Последний вечер детства

Напряженная тишина сменилась криками радости. Слуги вскочили с мест, застучали по столешнице костяшками пальцев и деревянными кубками, наперебой выкрикивая приветствия лорду и его сопровождающим. Рорик так и замер, забыв опустить засунутую за гобелен руку. Он не отрывал глаза от левого плеча хозяина, за которым стоял его старший сын. Губы управляющего шевелились в беззвучной благодарственной молитве. Лорд со смехом вскинул левую руку, призывая к тишине. — Я тоже рад вас всех видеть! Мы вернулись с добрыми вестями. Война окончена! Принц Эндимион победил, его мятежный брат Эстерион бежал, а его союзники казнены или отправлены в ссылку. Есть и другие хорошие новости, но о них позже! Эта короткая речь вызвала новый шквал ликования. Слуги обнимались, хлопали друг друга по плечу, кое-кто, не таясь, вытирал слёзы радости. Только Нефрит не разделял всеобщего восторга. Сколько он себя помнил, поместьем управляла мать, она же вместе с Рориком принимала все важные решения и занималась воспитанием и обучением сына. Нефрит чувствовал больше привязанности к управляющему, чем к этому высокому, жилистому чужаку с коротко, по-военному, остриженными волосами, такими же темными, как у него самого. Было странно видеть мать, такую хрупкую и тоненькую, в объятиях этого великана, наблюдать, как туманятся нежностью ее глаза при взгляде на мужа, как она кокетливо поправляет выбившуюся из-под чепца прядь волос. Сердце Нефритa болезненно сжалось от незнакомого доселе чувства — в груди будто перекатывался раскаленный уголёк, причиняя нестерпимые муки. — Нефрит?! — леди Эйла с сияющим лицом обернулась к сыну. Мальчик нехотя поднялся с места и, шаркая ногами по деревянным доскам пола, направился к лорду Морвину. — Отец, рад видеть вас в добром здравии. Пресвятая Селена услышала наши молитвы — вы вернулись целым и невредимым. При взгляде на бледного, тощего подростка в глазах лорда Морвина промелькнуло странное выражение. Удивление? Досада? Сожаление? Оно исчезло так быстро, что Нефрит даже не был уверен, что ему не показалось. — Благодарю, сын. Правда, вернулся я не совсем целым… Лорд вытянул вперед правую руку. Все присутствующие разом замолкли и ошеломленно уставились на аккуратно подвернутый и завязанный чуть ниже локтя рукав. — Впрочем, с делами в поместье я управлюсь и одной левой, — пошутил он, разбивая повисшую тишину. — А теперь неплохо бы подкрепиться — у нас в желудках уже три дня не было ничего, кроме воды из ручьев и черствого хлеба. Все разошлись далеко за полночь, несмотря на то, что вставали в Фенхолле рано. Вернувшиеся с лордом воины живописали свои подвиги, их матери, охая, старались подсунуть исхудавшим отпрыскам кусок послаще. Лорд Морвин с кубком вина разомлел в кресле у пылающего камина, наслаждаясь первым мирным днем под собственной крышей. Несмотря на поздний час, Нефриту не спалось. Он беспокойно ворочался в кровати, гадая, о чем сейчас могут разговаривать родители. Наконец, любопытство одержало верх. Спальня матери — родителей — поправил он себя, скрипнув зубами, находилась рядом, через стенку. Нефрит подошел к открытому окну, выглянул наружу, чтобы убедиться, что во дворе никого нет, и вылез на широкий карниз. Осторожно ступая босыми ногами по скользким камням и хватаясь за толстые стебли плюща, укрывавшие стену зеленым ковром, он подобрался к открытому окну соседней комнаты. Нефрит сразу уловил запах сладковатой смолки с южных границ — мать всегда жгла ее вечером в курильнице на подоконнике как защиту от вездесущих комаров. Увы, до Нефрита дым не долетал. Мальчик дернулся и тихонечко зашипел, ощутив уколы сразу нескольких алчных хоботков, но тут же замер, жадно ловя каждое слово, доносящееся из спальни. — …в конечном итоге, женитьба короля спасла нас всех. Королева Серенити привела под наши знамена пять тысяч солдат, которые и решили исход битвы. Мы прижали армию Эстериона к реке у Драва лобовой атакой, а наша конница вылетела из засады, пересекла реку вброд и ударила в тыл. Это была кровавая бойня, Эйла. Почти все сторонники Эстериона погибли, а его самого так и не нашли. — Или просто не опознали, — добавил он про себя, вспомнив бесконечные ряды обезображенных трупов, некоторые с размозженными головами или вовсе без них. — Говорят, он сбежал, переодевшись в наряд маркитантки, — сказал он вместо этого, не желая пугать жену тошнотворными подробностями. — И где он может быть теперь? — услышал Нефрит голос матери. — Понятия не имею, но такая гадюка, как Эстерион найдет, куда заползти. Надеюсь только, что он не вернется. — Значит, Эндимион наконец получил назад свою корону? — И страну в руинах в придачу. Всюду царит анархия, половина знати полегла на поле боя, от крестьянства за семь лет войны мало что осталось, а в казне ни лунара. — Я знаю. В Фенхолле дела обстоят не лучше. Мы опять не смогли заплатить налог полностью. Богиня наказала нас дождливым летом вот уже второй год подряд, болота разлились, к торфяникам не подступишься. Мы продавали рыбу и лекарственные травы, но на них много не заработаешь. — Эйла, Фенхолл больше не наша забота, — огорошил Морвин свою супругу. — Скоро мы уезжаем. — Что? Его забирают за долги? Уже?! - Нет, нет, - успокоил ее муж. – Король пожаловал мне угодья на юге, в Винделанде. Плодородная земля, щедрое солнце, виноградники – как в твоих рассказах о детстве. - О, Морвин! Это замечательно! – в голосе Эйлы слышалось облегчение. Она хоть и любила мужа, но так и не сумела прикипеть душой к суровому болотистому краю, в который он привез ее после свадьбы. – Нефриту там тоже понравится, я уверена! Он даже апельсинов никогда не видел, а ведь в саду его дедушки они растут, как у нас клюква! И до моих родителей всего пара часов пути! Воцарилось молчание. Нефрит потер одну заледеневшую ногу об другую и уже подумывал ретироваться, полагая, что отец задремал. — Эйла, — откашлялся лорд Морвин, — Нефрит с нами не поедет. Ему пора учиться тому, что значит быть рыцарем короля. В конце концов, когда-то он унаследует мои земли и титул. Я намереваюсь отослать его на обучение в Келдор. — Морвин! Что ты такое говоришь?! Он…он…еще слишком мал! — Ему уже двенадцать. Мне было четырнадцать, когда я первый раз отправился на войну со своим господином. — Но ты ведь можешь сам его обучать? Теперь, когда ты дома… — Нет, не могу. В Винделанде у меня и минуты свободной не будет — там работы больше, чем у нас есть людей. И не забывай, что юг — все еще пороховая бочка. Хотя большинство лордов и присягнуло Эндимиону, но осталось и немало бунтовщиков, которые то и дело поднимают мятежи. Я позабочусь о том, чтобы у Нефрита был хороший наставник в военном деле и общество сверстников. — Дорогой, прошу тебя! Он — наш единственный выживший ребенок! Жаркая мольба в ее голосе могла бы растопить и ледяную глыбу. — Эйла, — мягко, но непреклонно ответил ее супруг. — Это решенное дело. Мы живем в неспокойные времена, и наш сын должен уметь защитить себя, свою семью и будущие владения. Если бы ты видела то, что видел я, ты бы меня поняла, — в голосе отца слышалась бесконечная усталость. Нефрит с такой силой сжал побег плюща, что ногти впились в ладони, оставив на коже саднящие полумесяцы. — Мама, — взмолился он про себя, — мама, пожалуйста, скажи что-нибудь. Я не хочу уезжать! Но леди Эйла ничего не сказала, и у Нефрита все оборвалось внутри, когда он услышал, что мать залилась слезами.