πρώτη συνάντηση | первая встреча

pov. Celestia Loreti Бумажник Гаммера в руке ощущался тяжелой ношей. Вспоминая его жертву, по моим глазам стекали слезы в унисон с дождливым небом. Я мчалась на пределе своих возможностей, которые были не соизмеримы по силе с вампирами. Бушевавшийся в крови ужас не давал время остановиться. Ализе произнесла, что их много. Трое убили почти тридцать человек не получив значимые увечья. Они не тратили уйму сил, что бы избавится от половины экспедиции. Что если с ними еще кто-то? Эти взбешенные от ожогов существа просто сотрут профессора в порошок... Я должна предупредить всех кто остался в лагере. Обязана пока подкрепление не подошло и не пало под тиски этих чудовищ. Чье-то тяжелое присутствие внезапно принудило меня остановится. Уловив едва осязаемый взор я интуитивно резко обернулась. Взгляды Ализе или Джозефа был наполнены ненавистью, они бы не смотрели бы на меня так. Это был кто-то другой. Сердце подсказывало, что этот тот, чье внимание нельзя было привлекать не при каких обстоятельствах. Или это всего лишь моё насыщенное воображение, играло со мной злую шутку после пройденного кошмара? Мой взгляд упал на одну из башен поместья. Но там никого не было. Дальше поместья возвышался горный хребет. Он был настолько далеко, что с трудом смогла заметить очертания силуэтов людей на одной из возвышенностей. Или людей ли вообще?... Озноб подкрался к моей спине. Вероятнее всего, кто бы там не был, они являли собой - наблюдателей. Будто сверялись насколько быстро уничтожат их собратья людей из экспедиции. И я не была параноиком, но собственное предчувствие подсказывало, что один из них наверху, непременно спустится за мной внизу. У меня распоряжении было несколько секунд. Но как я могла спастись снова? Если вампир не наделен способностями меня просто убьют и я никогда не смогу помочь Зефи обрести покой после смерти... Убийца моей сестры не смог притронуться ко мне из-за того, что я исчезла оказавшись в неизвестном месте. После трагедии это происходило вдоволь часто, когда я испытывала малейший стресс, то сумела оказаться совсем в другом городе. Позже я научилась контролировать перемещения. Поделившись этой информации как-то с Гаммером, я попросила мне помочь и он раздобыл для меня информацию. «Мы сверились с моим давним другом по исследованияю древнего письма и пришли к выводам, - он то и дело перебирал бумаги и оглядывался, чтобы получить мою реакцию, - что старинные иероглифы которые тебя снятся, имеют защитные свойства. Неизвестно от какого источника будет исходить сила когда ты ими воспользуешься, но это может сработать. Достаточно будет их начертить, - вот так,- показывал профессор на доске в своем кабинете. - Также как твои прыжки сквозь пространства - подразумевают тоже защитную функцию. Ты можешь вызывать их сама с помощью писания и со временем заставить себя не питать их своими эмоциями, чтобы ненароком активировать. И не забудь учесть , что барьер трактуется с землей, телепорт - с воздухом. » Рука твердо сжала мел. Я открыла бумажник мельком прочитываясь до нужных покровительских иероглифов. Медлить было нельзя. Опасно. Мел был мокрым и едва писал на поверхности старых покрытых плесенью плит, но руки продолжали неистово конструировать символы. Чертить. Чертить. И еще раз. Нечто потустороннее метнулось в мою сторону. Заставив меня присесть и замереть на асфальте. Призрак спустившийся с гор тут же развеялся как только на его пути предстала преграда. Из него вышел восхитительно красивый и достаточно высокий мужчина, облаченный в темно серую мантию, в которой виднелся покрытый исписанными узорами старинный фрак, очерчивающий его крепкое телосложение. На его груди проглядывались очертания искусного кулона с рубинами. Его средней длины каштановые волосы были в беспорядке, но все еще изысканно уложены. А его черты лица были настолько аккуратными, что на них было больно смотреть. Потемневшие красные глаза хищника побудили меня попятиться от него. Но я удерживала в памяти, что дальше прочерченных символов выбираться нельзя иначе я тут же попаду в лапы этого призрачного монстра. От одного взгляда мужчины даже дышать становилось мучительно, настолько он был интенсивным и пробирающем до костей. Он склонил голову и с ленивым интересом подошел еще ближе насколько мог. В его движениях присутствовала грация как у зверя. Он снял свои кожаные перчатки будто на ощупь пытаясь удостовериться в увиденном. Он присел на одно колено и не отводя от меня взгляда, пальцы правой руки пытались наткнутся на щит вокруг меня. После чего сжались в кулак и вампир попытался толкнуть препятствие перед собой. Но заслон оставался стойким не смотря на его усилия. - Как занятно... Его низкий приятный голос был подобно мягкому шелку выскальзывающему из рук, я невольно зажмурилась от этого ощущения. Его привлекательность была обусловлена суровой природой. И я предчувствовала, что меня нескончаемо будут изводить догадки, что конкретное он имел в виду. Выйдя наконец-то с под гипноза хищника, я начертила в воздухе символ, учащенно молясь, чтобы это подействовало. И спустя мгновение, последнее, что я рассмотрела было замешательство на его лице граничащее со злостью утраты - ускользнувшей от него добычи. *** Почувствовав снова сырость под ногтями я резко вдохнула и открыла веки. Страх того, что мне не удалось завершить прыжок, принудил меня резко подняться с мокрой земли. От чего голова закружилась. Мои переживания были напрасны ведь я была опять в незнакомом месте, а по близости опасных существ не было. Словно они были наваждением. Меня не окружали горы и холмы. Здесь даже местная фауна отличалась от Горстке-Котар. Но я не помнила это место вовсе. Обычно совершая прыжки на расстояния, я оказывалась максимум в других городах Франции и не более. Здесь было что-по другому. Голова все еще кружилась от перехода и от долгих бессонных ночей перед экспедицией. Я боялась, что я упаду в обморок от усталости в лесу, который даже не знаю. Поэтому приложив все усилия я полностью смогла встать. Боль отозвалась во всех конечностях. Расцарапанные от удара руки неприятно саднили. Я продолжила идти на шатких ногах. Голова до сих пор кружилась поэтому приходилось хвататься за ближайшие ветви деревьев. - Хэй, старушка! - внезапно маленькая розовая голова промелькнула сквозь деревья. И я резко обернулась. Тут же схватившись за сердце. И едва не падая с ног. - Селест, Селест опять содранные ладони... Я упала на поясницу когда она появилась передо мной. Зефирайн. - Твои ладошки, - она ласково обхватила их тут же больно сжав, - никогда не сравнятся с тем, что они сделали со мной, не так ли? Я выдохнула. Она была в голубом кружевном сарафане прямо как в тот злосчастный день. - Почему ты помнишь меня только такой, - она отбросила мои ладони, капризно оглядывая свой наряд, - если я такой не являюсь? Нет. Нет. Боже всемогущий только не это. Внезапно рукава ее платья покрылись кровью, как и шея с рюшами. Затем платье постепенно стало разъедаться вплоть до ее костей. Запах исходивший от нее стал подталкивать тошноту в горле. - Ты всего лишь морок. Иллюзия! - прошептала я отступая назад, больно натыкаясь на ветви засохшего дерева. Подобно в смертельный схватке они не хотели меня отпускать. Ветви жалили мне лицо, ключицы даже в некоторых местах возможно ноги. Но я не могла остановиться от гнавшегося по пятам ужаса, который не отстает от меня по сей же день. Точнее после ухода сестры. Выбравшись из плена деревьев я снова упала на колени, увидев перед собой те же синие туфельки, где виднеющиеся ноги переходили в гниющую кожу. - Посмотри на меня. Она взяла меня руками, на которых были ее остатки мяса - разъевшегося человеческой плоти с проглядывающими костями и приподняла меня к себе все еще удерживая. Я начинала задыхаться. На меня уставился ее череп покрытый остатком когда-то красивых розовых волос, в который лично я ее и окрашивала. Я ухватилась за ее сарафан и закричала. Громко, что есть силы пока собственный крик не перешел в рыдания. - Прости меня... Освободившись я опустилась на коленях склонив лоб к земле. Постепенно плач снизашел до тихого шепота: - Мне так жаль Зефи. Свернувшись клубком я погрузилась в сладкое забвение. Впервые за долгое время мне не снились кошмары - потому что они начали преследовать меня наяву. И смерть моей сестры Зефирайн будет далеко не последней, что будет меня преследовать. πρώτη συνάντηση - (с греческого перевода) - первая встреча