Шёпот Из Сна I.

Тишина в Картохранилище была особенной — густой, пыльной, взвешенной в воздухе, как частички старой бумаги. Она давила на уши, но одновременно была безопасным коконом, скрывающим их от остального Гриверства. Здесь, среди бесчисленных стеллажей с полуистлевшими чертежами и отчетами, не было ни Бойцов, ни Бегунов, ни начальства Лабиринта. Были только он и она.

Ю-Ри шла за ним, доверяя, чувствуя, как электрическое напряжение нарастает между ними с каждым шагом. Они остановились в тупике, в узком проходе между двумя высокими стеллажами. Свет единственного фонаря, который он принес, отбрасывал длинные, пляшущие тени. «Ты дрожишь», — его голос прозвучал низко, почти шепотом, но в тишине он грохотал, как гром. Она не успела ответить, что это не от страха. Минхо был быстрее. Он развернулся, и в следующий миг ее спина мягко уперлась в холодную стену, а он стал перед ней, заслонив собой весь мир. Его руки уперлись в стену по бокам от ее головы, запирая ее в пространстве, которое пахло им — потом, сталью и чем-то диким. Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами, но не попыталась отодвинуться. Не сдвинулась с места.

Это было все, что ему было нужно.

Минхо наклонился. Медленно, давая ей время оттолкнуть его, крикнуть, убежать. Но она лишь прикрыла веки, и ее дыхание сперлось. Когда его губы коснулись ее, мир перевернулся. Это был не нежный поцелуй. Он был грубым, требовательным, полным того же неистовства, что гнало его сквозь Лабиринт. Одна его рука соскользнула со стены и вцепилась в ее бок, прижимая еще ближе, стирая последние остатки дистанции. И она отвечала. Ее пальцы вцепились в складки его куртки, держась, чтобы не упасть, потому что ноги подкашивались.  Он оторвался, тяжело дыша, прижав лоб к ее лбу. Его темные глаза, обычно полные насмешки или злости, теперь пылали чем-то неузнаваемым. «Вот и все», — прошептал он хрипло. — «Больше не дрожишь». И она действительно не дрожала. Внутри нее бушевал огонь.