Вариант 2

≪ °❈° ≫

Хорошо в старом поезде ночью.

За окном — только чёрная гладь.

В пустоте раздаётся, как почерк,

одна только дрожь. Некому спрашивать, ждать.

Узор от теней на стекле, не танцуя,

и пространство без имени там, за окном.

Здесь забудешь, каким ты когда-то был, — чуя,

как растаешь, как дым в этом медленном сне, сквозняком.

Путь кончается там, где мерцают огни.

Рельсы в пустоту уходят. Тиха

и тяжка тишина от того, что в пыли

позади — города, что исчезли, как выдох, как вздох.

Но не о пути это. И не о стали.

Не о том, что осталось в полях за спиной.

Это — как внутри постепенно перестали

называть и считать, и следить за собой.

Как в пустом вагоне ночного забвенья,

где граница «я» стала прозрачной, как иней на стекле,

и остаться теперь только частью движенья —

ни телом, ни памятью — только в самом огне.

Стать точкой в скобках. Запятою в коридоре,

что теряет чернила под стук колёс.

Ни к чему не привязана — ни к прошлому, ни к воле.

Только сырость на стекле. Только мох сквозь накос.

Исчезают не только названья вокзалов,

но и кожа, что прежде хранила зной.

Превращаешься в слух. В ожиданье сигналов

от дождя, что стучится по крыше ночной.

Вот он — ключ. Не в прибытии. В промежутке.

В геометрии кресел пустых и пятен от масла на столе.

В этом странном молчании старого судна,

где не должна ты никому и даже — себе.

Можно снять паутину с души, как пальто,

положить на полку и забыть номерок.

И дышать не воздухом — паром, что

клубится в окне и растает, как срок.

И уже не поймёшь — ты внутри или вне,

ты составлен из тьмы или тьма — это ты.

И граница, что прежде ныла, как заноза в виске,

стала просто условностью, тенью черты.

И приходит не то чтобы прозренье,

а скорее — согласие с тьмой за стеклом.

Что любая цель — лишь отсрочка тленья,

а покой — это быть невоплощённым теплом.

И поезд, что мчался сквозь рощи, поля,

оказался лишь дрожью в коленях твоих.

И ночь за окном — это взгляд, что не видит, скользя,

а рельсы — морщины на пальцах, на них.

И когда понимаешь, что ехать некуда,

исчезает и поезд, и тьма за стеклом.

Остаётся лишь лёгкость. Пустая посуда

без дна и без края. И в этом — твой дом.

≪ °❈° ≫