12. От тени греха - к плану возмездия

      Аннара приоткрыла глаза, заметив, что Фэйнир ещё спит — его бледные веки были плотно сомкнуты, а губы слегка приоткрыты в ровном дыхании. Ухмыльнувшись про себя, она медленно, чтобы не разбудить его раньше времени, сползла под шёлковое одеяло. Тёплый воздух под тканью пахла их вчерашней страстью и её собственными духами. Её пальцы скользнули по его плоскому животу, ощущая каждый мускул, пока не добрались до мягкого, но уже начинающего наполняться кровью члена. — Доброе утро, извращенец, — прошептала она, обхватывая его ладонью и чувствуя, как он постепенно твердеет под её прикосновениями. Фэйнир слабо застонал во сне, его бёдра непроизвольно дёрнулись навстречу её руке. Аннара наклонилась, её горячее дыхание коснулось головки, уже влажной от предэякулята. Кончиком языка она провела по уздечке, ощущая солоноватый вкус, затем медленно облизнула всю чувствительную плоть сверху вниз, задерживаясь на венчике. Его член резко дёрнулся, полностью пробуждаясь. Фэйнир глубоко вздохнул, но глаза ещё не открыл — видимо, решив, что это часть какого-то сладострастного сна. Она ухмыльнулась и взяла его в рот, опуская губы по всей длине, пока кончик не упёрся в нёбо. Её язык скользил по напряжённой вене на нижней стороне, а пальцы сжимали основание, слегка покручивая. — Анна...ра... — его голос звучал хрипло, полусонный, но уже явно осознающий происходящее. Она ответила лишь лёгким сжатием губ, заставляя его застонать. Её рука скользнула ниже, лаская его мошонку, ощущая, как яички напряглись в предвкушении. Фэйнир наконец открыл глаза, его фиолетовый взгляд метнулся вниз, где одеяло странно вздымалось в такт её движениям. — Это... возмездие? — прошептал он, голос дрожал от наслаждения. Аннара лишь приподняла бровь, не выпуская его изо рта, и ускорила темп, доводя до края той самой медлительной пыткой, которой он мучил её вчера. Фэйнир резко вдохнул, его пальцы вцепились в простыни, когда Аннара опустилась ещё глубже, принимая его полностью. Её нос упёрся в лобковую кость, а горло сжалось вокруг горячей плоти. — Чёрт... ты... училась? — он закинул голову назад, обнажая блейшую шею, по которой бежали капли пота. Аннара медленно поднялась, оставляя лишь головку между губ, и игриво щёлкнула языком по уздечке. — Может быть, — её пальцы скользнули между его ног, лаская промежность круговыми движениями, заставляя его тело содрогнуться. Фэйнир зарычал, внезапно схватив её за волосы — нежно, но достаточно твёрдо, чтобы заставить её посмотреть вверх. — Ты играешь с огнём, жена, — его глаза горели фиолетовым пламенем, губы растянулись в опасной улыбке. Она лишь приподняла бровь, намеренно замедляя движения, облизывая только кончик, наблюдая, как его член пульсирует от нетерпения. — Это называется... справедливость. Его рука резко дёрнула её за волосы, притягивая обратно к себе. — Тогда получай. Аннара едва успела вдохнуть, как он начал двигать бёдрами, контролируя ритм, глубоко входя в её рот. Её слюна стекала по основанию, смешиваясь с предэякулятом, когда он резко толкнулся в последний раз, заполняя её горло горячей спермой. Она проглотила, не отрываясь, чувствуя, как его пальцы дрожат в её волосах. — Ну что... справедливость восторжествовала? — прошептал Фэйнир, опускаясь рядом, его грудь быстро вздымалась. Аннара вытерла губы тыльной стороной ладони, ухмыляюсь. — Пока нет. Это был только первый раунд. Его смех смешался с её поцелуем, солёным от их смешанных вкусов. Она на мгновение замерла, и в её глазах вспыхнула хитрая искорка. Мгновение — и из тумбочки был извлечен гибкий кожаный шнур. Фэйнир лишь приподнял бровь, но не оказал сопротивления, позволив ей затянуть узел вокруг его запястий и привязать руки к массивному изголовью кровати. Его поза была одновременно и вызовом, и полной капитуляцией. — Ну что ж, — тихо прошептала Аннара, скользнув взглядом по его напряженному телу. — Теперь ты весь в моей власти. — Какие-то садистские наклонности просыпаются у моей жены, — его голос звучал хрипло, но в нём явно читалось возбуждение. Она ответила лишь томной улыбкой, опускаясь между его бёдер. Её пальцы обхватили его член, всё ещё влажный от её слюны и спермы, медленно проводя снизу вверх, собирая капли. — Терпение, дорогой, — Аннара наклонилась, её губы обхватили головку, язык скользнул по щели, вылизывая остатки семени. Фэйнир резко вдохнул, его мускулы напряглись, но шнур не давал даже дёрнуться. — Чёрт... Аннара... Она ухмыльнулась, намеренно замедляя движения. Её рот опускался всего на пару сантиметров, губы сжимались вокруг ствола, а язык рисовал медленные круги по венам. — Ты же любишь, когда я тяну, — её горячее дыхание обжигало кожу, когда она на секунду отпускала его, наблюдая, как член дёргается от нетерпения. Фэйнир зарычал, пытаясь освободить руки, но узлы держали крепко. — Когда я освобожусь, ты пожалеешь об этом. Аннара лишь рассмеялась и снова взяла его в рот, на этот раз опускаясь до самого основания, пока её нос не упёрся в лобок. Её горло сжалось вокруг него, а пальцы вцепились в его бёдра, не давая ему даже пошевелиться. Фэйнир выгнулся, его тело напряглось до предела, но она контролировала каждый его вздох, каждый стон, доводя до края той самой медленной пыткой, которую он так любил. — Сдохну... если ты не... Она резко поднялась, оставив его на грани, её губы блестели от слюны. — Нет, не сегодня. Его проклятие смешалось с её смехом, пока она снова опускалась, играя с ним, как кошка с мышью. Она вновь приняла его в себя до самого основания, ощущая, как напряжённый член заполняет её горло, но затем внезапно остановилась. В её глазах мелькнула опасная искра озарения. Не выпуская его изо рта, она осторожно провела рукой между его ягодиц, и в следующее мгновение кончик её большого пальца с лёгким, но уверенным давлением коснулся ануса, лишь намекая на проникновение. Фэйнир резко вдохнул, его бёдра дёрнулись, но шнур удерживал запястья. — Аннара... ты... — его голос сорвался, когда палец на дюйм вошёл внутрь, ощущая горячую плотную мышцу. Она ускорила движения ртом, одновременно нажимая пальцем на простату, заставляя его застонать глубже. Его член вздрогнул, выделяя ещё больше предэякулята, который она тут же слизала языком. — Нравится? — её голос вибрировал вокруг его ствола. Фэйнир закинул голову, его чёрные волосы растрепались по подушке. — Чёрт возьми... да... Аннара улыбнулась и добавила ещё один сустав пальца, медленно двигая им внутри, пока её рот продолжал работать над членом. Она чувствовала, как его внутренние мышцы сжимаются вокруг вторжения, как его дыхание становится прерывистым. — Я... не... долго... — он задыхался, его живот напрягся. Она знала, что довела его до предела. Её палец нажал сильнее, а губы сжались вокруг головки, когда Фэйнир с криком кончил, сперма заполнила её рот горячими толчками. Аннара медленно поднялась, вытирая губы, наблюдая, как его грудь быстро вздымается. — Справедливость, — прошептала она, развязывая шнур. Фэйнир лежал на спине, его грудь медленно поднималась и опускалась, а фиолетовые глаза были закачены под веки. Тело казалось полностью расслабленным, если не считать лёгких подрагиваний в мышцах бёдер. — Аннара... ты... демон... — его голос звучал хрипло, почти шёпотом, словно даже говорить было усилием. Она ухмыльнулась, наблюдая, как его член, всё ещё влажный и покрасневший, медленно опускается на живот. Капли спермы смешивались с потом на его бледной коже. — Ты же сам говорил — справедливость, — её пальцы лениво провели по его внутренней поверхности бедра, заставляя его дёрнуться. Фэйнир слабо застонал, его запястья всё ещё были красными от шнура. — Это не справедливость... это убийство... Аннара рассмеялась и лёгким движением перекинула ногу через его талию, усаживаясь верхом. Её пальцы скользнули по его груди, ощущая, как его сердце бешено колотится. — Ты ещё можешь? — её голос звучал игриво, но в глазах читался вызов. Фэйнир медленно открыл глаза, его взгляд был мутным, но в нём тлел огонь. — Ты... издеваешься... Она наклонилась, её губы коснулись его уха. — Просто скажи, если сдаёшься. Его руки, дрожащие от перевозбуждения, вдруг обхватили её бёдра. — Никогда. Аннара почувствовала, как под ней он снова начинает наполняться кровью, медленно, но верно. — Ох уж этот эльфийский... ресурс, — она засмеялась, но её смех оборвался, когда он резко перевернул её, прижимая к матрасу. — Я предупредил, — его голос звучал низко и опасно, а пальцы уже скользили между её ног, находя влагу. — Чёрт... ты... нечестный, — она закусила губу, чувствуя, как его палец входит внутрь. Фэйнир ухмыльнулся, его зубы блеснули в полумраке. — Справедливость, дорогая. Фэйнир прижал Аннару к матрасу, его длинные пальцы скользнули между её бёдер, ощущая, как её киска уже сочится от возбуждения. — Уже возбудилась, жена? — его голос звучал хрипло, пока он разводил её половые губы большими пальцами, обнажая розовый, пульсирующий вход. Аннара закусила губу, когда он резко ввёл два пальца внутрь, её внутренние мышцы тут же сжались вокруг них. — Ах! Медленнее, чёрт возьми... Но Фэйнир лишь ухмыльнулся, начиная быстрые, точные движения, его пальцы скользили по передней стенке, находя ту самую чувствительную точку. — Нет, ты заслужила это, — он прижал ладонь к её клитору, растирая его кругами, пока пальцы внутри ускорялись. Аннара выгнулась, её ноги затряслись, а пальцы вцепились в простыни. — Я... я не... Фэйнир! Он чувствовал, как её киска сжимается всё сильнее, как по его пальцам стекает ещё больше смазки. — Кончай, — он прошептал прямо в её ухо, одновременно нажимая на чувствительное местечко внутри и проводя большим пальцем по разбухшему клитору. Её тело напряглось как струна, а затем взрывная волна оргазма прокатилась по ней. Струя тёплой жидкости хлынула на его пальцы и простыни, пока она кричала, её бёдра дёргались в конвульсиях. Фэйнир медленно вынул пальцы, наблюдая, как её киска всё ещё пульсирует, а жидкость капает на матрас. — Вот что значит справедливость, — он облизал пальцы, его фиолетовые глаза сверкали торжеством. Аннара лежала, тяжело дыша, её тело всё ещё дрожало. — Ты... умрёшь... когда я отойду... Он лишь рассмеялся и лёг рядом, обнимая её за талию. — Жду с нетерпением. Фэйнир лениво потянулся, его чёрный хвост растрепался после бурной ночи. Он накинул на голое тело тёмный шёлковый халат, который лишь подчёркивал бледность его кожи. — Голоден как тролль после зимней спячки, — проворчал он, наблюдая, как Аннара копается в шкафу, доставая глиняные тарелки. Она повернулась, её синие волосы рассыпались по плечам, а серые глаза блестели от усталости и удовольствия. — Если бы ты не тратил столько энергии... Фэйнир ухмыльнулся, подходя к плите, где уже шипели яйца с луком. — Ты сама начала, — его пальцы ловко перевернули омлет, брызги масла попали на его запястье. Он даже не моргнул. Аннара налила в кувшин свежевыжатый апельсиновый сок, её тонкие пальцы оставили влажные следы на стекле. — Кофе будешь? — Чёрный. Как моя душа, — он бросил ей игривый взгляд, доставая из шкафа банку эльфийского мёда. Кухня наполнилась ароматами жареного бекона, корицы и свежего хлеба. Аннара нарезала ещё тёплые булки, её ноги босые скользили по каменному полу. — Ты хоть спал хоть немного? — она поставила перед ним тарелку, перегруженную едой. Фэйнир взял её за запястье, притягивая к себе. — Кто может спать, когда рядом такая искусительница? — его губы коснулись её ладони, оставляя лёгкий укус. Аннара вырвалась, но улыбка выдавала её. — Ешь, пока не остыло. А то опять начнёшь жаловаться, что я тебя морить голодом собралась. Он взял вилку, его фиолетовые глаза сверкнули в утреннем свете. — После такого завтрака... у меня появятся силы на новые жалобы. Она фыркнула, разливая кофе, но уголки её губ дрогнули. Утро начиналось хорошо. — Чем займёмся сегодня? — спросил эльф, отпивая из глиняной кружки. Аннара подняла на него взгляд, и в уголках её губ заплясали весёлые чертики. — Может, покажешь ту поляну, где ты... оказывал неотложную помощь рожающей эльфийке? — она намеренно сделала паузу, наблюдая, как Фэйнир давится кофе. — Думаю, ты был очень... настойчив в своих методах помощи. Фэйнир, откашлявшись, смотрел на неё со смесью ярости и восхищения. — Что за... как ты... — его голос звучал хрипло, пальцы сжали чашку так, что тонкий фарфор затрещал. Аннара лениво облокотилась на стол, подперев подбородок рукой. Её серые глаза светились озорством. — О, так это правда было? Я просто не поверила, когда ты рассказывал, учитывая твой... специфический интерес. — ухмыльнулась она. — Так покажешь? Интересно же посмотреть на место твоих... подвигов. Фэйнир резко встал, его стул с грохотом упал на каменный пол. — Это было несколько лет назад. И она не просто рожала, а... — А? — Аннара приподняла бровь, её губы дрожали от сдерживаемого смеха. Эльф провёл рукой по лицу, вздохнул. — Она практиковала ритуал плодородия. И да, я помогал. Магически. — Магически, — Аннара кивнула, явно не веря. — Ну конечно. И её стоны 'глубже, эльф' — это были заклинания? Фэйнир покраснел до кончиков заострённых ушей. — Чёрт побери, Аннара! Ладно. Да, я трахнул её в задницу, пока она рожала. Она просила — это помогало снять боль. Теперь уже Аннара закашлялась, давясь соком. — Боги, ты серьёзен? Это... отвратительно. И чертовски горячо. Фэйнир наконец ухмыльнулся, подбирая стул. — Хочешь увидеть поляну? Там до сих пор растут цветы, политые её соками. Аннара швырнула в него салфеткой. — Ты невозможен. Но... да. Покажи. Фэйнир протянул руку, его пальцы обхватили её запястье. — Только если пообещаешь не завидовать этой эльфийке. Она фыркнула, но позволила ему притянуть себя ближе. — Обещаю. Но если там окажется алтарь с твоим членом в центре — я разведусь с тобой. Его смех эхом разнёсся по кухне, смешиваясь с запахом кофе и греха. Позже Фэйнир провёл Аннару через заросли серебристого папоротника, его босые ноги бесшумно ступали по мху. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, играя на его чёрном халате. — Вот она — поляна позора, — он раздвинул ветви, открывая небольшую лужайку, усеянную синими цветами. Аннара присвистнула, её пальцы коснулись огромного плоского камня в центре. — Так вот где ты... практиковал магию. Фэйнир ловко прыгнул на камень, его халат распахнулся, обнажая бледные бёдра. — Она лежала тут, раскинув ноги, с животом, как будто проглотила арбуз, — его пальцы скользнули по поверхности, будто вспоминая. — Кричала так, что птицы разлетелись. Аннара скрестила руки на груди, но её щёки порозовели. — И ты просто... вошёл сзади? Он ухмыльнулся, лёжа на камне. — Нет. Сначала я сделал ей массаж поясницы. Потом вошёл. Медленно. — Боги, — Аннара закатила глаза. — Ты превратил роды в порно. Фэйнир сел, его фиолетовые глаза сверкнули. — Она родила здорового мальчика. Благодарила меня неделю. Аннара вдруг расхохоталась, её смех разлетелся по поляне. — Только ты мог превратить помощь в родах в греховное приключение. Он поднялся, подходя к ней вплотную. — Хочешь попробовать? Я слышал, поза на четвереньках облегчает схватки. Аннара шлёпнула его по груди, но её губы дрожали от смеха. — Когда я решу рожать — ты будешь стоять в углу. В мешке. Фэйнир обнял её за талию, прижимая к камню. — Обещай, что позовёшь, если станет больно. Она фыркнула, но её пальцы вцепились в его халат. — Идиот. Солнце грело, цветы благоухали, а на поляне снова пахло грехом. Фэйнир прижался грудью к спине Аннары, его длинные пальцы нежно обвили её талию. Запах её волос — смесь полевых цветов и чего-то неуловимо тёплого — заставил его прикрыть глаза на мгновение. — Слушай, а мы всё-таки будем мстить кузнецу и твоим родителям за наш сожжённый дом? — его губы коснулись её уха, голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась стальная нотка. Аннара продолжала разглядывать синий цветок, её пальцы замерли на лепестке. — Да, но пока у меня нет идей. А у тебя? — она слегка откинула голову назад, касаясь затылком его плеча. Фэйнир провёл ладонью по её животу, ощущая под тонкой тканью рубахи ровное дыхание. — О, у меня всегда есть идеи, — он ухмыльнулся, его зубы блеснули в солнечном свете. — Мы могли бы подложить им в вино слабительное из красных мухоморов. Или поджечь их новый дом тем же способом. Аннара повернула голову, её серые глаза сузились. — Это... по-детски. — Зато весело, — он притянул её ближе, чувствуя, как её спина прижимается к его животу. — Но если хочешь что-то изощрённое... Я знаю ритуал, который превратит их волосы в змей. Навсегда. Она засмеялась, но потом задумалась. — Это уже ближе. Но... мне хочется, чтобы они поняли, что потеряли. Не просто пострадали. Фэйнир замер, его пальцы остановились на её рёбрах. — Тогда давай сделаем их нищими. Я могу устроить так, что все их долги всплывут, а торговые контракты рассыпятся в прах. Аннара повернулась в его объятиях, её руки поднялись к его лицу. — Ты действительно знаешь, как это сделать? Он наклонился, чтобы их лбы соприкоснулись.. — Я тёмный эльф, дорогая. Разрушение — это наша вторая натура. Она вздохнула, её пальцы запутались в его чёрных волосах. — Хорошо. Но без убийств. Пусть живут. И страдают. Фэйнир улыбнулся, его фиолетовые глаза сверкнули. — Как пожелаешь, моя мстительная фея. Они стояли так, среди цветов, пока ветер разносил их планы по всему лесу. — Хотя, знаешь, — Аннара повернулась к Фэйниру, и в её глазах заплясали опасные искорки, — мне кажется, Эйнару мало одного глаза, потерянного от моей стрелы. — Её губы изогнулись в жестокой ухмылке. — Как насчёт... лишить его чего-то более ценного? Чтобы гарантировать, что его мерзкая кровь не найдёт продолжения. Что думаешь? Фэйнир замер, его фиолетовые глаза расширились на мгновение, прежде чем в них вспыхнул опасный блеск. Пальцы непроизвольно сжали её талию, чувствуя, как учащается её дыхание. — Ох, дорогая, — его голос стал низким, почти шёпотом, губы искривились в хищной ухмылке. — Ты становишься опаснее с каждым днём. Мне это... нравится. Аннара прижалась к нему, её ногти впились в его предплечья через тонкую ткань халата. — Я серьёзно. Он заслужил больше, чем шрам на лице. Фэйнир медленно провёл языком по верхним зубам, словно пробуя вкус её идеи. — Представь, — он наклонился, чтобы его губы почти касались её уха, — как он проснётся в луже крови. Потрогает себя... и найдёт только мокрую рану. Аннара резко вдохнула, её зрачки расширились.. — Ты... ты знаешь, как это сделать? Он откинул голову назад, смеясь — низко, глухо, как лесной хищник. — О, моя яростная девочка. Я знаю дюжину способов. Хочешь медленно — ядом, чтобы плоть отмирала по сантиметру? Или быстро — мои кинжалы уже скучают по работе. Она обернулась, их лица оказались в сантиметрах друг от друга. — Быстро. Чтоб не мучился? — её голос дрогнул, но не от страха. Фэйнир провёл пальцем по её нижней губе. — Как мило. Ты даже жалость проявляешь. — Потом резко сжал её подбородок. — Но нет. Пусть помучается. Пусть сгниёт заживо, как наш дом. Аннара закрыла глаза на секунду, затем кивнула. — Тогда... яйца тоже? Он рассмеялся, обнимая её так, что кости затрещали. — Боги, я тебя обожаю. Да, и яйца. Пусть ходит, как скопец, и помнит, кому обязан таким... преображением. Ветер сорвал с деревьев листья, закружив их над поляной, где когда-то рожала эльфийка. Теперь здесь рождался куда более тёмный план.