Глава 12

Зайдя внутрь магазина, я увидел приятную обстановку: маленькая каморка была заставлена горшками с красивыми букетами на деревянных полках, на стенах висели картины, рядом стояла касса, а жёлтая лампа освещала всё тёплым оранжевым цветом и тихо гудела. Старушка Эссель поправляла витрину, пока я ходил по магазину. Я заметил деревянную дверь, уже давно сгнившую, очевидно, ведущая в подвальную комнату. Была ли там комната или подсобка для товаров — мне всё равно. На столике были видны чьи-то письма на немецком и кулон с портретом какой-то молодой девушки. Когда Эссель увидела, что я смотрел туда, то сказала: — О, это мой давний кулон от моей сестры Гедель. Она уже давно мертва, к сожалению... А родители думают, что я её с собой взяла. Поэтому и шлют письма, расспрашивают, как сама, как она... А пока выбрось эти письма, всё равно мне нечем отвечать. — Но разве не лучше всё рассказать? — спросил я. — Так они не поверят! Мы слишком далеко друг от друга, чтобы они поверили в это. Я молча согласился с ней и сожжёг письма в печке под столом, разорвав на кусочки. Из-за двери послышались чьи-то мужские стоны. Я подумал, что человеку плохо, поэтому я начал дёргать ручку. Эссель начала меня одёргивать, но я успел открыть дверь и погнал вниз по лестнице. Я увидел взрослую мужчину с чёрными седыми волосами и в фиолетовой мантией. Он сидел на коленях, скрючившись от боли и выплёвывая из себя кровь с чем-то чёрным. Я ему незамедлительно помог, потому что наблюдать за его мучениями было бы преступлением. Если бы я знал, кем этот человек мне окажется на месте, я бы его сразу и убил, чтобы не мучился и не приносил новых страданий, только уже другим людям. Черноволосый джентльмен поблагодарил меня за посещение и пригласил к себе. Это не было похоже на дом, скорее на комнату, где сидят преступники. Кровать и прикроватная тумба с тусклой лампой — единственное, что там было. У кровати на стенке было множество надписей на нескольких языках, в основном на немецком и французском, а также разные рисунки, похожие на то, что видит человек под психоделиками. Кровать тоже не была в хорошем состоянии: вся была в крови и чёрной слизи. Пол тоже был испачкан. В комнате стоял сильный железный запах. Но я не обращал внимание на это, а смотрел на спасённого мной человека и то, что он рассказывал. Он говорил о том, как попал сюда и как с ним обращались: « Впервые меня сюда отправили, когда мне был немногим за двадцать. Я был тогда ещё молод и глуп, и думал, что можно просто взять и уехать в другую страну, без какой-либо подготовки. Ну, это и привело меня сюда. Вообще, я должен был пойти на инженера, конструировать механизмы разные, в основном для перевозки чего-либо. Но я решил, что это будет приносить слишком мало денег, и я перебрался в организацию контрабандистов. А перевозили они опасные товары, от психоделиков до взрывчаток и реагентов для... сам знаешь чего. Поработал я там, значит, пару недель, а потом вышвырнули возле порта одно из города, где мы остановились. Там меня и повязали, но заключения я избежал, так как доказать мою причастность к ним они не смогли. В итоге я попал сюда, в Ирминдсуль, служу это старухе Эссель. Хоть она и достаточно крикливая и страшная, как все из Германии, она будет подобрее всех, кто был моими друзьями до этого. »