|Часть 20| Помни.

В офисе было тихо и спокйно. Странно, неужели смена корпуса на столько сильно повлияла на коллектив? Всегда ведь было шумно, занимались чем угодно, кроме работы. Она хмуро глядела в монитор, время от времени кликая на последующие вкладки. Мысли были далеко от офисных забот, что заставляло отводить взгляд в сторону, будто это поможет избежать утренних воспоминаний.

«Почему ты меня не разбудил?», спросила она тогда сонным голосом, чувствуя, как румянец стремительно расползается по щекам.

«Было поздно. Ты сама сказала, что устала».

Она глубоко вздохнула, приказывая себе сосредоточиться на работе и убрать воспоминания в сторону. - Кофе будешь? - слова, произнесённые совсем рядом, заставили резко обернуться - Пф, ты так увлеклась работой, что даже не слышишь подходящих к тебе людей.

«Она не говорила, что устала. Он выдумал».

- Крис? - он склонил голову немного в бок, направив вопросительный взгляд прямо на неё. - А? Ой, да. Спасибо. Кажется, она слишком резко схватила чашку, делая вид, что действительно мучилась от жажды всё это время.

***

Три статьи за несколько часов. Неужели на неё так повлиял выпитый кофе? Взгляд устало зацепился за пустую кружку с кофейной лужицей на дне.

Она явно не хочет оставаться последней.

От такой мысли Кристина резко встала, едва не опрокинув стул. Несколько коллег подняли головы, явно ожидая дальнейших объяснений, но вскоре опустили взгляд обратно к тусклым экранам. - Ой, ха.. Выполнила уже всё, пойду домой. Она влетела в лифт, судорожно вдавив кнопку первого этажа, будто от этого действительно станет легче. Вечерний город встретил влажным воздухом. Чьи-то пальцы сомкнулись на запястье и дёрнули к себе с такой силой, что она врезалась во что-то мягкое. Кофта?... Знакомый смешок заставил распахнуть глаза в немом удивлении: в считанных сантиметрах было лицо Феликса. Щёки тут же запылали жарким румянцем, выдавая смущение и удивление. - Пусти, - выдохнула она, дёрнув руку в сторону, но его хватка лишь усилилась. - Я могу услышать твоё решение? - А? - только и смогла выдавить она, на что тот склонил голову. - Ты понимаешь о чём я. Какие у тебя ко мне чувства? - Чувства?... - голос дрожал, пытаясь подавить подступающий ком к горлу - Феликс, отпусти. Гулкий ветер дунул прямо в лицо, заставляя прикусить губу. А точно ли порыв ветра заставил это сделать? Или может, мысли? Страшно, когда ты возвращаешься в реальность с желанием оказаться совершенно не там. Страшно, когда внутри тяжёлым камнем оседает горький на вкус вопрос «Что же мне делать?». Страшно, когда в каждом человеке видишь отголоски фиолетового зайца с именем Джекс. Страшно. - Феликс, я... Кажется, он что-то заметил. Или понял. Увидел то, чему она и сама не могла подобрать названия. Хватка ослабла, со временем и вовсе отпуская руку. Феликс не говоря ни слова развернулся и зашагал в неизвестном направлении. Но спустя несколько шагов обернулся, явно не желая встречаться с ней взглядом. - Пошли.

И она пошла.

Пятнадцать минут ходьбы в полной тишине казались вечностью. Город постепенно погружался в темноту. Стихал и звук машин: они и вовсе стали редко встречаться на пути, словно путь лежал в самый дальний уголок городской жизни. Они вышли к маленькой речке. В темноте вода казалась чёрной, но такой притягивающей, невесомой. Он сел на огромный булыжник, похлопав рядом с собой, явно приглашая сесть рядом. - Понимаю твою неуверенность, - голос его звучал иначе. Без привычной усмешки, даже без серьёзности, словно ей открывается ещё совсем неизведанная часть, часть без маски. - Честно говоря, я и сам иногда не понимаю, что лучше сделать.       Повисла пауза. Где-то далеко запели сверчки, летя в густую гладь ночи. - Как бы ты поступила, - продолжил он, не поворачивая головы, - если бы у тебя была догадка, сказав о которой, ты можешь показаться слишком... Сумасшедшей?

Она молча поджала губы.

Он спрашивал о том, что мучило её саму каждый день, каждую ночь, каждую минуту, когда она оставалась наедине с собой. И она явно не знала ответа. Кристина смотрела на свои сцепленные руки: иногда пальцы тихо перебирали ткань кофты, находя в этом долю спокойствия, а иногда замирали, обдумывая хоть что-то, что можно было бы ответить. - Я не знаю, - выдохнула она наконец. - Правда не знаю, сама мучаюсь с этим. - Значит мы оба не знаем? Может, это и есть ответ?

Она подняла вопросительный взгляд.

- Что не обязательно знать - закончил фразу Феликс, смотря прямо в глаза. - Знаешь... Мне не понять твоей ситуации, но если бы у меня была возможность знать, я бы несомненно сделала всё для этого. Мне иногда кажется, что я действительно схожу с ума, потому что... - она не договорила. Потому что что? Потому что кажется, что ты Джекс? Глупо. - Я Джекс. Она недоверчиво покосилась, моргнув несколько раз в полном замешательстве. Молодец, Кристина, галлюцинации. - А ты Помни. - Я.. - всё было слишком нереальным. Она действительно чего-то не понимала, или как раз таки наоборот? Не знала что делать? - И я надеюсь, что ты действительно Помни. Потому что я не могу себе позволить полюбить не того человека. - Я Помни... - она неуверенно схватила себя за плечо, поглаживая себя сквозь ткань. Это так сильно похолодало или её морозит? Или... Волнение? Он замер. Медленно взглотнул ком в горле.

Секунда.

Две.

Три.

Его дыхание возле её губ. Сердце колотится, словно вот-вот выпрыгнет.

Если это галлюцинации, то она хочет в них остаться навечно.

- Так какое твоё решение, Помни? - Люблю. - слова вышли быстрыми и краткими. Словно она вторила самой себе что-то, что нельзя было долгое время произность в слух. Он медленно наклонился ближе. Жаркое дыхание замерло в миллиметре от губ, давая время на принятие решения - время на отказ. А она лишь выдохнула чуть громче, чем следовало бы, давая тихое согласие. Согласие на то, что совсем недавно казалось невозможым. Его пальцы неуверенно скользнули к шее, вызывая ряд мурашек и прерывистый вздох. Она поддалась вперёд, смыкая губы в робком поцелуе. Веки дрогнули. Тёплые пальцы на шее, мягкие губы. Сердце билось часто. И так громко, что отдавалось по всему телу жарким пламенем. Робость момента постепенно отступала, освобождая наружу то, что так давно таилось внутри. Неимоверное желание, трепетное волнение, то, что так давно засело в сердце. Она потеряла момент, когда поцелуй углубился и стал влажнее. Дыхание участилось. Руки неконтролируемо легли ему на грудь, немного сжимая ткань: нужно чувствовать его всего, чтобы убедиться в том, что это происходит на самом деле. Они оторвались друг от друга, приводя дыхание в норму. Он ярко улыбнулся, набирая в грудь больше воздуха. Она готова была поклясться в том, что он собиралс отпустить какую-то неподходящую к моменту шутку, снять возникшее напряжение. Но в ту же секунду она обняла его с такой силой, что его слова застряли в горле. Он замер, переводя взгляд вниз. Тихие всхлипы вырывались сами, от чего Кристина ещё глубже уткнулась. - Я думала, что действительно схожу с ума, - глухо донеслось сквозь ткань. - Ты был... Слишком похож. Феликс мягко, почти неслышно, выдохнул, осторожно приобняв в ответ. - Конечно, слишком похож, - усмехнулся он, коснувшись губами макушки. Голос прозвучал хрипловато, но с нотами той самой привычной самоиронии. - Я ведь в любом обличии апогей мужественности! Она усмехнулась, приподнимаясь обратно. Получилось развеселить. - Апогей, значит? - рука приподнялась, сделав лёгкий стук кулаком в его грудь. - Скромности тебе точно не занимать. - А зачем мне скромность? - чуть склонив голову проговорил Феликс. И в уголках его губ заплясала знакомая искра азарта. - Был бы я скромным, я бы ни за что не решился на это. Он бережно взял руку, переворачивая тыльной стороной вверх, и прильнул губами. Мурашки побежали по коже, вновь сбивая дыхание. - Пом-Помсис, станешь моей девушкой? С её губ слетело почти неслышное «да». Но уже в следующую секунду брови удивлённо поднялись вверх. - Погоди... что? Как ты меня сейчас назвал? - Пф, - он беззаботно пожал плечами, а улыбка стала ещё шире - Ну хо-о-очешь, буду звать тебя Пом-Крис? - его руки сильнее потянули на себя, заставляя вновь уткнуться всем телом - Или, может, Крис-Пом-Пом? - Боже правый, Феликс! Прекращай. Уже холодно, пошли скорее обратно к машине. - её щёки вновь запылали румянцем. Ночь, и пробивающий сквозь одежду холод. Город в огнях и двое влюблённых, которые трепетно и цепко держатся за руки.

Кажется, всё действительно налаживается.