Ни света вам, ни покоя

      Красные брызги взметнулись вверх, хлюпающий звук, металлический визг. Плоть с отвратительным хлюпаньем разлеталась по стенкам, оставляя за собой багровые разводы. Казалось, кто-то отчаянно сопротивлялся, но стальные лезвия безжалостно продолжали свою работу. Воздух наполнился густым запахом... Помидоров. Крышка блендера щёлкнула, и из-под неё вырвалась небольшая томатная пена. — Смузи! — воскликнул Нейтан с восторгом. — Смута! — вторил Абаддон, глаза которого горели мрачным азартом. — Такими темпами я стану великим коучем-призраком этого отеля! — Это всего лишь блендер, — спокойно сказала Кэтрин, сидевшая за кухонным столом на скамейке. — Не обязательно сопровождать это такими эмоциями, Нейт. Найди себе другое дело. Я бы придумала, чем тебе заняться, но мне скоро в школу ехать. — О, а по мне, весьма оригинально, — вмешалась Эстер, стоявшая у мойки. Она быстро мыла тарелки, перекидывая взгляд то на сына-призрака, то на Абаддона. — Кстати, попробуйте добавить туда куркуму, или, как советует Фиби, немного амалаки и настойки из высушенных шишек хмеля.       В этот момент на кухню вошёл Бен, усталый и немного взъерошенный. Мужчина всегда приходит позже остальных, но сегодня прямо припозднился. Он сел за стол, где его дожидалась одинокая тарелка с запеканкой — заботливо накрытая крышкой, чтобы не остыла. — Доброе утро, — буркнул он, потянувшись к завтраку, — я надеюсь, эти ингредиенты сейчас не выпрыгнут на меня, когда я подниму тарелку. — Оу, их там нет, но они совершенно безопасны, — пропела Фиби, сидящая на столешнице возле раковины. У неё были длинные светлые волосы, спадавшие на плечи и убранные повязкой в духе хиппи, большие круглые очки и яркий топик с вышивкой по краю. — И помимо этого открывают ворота третьего глаза, успокаивают хаотичные вибрации, уносят стрессовые гормоны в космос и вызывают прилив энергии! — Или прилив чего-то другого, — сухо ответила Кэтрин, — от твоих чакр потом весь отель на унитазы сядет. — У некоторых людей просто слабая аура. — А у некоторых — топор в голове, — отрезала Кэтрин, намекающая на то, что у женщины до сих пор торчит топор, ставший её причиной смерти.       Фиби обиженно покинула кухню, пройдя сквозь стену. На мгновение комната погрузилась в тишину, прерываемую лишь отдалённым гулом холодильника. Абаддон держал в руках блендер как трофей из неведомой войны, а Нейтан издал неуверенный смешок, который тут же заглох, когда Эстер резко обернулась: — Кэтрин! — Мама, найди себе живых нормальных друзей! У тебя же много знакомых из города. Меня так бесит, что эта Фиби навсегда застряла здесь в отеле и постоянно крутится рядом с тобой! — Она перестанет тут крутится, когда завершит своё незавершённое дело, — прокомментировал Нейт. — Погоди, незавершённые дела существуют? — удивилась девочка. — При-и-икинь! Короче, если у призрака есть нереализованные надежды и/или мечты и вы типа воплощаете эти надежды и/или мечты в жизнь, он может двигаться дальше. Может быть, Фиби просто хочет полюбоваться закатом или стать мамой... А, ну, или убить кого-нибудь. Многие призраки тут в основном хотят убить кого-нибудь. — МОЛЧАТЬ! Кэтрин, в машину. Сейчас же! — прервала увлечённую беседу своих детей Эстер. — Но, мам! — обиделась Кэт. — Без "но". Поехали в школу.       Кэтрин надулась, но подчинилась. Прежде чем выйти, она взглянула на брата, ожидая поддержки, а он лишь насвистывал себе под нос, как будто ничего не случилось. Эстер вытерла руки о полотенце. — Мальчики, блендер — вымыть. И тарелки тоже. — Эм… А кто именно из нас "мальчики"? — уточнил Абаддон. — Все, — строго ответила Эстер и, накинув пальто, скрылась за дверью.       Нейтан посмотрел на блендер, потом на Бена: — Ха-ха, а мне ничего мыть не надо! Кстати, дядя, ты не видел? Я научил Мистера Абаддона делать смузи! Это заняло около часа! — Кхм, отлично, Нейт, — пробормотал Бен, — научи его теперь мыть за собой посуду. — Это устройство поистине сатанинское, — заявил Абаддон, глядя на блендер, — оно лишает грешников их оболочек. — Понятно, — сказал Бен и откусил очередной кусок запеканки.       Комната казалась какой-то опустевшей. Вдалеке слышался звук заводящегося старого автомобиля, где Эстер и Кэтрин молчали — каждая обдумывала, кто из них больше прав. Мужчина уже собирался погрузиться в еду, как вдруг Нейтан спросил: — Дядя, ты чего такой грустный? — Кхм, — чуть не подавился Бенджамин, — мы с Аннабель поссорились из-за ерунды. — Из-за какой? — оживился племянник. — Знаешь ту игру, в которую мы с тобой играли… До твоей… — Бен замялся. — В общем, там я играю женским персонажем. И Аннабель решила, что это… измена. — Домовладелец является женщиной? — недоумевающе высказался демон. — ЛОЛ, нет! — расхохотался Нейтан. — Абаддон, если я научил Вас пользоваться блендером, теперь должен научить играть в видеоигры! — Игры — утеха для детей, — возмутился мужчина. — Эта с рейтингом 18+, — заметил Бенджамин. — Там, типа, резня, кровища! — добавил Нейт. — Вам понравится! — Хм… думаю, вы меня заинтриговали, — сказал Абаддон, но взгляд его тут же остановился на раковине. — Хотя сперва следовало бы совершить обряд очищения посуды по велению Госпожи Фрилинг. — О, нет! Мистер Абаддон! Я объявляю забастовку! — мальчик залез на столешницу как лидер протеста. — Сегодня девчонки нам не указ! В знак мужской солидарности с дядей Беном мы отказываемся выполнять требования женщин! — Ха, — хмыкнул Бен, поднимаясь. — Что ж, неплохая идея.

***

      Школьный звонок пронзил коридоры, как сигнал тревоги на подводной лодке. Дети вывалились из классов. Кэтрин сидела на лавочке, склонившись над тетрадью в жёлтой обложке, куда аккуратно приклеила стикер и написала карандашом:

«Операция Фиби»

      Рядом уселась Джезмеральда — миниатюрная брюнетка с хитрым выражением и свисающими из рюкзака бусами, крестиками, резинками и каким-то детским брелоком в форме осьминога. Она тоже открыла свою тетрадь, в которой каждая страница была разделена на колонки: "Типы демонов", "Порчи" и "Вероятность апокалипсиса (по 10-балльной шкале)". — Ну что, рассказывай, — начала Джез, упираясь подбородком в ладонь. — Эта твоя Фиби… снова лезет к маме? — Угу. Вчера предлагала в "призрачной банде" налог за проход через стены. Представляешь? — фыркнула Кэт. — Ага, ещё немного, и ваша бухгалтерия откроет филиал в аду, — поддакнула Джез. — Так что, планируем изгнание? — ? — Кэт подняла бровь. — Мама не позволит мне провести обряд. — Ну, знаешь… — Джезмеральда достала из пенала миниатюрную баночку соли. — Некоторые мёртвые женщины с топорами в голове заслуживают, чтобы им немного подсолили жизнь.       Кэт не удержалась и хихикнула: — Я просто хочу, чтобы мама перестала с ней общаться. О! Может, если я помогу Фиби закончить её незавершённое дело, она исчезнет? — Ты про "незавершёнки"? — оживилась Джез. — Это же как чистка кэша у призраков! Типа, если у них висит незакрытый гештальт, то они не могут покинуть этот мир. — Ага. Я слышала от брата, что призраки состоят из желаний. Значит, если желание выполнено, призрак рассеивается. В идеале — со вспышкой конфетти. — Или с хлопком и запахом гари, если призрак существовал до изобретения конфетти, — уточнила Джез.       Девочки засмеялись. Кэт вытащила набор цветных карандашей и начала рисовать таблицу. — Значит, пункт первый: найти незавершённое дело Фиби. Пункт второй: выполнить его. Пункт третий: прощай, хиппи-тётка. — Слишком просто! — заметила Джез. — Призраки редко бывают прямолинейными. У моей бабушки один дух не уходил, пока ему не отдали старую кастрюлю из подвала. А потом оказалось, что он вообще умер из-за несварения желудка. — Кастрюлю? — переспросила Кэт, морща лоб. — Мда. У Фиби тоже, наверное, что-то странное. — Ну, давай начнём с базового, — Джез полистала свою тетрадь и указала пальцем на строчки, — Составим досье. Что она делает, что говорит, какие у неё привычки? — Всегда ходит с повязкой в стиле хиппи на голове, говорит про «чакры», «энергии» и «вибрации». Ненавидит, когда напоминают ей о топоре. — Топор в голове — мощный символ, — произнесла Джез, записывая. — Связь с прошлым, насилие, отцовская фигура, возможно… — Да, она упоминала, что её отец ушёл, когда она была маленькая, — вспомнила Кэт. — И больше ничего не рассказывала.       Джез захлопнула свою тетрадь и посмотрела на подругу: — Вот и всё. Незавершённое дело — это почти всегда про семью. Или про вещи. — Тогда я начну с семьи, — решительно заявила Кэт. — Но если что: в отеле целая куча старого барахла. Я что-нибудь найду. — Отлично, — Джез убрала тетрадь и достала из рюкзака бутерброд с арахисовым маслом, — Только, если увидишь у себя в отеле зомби или предметы с красным свечением, просто беги. — Не переживай, — ответила Кэт, улыбаясь. — Я уже немного привыкла к странностям отеля.       Школьный звонок возвестил об окончании перемены.

***

      Комната Бена была полутёмной, освещённой только дрожащим светом старого экрана. Прожаренная консоль, судя по всему, простояла несколько десятилетий. На экране мигали два силуэта: мускулистый каратист с забавно квадратной головой и фиолетовая воительница в крайне откровенном наряде. — Так! — Бенджамин нажал «Старт». — Первый раунд. И предупреждаю, вы оба жульничаете! — Мы? — изумился Нейтан. — Я не могу держать джойстик, а Мистер Абаддон вообще впервые играет! Ты просто боишься продуть.       Абаддон, мрачно нахмурившись, сжал геймпад двумя руками как священный крест: — Отче наш, Иже еси на небесех! Да святится имя Твое... — шептал он себе под нос. — Нет-нет-нет! — вскрикнул Нейт, хлопая себя по лицу. — Это не крест, тут просто такая кнопка с крестиком! Кнопка, понимаете? Как на блендере.              Музыка загремела. Фиолетовая женщина с золотыми доспехами делала грациозное сальто и добивала каратиста мощным ударом ногой. — Я должен изничтожить этот грех, — невозмутимо ответил средневековый мужчина, продолжая держать джойстик как крест. — Эта грешница на экране вызывает неподобающие мысли. Она ещё выглядит как моя мама-демоница из ада, которая лупила меня за то, что я не хочу идти купаться в лаве. — Спасибо, теперь я никогда не смогу спокойно играть за этого персонажа как раньше, зная, что она выглядит как твоя мама! — занервничал Бен. — Зато ты выигрываешь, — подбодрил Нейтан, влетая в экран и зависая прямо перед пикселями. — Абаддон, жмите вниз-вперёд! Вниз-вперёд! Нет, НЕ КРЕСТИТЕСЬ! Комбо, а не покаяние! — Это слишком быстро, — возразил начинающий игрок, упрямо держа джойстик в вертикальном положении. — Ты говоришь, как будто читаешь латинскую скороговорку.       Каратист на экране неловко присел и получил ногой по лицу. — Да чтоб тебя, — взвыл мальчик. — Ладно, ещё один раунд, я научу Вас! Мы будем тренироваться днём и ночью, пока Вы не станете чемпионом! — Но тогда, — спокойно заметил Абаддон, не отрывая взгляда от экрана, — не получится следить за Госпожой Фрилинг ночью. — Подождите… Вы следите за моей мамой? — Нет, я слежу за тем, как ТЫ следишь за своей матушкой, — ответил демон так же спокойно. — Что?! — ужаснулся Бен, резко поставив игру на паузу. — Что вы делаете? — Это призрачный надзор, — уточнил Нейтан, — мама днём спит, а ночью проводит ритуалы: кто-то должен быть на страже! — А я, — добавил Абаддон с гордостью, — в качестве бонуса изымаю часть её костей. Только не говорите ей. — Отлично, — пробурчал Бен, снова запуская игру. — Давайте просто играть. Без упоминаний мам и костей.       Игра возобновилась. На экране фиолетовая воительница закружилась в вихре огня, а каратист отчаянно пытался отбиться. Нейтан буквально дышал в голову своего ученика: — Лево! Крестик! Треугольник! Комбо! Давайте же! — Я жму! Я жму! — рычал демон, перекручивая джойстик так, будто пытался выжать из него святую воду.       Каратист неожиданно ударил, попав по воительнице. На экране вспыхнула надпись. — ЕСТЬ! — закричал Нейтан. — Мы её сделали! Мы лучшие!       Абаддон встал, расправив плечи, словно выиграл крестовый поход: — Признаю, это… забавно. Может, и правда стоит продолжить тренировки. — Конечно! — вдохновился Нейтан. — Вы станете геймером мирового уровня, заработаете кучу денег и наймёте художников, чтобы завершить мой комикс! — То есть, — задумчиво произнёс демон, — ты хочешь наживиться на мне? — Ну, не прям наживиться… — Нейтан почесал подбородок. — Просто немного… вдохновиться Вашими успехами! — Дитя, весь в мать, — священник пытался потрепать мальчишке голову, но рука прошла насквозь.       Бен, уставший, положил джойстик на колени и потёр переносицу: — Я не знаю, что хуже — то, что я проиграл рандом-кликеру, или то, что я серьёзно согласился на это подобие «мальчишника».       На экране каратист замер в позе победы, а старый телевизор тихо потрескивал, будто устал от этой странной компании. — Ещё один раунд? — предложил Нейтан. — Только если поменяем бойцов, — вздохнул Бен. — Я хочу быть Великаном. — А я, — сказал Абаддон, — возьму вашу женщину: хочу разобраться, почему она вызывает столь сильные искушения. — Господи, — простонал Бен, нажимая «Рестарт», — теперь Аннабель может не переживать за мой выбор персонажа.       Снова вспыхнули пиксели, и день «Мужской солидарности» продолжился под звуки ударов и хохота.

***

      Эстер открыла глаза от назойливого, резкого звонка будильника. Несколько секунд она не могла понять, где находится. Вместо привычной кровати — старый диван с продавленным подлокотником, пахнущий пылью и дешёвым одеколоном. Ткань под пальцами была грубой, а подушка забавно отпечатала на себе силуэт уснувшего лица. Эстер села, зевнула и ощутила тянущее чувство усталости. Ох уж этот сбитый режим… Телефон, упавший на пол в процессе сна, вибрировал, требуя отключить будильник или отложить его на десять минут. «Пора ехать за дочкой», — подумала женщина и тыкнула экран. Эстер поднялась, машинально пригладила волосы и пошла готовить обед, стараясь не заполнять голову мыслями. Готовка для неё не просто хобби: она всегда старается, чтобы еда была полезной и вкусной, при этом учитывая предпочтения каждого члена семьи.       Дорога до школы выдалась тихой. За окном проплывали ели и лысеющие клёны. Эстер приехала чуть раньше и припарковалась. Она осталась в салоне и пролистывала групповые чаты: новости, объявления, родительские перепалки — всё это мелькало перед глазами, пока взгляд не зацепился за уведомление из какой-то группы: сегодня в половину четвёртого будут проводиться групповые занятия в малом зале. Эстер вспомнила о купленном по акции абонементе и усмехнулась: на фитнес она ходила довольно редко, так как зал не работает в ночное время.       Дверца машины хлопнула, и на заднее сиденье плюхнулась Кэтрин. Девочка аккуратно положила рюкзак сбоку от себя, пристегнулась и откинулась на спинку, уставившись в окно. — Как дела в школе, бантик мой? — мягко спросила Эстер, поворачивая ключ в замке зажигания. — Норм, — равнодушно ответила дочь. — В кастрюле на плите тыквенный суп, в холодильнике салат с киноа, шпина... — продолжила мать, но её перебили. — Ага, мам, — отмахнулась Кэт, — просто поехали домой. — Конечно, — кивнула Эстер, чувствуя, как что-то невидимое повисает между ними. — Думаю, мне стоит съездить в город сегодня. Может, кто-нибудь вечером приедет к нам в гости. Как думаешь? — Неплохо.       Машина тронулась, въезжая в коридор из хвойных деревьев. Кэтрин сидела тихо, уткнувшись в тетрадку — страницы уже были исписаны мелким, уверенным почерком. В них прятался план: как избавиться от Фиби. Когда они добрались до отеля, женщина высадила дочь у ворот и тут же умчалась. Её спортивная сумка так и лежала в багажнике с прошлой тренировки. Кэт, дождавшись, пока звук мотора растворится вдалеке, подняла голову, глубоко вдохнула и направилась внутрь здания.       Школьница прошла через вестибюль, минуя ряд портретов, и свернула в коридор, где слышался едва различимый шум. Где-то в отеле есть подпольный бар: место, куда мама девочки часто спускалась вместе с Фиби. Но как же его найти? Юная сыщица долго бродила, пока не продавила ладонью неровную часть стены — та с глухим вздохом подалась внутрь. За ней оказалась узкая лестница, ведущая вниз. Шаг за шагом девочка спускалась, чувствуя, как воздух становится плотнее и тяжелее. Подвал открылся ей внезапно: большой зал, обшитый деревянными панелями, тускло освещён лампами под потолком. Воздух дрожал от запаха спирта, ладана и старых свечей.       Это бар. Он выглядел как странная смесь времён: стеклянные бутылки с мутными этикетками соседствовали с граммофоном, из которого доносился фальшивый джаз. По углам — рваные кресла, на стенах — постеры с полустёртыми лицами. За стойкой, вырезанной из старого дуба, сидели призраки. — Сюда можно детям? — неуверенно спросила Кэт, но никто не ответил. Только лёгкий сквозняк качнул огоньки ламп. — Эм… сюда вообще впускают живых? — О, малявка, — прозвучало позади, и девочка обернулась, нахмурившись на подобное обращение. — Всем всё равно. Бар свободный к посещению, если ты уже знаешь, как в него попасть.       Перед ней стояла Фиби — в цветастом поясе на клёш джинсах и с всё тем же топором, торчащим из головы. — Фиби, я пришла… Погоди, — начала Кэт, но осеклась, когда из стены прямо перед ней вылез призрак мальчика-карманника. Его тонкие руки скользнули к её платью, и девочка рассердилась. — Кажется меня пытаются обворовать!       Фиби молча смотрела на это зрелище, не выражая никаких эмоций. — На. Возьми монетку, — Кэтрин бросила пенни на пол и это сработало.       Призрак наклонился, но поднять её не смог: его пальцы проходили сквозь металл. Он раздражённо фыркнул и растворился в стене. — Если ты пришла заставить меня перестать общаться с Эстер, то не надейся, — протянула Фиби. — Твоя мама — лучший член моей банды. — Мама и правда состоит в банде? — удивилась Кэт. — Конечно. Мы контролируем территорию и берём плату с других призраков. — Плату? — нахмурилась маленькая собеседница, — Чем они расплачиваются? — Кто как, — ухмыльнулась Фиби. — Секретами, воспоминаниями… иногда — танцами. Кстати, Анджела, ты в долгу! — выкрикнула она в зал.       Призрак коридорной крикуньи с изломанными движениями, попытался отплатить традиционным синтоистским танцем кагура. Толпа призраков освистывалась своим «Бу-у-у-у!» — очевидно, не одобряя такое зрелище. Мимо прошёл призрак мужчины. Он остановился, уставившись на пол: — Счастливая монетка, — прошептал он. — Она моя! Всю жизнь ждал этого момента!       Он наклонился. В тот же миг его тело вспыхнуло мягким светом и взорвалось облаком яркого конфетти. На месте призрака остался лишь лёгкий след блестящей пыли. — Закончил свои дела, — безразлично бросила Фиби, делая "глоток" из воображаемого стакана.       Кэтрин стояла, сжимая в руке тетрадку. Вид исчезнувшего призрака поразил её — не страхом, а осознанием. Всё оказалось правдой: если помочь им завершить дела, они исчезают. В этот момент лампы в потолке дрогнули и разом погасли. В баре воцарилась темнота. — Эй, кто выключил свет? — хрипло спросила Фиби, но никто не ответил.       Кэтрин медленно обернулась к лестнице. Впервые за всё время ей показалось, что в здании теперь стало действительно холодно. Она ещё не знала, что электричества теперь нет во всём отеле.

***

      Бойня на экране достигла кульминации. Фиолетовая женщина сжимала кулаки, а напротив неё возвышался Великан болотного цвета с огромной дубинкой. Он двигался медленно, но каждый его удар сопровождался гулким звуком разрушений. Волосы героини развевались, как языки пламени: она металась из стороны в сторону, оставляя за собой алые следы на бетонном полу арены.       На ковре сидели трое. Бенджамин в растянутом свитере, сгорбившийся Абаддон, который, кажется, научился держать джойстик, но персонажка всё равно совершала бессмысленные кульбиты или просто стояла, принимая удары. Нейтан сидел между игроками, комментируя происходящее, и безуспешно пытался помочь своему другу: — Нажимайте, нажимайте на квадрат! — Я нажимаю, — прорычал Абаддон.       Бен не выдержал и рассмеялся. Смех был тихим, уставшим, но искренним. На экране Великан нанёс решающий удар — дубина рухнула сверху, воительница отлетела в сторону, и экран замер в финальной вспышке. Затем, будто подстроившись под драматизм момента, свет в комнате мигнул и погас. Наступила полная темнота. В первые секунды слышно было только дыхание Бена и лёгкое потрескивание телевизора, умирающего вместе с электропитанием. — Ух, темно прямо как в старые недобрые века средневековые, — выдохнул Абаддон. — Отлично, — пробормотал Нейтан, — будем считать это ничьёй. — Вообще-то я победил! — встал Бенджамин, но ударился обо что-то. — Чёрт, нихрена не вижу… Электричество вырубилось? — Итак, каков план действий? — спросил мальчик у взрослых. — Купить генератор, чтобы включить телевизор? Или телевизор на батарейках? — тревожно заговорил дядя, потирая глаза. — Это ты для себя спрашиваешь или для Аннабель? — язвительно уточнил Нейт. — Аннабель говорит, что, раз мы пара, её потребности — это и мои потребности, — пробормотал он, — поэтому мне действительно нужно будет найти бальное платье в стиле 1920-х. — Ты не забыл, у нас сегодня в твою честь забастовка? — напомнил Нейт. — Я уже не хочу участвовать, — ответил Бен. — Просто хочу обнять любимую и извиниться за всё, в чём был неправ.       Несколько секунд в комнате стояла тишина. Абаддон тоже встал, поднял джойстик, словно оружие, и объявил: — Раз эле-штука покинула этот дом, я объявляю поход за светом! — Если уж собираешься освещать дорогу, может, возьмёшь факел? — подначивал Нейт. — Уймись, отрок, — ответил Абаддон, — мы отправимся к тому, кто отнимает у нас свет!       Бен нахмурился и пошёл поднимать занавески: — И кто по-твоему его отнял? — Водяная мельница, — откликнулся мужчина, который появился в дверях. Это призрак-электрик, в потрёпанной униформе с прожжёнными отверстиями на рукавах. Он щёлкнул пальцами, и из них вылетела искра. — Энергия поступает оттуда. — А я думал, мы подключены к городской сети, — удивился Бен. — Город? — эхом переспросил призрак. — Этот отель к городу не подключён. Всё питание идёт от мельницы. Если свет погас, значит, проблема в ней. — Водяная мельница? — переспросил Нейтан. — Типа… с лопастями? — Самыми обыкновенными, — кивнул электрик, — в лесу, полном необычных мертвецов. — Вы уверены? — спросил электрика Мистер Абаддон. — Сэр, — невозмутимо ответил призрак, — меня ударило током в этом отеле, когда я ещё был жив. Так что да, я уверен. — А что насчёт мертвецов? — насторожился домовладелец, вжимаясь пальцами в подоконник. — Ну, внутренние и внешние призраки редко уживаются. Когда умираешь на улице, это делает тебя… Странным. — Странным? — переспросил Бен. — Да. — Может, это потому, что животные едят их кости? — предположил Абаддон.       Старший Фрилинг глубоко вздохнул. На мгновение он задержался у окна и бросил взгляд на глубину лесных деревьев. — Ладно, — сказал он. — Идём чинить свет.       И трое: человек, призрак и демон — двинулись в дорогу, где их ждал лес и тихое журчание реки.

***

      Лучи солнца, пробивавшиеся сквозь кроны сосен, окрашивали полянку перед Андервейлом в мягкие золотые тона. Внутри отеля было темно и неуютно, а здесь — почти по-летнему тепло. Кэтрин сидела на расстеленном клетчатом пледе, окружённая призрачной бандой. Парень в стиле хиппи с переломанными конечностями безуспешно пытался понюхать сэндвичи на тарелочках, Анджела тихо поскуливала в сторонке, крутой подросток с ободранным лицом и косухе дымил сижки, а мальчик-пастушок в соломенной шляпе с разрубленным плечом смотрел в небо, словно высматривая пропавшую овцу.       Мысленно девочка перебирала обрывки тягучей, как жвачка, исповеди Фиби. Она рассказывает о себе слишком МНОГО. По совету Джез Кэтрин начала с семьи: сбежавший отец, пьющая мать, сестра угнала парня, а брат — машину. В добавок к этому попугай-стукач. Эта история напоминала дурной сериал, где все серии смешались в один бесконечный кошмар. Как найти незавершённое дело в этом потоке обид? Некогда аккуратная тетрадь Кэт уже была вся исчёркана. Фиби хотела устроить пикник с семьёй, судя по рассказам, поэтому девочка организовала всё это. — Ну что, как вам пикник? — деловито спросила Кэтрин, разворачивая закуски. — Я пыталась позвать Бена или Нейта, но, похоже, осталась за главную тут.       Призраки молча облизывали воздух над тарелками, наслаждаясь эфемерными отголосками вкуса. Фиби растянулась на траве как тлеющий конец сигареты и лишь флегматично хмыкнула. Её присутствие было самым ощутимым — может, из-за топора, а может, из-за накопленной за десятилетия обиды. — Фиби, кстати, — продолжила Кэтрин, доставая телефон. — Пока ты тут наслаждалась атмосферой, я разослала гневные письма всем твоим бывшим учителям. И ещё хорошая новость: в доме престарелых смогли привести твоего отца в чувства. Мне пришлось соврать, что я его внучка.       Кэтрин нажала на громкую связь, и тишину поляны прорезали гудки. Раздался хриплый, старческий голос, к которому, казалось, прилипли все болезни и разочарования долгой жизни: — [Алло?] — Пап? — неуверенно шепнула в трубку женщина. — [Фиби!? Этого не может быть.] — Почему? — напряглась Фиби. — Потому что я никогда не звоню? — [Потому что ты умерла.] — И сейчас я счастливее, чем когда-либо! — парировала Фиби. — Кроме того, я тебя не прощаю! Во всех моих проблемах виноват именно ты! И ещё, ты меня не контролируешь! — Кажется, ты уже достаточно накричала на этого, должно быть, очень пожилого человека, — неловко бросила Кэтрин, заканчивая звонок.       Фиби откинулась на спину, её силуэт словно стал чуть ярче. — Я действительно чувствую себя лучше. — И…? — подождала Кэтрин. — И… Спасибо, Кэт? — немного настороженно произнесла Фиби. — Если хочешь присоединиться к нашей банде, тебе придётся провести ночь в колодце, где погиб Оскар. — За мной гнался лис, — бодро пояснил темнокожий хиппи с модной бородкой. — Но он умер первым. — Погодите, — нахмурилась Кэтрин. — Моя мама тоже ночевала в колодце? — Нет, — из ниоткуда появилась Эстер с спортивной сумкой за плечом. — Меня взяли в банду просто так. Кэтрин, что ты тут делаешь? — Мам! А ты что тут делаешь? — Я вернулась с тренировки, хотела отдохнуть, но в отеле нет света. Плюсом, я не могу найти своих детей. Потом Хизер подсказала, что пока мы ехали, видела толпу людей за отелем на полянке. — Что за Хизер? — насторожилась Кэтрин. — Неважно, — отмахнулась Эстер. — Ты забыла про обед, который я приготовила. И да. Почему ты пытаешься завершить дело Фиби?       Мимо пробежал призрачный человек из службы по отлову животных, который мчался за призрачной собакой, которая мчалась за призрачной кошкой, которая мчалась за сдохшей от мышеловки призрачной мышью. — Почему они умерли? — пощурилась Кэт. — Утёс. Стоял туман, — пожав плечами ответила Эстер — Погоди, откуда ты узнала про то, чем я занимаюсь? — снова оживилась девочка. — Тут думать не надо. Почему тебя так волнует то, с кем я дружу? Я взрослая, ты должна мне доверять! — А ты знала, что у Фиби в кармане пистолет? — выпалила Кэтрин. — Она показывала его мне несколько раз! А я ребёнок! Мне типа нельзя на такие вещи смотреть! — Так она же призрак, — снова пожала плечами Эстер. — Вот именно! А я хочу понять, почему ты, живой взрослый человек, состоишь в банде призраков! — Кэтрин, — материнский голос стал твёрже. — У меня сын — призрак. Мой брат встречается с призраком. Проводить время с призраками — это наименьшая из моих странностей! — Меня тоже беспокоит обилие призраков в нашей жизни! — возмутилась дочка. — Ого, — из-за спины Эстер вышла высокая фигура. — Выходит, все эти люди — призраки?       Участники пикника переглянулись, не ожидая видеть тут кого-то ещё живого, помимо Фрилингов. Вперёд вышла женщина, излучающая лёгкость и энергию. Её чёрные волосы, собранные в небрежный, но изящный пучок, обрамляли открытое лицо с чуть заметной, добродушной улыбкой. На ней была простенькая джинсовая куртка и легкий шарф, готовый согреть при внезапном порыве ветра. Она совершенно не выражала тревоги при виде призраков, хотя и видит их впервые. — Добрый день, я Хизер, — сказала женщина, наклонившись к жёлтому бантику. — Ты, должно быть, Кэтрин? У тебя такое милое личико. — О, эм... Спасибо, — смутилась девочка, теряя свой возмущённый настрой, когда её пощупали за щёчку, видимо, чтобы убедиться в том, что она живая. — Эстер, ты меня удивляешь, — снова выпрямилась Хизер. — Можно я расскажу сыну о призраках? — Пойдём, Хизер, — Эстер взяла подругу за воротник пиджака и потащила в сторону отеля, оставив Кэтрин на полянке с бандой мёртвых неудачников.

***

      Долина, казалось, была проглочена целиком ленивым серым туманом. Из этой пелены торчали верхушки сосен, острые, как пальцы мертвецов, отчаянно тянущиеся к небу, которое, казалось, не давало никаких комментариев по этому поводу. Позади деревьев сутулились невысокие горы. Глубже, в самом горле леса, воздух был тяжёлым и влажным. В самой далёкой мгле рядом с гибкой рекой дерзко существовало одинокое строение — водяная мельница. И, разумеется, именно туда направлялись наши смельчаки. — Да... — пробормотал Бен, шагая по шаткой тропке мимо исполинского, замшелого черепа, наполовину утонувшего в болоте. — Знаете, я могу найти телепередачи и на своём телефоне. Аннабель всё равно будет считать меня героем. — Знаешь, чего ты не можешь найти на своём телефоне? — спросил риторически Нейтан, который шёл уверенно впереди всех, — СаМоРеСпЕкТа! Он появляется, когда ты делаешь что-то крутое и полезное! — И зачем он мне? — Мы все нуждаемся в этом. Послушай, я знаю, что вы взрослые считаете меня бездельником и глупым подростком, но пока я был жив, я кое-что успел сделать! Всё ли это было круто? Не-е-е. Но я менял мир к лучшему!       Абаддон, идущий посередине, раздражённо мотал головой. Его рост оборачивался настоящим проклятием: ветви низко свисающих елей безжалостно хлестали по лицу и плечам, будто пытались выбить из него остатки благоразумности, а шагающий впереди Нейтан, возможно, намеренно, создавал иллюзию лёгкой проходимости. — В аду я мог пролезать сквозь любые узкие пространства, а в этом неуклюжем человеческом мешке я постоянно получаю увечья! — возмущался он, прикрывая голову ладонями. — Ещё немного — и моя шляпа покинет этот мир навсегда!       Нейтан усмехнулся, не оборачиваясь: — Именно об этом я и говорю! Раньше у меня была возможность попасть на школьную доску почёта, стать старостой, отрастить усы, чтобы спрятать свою дурацкую верхнюю губу, плюнуть в рот Папе Римскому, пока он чихает... ОЙ! Короче, а теперь я застрял на территории отеля и не расту, как сраный Питер Пен! Я не могу с этим смириться! НИ ЗА ЧТО! — А тебе и не нужно, — пыхтел Бенджамин, карабкаясь на поваленное дерево, покрытое слизью и мхом. Он застрял на полпути, комично болтая ногой, пока демон и призрак ждали внизу, наблюдая за его мучениями с лёгким удивлением, ведь он, похоже, забыл договорить фразу.       Наконец мужчина выдохнул, спрыгнув на землю: — Что? Я ничего не придумал! — А вот я придумал! — "оживился" Нейт. — Мы поддержим друг друга! Не знаю, зачем Мистер Абаддон так хочет залезть в дымоход или вентиляцию, но для него это важно. Знаете, когда я был маленький мы с отцом ходили в поход. Он говорил мне... Эм, я не помню что. Ну, короче, мы же в походе сейчас: вы типа будете моими отцами, а я буду вашим прошаренным в гаджетах сыном? — Чё? — почесал затылок старший Фрилинг. — Ты будешь моим отцом? — обратился к нему Абаддон. — Вообще, я думал Нейтан хотел сказать... Ладно, в пределах разумного.       Абаддон довольно кивнул, словно получил важное признание. Их маленький поход снова тронулся вперёд. — Видите? Это сила леса! — торжественно возгласил Нейт, скользя между деревьями. — Отец и сын поддерживают друг друга! — Вижу зло! — вдруг прорычал демон.       Ветви заскрипели, будто древние суставы, и послышался влажный хруст. Туман начал сгущаться. — Если там кто-то есть, то я настолько же слаб, насколько готов сотрудничать! — выдавил Бен, мгновенно прячась за спину племянника. Будто она вообще способна защитить, ха! — Расслабьтесь, — ответил Нейтан, пытаясь звучать бодро. — Любые монстры в этих лесах боятся призраков, демонов и мужчин с кризисом среднего возраста не меньше, чем призраки, демоны и мужчины с кризисом среднего возраста боятся их. — Хватит называть меня мужчиной с кризисом среднего возраста! — Тебе 35, среднее не придумаешь, — хмыкнул мальчишка. — ВОТ! — рявкнул Абаддон, указывая на смутное голубое свечение.       Из-за ствола показалась костлявая рука. Потом — вторая. Вскоре между деревьями медленно проявился силуэт. — Племянничек, что это? — сипло спросил Бен. — Всё в порядке, папы. Это Кора, — попытался успокоить всех Нейт. — Кора! Это Нейтан! Летом мы пранковали людей на том бранче, помнишь?       Ответом стало звериное рычание.       Между плотными стволами деревьев, словно вихрь из ночного кошмара, пронесся призрак, окружённый мертвенно-синим сиянием, которое едва разгоняло густую тьму. Его истлевший плащ развевался за ним, открывая взору костяной остов, сквозь который проступали почерневшие рёбра. Красные угольки глаз горели злобой, а из черепа проступал кровоточащий мозг. Скрюченные пальцы на вытянутых руках, словно когти, жадно хватали воздух, пока он скользил меж стволов с неимоверной быстротой. Фрилинги закричали и, не сговариваясь, бросились кто куда. Абаддон тоже побежал, словно ребёнок, которому наконец разрешили поиграть в догонялки. Нейтан пролетал прямо сквозь деревья, не сбавляя темпа, а Бен бежал что есть мочи, но оступился и кубарем полетел вниз по склону. Он остановился лишь у подножия, в липкой грязи, тяжело дыша. — Проклятье, — прохрипел мужчина, поднимаясь и примыкая к ближайшему дереву. — Я слишком стар для этого... — Оу. Вот ненастье, батюшка! Вы меня нашли. Теперь Ваша очередь прятаться!       Перед ним всплыл знакомый лик священника, который тоже измазался в грязи с ног до головы. — Абаддон! Мы тут не в прятки играем! За нами летает какой-то труп безногий! — Правда? Ах он подлец! — вскинулся демон, и в его голосе звучало разочарование. — Нам реально стоит вернуться! — взмолился Бен. — Мы не можем починить водяную мельницу. У нас даже лицензии нет! — Мне всё равно, даже если он король Австралии! — донёсся из-за дерева голос. Фигура мальчика проступила из коры, глаза сияли решимостью. — Что бы там ни было, это всего лишь призрак! А призраки не пугают других призраков!       Мальчик снова стал впереди, оглядываясь с капелькой неуверенности в своих словах. — Э-э... Нейт? — несмело отозвался из-за дерева Бенджамин.       Из полумрака теперь выступал не один призрак, а легион неупокоенных душ, более напоминающих истлевшие останки. Их изможденные лица, где-то ещё покрытые сморщенной кожей, а где-то уже обнажавшие череп, застыли в вечной гримасе боли или голода. Иссушенные, скелетообразные тела были облачены в обветшалые лохмотья, которые колыхались вокруг них. Из их разверстых ртов, лишенных плоти, вырывались хриплые гортанные звуки, скрежет зубов, после чего участники похода снова разбежались.

***

      Коридоры отеля тонули в полумраке. Из темноты вырезались силуэты: столики, картины, иногда нечто, что при ближайшем рассмотрении оказывалось не тем, чем казалось. Эстер шла впереди, в руке — фонарь телефона. Его тусклый белый луч плясал по ковровой дорожке. Позади звучали шаги Хизер — лёгкие и спокойные. — Всегда тут так темно и призрачно? — спросила она. — Нет, — устало ответила хозяйка, — Темно — это временно. А вот призрачно... Да, пожалуй, это у нас постоянное явление. — Атмосферно. Я бы проводила тут корпоративы. — Этого мне ещё не хватало, у меня и так постоянно мигрени, — вздохнула Эстер и заглянула в пустую гостиную. — Раньше тут все собирались.       Хизер остановилась у пианино, обдувая клавиши от пыли. — Так уютно. Прямо как в старом фильме. — Или как в старом морге, — машинально уточнила Эстер. — Мне бы понять, куда все подевались. Брат не выходит на связь. Света нет. А отель будто вымер... Ну хоть дочка жива. — Может, у них… командировка? — осторожно предположила Хизер, но тут же спохватилась. — Я шучу! — Знаешь, — заговорила Фрилинг, — я иногда думаю, что мне стоило бы перестать возиться со всем этим. Отелем, жильцами, призраками. Всё равно никто не замечает, сколько я вкалываю. — Это называется эмоциональное выгорание. — Кхм. Так ты говорила, что работаешь нутрициологом? — спросила Эстер, стараясь перевести разговор в более психологически приятное русло. — Именно! Но то лишь моя основная работа, — уточнила Хизер, будто только этого вопроса и ждала. — Я помогаю людям становиться лучшей версией себя. Честно занимаюсь продажей качественной продукции для дома и души. И, честно, ты уже наполовину наша звезда! — Правда? — Эстер подняла брови. — Просто потому что хожу в зал? — Потому что ты не сдаёшься, — с энтузиазмом кивнула собеседница. — Я видела, как долго ты стоишь в планке — чистая концентрация! А ещё эти тренажёры с грузами!       Эстер закатила глаза, но не смогла сдержать лёгкой улыбки. Эта женщина была просто горожанка, звено финансовой пирамиды, которая в любой момент достанет свой каталог и попросит отдать все кровные на какую-нибудь дребедень. Но, почему-то, Фрилинг была не против. — Я просто пытаюсь не развалиться, — пожала плечами хозяйка, присаживаясь в кресло, — в последнее время это мой максимум. — Знаешь, что помогает? — Хизер понизила голос, доставая из сумочки несколько разноцветных баночек. — Сбалансированный подход. Витамины, чуть протеина, немного косметики — и энергия будет течь рекой! — Угу. А потом ещё пару кремов, массажёр, "исусья" тряпка и акции компании, которая это всё производит, да? — Ну, — слегка смутилась Хизер. — Я не просто рекламирую продукцию. Я общаюсь с людьми. Это... Интересно. Просто говорить. Без цели, без выгоды. Понимаешь?       Эстер молчала и привычно открывала двери, заглядывая в пустые номера, словно всё ещё надеялась увидеть в них кого-то. — Кого теперь ищем? — Тех же и ищем. Брата... И, возможно, остатки здравого смысла, — отозвалась Эстер. — Если не найду первого, придётся хоронить второе. — Не говори так. — Хизер мягко коснулась её плеча. — Он найдётся. И свет включится. Тебе надо отдохнуть после тренировки.       Они остановились у окна. Снаружи лес казался живым: туман двигался, как дыхание. Ветви дрожали, а солнце уже заметно катилось к горизонту. — Тебе ведь страшно? — спросила Эстер вполголоса. — Только если перестаёшь говорить, — усмехнулась гостья. — Разговор — это как камин. Греет, пока в него подкидываешь поленья.

***

— Ё МОЁ! Ё МОЁ! Ё МОЁ! Ё МОЁ! Ё МОЁ! Ё МОЁ! Ё МОЁ! — тараторил Бенджамин, пробегая лесную полосу препятствий. Почему-то гнались все именно за ним. Может, потому что он единственный живой человек в радиусе пары километров? Или просто у мертвецов отличное чувство юмора.       Он рухнул на колени, задыхаясь. Призрачные фигуры надвигались, бледные и размытые. На секунду Бенджамин сдался. Зажмурился, а потом, взяв волю в кулак, прорвался сквозь фигуры со словами: «ВО ИМЯ СЕРИАЛОВ МОЕЙ ЖЕНЩИНЫ! А-А-А-А-А!». Он сам не заметил, как с криками прибежал прямо к пункту назначения. Уже виднелся покосившийся деревянный причал и унылый серый пейзаж болот, который обещал быть не менее гнетущим. — У-у-у, — простонал Бенджамин, пытаясь отдышаться и отряхивая с колен грязь. — Никогда больше в походы. Никогда. — ПАПА! — вдруг выскочил Нейтан, напугав бедолагу лишний раз, — Ты не струсил! Ох, блин, я теперь должен пятиминутный танец второму папе... — Я понял, что они всего лишь призраки. Они ничего не могут сделать, — начал хвалиться дядя, позабыв, что его племянник, так-то, тоже призрак. — Ну, я... Я имею в виду, что они могут многое сделать. Э-э... Кричать, петь, наблюдать... Боже, где же Абаддон? — А, наверное, заблудился! — предположил мальчик. — Хорошая новость в том, что он бессмертен. Однажды я видел, как он два дня просидел на дне озера. Давай чинить мельницу?       Фрилинги вошли в старую водяную мельницу, и каждый шаг по скрипучим доскам отдавался глухим стуком, разносясь по прогнившим стенам. Взгляд Бенджамина, уже привыкший к полумраку, упёрся в то, что сидело прямо перед ним, загораживая проход: на старом, полуразвалившемся стуле сидел человек. Это были останки какого-то древнего мужика. Видимо, вечность застала его на этом стуле, и теперь он сидел, накренившись, с пустыми глазницами, словно только что услышал самую неудачную шутку в своей жизни. И, честно говоря, пялился на непрошеных гостей как-то слишком обвиняюще.       «Иу!» — пробормотал дядя Бен, делая шаг в сторону. Каждый нерв в его теле кричал: «НЕ ТРОГАЙ!», но труп загораживал проход, а генератор сам себя не починит! Пришлось действовать. Мужчина целился в подлокотник, чтобы сдвинуть стул, но пальцы предательски соскользнули. Старый стул, и без того державшийся на честном слове, не выдержал. Скелет, сохраняя остатки своего странного достоинства, медленно покосился. Сначала хрустнули доски стула, затем послышался глухой грохот, когда старые кости провалились в дыру посреди пола и шлёпнулись куда-то вниз, в мутную темноту. — Покойся с миром! — крикнул старший Фрилинг. — Эй, дневник смотрителя мельницы! — выкрикнул младший в этот же момент. — Может быть, это как-то поможет с ремонтом. — Но стоит ли ради этого нарушать чью-то конфиденциальность?       Бенджамин смахнул пыль с древней книги и прочитал заголовок: «Дневник Джозайи Банквеста, управляющего мельницей и слуги Бельтерна». Пока племянник стоял позади, мужчина стал вычитывать строчки, проводя по буквам пальцем: — Я нашёл Бога. Он спит под водой. Я знаю, что это грех, но я разбужу его. — Бла-бла-бла. Давай дальше, — сказал Нейт и пошёл осматривать интерьер помещения. — Бог очень голоден. Он забрал мою плоть, но больше я ничего не могу отдать. Я начал цикл, который... — Бен немного занервничал от прочитанного, — Не остановить. Простите... — Здесь нет подсказок. Может быть, проблема в этих лианах на шестерёнках, — сказал мальчик, тыкая в лозы, которые обмотали механизмы. — Это точно лианы? — насторожился дядя и подошёл ближе.       Лианы дрогнули. В следующее мгновение одна из них обвилась вокруг его руки, другая зацепилась за ногу, третья — за пояс. И прежде чем Бен успел вскрикнуть, его подняло в воздух. — Нейтан! Это не растения! — Бен! Расслабься! Нет, напрягись! Или наоборот — да что угодно сделай! — метался мальчик, пытаясь ухватить дядю, но его руки проходили сквозь всё. Лампа на стене мигала, мельница будто оживала, когда монстр отпускал хватку от механизмов. Мужчину бросало от стены к стене, как тряпичную куклу: — Не позволяй никому открывать мой ноутбук! Просто выбросьте его! — вопил Бенджамин, вращаясь в воздухе уже над речкой.       И вдруг — свист. В воздухе мелькнул топор. Раздался хруст, и одно из щупалец с визгом отлетело в сторону. Бен грохнулся на песок, хватая ртом воздух. К нему подшагнул высокий силуэт, с топором за плечом. В лучах заката протянулась бледная крепкая рука. — Абаддон? — открыл зажмуренные глаза Бенджамин — Да, отец. — гордо произнёс спаситель. — Вы отрубили конечность! Клёво! — обрадовался мальчишка. — Погоди, почему Вы называете Бена отцом? Это я его так называю сегодня, а не Вы. — Видимо он не так понял. Кстати, ты где взял такой топор? — сказал Бен, поднимаясь. — Череп женщины в неглубокой могиле. — Похоже, Вы нашли тело подруги моей мамы, — спокойно подметил Нейт. — Зачем надо было хоронить её вместе с тем, что её убило? Если только это не был её любимый топор.       Ответить никто не успел. Земля под ногами дрогнула. Из ручья поднялось чудовище. Оно было покрыто вязкой массой мха и глины, тело извивалось, словно живое болото. Из его головы свисали мясистые щупальца, а глаза светились красным — тускло, но злобно. — О боже. Бегите! — опять закричал Бенджамин.

***

      Полумрак призрачного бара сгустили компании мертвецов. В центре этого уютного кошмара, сидя на высоком стуле, скучала Кэтрин, потягивая апельсиновую газировку из гранёного стакана, как будто это был самый крепкий напиток. — Я плохая дочь, — наконец сказала она, глядя на пузырьки, всплывающие из трубочки. — Да, может быть, — отозвалась Фиби, присев рядом и скрестив ноги. — Я просто хочу нормальную семью… Но возможно ли это здесь? — Кэт резко вскинула взгляд, и глаза её блеснули от грусти. — Лучшую подругу моей мамы убили топором. — Если тебе от этого станет легче, то на самом деле это был несчастный случай, — Фиби усмехнулась. — Не верь мужчинам, когда они говорят, что умеют метать топоры.       Кэт невольно хмыкнула, но тут же сникла: — Возможно, я теперь думаю, что плохо с тобой поступила. Нельзя судить о человеке по топору в его голове. Прости меня.       Фиби лениво покачала ножкой и кивнула: — Извинения приняты. Ну, так в чём же заключается твоё незавершённое дело? — Эм… я всё ещё жива, Фиби, — искренне удивилась девочка. — Да, — с лёгкой улыбкой ответила привиденша, — а жизнь — это то, откуда берутся незавершённые дела. Так что же ты хочешь сделать за эту жизнь? — Честно говоря… я просто хочу перестать бояться, — её голос дрогнул и лицо спряталось за ладонями. — Я боюсь всего того, что происходит в отеле, боюсь, что мама будет хоронить меня следом за Нейтаном… Даже высоты боюсь!       Фиби посмотрела на неё, прищурилась и, как будто что-то решив, легко соскользнула со стула: — Я могу тебе помочь.       Они поднялись на крышу передней башни Андервейла. Вечернее небо загорало в огне заката — оранжевые и пурпурные облака таяли как карамель. Фиби стояла на краю, подсвеченная небом, а ветер играл её длинными светлыми волосами, как ленточками света. — Что мы здесь делаем? — спросила Кэтрин, настороженно выглядывая наружу из люка. — Помогаю справиться со страхом высоты, — ответила призрачная хиппи с лукавой улыбкой. — Чего?! — девочка тут же побледнела, ухватившись за край люка. — Да ладно тебе, — Фиби подняла руки, глядя вдаль. — Вид просто невероятный! — Ух ты… — выдохнула Кэт, осмелившись выглянуть наружу. — Здесь ветрено…       Порыв ветра хлопнул крышкой люка. Гулко. Окончательно. — И круто! — успела крикнуть Фиби, прежде чем прошла сквозь крышу обратно в здание. — Фиби? — позвала девочка. — Фиби?! — Это за попытку завершить мои дела! — донеслось ехидное эхо. — Нет, нет, нет! Фиби! Впусти меня! Или помоги, а то я закончу столько дел, что ты сама отправишься прямиком в ад! — закричала Кэтрин, вцепившись в ручку люка.       Но карма явно решила не шутить. Ручка с треском отломилась, и Кэтрин, потеряв равновесие, вылетела вперёд — прямо к самому краю крыши. Холодный воздух ударил в лицо. Мир сжался в тонкую линию черепицы под пальцами. Сердце грохотало в груди, а дыхание стало прерывистым. — Пожалуйста… Мамочка... Боженька... — бормотала она, скользя вниз, пытаясь уцепиться хоть за что-то.       Соскользнула туфелька, купленная мамой, в целях экономии, на один размер больше. Маленькая, бирюзовая, детская. Она полетела вниз, вращаясь в воздухе, и с тупым звуком насадилась на острый железный пик ограды внизу. Кэтрин замерла. Даже ветер будто перестал дышать. Теперь она знала: падение не просто поломает ей пару костей — оно лишит её жизни.

***

— МЫ УМРЁМ! — рвалось из груди Бенджамина: голос его рвался на вздохи, ноги казались ватными, а разум упрямо пытался не замечать, что паника — далеко не лучший инструмент ремонта. — Не. Я не умру. Поверьте, я пытался, — хмыкнул средневековый мужчина, не отрывая взгляда от своей руки, в которой удобно лежал топор. Его спокойствие в этой ситуации звучало как издёвка.       Бен, будто наткнувшись на внутренний выключатель самосохранения, вдруг выхватил топор и кинулся рубить щупальца, что просачивались через щели и трещины в стене. Металлический звон, всплески влаги, и щупальца скакали в стороны, оставляя мокрые полосы. — А тебя можно разорвать на части? Потому что именно это сейчас и произойдёт! — в одно мгновение голос Бена стал громче, весь он вжался в дверь, пытаясь сделать из неё опору. — Найди что-нибудь, чтобы забаррикадировать вход!

      Абаддон, не растерявшись, ретировался в сторону, оставляя старшего Фрилинга с топором в руках. — О, это всё моя вина! Я просто хотел доказать, что ещё на что-то способен, — захныкал Нейт. — Не хочу показаться назойливым, но сейчас самое время это доказать! — предупредил племянника Бенджамин.       Отчаянный звериный рык усилился — где-то наружу ударился в корпус старой двери и выгнулся кольцом. Дерево посинело от давления, и щупальца начали просачиваться через трещины, словно пытались слизать время с пола. Абаддон вернулся, таща с собой кучу развалившихся трупов, которые он собрал со всего здания. Демон, по-детски гордый как торговец, положил их у порога. — Я сказал забаррикадировать вход! — разозлился Бен, и его голос, надломленный страхом, дрогнул больше от усталости, чем от ужаса. — Кости тоже могут стать баррикадой, — Абаддон чуть обиделся, воспринимая недовольство как личное оскорбление, он же старался. — Точняк, бати! Духи в лесу: это их тела! — внезапно осенило Нейтана, когда он посмотрел на трупную кучу. Лицо мальчика озарилось той детской уверенностью, которая всегда появляется, когда у человека есть одно-единственное действительно гениальное решение. — Они не пытались на нас напасть! Они пытались предупредить нас! — Толку от этой информации сейчас, — снова ворчал дядя, пытаясь вклиниваться в разговор и одновременно отдёргивая ногу от очередной налетающей лианы. — Никогда не поздно принести пользу! — внезапно с новой волной уверенности воскликнул Нейт. И правда — если кто-то и может извлечь смысл из развалившейся мельницы, так это он.       Дверь дрогнула и с треском рухнула — монстр опрокинул баррикаду одним ударом. Сразу же Нейт, не собиравшийся ждать одобрения плана, выскочил навстречу существу с видом супергероя: — Смотри! Я маленький беспомощный мальчик! Иди сюда, слизняк!       Чудище, заинтересованное на мгновение, отвернуло внимание — смехотворный план сработал. Бен заорал и, ухватив Абаддона за руку, рванул к генератору. Но механика старой мельницы не снисходительна: работающий механизм, наконец, сотрясся и с треском распался на куски. Как и всё здание. — Нет! Мой блендер! Моя мама-демоница! — скорбно произнёс Абаддон, опускаясь на колени. Он прикрыл глаза, произнося странную молитву для утраты бытовой техники. — О-хо-хо-хо... Чудовище, ты нажил себе врага! — Ему не хватает контекста, — пробормотал Бен, балансируя у кромки разрушенного фундамента: прямо на него катилось огромное мельничное колесо, оторвавшееся от своей оси. Он среагировал быстро: подхватил священника на руки, словно сумел забыть о всех своих возрастных слабостях, и помчался в чащу леса.       Нейт же всё так же размахивал руками: — Ха! Это твоя лучшая попытка?       Чудище уже близко — оно смачно укусило призрака. Да-да: укусило и целиком поглотило! Нейтан на мгновенье оказался внутри пасти, и при этом продолжал стоять на земле — удивительная логика мира мёртвых. Монстр замер, запутавшись в своей же попытке причинить боль тому, кто уже ее чувствовать не может. — Должен сказать, для древнего водного чудовища ты немного... — подросток покрутил головой в стороны. — Зубы в горле? Такое нечасто увидишь.       Нейт вцепился в момент и, разыгрывая спектакль, продолжил дразнить: — О, неужели я не истекаю кровью и не кричу, когда мои руки вырывают из суставов так легко, как ты надеялся? Ты только что стал призраком! — выпалил он с нарочитой важностью, затем смутился: — Ах нет, это я говорю в других ситуациях. — Отомстишь потом! — послышался голос дяди из глубины деревьев.       Монстр, наконец, сорвался с места и, решив, что игра надоела, помчался в сторону. Нейт, скользя между корнями деревьев и смеясь полусудорожно, крикнул вслед: — Бен, если ты меня слышишь, у нас проблема!

***

— Ты просто будешь смотреть, как я падаю?! — визжала Кэтрин, вцепившись в край черепицы. — Ты собиралась стереть меня с лица земли, — равнодушно отозвалась из стены призрачная Фиби. — Как только ты умрёшь и станешь призраком, мы будем квиты. — МАМА!!!       В это время Эстер уютно сидела у окошка, попивая чай и обсуждая с Хизер очередной каталог. — Она обращается со мной как с идиоткой! — жаловалась Эстер, перелистывая страницы. — Стала бы идиотка приглашать домой нутрициолога, чтобы выбить бесплатную консультацию и кинуть позже? — Погоди, что? — оторвалась от чашки Хизер. — Я так и сделала, Хизер, — призналась Эстер, уткнувшись в страницу. — О, вот эта овощерезка прикольно выглядит. — Да, я себе тоже такую купила, как раз взяла с собой.       Крик «МАМА!» стал громче. Эстер нахмурилась, открыла окно, и её волосы тронул лёгкий ветер. — Бантик? — окликнула она дочь и заметила, как из-за карниза беспомощно торчат детские ножки. — МАМОЧКА!!! — Кэтрин, с каких пор ты у меня руфингом занимаешься? — Нет! Фиби заманила меня на крышу, чтобы убить! — Я заманил тебя, чтобы преподать урок, малявка! — сквозь стену высунулась сияющая призрачная голова. — Падение и смерть на твоей совести!       Кэтрин взвизгнула и сорвалась ниже, чудом зацепившись за карниз окна. — О, святы черти! — ахнула Эстер. — Дочка, держись! — Я могу показать, как она работает, — спокойно заметила Хизер, — Принесёшь овощей? — Сейчас приду, — отмахнулась Эстер. — Ты ведь за овощами?       Хозяйка выхватила две проклятые картины со стен в холле, одну поставила внизу на пики забора, другую — выставила перед диваном в гостевой. — Скупой платит дважды, — буркнула она, заметив валяющуюся туфельку дочери. Она из тех, кто предпочитает покупать детям вещи навырост. — Ладно, теперь можешь падать. — Не могу! — плаксиво выкрикнула Кэтрин. — Можешь! Упади в картину! — Это безумие, бессмыслица! — задыхалась девочка. — Это не безумие, это единственный выход! — выкрикнула Эстер, сжимая раму картины.       Фиби выскользнула из стены и издала мерзкое «Бу!». Девочка дёрнулась, ослабила хватку — и сорвалась, теперь уже держась за выступ стены одной рукой. — Кэтрин! — вскрикнула мать. — Мама, в сарае есть лестница! — успела прохрипеть девочка, — Я хочу, чтоб ты за ней сходила! — А я хочу, чтобы ты мне доверяла! — выкрикнула Эстер, глядя снизу вверх.       Кэтрин, дрожа, перевела взгляд на картину под собой. Её глаза блестели от страха и слёз. — Просто доверься мне, Кэт.       Крик, ветер, падение — и в тот же миг девочка исчезла в пучине мазков. В одной из гостевой послышался хлопок. Кэтрин с глухим «плюх» вынырнула из другой картины прямо на диван. — А? — моргнула она, ошарашенно озираясь. — Вот ты где, — спокойно сказала Эстер, держа вторую картину под мышкой. — Тебя не было две недели. — Что?! — Да шучу, милая, — улыбнулась мать. — Почему снова погас свет? — испуганно оглянулась Кэтрин, и лампа над ними, будто услышав вопрос, мигнула — раз, другой… и погасла окончательно.

***

      Двое мчались по лесу, но один из них оступился, окончательно растеряв всю энергию. — Брось меня! — трагично выкрикнул Бенджамин, растянувшись на земле. — Ладно, — без капли сомнений ответил Абаддон и побежал дальше.       Позади раздалось мерзкое шлёпанье, и лес на секунду стих. Из тьмы выступило голодное чудовище. Бенджамин обернулся и застыл: из земли поднимался призрак мужчины без рук и ног, парящий в воздухе. — Простите, кто Вы вообще такой? — выдохнул Бенджамин. — Джозайя Банквест. Мельник. Может, у меня и нет ног, зато я всё ещё могу задавать ритм, — ухмыльнулся призрак.       Он закружился, и из-за деревьев начали появляться другие привидения. Лес наполнился тусклым голубым светом, и даже монстр замер, словно не понимал, на репетицию какого хоррор-мюзикла попал. — Потанцуем, ребята, — сказал Джозайя, и вся призрачная труппа ринулась вперёд, окружая чудовище.       Бенджамин вывалился на поляну, спотыкаясь и хрипя, как сломанная кофемашина. Абаддон уже сидел там и отдыхал. Через мгновение между ними возник Нейтан — сияющий, радостный и слегка раздражающе бодрый. — О, вы живы, мужики! — посмотрел на них с облегчением мальчик и приобнял призрачными руками. — А то я уже придумал надпись на ваших могилах. Для тебя, Бен: «Он пытался». Для тебя, Абаддон: «Он не пытался, но получилось лучше». — Мы выбрались благодаря тебе... и призраку мельника, — отозвался Бенджамин, вытирая пот со лба. — Хотя я до сих пор не понимаю, почему он нам помог. — Потому что один добрый поступок заслуживает другого, — произнёс Джозайя торжественно. — Спасибо, что предали моё тело земле. — Ты имеешь в виду, когда я нечаянно скинул твой труп в дыру на полу мельницы? — уточнил Бенджамин.       Нейтан, округлив глаза, локтем ткнул дядю в бок и шепнул на ушко: — Подыграй! — Это... была огромная честь для меня, — он поклонился, чуть не ткнувшись лицом в землю.

***

      Две картины стояли, прислонённые к дивану, а на самом диване лежала Эстер — измотанная, но всё ещё с осанкой готовой дать отпор женщины. Кэтрин сидела на полу и с азартом учёного просовывала руки и разные предметы в одну из картин, наблюдая, как они вылетают из другой. — Мама, это как вообще возможно? — спросила девочка, кидая в картину разноцветные конфетки. Одна из конфет вылетела с другой картины прямо в лоб девочки. — Ай! — Всё просто, — устало ответила Эстер. — Эти картины прокляты. И если ты снова туда полезешь, тобой овладеют. — А-а-а... — протянула Кэт, заглядывая внутрь. Там шевелился уродливый силуэт чего-то, что напоминало человека, если бы он был нарисован левым локтем на спирту. — Прости, что не доверяла тебе, мам. — И мне жаль, что я не послушала тебя насчёт Фиби, — Эстер нехотя поднялась с дивана, потянулась и добавила: — Она пыталась тебя убить. — В смысле пыталась? — в дверях появилась Фиби в компании банды. — О! Ты всё ещё жива? В следующий раз выберу крышу повыше!       Эстер смерила призрачную хиппи взглядом женщины, которая уже трижды пересдала налоговую отчётность и теперь морально готова рвать и метать. — Да ладно тебе, Эстер, — махнула рукой Фиби. — Мы вот собирались прыгать под машины. Идём? — Прежде чем прыгать, посмотрите, что я нашла.       Призраки, притихнув, подошли ближе. Эстер торжественно развернула то, на чём только что лежала: старую шаль с бахромой и цветочным узором. — Это же та шаль, которую моя сестра одолжила и не вернула! — ахнула Фиби, впервые выглядя по-настоящему тронутой. — Я думала, она...       В следующую секунду — пух! — из ниоткуда взорвалось призрачное конфетти. — Это было её незавершённое дело? — спросила Кэт. — И ты знала… — Я много чего знаю, бантик мой, — сказала она ледяным тоном. — И я знаю, что будет с любым призраком, который тронет мою малышку. Я ЗАПРАВЛЯЮ ЭТИМ ОТЕЛЕМ! ПОНЯЛ, ОСКАР?!       Почтительно дрожащий Оскар сглотнул, кивнул и вместе с остальными призраками вылетел через стену. В дверях показалась Хизер — будто специально дождалась, пока гроза стихнет. — Слушай, я вызвала такси, — спокойно сказала она. — Спасибо за приём. Надеюсь, ты насладилась моей бесплатной консультацией. — Спасибо за каталог, Хизер. Пока.       Хизер взяла рюкзак и вышла. В холле она столкнулась взглядом с тремя перепачканными мужчинами. — Эстер в гостевой, — сказала она, проходя мимо. — И… удачи вам. Она в настроении.       Эстер снова сидела на диване, погружённая в каталог. Рядом Кэтрин печатала сообщение Джез. В коридоре послышались шаги, и в комнату вошёл Нейтан, а за ним Абаддон и Бенджамин. — Вы что, из жопы вылезли? — лениво спросила Эстер, глядя на их рваное грязное шмотьё и истощённые лица. — Мама! Мы чинили электричество! — с гордостью сообщил Нейтан. — И что, починили? — нахмурилась Кэтрин. — Лучше! — заявил мальчик. — Мы поняли, что я могу приносить пользу, даже ничего не трогая! — А я — что этот отель всё-таки нужно подключить к городской сети, — мрачно добавил Бенджамин.

***

      Уже вечером в отеле появился электрик, а на горизонте торжественно умерла водяная мельница. Свет наконец включился. В комнате Бена стоял гулкий звук работающего блендера, к которому скотчем примотали джойстик. Абаддон тоже держал в руках джойстик и с диким азартом вопил: — Да! Да! Да! Я расправляюсь со всеми своими врагами!       Блендер в ответ лишь смиренно перемалывал морковку. На кровати Бен и Аннабель сидели рядом, явно наслаждаясь спокойным моментом. — И вот этот монстр, — рассказывал Бен, — заявляет: «Я не хочу, чтобы твоя женщина когда-либо снова смотрела телевизор». А для меня, скажем так, это было неприемлемо. — Знаешь, что неприемлемо? — прошептала Аннабель, — То, что я хочу с тобой сделать.       Они начали целоваться. В этот момент дверь распахнулась, но их это не смутило. — О, мило, — сказал Нейтан. — Выходит, они помирились. — Решаем по одной проблеме за раз, — отозвалась Кэтрин, оборачиваясь спиной к происходящему. — Пойдём лучше скажем маме, чтобы она купила тот блендер из каталога. — Она не купит, — покачал головой Нейтан. — Мама не любит покупать то, что уже есть дома. Даже если оно работает лучше. — Главное, чтобы Мистер Абаддон не решил присвоить себе всю технику, которую освоил, — добавила Кэт.       Всё стихло. Где-то вдали гудела новая электросеть, жизнь снова входила в привычное русло. А потом — щелчок. Свет моргнул и погас. — НЕ-Е-Е-ЕТ!!! — раздался отчаянный крик Абаддона.