его мать что-то кричит, а отец оттаскивает Томми подальше от огня. Парень крутит палочкой, обрушивая на комнату воду, льющую как из ведра. Теперь лиловое платье мокрое, волосы прилипли к лицу, туш потекла с ресниц. Маттео пытался не потушить огонь, а остудить её изнутри. Но этого не может случится. Хаос же не пытался разрушить мебель, он хотел разрушить границы. Огонь лишь яростный способ сжечь рамки, в которые её загнали. Очередной импульс, приводящий к полной разрухе чужого обеденного зала. Все убежали, оставив помещение без своих голосов и взволнованных шепотов. Только ранее горевшие стулья шипели от, остудившей их, воды. Жасмин задрожала от злости. В ней больше не осталось здравого рассудка. Гнев, созданный хаосом, ищущим выход, охватил каждый сантиметр тела. — Бомбар… — палочка указывала на огромные двери позади парня, но нужное слово не успело покинуть рот. Маттео молниеносно выбил Болотный тис из женской руки, мягко призывая его к себе. Он обезоружил её. Магия, что рвалась наружу, будто почувствовала поражение и вдруг утихла, слабо искрясь в воздухе. Девушка осела на пол, пряча лицо в руках. Внутри всё продолжало гореть, несмотря на то, что её знобило от холода мокрой одежды. Хаос осел горящими пеплом в желудке, не сражаясь до конца. Он немного устал и пожелал передохнуть, дымом подбираясь к её горлу. — Жасмин. — на её плечо упала мужская ладонь и нежно потянула вверх, вынуждая подняться, — Ты будешь прекрасной женой. Жасс опешила, чуть ли не сваливаясь обратно на пол, но Маттео крепко сжимал её предплечье, не позволяя вырваться. Он делал больно. В его глазах читался азарт. Ему нравился погром, сожженые стулья и перекинутая еда, украшающая пол. Его заводил запах дыма и заклятий, создавших адское пламя. Он влюбился в хаос, обладавший дочкой семьи Арне. Он хотел его. Жаждал подчинить, поставить на колени, превратить в полную разруху. Он хотел им обладать. Но хаос не может иметь хозяев. — Я не выйду за тебя! — хрипло воскликнула девушка, пытаясь выбраться из цепкой хватки. — Правда? — удивился, улыбаясь во весь рот. Жасмин брыкалась. Ноги скользили по мрамору, залитому водой и вином. А рука, где ощущались мерзкие прикосновения — жгла болью. — Милая, — он схватил подбородок, заставляя смотреть в его лицо, — ты устала. Отправляйся в подготовленные покои, а я улажу всё сам. Она, наконец, вырвалась, падая на пол, ударяясь копчиком об твердость. Поползла с помощью локтей и ног к выходу, не сводя глаз с Маттео. Очень глупая попытка убежать. От этого смешно. Но именно такая отчаянная борьба, похожая на звериное шоу, доказывает мощь непоколебимого огня, текущего в женских венах. Маттео вздохнул, отправляя в неё заклятие, что моментально закрыло веки Жасмин, погружая её в тяжелый сон. Он осмотрел её мокрое лицо, успевшее скинуть яркие краски, заменяя их на бледность. Окинул россыпь веснушек и дрожащие ресницы. Протянул руку, приглаживая растрепанные волосы, которые ещё час назад были тугой косой, падающей на плечо. Она молчаливо лежала ничего не ощущая. Впервые перед ним такая спокойная, не замышляющая очередной скачок магии. Хаос спрятался в груди, вздымающейся от ровного дыхания. Он стал тишиной благодаря холодной воде и сладким, усыпляющим чарам. Маттео поднял девушку, охватывая корпус и колени, прижимая к своему телу. В коридоре его встретили другие. Инес и Анаис спорили между собой, тихо ругаясь, чтобы их никто не услышал. Максанас смотрел на брата, взирая на бешеную невестку, спокойно спящую в его руках. Виктор обнимал злую Капеллу, раздраженно смотрящую на семейство Арне. Валери спрятала голову в шее Лорана, который взглядом буравил Маттео и дочь, боясь увидеть повреждения на её хрупком теле. Томмиан начал разминать руки, ведь действие заклятия спало. Рыжеволосая женщина обернула на него голову, встречаясь со светлыми глазами. — Мерлин, — вздохнула, сдерживая стыдливые слёзы, — простите мою дочь. Мы немедленно покинем ваш мануар. — Зачем? — улыбнулся Маттео. — Что?! — воскликнула Капелла, гневно оглядывая спящую Жасмин. — Жасмин устала. — он сильнее прижал к себе тело, с нежностью осматривая девичье лицо, — Вы можете остаться в западной части замка, вам там приготовили покои. — зрачками зацепился за Валери. Никто больше не сказал ни слова, находясь в шоке от происходящего. Все начали расходится. Капелла тяжело вздохнула и потянула близняшек в спальни, с презрением смотря на мужа, который только молчал, ничего не предпринимая. Максанас вскинул бровь и выдохнул какое-то ругательство, снимая тесный пиджак. Томмиан в недоумении подошел к лестнице, хлопая Валери по плечу. И только Лоран не пошатнулся, следя взглядом за Маттео с его дочерью в руках. Они встретились глазами. Маттео узнал в той зелени Жасмин. Но без огня, только со жгучим льдом, который может превратится в отличные, острые копья. Парень понес Жасс в приготовленные покои, чувствуя презрение Лорана Арне. Отца, отдающего собственную дочь на растерзание акулам.

***

8 января 2000-го года. — Это правда, мисс Жасмин? — протянула Мил. — Да. — откликнулась девушка, закончившая свою историю. — Мне понравилось, как мисс Жасмин подожгла стулья! — воскликнул Тоби, — Наверное, было очень красиво. — У мисс очень непростой характер. — усмехнулся Винди, — Винди знал одну девушку, похожую на мисс Жасмин. — Какую? — спросила она, ковыряясь ложкой в пюре, сидя за столом кухни. — Это было давно… — отмахнулся эльф, — Может десять лет назад, может пятнадцать. — Как её звали? Винди вновь покачал головой, отдавая Мил грязную посуду. Он сгорбился, поднимая с пола полотенце, упавшее ранее. — Не помнишь? — расстроилась Жасс, — Жалко. — Мне уже очень много лет. — запричитал домовик, усаживаясь на высокий стул, — Я повидал много волшебников и ведьм, их лица и имена со временем размываются в памяти. — Оно и неудивительно. — протянула Жасмин, запивая ужин водой, — Она жила здесь? — спросила чуть тише. — Нет. — задумался, — Я тогда сопровождал старого мистера Тристана в Австралию, там я её и встретил, кажется. Волшебница коротко кивнула, оглядывая Милли, что усердно мыла посуду, стоя на табурете. — Хорошие были временя. — протянул Винди, удаляясь с кухни. Он ненароком вспомнил усопшего Тристана, охваченного желанием увидеть драконов. Чудной был мужчина, немного не похож на всех остальных Ноттов из-за своей инфантильности. Винди двинулся на чердак, разгоняя пыль и паутину, останавливаясь перед старыми колдографиями. Взял в свои морщинистые руки один яркий, движущийся снимок старика, держащего на ладони маленького дракона, пускающего огонь. На заднем фоне стояла девушка, махающая в кадр. На её хрупких плечах сидели такие же драконы, а те, что были побольше — летали под боком. Винди погладил колдографию и спрятал её в сундук, пальцами цепляясь за веснушчатое, женское лицо, которое так широко улыбалось в кадре. Он никогда и ни за что не скажет юной мисс имени той волшебницы. Не расскажет о тех пушистых, рыжих волосах и горячем нраве, который был так схож с Жасмин.