Друг-убийца
5 ноября 2025, 03:397 лет назад
Вечер спокойно падал на поляну: солнце лениво катилось к лесной кромке, комары планировали свои рейды, а река шуршала на фоне. У берега лежали раскинутые пледы и полотенца — импровизированный оазис, где смешались запахи разлитого пива, приторных чипсов и недавно поджаренного мяса. Смех, крики и звон бокалов образовывали оркестр праздника: один за другим люди проводили дуэли — кто громче закричит, кто дальше плюнет пробкой. Один мужчина стоял в сторонке и тащился от собственной важности. Это Френди. Он не был приглашён, но это для него не значило ничего. Он махал руками, подбрасывал шутки, корчил рожи, обливался колой, рассчитывая на горячую долю внимания: — Догоняйте! Кто первый в воду? — Он прыгнул. Вода обняла его холодом. Никто за ним, конечно, не побежал. — Ах вот как? — он повернулся к людям на берегу. — Засекайте время! Сейчас я побью рекорд по задержке дыхания! Френди нырнул и в это время из ниоткуда появился ребёнок. Необычный ребёнок. Наволочка — грязная, с прорезями для глаз, прикрывала его лицо; в руках у юнца был садовый рыхлитель: длинная ручка, на конце — три грязных зубца. Абсолютно неподходящий для детского досуга предмет. Мальчик стоял, не шевелясь, и смотрел, как будто бы изучал облик компании. Его присутствие не вызвало у толпы ни малейшей тревоги. Поначалу. Пьянь привыкла закрывать глаза на странности, если это не мешало выпить ещё одну бутылку. Ребёнок двигался быстро и без прелюдий: то бросался, то отступал, то останавливался, слушая удары, которые он оставлял за собой. Одежда, кожа рвались. Жизни прекращались одна за другой. Крики перекрывали друг друга, потом — оборвались, пока не послышался всплеск воды. Френди взял воздух и радостно крикнул берегу: — Воу! Под водой плохо слышно, но я готов поспорить: вы все были шокированы тем, как долго я держался! — мужчина вылезал из воды и оглядывался. — Ну так, кто засекал время? Глаза скакали по пустым полотенцам, по перевёрнутым бутылкам, по разбросанным тапкам. Ни души. Лёгкий холодок пробежал по спине — но не от высыхающей воды. Френди наклонился и увидел то, что не должен был видеть: разодранные изуродованные тела его "друзей". Он поднял взгляд и увидел ребёнка. Тот просто стоял и смотрел. Потом сделал шаг. Маленькая тень скользнула, ручка рыхлителя сверкнула, и началась погоня. — Стой! Стой! — захохотал нервно Френди, — Я вообще не приглашён на вечеринку! Я вообще не связан с этими людьми! Мальчишка не отвечал, но услышав слова замедлился. Френди, не оглядываясь, продолжал бежать и в один нелепый роковой момент запнулся о корень. Свернул себе шею, пока падал. Мальчик подошёл к телу, наклонился, выдохнул и спокойно пошёл дальше — так же бесшумно, как пришёл. Только в окнах старого гостиничного корпуса, стоящего на вершине холма, горел провожающий свет.Наши дни
Тот же луг. Тёплое утро. Только трава теперь несла на себе не алые капли, падающие с садовых орудий, а голубой коврик для йоги — аккуратно расстеленный под лучами ласкового солнышка. Оно плавно поднималось из-за деревьев, освещая лицо Бенджамина. Без своего этого перечёсанного свитера он, внезапно, выглядел довольно стройно. Спортивные серые штаны облегали его ноги, а босые ступни цеплялись за поверхность коврика. Он начал выполнять комплекс Сурья Намаскар — медленные, поклоны солнцу. Каждое движение выверено и внимательно. Растянув позвоночник, мужчина потянулся к небу, а затем наклонился к самой земле, чувствуя, как мышцы просыпаются одна за другой. Всё шло по плану до той самой секунды, когда раздался предательский треск — не сакральный звук просветления, а конкретный звук ткани, которая решила, что хватит с неё тягот мирских. —***
— …и именно поэтому большинство призраков предпочитают не праздновать Хэллоуин, — закончил Нейтан, с важностью академика, уткнувшись в чашку какао. В то же мгновение в кухню вошёл Бен, держа за руку упрямую племянницу. Он аккуратно провёл её на кухню и остановился, начиная уговаривать: — Кэти, давай скорее кушать! Мама столько наготовила! Смотри, вот все сидят уже едят! Я тоже сейчас сяду и всё съем! Кэтрин остановилась у скамейки и переминалась с каблука на носок, словно готовясь к публичному выступлению. В это время мама допивала кофе, Абаддон обкрошил весь стол собственноручно сожённым хлебом, а Нейтан продолжал облизывать чашку. — Хорошо, но я ещё кое-что хотела сказать! — начала девочка и почти шепотом добавила. — Это трудно сказать… — Типа, "неистовство"? — предположил Нейт. — "Неисовсво"? — пытался повторить дядя Бен. — Ой, блин, реально трудно сказать. Эстер отправилась ополаскивать чашку от кофейной гущи и по пути тоже вставила свой вариант: — Разве не "неивстовство"? — Я всегда говорил "неистовство", — пожал плечами её сын. — Не-ис-тов-ство, — медленно проговорил Бен, как будто читал древнее заклинание. — Я сегодня впервые встречусь со своим интернет другом! — вклинилась в бурные обсуждения Кэтрин и смущённо выпрямила осанку. — Он пригласил меня на день рождения! Все замерли. Даже капля воды, натягивающаяся из крана, словно передумала падать. — Наконец-то кто-то изувечит эту поганую девчонку, — лениво произнёс Абаддон, не отрывая взгляда от чёрных крошек на столе. — АБАДДОН!!! — рявкнул Бен, грозно сжав кулаки и нависнув над демоном. — Если следующие три слова, которые ты скажешь, не будут «Я», «искренне» и «извиняюсь», то… — Воу, Бен! — вмешалась Эстер, бросив чашку в раковину, и намеренно встала между мужчинами. — Он же демон. У них там, в Аду, именинники всегда пытают гостей до полусмерти. — Ты что, думаешь, кто-то поступит так с нашей девочкой!? — Сестрёнка! — вмешался Нейтан, — Я рад за тебя! Расскажи, что за интернет-друг? — У него богатый разведённый папа??? — ударила по столу Эстер, как следователь на допросе. — Это белый рыцарь с добрым сердцем, мягким прикосновением и быстрой лошадью? — спросил Бен, мечтательно уставившись в потолок. Все посмотрели на него с одинаковым выражением: «Что?». — Это цитата. Фейт Хилл, ребят… ладно, забудьте. — Его зовут Джоэл, — начала Кэтрин, доставая телефон, но мама, как кошка на шуршание пакета, выхватила гаджет и начала листать переписку. — МАМ!!! — М-м-м… у него есть два старших брата, мама, папа… Такие же нищеброды-бизнесмены как мы. Владеют копировальным магазином, — комментировала Эстер, читая между строк. — Очкарик. Любит джинсы. Странный парень. — Мне тоже нравятся джинсы, — невинно подмигнул Бен. — Можешь подарить ему мои шаровары, Кэт, всё равно шкаф ими забит, — добавил Нейтан. — Думаю, дарить другу штаны своего мёртвого брата немного странно… Я просто боялась, что вы все будете против, — прошептала девочка. — Ох, бантик, — смягчилась Эстер, — единственное, что меня волнует — не маньяк ли это: я лично отвезу тебя и познакомлюсь с его родителями. — КЭТИ! — воскликнул Бен, хлопнув себя по лбу. — А как же подарок и наряд!? — Подарок готов! Я утром встала пораньше и всё запаковала. — А наряд!? Туфельки!? — Бен подхватил девочку и поднял в воздух как лёгкий манекен, рассматривая маленькую обувь. — А, точно! Я же тебе купил новые недавно, после того случая. Так! Платье синее, которое ты надевала на мой юбилей! Волосы распусти, ободок со стразами — тот, что ты носила, когда Абаддон вывалился из машины. Серёжки оставь. Могу глазки подвести! — Дядя! Отпусти! — завизжала Кэтрин, брыкаясь. — Ой, прости, малыш. Я же три года фотографом в модельном работал, — виновато опустил Бенджамин ребёнка на пол. — Давай, беги. Синее платье, ободок со стразами, серёжки не снимай! — Кем ты только не подрабатывал, — заехидничал Абаддон, облизывая столовую ложку. Кэтрин, шмыгнула в коридор, скрывшись в своей комнате, где она, вероятно, устроит репетицию поздравительного стихотворения перед своими грызунами. Бен гордо прошёл в холл и направился к Аннабель. — Ну, хотя бы кто-то из вас сегодня позавтракает, — пробормотала Эстер, поглаживая шляпу довольного священника, который уже приготовился есть третий омлет.***
Ресепшен Андервейла пахнул старым яхтным лаком. Нейт устроился на стуле у стойки невероятно уверенный в собственной мудрости. Перед ним — девушка-призрак, у которой ломаные стежки на лице выглядели пародией на то, как шьют люди без рук. Швы жутко стягивали её лицо, а глаза были чёрные, залитые старой кровью. Она лишь нервно гладила прядь волос: — Знаешь, — сказала она тонким голосом, — самое обидное — умереть в пубертате. Угри уже начались, а эти ещё не выросли. — За-а-ай, я тебя так понимаю! Плачу каждый проклятый день из-за того, что не родился сразу с усами! Именно в этот момент раздался металлический «дзинь» — лифт на другом конце холла распахнул двери, выпустив Эстер. Она выглядела как бизнесвумен, которая способна одновременно продавать недвижимость и, возможно, органы? Серый брючный костюм, острые каблуки, уверенный шаг и та самая блестящая искра авантюры в глазах. — Мама, ты красотка! — восхищённо подал голос Нейтан, и призрачная девчонка тут же растаяла в воздухе. — Спасибо, сынок. Никогда не знаешь, что можно найти в номере, когда гости сбегают из отеля, забывая свои манатки, — сказала женщина, одергивая пиджак. — Может, там будут дети каких-нибудь чинуш? Я предложу им бесплатную комнату, выведаю пару секретов, а потом — бац! — я уже в списке доверенных лиц при мэрии. — Звучит как шпионский триллер, — кивнул Нейт, — ну а я буду на стойке регистрации! — А я под стойкой, — мрачно и с гордостью объявил Абаддон, будто огромный забитый таракан в рясе. На диване в вестибюле Бенджамин сидел рядом с Аннабель. Призрачная актриса обмахивалась невидимым веером, её полупрозрачное платье струилось, как дым. Она выглядела умиротворённой, даже немного сентиментальной. — О, Бенджамин, — сказала она с мягкой улыбкой, глядя на лестницу, — твоя племянница сегодня просто чудо: такая хорошенькая. — Ага, — самодовольно усмехнулся Бен, повернувшись к девочке на ступеньках, — это Я ей помог выбрать наряд. Он хотел продолжить, но Кэтрин уже спустилась, неся праздничный пакет. Синие складки платья покачивались, туфли тихо цокали по ступеням — и всё бы было идеально, если бы не выражение лица. — Спасибо, мэм, — тихо сказала она. — Но я больше не хочу ехать на день рождения. В комнате мгновенно повисла тишина. Даже Абаддон выглянул из-под стойки. — Что!? — в унисон выпалили все. — Я передумала, — добавила Кэт, уставившись в пол. — Что!? — повторил Бен, как эхо. — Она сказала, что передумала, — вмешался Нейтан, решив, что дядя просто ослышался. — Идиотка, ты потратила мою косметику! — всплеснула руками Эстер. Кэтрин подняла глаза, растерянно моргая: — Мамочка, прости, просто я… не готова. Я забуду поздравление, ему не понравится подарок, и все будут смеяться. Лучше я домашку доделаю. Бен театрально вздохнул и покачал головой. Нейтан медленно подошёл к сестре, криво улыбнувшись. — Кэт, — сказал он, наклоняясь, — ну, типа, ты реально облажаешься. — Что!? — она нахмурилась, уже готовая швырнуть в него пакет. — Да я не про то! — поспешно поднял руки мальчик. — Я к тому, что ты всегда ко всему относишься слишком серьёзно. Потому и лажаешь! Даже если всё пойдёт наперекосяк — это не страшно! Если он твой друг, ему будет пофиг. Ну, максимум, сбежишь через десять минут. Просто сходи! — Просто сходи! Просто сходи! — поддержали все хором девочку, кроме… — Абаддон! Абаддон! — кричал важный сам себе. Кэтрин тяжело вздохнула, поправила ободок и выдавила хрупкую улыбку: — Ладно. Но если что, мам, забери меня сразу, когда позвоню. — Если он тебя обидит, я его прокляну, — торжественно пообещала Эстер, целуя дочь в щёку. — Фу… ты и моими духами надушилась, да? Кэт покраснела и молча сбежала к машине. На крыльце Бен и Нейтан махали ей вслед, словно провожали корабль в открытое море. Абаддон снова спрятался под стойкой. Когда приехали, Эстер, едва выйдя из машины, моментально растворилась среди родителей, как акула в аквариуме мелких рыб. Её голос уже слышался в центре беседы, она смеялась, упоминала «роскошный отель» и подмигивала кому-то с уверенным шармом. Кэтрин осталась стоять у входа в кафе — маленькая фигурка с подарком в руках и дрожью в коленях. Зал внутри сверкал гирляндами, пираты-аниматоры размахивали саблями, а именинник сидел на пуфике, уткнувшись в смартфон. Он поднял глаза и сразу заметил её. — Привет! Я Джоэл! — выпалил мальчик, подпрыгнув с места. — Ну, вообще, меня ещё называют Тонер. Из-за мускулов! Ой, шучу. На самом деле — от меня воняет этим тонером лазерных принтеров. — Привет, — ответила она, и в её голосе слышалось замешательство и облегчение одновременно. — Я знаю, что ты Джоэл. У тебя на аве твоё лицо. — Ох, точно, — мальчик неловко потёр затылок. — А вот тебя я впервые вижу… Ну, я уже понял, что ты Кэт. У тебя на аватарке просто коллаж с Ланой Дель Рей. — Эм… Да… Прости, — Кэтрин покраснела, забыла про всю храбрость и немного покачнулась, как кораблик. — Подарки… сейчас или потом? — Потом, я всё сразу открою. Просто поставь туда, на стол, — он показал рукой.***
Бенджамин нервно прошёлся, поправляя подушки на диване и расставляя бутылки пива в ровный ряд в гостевой, будто это ритуал перед визитом высших существ. Высшие существа, правда, были с пивными животами, прокуренными голосами и вечной нуждой в Wi-Fi. — Идеально, — выдохнул он, глядя на ровную линию стеклянных горлышек. — Если кто-то из них прольёт хотя бы каплю… На улице взревел старый фургон. Следом — смех, хлопки дверей, и в дом ввалились они: группа друзей из прошлого, живые реликты лудоманской молодости старшего Фрилинга. Первым вошёл Дерек — нос картошкой, глаза красные, губы жирные от хот-дога, который он жевал прямо на ходу. — Бэнд! Слышишь, старина, ну ты даёшь! Отель, мать его! Следом за ним вошёл Рик — долговязый, с осанкой человека, который всё время ищет под ногами выпавшую монету. Он придерживал Крист, неприглядную чиксу с накладными ресницами, накладными ягодицами и накладными расходами предприятий своей любовницы Сары, которая уже невменько только выползала из фургона. — Глянь на него! — кивнула Крист на Бена. — Выглядит, будто реально в жизни всё наладил. Последний зашёл Билл, водитель того фургона, молчаливый и пузатый, тащивший под мышкой какой-то секретный бокс. — Не против, если распакуем? Я на этот набор ипотеку оформил. — Ну, проходите, — сказал Бен, улыбаясь через усилие. — Раздевайтесь, ведите себя прилично. Хоть раз в жизни. — Прилично — это когда ты ставишь меньше половины зарплаты, — философски ответил Дерек. — А у нас сегодня другая лига! Компания прошла в вестибюль. Нейтан всё ещё стоял на ресепшене: он обрадовался, увидев живых. Уже открыл рот для приветствия, но гости прошли мимо, не взяв даже ключа. Бенджамин шёл впереди направляя толпу в гостевую. Она наполнилась звоном бутылок, щелчками фисташек и безудержным бахвальством.***
Кэтрин расположилась на краю дивана, сжав колени, как будто пыталась занимать как можно меньше места в мире. Аниматоры в нелепых пиратских костюмах ходили кругами, изображая бодрость, бросив попытку вовлечь её в игру. Остальные дети столпились у батутной зоны — визжали, толкались, бросались конфетами. И лишь Кэт сидела, глядя в пластиковый стакан с соком. Она уже трижды прокрутила в голове план побега: «Скажу, что мне надо в туалет. Потом просто не выйду. Посижу там, пока всё не закончится. Может, даже усну рядом с сушилкой для рук». В кармане телефона мигал экран. Мама уже уехала, написала: «Звони, если что», и исчезла с горизонта — уверенная, что дочь справится. На другом конце зала сидел Джоэл. Его голова гудела от шума, а в животе крутило. Все те остроумные фразы, что он писал интернет-подруге в чате, в реальной жизни звучали как бред. Лучше тогда молчать. Они обменялись неловкими взглядами. Она отвернулась первая. Он — второй. Оба сделали вид, что что-то срочно ищут в своих стаканах. На фоне один из братьев Джоэла объявил: — Внимание, ребята! Сейчас мы будем открывать подарки! Кэт вздрогнула, в мыслях было лишь: «Только не это. Не мой подарок первым. Пусть мой будет последним. Пусть его вообще забудут». Джоэл поднялся и подошёл к столу, где уже громоздилась гора пакетов — разноцветная, шуршащая, угрожающе радостная.***
Двери отеля «Андервейл» распахнулись с таким звуком, будто их выбили тараном. Сквозняк пронёсся по вестибюлю, поднимая в воздух запах сырости. Внутрь зашёл до ниточки промокший подросток в озлобленной походке. Заметив персону на ресепшене, он принял более спокойный вид и медленно прошёл вперёд. — Добро пожаловать в Андервейл! — радостно помахал Нейт, оглядывая гостя с ног до головы. — Эм, чувак, у тебя есть хоть чем оплачивать номер? У нас тут не притон для сбежавших из дома проблемных тинейджеров. Хе-хе. Никакой реакции. Только капли воды стекали по надетой на голову наволочке. — О, это у тебя, видимо, дождевик для головы такой, да? Свэ-э-эг. Только, эм… слегка… зловещий. — Нейт почесал нос. — Хочешь, кину в стирку? У нас прачечная, просто рай для людей с обсессией к чистоте. Наволочник подошёл к этому шутнику и в следующий миг взмахнул своим садовым рыхлителем. Три металлических зубца со свистом вонзились в стойку, вырывая из неё щепу. — Эй, аккуратнее! — Нейт примирительно покачал руками и приблизился к странному гостю, чтобы рассмотреть получше. — У тебя, похоже, зрение минус сто. Видимо, гостю такое сокращение дистанции не понравилось. Вторая попытка: острия прошли прямо сквозь призрачное тело мальчика. — Минус двести, — смутился Нейтан, даже не пытавшийся увернуться. Давно в него живые не махали. Странный парень медленно повернул голову в сторону гостевой зоны. Оттуда доносились громкие голоса, смех и музыка в стиле «Диско-Вписка». Он замер, будто вслушиваясь, потом двинулся туда, шаркая кедами по полу. — Я тебе говорю, — орал Рик, — «ЛАФК» не может проигрывать трижды! Я тогда поставил всё, даже золото жены, и… — И что? — спросил Бен, подливая себе минералку, чтобы казаться "в теме", но при этом — в здравом уме. — И проиграл, — пожал плечами тот. — Но зато как! Все дружно заорали и засмеялись, будто кто-то рассказал анекдот, а не признался в финансовом суициде. Бен тоже улыбнулся, но взгляд его невольно скользнул к старым фотографиям альбома. На одной — он, молодой, с бутылкой шампанского, в руке билет с выигрышем. На другой — его глаза пусты, а друзья держатся за головы, поражённые его провалом. — Помнишь, Бэнд, — начал Билл, с ухмылкой развалившись на кресле, — как я тогда чуть не спалил свою хату, пытаясь сжечь распечатку долгов? — Да, — кивнул Бен. — Ты потом у меня неделю жил. Ну, пока я дом не заложил. — Ага! — оживился Дерек. — И ты тогда говорил, что когда-нибудь мы все выберемся! — Я говорил, — кивнул Бен. — Только имел в виду не то, что вы поняли. — Что, Бэнд, бросил ставки, да? — с лёгкой обидой спросила Крист. — Ну и зря. Иногда нужно испытать удачу, чтоб понять, что ты живой. Бен поднял взгляд: — Я теперь испытываю удачу тем, что каждый день просыпаюсь в этом проклятом клоповнике. — О, так это же я! — радостно воскликнул Дерек. — Точно, я тогда переписал на тебя этот дом! — Отель, — поправил Бен. — Ты переписал на меня отель, потому что не мог расплатиться. — Да неважно! Главное — мы все в выигрыше! — махнул рукой тот. Фрилинг посмотрел на него — на его залитое потом лицо, на пустые глаза, на запоздалую улыбку человека, который всё ещё верит, что завтра повезёт. — Да, — сказал владелец отеля тихо. — В выигрыше. Я вам номера приготовил, пошли? — Куда пошли? — раздался сбоку знакомый низкий женский голос. Эстер стояла у входа. Увидев фургон, она, на всякий случай, зашла черёз чёрный ход. Её рыжие волосы были слегка сырыми от дождя, а серый пиджак дерзко закинут на плечо. — Вверх по лестнице, — уверенно ответил Бен. — Наверху номера! Ты что, этим тунеядцам-должникам нахаляву тут комнаты раздавать собрался? — Эстер, тоже самое могу сказать и о тебе с твоим прицепом. Спор разгорался, а гости уже прошли, забрав у Бена ключи. — МОИ ДЕТИ — НЕ ПРИЦЕП! — По факту так и есть. И Абаддон в подарок. — Я за Абаддона не отвечаю! Его Нейтан притащил, когда взбунтовался и сбежал на сутки отсюда. Ещё когда живой был… — Эм, я здесь, — послышался недоломанный голос Нейтана, который неуклюже высунулся из-за угла. — Дядь, у кого-то из твоих друзей есть сын-подросток-нефор-крипипаста-кор? — Чё? — не разобрав половины слов прищурился Бен. — Мы все бездетные и по возможности бесплодные. — Ой, значит я пропустил сюда малолетнего маньяка. Все одновременно повернулись к коридору. Там стоял он — тот самый, с наволочкой и трёхзубой тяпкой. Шагал медленно, но уверенно, как смерть, которая знает, что спешить незачем. — К несчастью, он медленный, — спокойно заметила Эстер, сжав руки на груди. — Чёрт, — прошептал Бен. — Он что, реальный маньяк? — Да, — откликнулся новый голос. Из стены вышел призрак в плавках — худой, с вывернутой шеей и пьяной ухмылкой. — Я Френди. Этот урод меня убил. — Ха-ха, фре-е-ендик, типа друганчик. — неловко пошутил Нейтан. — Отлично, — закатила глаза Эстер. — Ты тот самый призрак, из-за которого нельзя спокойно мыться в ванной. — Семь лет назад Наволочник попал на мою крутую вечеринку и перебил всех моих друзей. И меня, конечно, как самого крутого тусовщика, — начал Френди свой жуткий рассказ. — С тех пор он каждый год возвращается в эту ночь, чтобы убить людей, которые веселятся. — Подожди, ты умер из-за тусовки? — переспросил Нейт. — О да! И это была шикарная вечеринка. — Тогда нужно скорее подняться в номера, где веселятся дядины друзья, чтобы предупредить их об опасности, — выдохнул мальчик и тут же понял, что сказал лишнее. Наволочник, который слышал разговор, прошёл к лестнице и скрылся. — Молодец, Нейт, — безразлично подняла брови Эстер. — Моя вина… — пробормотал сынок в ответ, заглядывая на лестницу, но там уже никого не было — А куда мальчик-наволочка делся? — Классика, — буркнул Бен, хватая кочергу из потухающего в холле камина. — Они всегда исчезают, пока ты не смотришь… а потом возвращаются, чтобы вырезать всех твоих друзей. Из камина следом за кочергой вывалился Абаддон. Он отряхнулся так, будто освобождался от вековой пыли. Голубые глаза вспыхнули злостью и стали ярко-алыми. Он оглянул весь коридор в поисках чего-то и процедил: «Кто тут про наволочку говорил?». — А вот и подарок, — заметила спокойно Эстер. — Все слушаем план действий. Бен — идёшь, вышвыриваешь своих дружков из номеров. Пусть катятся туда, откуда пришли. — Эй! — возмутился Бенджамин. — Я вообще-то хозяин этого отеля, не вышибала! — В костюме кто? Я. Значит хозяин кто? Я, — строго отрезала женщина. — Нейтан идёт и забалтывает наволочку. — Ура, мама разрешила мне дружить с маньяком!!! — Наволочка? — прошипел Абаддон. — Ах, этот маленький вороватый мерзавец. Он украл у меня чёрчварден! — Это… болезнь какая-то? — осторожно уточнил Бен. — Это ТРУБКА! — в поддержку демону за окном послышался раскат грома. — А-а… Типа как у Гэндальфа? — Нет!!! Я точно помню, что чёрчварден был только у меня!!! Он был со мной веками, когда я, жалкий отпрыск преисподней, жил в лесу. И вот этот… этот мальчишка цапнул мою трубку!!! СЕГОДНЯ — его судный день!!!***
Гроза накатила внезапно и с характером. В зале кафе гирлянды вздрогнули, лампы затрепетали, и через секунду всё погрузилось в кромешную темноту — только за окнами светились молнии. Дети завизжали. Стук тарелок и шорох шариков мгновенно сменился хоровым плачем. Единственным светом было холодное голубоватое сияние экрана телефона: оно падало прямо на лицо Кэтрин, вырисовывая строгие контуры — брови, тонкий нос, тугую линию губ. Девочка погрузилась в свой выдуманный мир, сидела неподвижно, как статуя в музее несчастных кукол. Но её невозмутимость потревожила чья-то рука на плече. — Ва-а-а! Почему тут так темно! — Потому что молния ударила в провода. Один конец разрядника подключён к проводам, а другой забит в землю. Напряжение перестаёт передаваться в электросеть, потому что разрядник поймал молнию. Скоро свет снова появится. — Эм… Кэт? Откуда ты это всё знаешь? — От призрака-электрика. А ты… Взгляд девочки словно ожил и наконец развидел в силуэте рядом лицо Джоэла. Она на рефлекторном уровне повернула к нему экран телефона, чтоб подсветить, но забыла, что у неё открыто видео с котятами. Глаза Джоэла расширились: — О нет! Убери! У меня триггер на кошек! — Серьёзно? — переспросила Кэт, удивлённо вскинув бровь. — Знаю, звучит бредово — Джоэл пожал плечами, — ночью они врываются в мою комнату и рвут всю мою домашку! — А ты пробовал закрывать окна или типа того? — Конечно! Ни одной щели, а они всё равно лезут! Не могу застать, когда это происходит! — Понимаю, — вздохнула Кэт, выключая экран телефона, — мне вот призраки мешают делать домашку. — Погоди, так ты имела в виду реальных призраков? Разговор был на удивление простым: два ребёнка обменивались мелочами своей сумасшедшей жизни. Как Кэтрин и говорила, свет в скором времени включился, только вот зал уже не был таким опрятным. Сотрудники и родители приводили детей в чувства, немного прибирались. Затем аниматоры внесли торт: огромный, пышный, украшенный мороженым и печеньем. Дети хором завизжали теперь уже от восторга. Джоэл с Кэтрин прошли к столу. Братья Джоэла, смеясь, схватили именинника и швырнули его лицом в торт. Крем полетел, во все стороны, запачкав виновнику торжества причёску и наряд. Дети и взрослые засмеялись. Джоэл довольным не выглядел. Кэт заметила это. Она без долгих раздумий схватила целую пиццу, которую кто-то только что вынес к столу. Подойдя к Джоэлу, внезапно и решительно, она ударилась лицом в пиццу. — Вот! — провозгласила она, и все вокруг стали смеяться ещё больше. Дети подхватили этот флешмоб и принялись уничтожать еду со столов. Джоэл, сначала в недоумении, посмотрел на Кэтрин, у которой на лице был размазан сыр и томатный соус, а потом с благодарностью улыбнулся. Кто-то в толпе расхохотался так, что его стошнило рядом с мусорным ведром. Аниматоры метались, не понимая, как реагировать — в итоге многие из них просто ушли, осознав, что праздник катится в тартарары. Мама Джоэла недовольно наблюдала за сценой — наверняка с неё потребуют всё это возмещать. Но когда чумазая Кэтрин подошла к ней, женщина невольно расхохоталась, оттаяв. — Простите, — сказала девочка, вытирая ладонью нос. — Думаю, праздник пора сворачивать. Могу я вас попросить отвезти меня в отель? Я покажу Джоэлу, где я живу. — Отель? — переспросила женщина. — Звучит… экстравагантно. Я с твоей мамой разговаривала. Ты правда живёшь там? — Ага, так вы согласны? — М-м-м, ладно. У меня в машине есть влажные салфетки. Пойдёмте смоем это недоразумение.***
В зыбком освещении коридоров отеля двигался силуэт — сосредоточенный, с ровной осанкой и наволочкой на голове. Он находился в поисках вечеринки, но, похоже, на этом этаже каждая комната была пустой. — Слушай, — тихо начал Нейт, который пролез сквозь пол и появился прямо у ног маньяка, — не хочу называть тебя всякими длинными придурковатыми прозвищами, так что будем считать, что сокращённо от слова "наволочка" ты — НВ, Энви! Энви не ответил. Он и не мог — по крайней мере, не словами. Но медленно повернул голову и взглянул прямо на Нейта. Попытка воткнуть в голову призрака "трезубец" не увенчалась успехом. — Я понял, — продолжил мальчик, скромно сложив руки за спиной, — ты не очень разговорчивый тип. Ничего, я болтать умею за двоих. Слушай, братан, расскажи мне, как это получилось. Ты просто пришёл на вечеринку садоводов? Или ты в аграрном кружке раздавал удобрения и дарил одноклассникам мульчу? Твоя мама — садоводиха, и она испортила твой день рождения, купив тебе… грабли вместо Лего? Наволочник замер. На мгновение — секунду, может меньше — в его движениях мелькнула заминка. Нейту бросилось это в глаза. Они продолжили идти и завернули в тупик. — М-м-м. А ты ведь не знаешь куда идёшь, — Нейтан ухмыльнулся, наблюдая, как его молчаливый собеседник прошёл до конца тупика. Энви выглядел немного растерянным, и, чтобы не показаться неудачником, он взял вазу, будто именно она и была целью его брождений. Ваза — керамическая, с трещиной, звенела глухо, когда металл тяпки цеплял обод. Призрак намеренно не заходил в тупик, оставаясь на развилке. От этого наволочник чувствовал себя ещё более угнетённым. — Ну да, конечно. Все дороги ведут к антикварной вазе. Это логично. Ты сейчас типа совсем не пытался меня впечатлить, показаться в очередной раз крутым и загадочным сигма-боем. Парень в наволочке покачал головой и вернулся из тупика. Он замахнулся своим орудием, но оно снова прошло сквозь тело Нейтана. — Чувак. Опоздал. Я уже умер, до тебя не допёрло? Я у-м-е-р. Ты мне ничего не можешь сделать: я буду болтать с тобой, пока ты не покинешь территорию отеля… Слушай, — юноша вдруг смягчил тон, — в этом отеле, честно говоря, не хватает ровесников. Так что, да, я решил, что нам с тобой стоит подружиться. Кстати, насчёт друзей. Смотри, там мой лучший друг Мистер Абаддон и он очень рад тебя видеть. — НАШЁЛ!!! — раздался громовой рёв. Из темноты появился Абаддон — в обугленной рясе, с двумя факелами. Они с Энви пересеклись взглядами, как закадычные враги. Выдержав паузу, они побежали друг к другу на встречу и стали яростно сражаться — Ура, друзья сражаются за моё внимание! Победитель получит приз: пятиминутный танец от Нейта! — Ты украл МОЙ ЧЁРЧВАРДЕН, мерзкий отрок в наволочке!!! — рычал демон и со всей силы укусил плечо парнишки. Энви среагировал молниеносно: железные зубцы рыхлителя ударили в грудь священнику. Раздался глухой треск рёбер. Демон отшатнулся, зацепился каблуком за край люка мусоропровода и с грохотом полетел вниз. — Бывало и хуже! — глухо доносились его последние слова. Нейтан моргнул, ошеломлённо глядя на открывшийся люк, потом снова перевёл взгляд на Энви: — Ну… Я думаю… Станцевать тебе сейчас? Парнишка не ответил. Он просто повернулся и резко побежал к пожарной лестнице на балкончике в конце коридора, оставив призрака. — Охренеть, так он умеет бегать?***
— [Ало, мам?] — О, бантик мой, ну как там праздник? — Эстер придерживала телефон плечом и параллельно затачивала клинки. — [Отлично! Вернее, ужасно! Мы с Джоэлом сейчас приедем.] — Погоди, мне ехать за тобой? — [Не, меня его мама уже везёт.] — Уже? Э-э-э. Ладно, можете не торопиться, я печенье испеку. Эстер бросила трубку и раздражённо цыкнула языком. Она стояла под дверью номера, где гремела компания. С ней были Бенджамин и Френди. — Так, красавчики мои, — скомандовала Эстер, — выгоняйте этих утырков. Дочка щас приедет. Что о нас люди подумают? Что тут воняет кровавыми наволочками, табаком и проигрышами? — Что я мог бы стать душой этой вечеринки! — мечтательно произнёс Френди. — Если б Бэнд разрешил мне присоединиться. — Ни в коем случае, Френд! — Бен сжал плечи. — Мы не будем их выгонять, просто посторожим дверь. — Я сейчас сама зайду и всех вышвырну в окно, — хладнокровно пообещала Эстер, убирая клинки в карманы брюк, — тебя это устроит? Как раз в этот момент в номер, посреди пьяного хохота и раскрытых ноутбуков с трансляциями матчей, выполз Абаддон — из мусоропровода. Даже самая дохлая помойная крыса выглядела бы опрятнее его. — А ты ещё кто такой? — выплюнула Сара, та, что всё время вела счёт бутылкам. — Абаддон, — ответил он чинно. — Спустился с небес, чтобы вас покарать. — О! Значит, покер? — с достоинством заявил Дерек и угостил демона банкой, но содержимое выливалось из дырявой груди, перемешиваясь с кровью. — Хах, будем называть его Дырабоном! — захихикала Крист. Но это был не единственный, кто присоединился к вечеринке. За стеклом балкона невысокий силуэт с интересом разглядывал происходящее. Он немного подрагивал от уличного холода. Нейтан догнал его, загородил балконную дверь собой. — Слушай, Энви, — начал мальчик, — у тебя столько возможностей, а ты тратишь их на убийства! Я это тебе как призрак говорю! Может, сделаем что-то полезное? Прополем клубничку, сварим джем, продадим на школьной ярмарке — и у тебя будет шанс получить медаль юного фермера! Энви не отреагировал. Он ударил кулаком по стеклу. Оно лопнуло, осколки блестели в свете молнии. Парень прошёл сквозь них и сквозь Нейтана. Люди сначала не очень поняли, что происходит. Энви схватил Рика за шею и отбросил в сторону. Мужчина полетел назад и врезался в Абаддона, который, как старый мотоцикл с духовной нестабильностью, изрыгнул столб кровавого пива. — Е, СТРАЙК! — обрадовался Нейт, но сразу же смутился. — Кхм! То есть. Не-е-ет, прекрати Энви! Нельзя кидаться людьми! Эстер, не выдержав, распахнула дверь — и как только она показалась, гости, словно стая жирных птиц, разлетелись по коридору. Ушатанный Рик тоже нашёл силы встать и помчался за всеми. Убийца пошёл за ними умеренным темпом. Нейт рванул вслед, но мать жестом остановила сына: — Ты что нас не предупредил? — Мам, ну... Мне его так жалко! — подросток всхлипнул. — Он не хотел! Он просто... — Ясно всё с тобой. Эстер не стала спорить и позволила Нейтану побежать за своим дружком. Это она и любила в своём сыне: невинность и милосердие юной души. В воздухе сверкнул один клинок. Женщина бросила его Абаддону. — Чего сидишь рыгаешь? За ними! — начала командовать хозяйка, — А вы, ребят, придумайте, как отвлечь пацана! Я займусь "эвакуацией". Бен и Френди замешкались — не потому что боялись, а потому что Френди пытался что-нибудь придумать. Наконец, он шёпотом подсказал Бену хитроумную идею. Они побежали самые последние.***
— У тебя типа комплексы, стесняешься бегать? — поддразнил Нейт медленно идущего убийцу. — Слушай, я... Энви замахнулся тяпкой, словно отмахиваясь от слишком навязчивого ухажёра: то ли предупреждение, то ли просьба отстать. Он рванулся вперёд, как только все живые потеряли его из поля зрения, и Нейтан едва не потерял равновесие. Толпа упёрлась в тупик; коридор сужался, как горло бутылки. Нейтан, в пылу добрых намерений, опять подошёл к Энви, взяв на себя обязанности переговорщика: — Всё в порядке. Он обычный мальчик, ему нравится… копаться в земле. И ему просто не хватает друзей, понимаете? Игнорируя столь трогательную речь, из-за угла вылетела Эстер в мятой блузке. Она замахнулась клинком, собираясь оттолкнуть пацана, чтобы пробиться к группе, но наволочник перехватил её запястье и вырвал клинок. Следом, одним движением ноги, он отбросил женщину в стену. — Мама! — взвизгнул Нейт, бросаясь вперёд. — Это моя мама! Зачем ты её обижаешь... и обворовываешь? Энви, похоже, задумался над обвинением, но тут на сцену вывалился Абаддон — гордо, как гладиатор, с другим клинком в руках. Увы, этот его выход продлился ровно три секунды: Энви, решивший опробовать новообретённое оружие, отрубил демону руку. Конечность, словно не веря в происходящее, ещё секунду держала клинок, а потом хлопнулась на пол с глухим «шлёп». Все присутствующие синхронно офигели. Эстер, пошатываясь, встала, подобрала отрубленную руку и самого Абаддона за шиворот — будто мать котёнка-переростка — и потащила. В этот момент появились Бен и Френди. Включили на телефоне клубняк и, не теряя ни секунды, начали жёстко танцевать: Френди тряс бёдрами, Бен махал руками и приседал, используя кочергу как муляж микрофона. Друзья Бена, стоявшие у выхода, смотрели на это всё, как на лихорадочный сон. Один даже достал старенький фотоаппарат и щёлкнул — вспышка осветила помещение. И чудо — это сработало. Маньяк рванулся к ним. Пока он атаковал импровизированных танцоров, Эстер открывала потайной ход в башне — стена скрипнула, словно вздохнула, и толпа, с визгом и пинками, кинулась к спасению. Но Энви не был полным дураком. Почувствовав подвох, он вдруг остановился, медленно повернул голову, и его пустые глаза встретились с бегущими спинами. Он выдохнул и пошёл следом — тихо, методично. Потайной ход быстро привёл их прямо в вестибюль. Люди сразу же выбежали на парковку, ни слова не сказав своим спасителям. Эстер усадила Абаддона в кресло в вестибюле, как нерадивого пациента. — Пришей себе руку, — приказала она, кинула ему иголку и катушку ниток. — Я вся в твоей крови. Пойду умоюсь, переоденусь... и испеку печенье. А потом потеряю сознание от недосыпа, возможно. Абаддон покорно кивнул, глядя на оторванную руку с философским спокойствием. — Не утруждайтесь, Госпожа Фрилинг. Я... о себе позабочусь. Энви и Нейт вышли на крыльцо. Небо было низкое, дождь превращал ступени в зеркало. Они просто стояли, облокотившись о перила, и молчали. Капли падали с крыши на рубашку Энви, оставляя тёмные пятна, будто чёрнила. — Это не отель — это отстой! — буркнул Дерек, хлопнув дверью фургона; машина взревела и исчезла в ночи, оставив за собой след фар и пару растерянных полос на асфальте. Из-за поворота показался новый свет — мягкий, жёлтый. Подъехала другая машина.***
Прошло какое-то время. Мальчики всё ещё стояли на крыльце, но Энви наконец пошевелился и спустился на мокрую от дождя дорогу. Нейтан следовал за ним по пятам. Капли дождя проходили сквозь его призрачное тело, оставляя лёгкое голубое свечение. — Извини, приятель, — послышался тихий голос юноши. — Я знаю, как много для тебя значило убить тех людей. Я бы даже сказал, что в следующий раз у тебя обязательно получится… но это противоречит моим моральным принципам. Честно говоря, я не думаю, что оно тебе надо. Энви не останавливался, словно не слышал голос сзади. Его шаги тревожили лужи под ногами. — Ты можешь игнорировать мои слова, прятаться в лесу, но от себя не спрячешься! Знаешь, что я вижу, когда смотрю на тебя? Молчун наконец остановился. Он медленно повернул голову, и его пустые глаза встретились с глазами Нейтана на фоне мерцающих окон отеля. — Я вижу паренька, которому небезразлично, что о нём думают другие, который любит что-то менять и который… обожает садовые инструменты и винтажные вазы. Похожий на моего любимого персонажа из веб-комикса, которым я вдохновлялся для написания собственного. Ой, подожди, я не собираюсь использовать тебя как главного злодея в своей истории! Ну, то есть, мой комикс вообще про динозавров, понимаешь? Тиранозавры, брахиозавры, все такие милые и кровожадные. Но ты же такой тихий и загадочный, как этот дух, который мстит за старые обиды, но на самом деле просто хочет конфетку или там, коллективного... Как там называется, когда все вместе обнимаются? Групповые объятия? Групповуха? Нет, точно групповуха! Подожди! Эм, ну, в общем, ты любишь динозавров? Ой, не то. Я хотел подвести итог! Кхм... И такой человек… Эм… Ты на меня пялишься, или… Энви стиснул кулаки и всматривался куда-то... В окна? Нейтан обернулся и поднял взгляд. Мигающие огоньки диско-светильника пробивались сквозь стекло. Окна Кэтрин. Девчачья попса тихо долетала на улицу через открытую форточку. Нейт снова повернулся к Энви и почувствовал тяжесть ответственности: друг явно имел цель, и она шла вразрез с безопасностью дорогой сестры. — Энви? — громче и настойчивее произнёс Нейтан, когда мальчик в наволочке стал приближаться к отелю. — Энви! Стой! Я мечтаю, чтобы Кэти выросла и стала большой умной тётенькой, а не осталась навсегда в возрасте малолетней капризули! Я не прощу тебя, если ты её обидишь! Но его друг лишь ускорил шаг и уже догадывался, куда именно ему нужно бежать. Он резко открыл дверь в вестибюль. Бенджамин, проходя мимо с мрачным лицом, заметил промокшего подростка и удивлённо округлил глаза: — Ого! Он умеет бегать!? — Только когда жертва его не видит, — добавил Нейтан, бегущей тенью, — образ поддерживает типа… хочет Кэти замочить. — Что? Почему? — Бен тоже рванул за ними, — она же просто спокойно показывает другу отель. В тот момент мужчина услышал музыку и закатил глаза, понимая, что девочка повторила его сегодняшнюю ошибку. Он резко развернулся и бросился искать Эстер.***
Женщина парила над мерцающими облаками в мире, где драконы делили небеса с летающими островами, и каждый остров хранил тайну древнего сокровища: одни шептали песни ветра, другие пульсировали жизнью волшебных цветов, что могли оживить забытые мечты. Вдруг она спустилась в подводный дворец, где русалки угощали её эликсиром вечной молодости, а вокруг кружились стада сияющих дельфинов, исполняя симфонии из пузырьков и звёздного света; она потянулась к ним, и воспоминания о прошлых жизнях хлынули волной, раскрывая, что она сама была королевой забытых империй... А ещё, что её дочь сейчас убьёт парень в наволочке. — ЧТО!? — проснулась Эстер, которая висела на тумбочке и отлежала себе все локти, — Вы чего, не сказали ей об убийце? — Мы все думали, что он ушёл, — виновато пробормотал Бен. — Возможно, он просто хочет извиниться за то, что убил меня? — добавил Френди, присоединившийся к обсуждению. Женщина опёрлась на тумбочку и выдвинула нижний ящик, достав оттуда баллончик и горелку. — Кто, чёрт возьми, придумал хранить их в одном месте? — прошипела Эстер, проверяя клапан на баллоне. — Думаю, ты сама, — неуверенно предположил Бен. — Ага, — Эстер невинно похлопала ресницами. — Тот щенок отправится в ад. Толпа наконец догнала Энви, который с грохотом выпинывал двери одну за другой, совсем не обращая внимания на Нейтана, продолжавшего свои уговоры с упорством агента недвижимости на падающем рынке. Поп-музыка на этаже гремела так, что даже стёкла дрожали. Не понятно, из какой именно комнаты она играла. — Эй! Сопляк, используй подушку по назначению и иди спать! — крикнула Эстер, распылив на маньяка газ с решимостью домохозяйки, борющейся с тараканами. Она активировала горелку: огонь тут же вспыхнул. Удивлённый мальчик ввалился в только что открытую комнату, запутавшись в собственных ногах. И он угадал дверь. Там была Кэтрин — но выглядела она не как скромная девочка в строгом праздничном платье, а нечто среднее между хтонической богиней тусовок и сумасшедшим клоуном. Она сняла колготки и намотала на голову, разрисовала всё лицо яркой помадой, прыгала на четвереньках, визжа и смеясь, как дикарка из джунглей. Джоэл, её спокойный друг, где-то потерял очки, распушил свои чёрные волосы, и, возвышаясь на рабочем столе, разбрасывал по комнате бумажные деньги, нарисованные от руки. Комната была тёмной, только разноцветные огоньки диско-светильника бегали по стенам, окрашивая всё в ритм тупорылой попсы. Их одежда всё ещё была в жирных пятнах. Эстер застыла в дверном проёме. Она впервые видела дочь такой. Кэт всегда была собранной, перфекционистка до мозга костей, которая уклонялась от любого риска, как от чумы, а тут — это что такое??? Почему она скрывала в себе это безумное баловство? Это было смешно и грустно одновременно: столько лет думать, что знаешь своего ребёнка, и вдруг обнаружить, что он жил другой жизнью прямо у тебя под носом. Энви отряхнулся, поднялся. Он был цел и невредим. Но что-то внутри, в той самой точке, где бьётся сердце, вдруг ёкнуло. Он увидел эту мать, которая смотрела на дочь с такой гордостью, без малейшего осуждения. Просто принятие, чистое и полное. Почему его мама никогда так не смотрела на него? Почему не хотела, чтобы он веселился?***
Я никогда не был тем ребёнком, которого хочется обнять. Так, по крайней мере, говорила мама. Она не любила, когда я смеялся. Говорила, что у меня уродливый голос, что даже солнце, услышав его, бы спряталось. Она ненавидела, когда я радовался — будто радость была чем-то постыдным. Любой мой смех, любая попытка просто быть ребёнком заканчивалась одинаково: она вытирала руки о передник и давала подзатыльник. Я не умел отвечать. Я просто замолкал. Со временем я перестал смеяться и говорить вообще. Когда мне исполнилось шесть, я решил, что всё изменится. Я хотел устроить пижамную вечеринку. Настоящую. С воздушными шарами, конфетами и перьевыми подушками. Я даже сделал приглашения — аккуратно, от руки, цветными карандашами. Писал имена, украшал края. Мне казалось, что если всё будет красиво, то люди просто не смогут не прийти. В день вечеринки я сидел на крыльце с утра. Ждал. Солнце стало садиться, и я всё ещё ждал. Мама выглянула из окна, когда уже стемнело, и сказала: — Сколько можно сидеть? Я же тебе говорила — никто не придёт. Она говорила это так спокойно, будто это не боль, а просто факт, как «чай остыл». Однажды к нам пришли гости. Мамины друзья. Они громко смеялись, пили, хлопали друг друга по спине.***
Она увидела это в его глазах. Энви стоял посреди комнаты, будто потерял все краски. Никакой злобы — только усталость и пустота. Эстер обняла его — осторожно, будто боялась, что он рассыплется. Энви не сопротивлялся. Только тяжело выдохнул, и в этом выдохе было всё — детство, одиночество, кровь и безмолвие. Рыхлитель тяжело рухнул на пол. — Всё, малыш, — прошептала Эстер, не отпуская. — Всё уже закончилось. — Мама, ты его усыновила? — произнёс Нейт, который прошёл сквозь стену. Абаддон, влетевший в комнату, увидел, как она держит парня, и решил, что Эстер пытается его обезвредить. Демонюга благодарно кивнул и набросился с клинком на несчастного мальчишку. Энви дёрнулся и аккуратно оттолкнул женщину. — Прекратите! — возмутилась Эстер, но её никто не послушал. Началась потасовка прямо посреди детской комнаты. Кровать опрокинулась, подушки разлетелись по полу. Джоэл, едва соображая, что происходит, юркнул под стол и спрятался за портфелем девочки. Кэтрин в панике запрыгнула в шкаф, но дверца плохо закрывалась, и оттуда периодически доносилось жалобное: — Мам, я не смотрю, правда! Абаддон и Энви кружились по комнате как участники безумного вальса — клинок против клинка, наволочка против рясы. Зубы священника проскользнули юноше прямо в рукав и выхватили оттуда длинную-ДЛИННУЮ трубку. — Ёптель! Как пацан туда вообще её засунул!? — выпалил Френди, наблюдая за бойней. — Чучарден реально как у Гэндальфа, — подметил Бенджамин и приблизился к бойцам. Бен аккуратно открыл окно и силой выкинул туда покалеченные тела. Снаружи раздался глухой звук, словно кто-то уронил мешок с картошкой. Все замерли. Первым к окну подбежал Нейтан. Внизу лежал чумазый Абаддон с трубкой во рту и двумя клинками в левой руке. Швы на его правом плече разошлись. Обиженная конечность скатилась по дороге вниз и поплыла по луже. Энви же нигде не было. — Куда он делся? — крикнул вниз Нейтан, вглядываясь в темноту. — Надеюсь он в порядке... Абаддон пожал плечами: мол, бывает, испарился подросток-убийца, ничего страшного. Эстер тем временем отряхнула пыль с одежды, тяжело вздохнула и подошла к шкафу. — Кэтрин, выходи. Из шкафа вышла девочка, вся в размазанной красной помаде. Она с трудом пыталась стереть её, но только размазывала больше. Эстер посмотрела на неё и нежно улыбнулась: — Пойдём, милая. Помоем лицо. Мама Джоэла, наверное, уже заждалась.***
В сердце глухого леса, где лишь ветер завывал свои древние песни, стояла покосившаяся хижина. Сквозь дыры в прохудившейся крыше пробивались редкие лучи лунного света, выхватывая из полумрака пыльные уголки. Внутри, при свете керосиновой лампы, стоявшей на шатком столике, двигалась фигура, чьё лицо скрывала старая наволочка с неровно вырезанными глазницами. Юноша глядел в истрепанную книгу в твердом переплете. Это был старый поваренный сборник. Краденый, конечно. Перед ним на столе, в деревянной миске, лежали спелые, багровые ягоды. Он взял нож и с удивительной сноровкой принялся нарезать клубнику. Красные капли сока стекали по столешнице и сбегали на пол. Когда ягоды были подготовлены, он пересыпал их в чугунную кастрюлю, стоявшую на плите, и добавил сахар по рецепту из книги. Через некоторое время от плиты потянулся сладкий, обволакивающий запах. Клубника медленно превращалась в массу, тихонько булькающую под крышкой. «Надо будет через год проведать Нейта», — промелькнула мысль в голове Энви, пока он сосредоточенно следил за джемом.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!