Глава 1

      Гермиона каждый раз боялась приходить в этот дом на встречу с тем, кого видеть она не хотела бы никогда. Месяцы проходили один за другим. Так уже целый год она шпионила для Волдеморта и являлась настоящей предательницей. Ненавидела ли она себя за это? Да, каждый день. Мужчина в одном парчовом халате сидел в кресле с высокой спинкой около камина. Она присела на колени перед ним и протянула план новой операции Ордена Феникса. Забрав у неё секретные документы, он поднял палочкой её подбородок. Темные глаза с любопытством посмотрели на неё.        — Я видел тебя на поле боя, Гермиона. Не ранена? — голос его казался хриплым и скрипучим.        — Нет, — её тошнило от того, что он был так близко. Палочка его вскинулась вверх. Она закрыла глаза, готовясь к проклятию. Но неожиданно её окутала мощная волна магии.        — Раздевайся, — приказной тон вызвал волну возмущения, но ослушаться она не могла.        Гермиона с ненавистью стянула с себя черную водолазку, под которой был простой короткий белый топ, и бросила на пол. На её животе виднелась глубокая рана с наспех перевязанными бинтами. Холодные пальцы коснулись воспаленной кожи. Она сцепила зубы, чтобы не наговорить гадостей.        — Я прощу тебе твою ложь, но только один раз, Гермиона. В Ордене нет целителей? — Волдеморт стал развязывать кровавые бинты. Когда его взору предстала загноившаяся рана, он кинул на неё злобный взгляд. — Сядь в кресло.       Она немного замешкалась. Тогда он положил руки на её бедра и переместил в кресло напротив себя. Его цепкий взгляд заставил ещё больше съежиться. Каким-то неведомым для всех образом ему удалось вернуть себе нормальную внешность. Но она точно видела под маской красивого мужчины с великолепными черными волосами чудовище. Смущению не было предела, когда он принялся залечивать её рану. Ей стало больно, когда он сразу же очистил её заклинанием, а затем, призвав бадьян, обильно полил. Тихий стон всё-таки вырвался из приоткрытых губ.        — Другим раненым нужна была помощь больше, чем мне, — Гермиона мысленно дала себе подзатыльник. Вот зачем она сказала это. — Мне уже пора. Гарри будет волноваться, что меня долго нет. С-спасибо…        Она вскочила с кресла, подхватила свою водолазку и побежала к выходу, но двери закрылись перед ней.       — Я запрещаю тебе участвовать в операциях.        Гермиона сделала несколько успокаивающих вдохов, сжала руку в кулак и повернулась к нему.        — К счастью, это не вам решать, на какой позиции мне быть, сэр, — впервые за всё время их так называемого общения она позволила себе смелость и решительность в словах.        Волдеморт медленно поднялся с кресла. Шаг. Шаг. Шаг. Шаг. Ритм сердца рос стремительно, а к горлу подкатывал комок. Вся смелость вмиг куда-то испарилась, стоило лишь ему посмотреть на неё своим темным безразличным взглядом. Он вырвал из её руки водолазку и левитировал в огонь, но потом на её плечи опустилась мягкая мантия.        — На твоем теле моя метка. Не такая, как у остальных пожирателей, но эта лучше подходит тебе, а самое главное — совершенно незаметная. — Волдеморт коснулся её поясницы. — Хочешь того или нет, но ты на моей стороне до конца своей короткой жизни. Ты нужна мне живая и здоровая, поэтому, когда поранишься, ты должна сразу же сообщить мне. Если я увижу тебя на поле боя снова, то буду зол. Знаешь, что бывает, когда у меня портится настроение, Гермиона?        — Вы разрушаете чужие жизни, — на одном выдохе произнесла она.        — Очень хорошо, что ты понимаешь. Постой здесь. Я сейчас вернусь.         Мужчина исчез в своей спальне. Послышался какой-то грохот. Гермиона потрогала дорогую ткань мантии. Она не успела разглядеть её, как перед ней вновь оказался Волдеморт. В её руках оказался небольшой сундучок.       — Это мне? Зачем?        — Не вздумай никому отдавать. Уходи. Пока рана не заживет, позаботься о ней.        Двери резко распахнулись. Она шагнула назад, склонилась перед ним и убежала прочь.

***

      Гермиона лежала в маленькой кровати на чердаке, укрытая простеньким одеялом. Ветер задувал в щели, но здесь она могла иметь хотя бы подобие собственного пространства. Мантия оказалась женской, с теплой подкладкой и защитными чарами от непогоды. Взгляд упал на сундучок. «Волдеморт заботился обо мне? Глупости какие». Даже думать об этом смешно и совершенно неправильно. «Скорее, он просто не хотел, чтобы его верная шпионка пострадала». Огонек свечи дрогнул и тут же вернулся на место, будто его едва коснулось легкое дыхание.        — Здесь кто-то есть? — она откинула одеяло и спустила голые ноги. — Так холодно. Нужно утеплить чердак.        — Так убого, — этот голос…        — Лорд?        Он ухмылялся ей, прижимаясь спиной к обшарпанной стене.        — Неужели не могли дать тебе место получше?        — Зачем вы здесь? А если вас кто-нибудь увидит? — у неё началась реальная паника. В ночи великий и ужасный темный маг находился в её спальне.        — Я забираю тебя, Гермиона, прямо сейчас. На сборы у тебя есть десять минут.        — Вы не можете так поступить со мной, — она бросилась к нему в ноги, сжимая пальцами ткань брюк. — Пожалуйста, оставьте меня здесь. Я буду полезной и покорной. Больше ни одного слова не скажу.               В её глазах стояли слезы, но ему было всё равно на её мольбы. Волдеморт положил тяжелую ладонь на кудрявую макушку.        — Тебе нравится такая жизнь, Гермиона? Вечно в бегах и опасности? Но тебе не нужно бежать от меня, а даже наоборот. Я милостиво готов предоставить тебе место в моем окружении.        — Я бы хотела остаться в Ордене. Меня всё полностью устраивает. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.        — Осталось не так много времени, Гермиона. Собирайся, — жестоким безразличным тоном.         — Мой… мой… — слова давались с трудом, ведь она зареклась никогда не произносить этих слов. — Мой лорд, — влажные карие глаза поднялись вверх, встречаясь с абсолютно беспристрастным лицом. — Я не могу пойти с вами. За этой дверью вся моя жизнь, друзья и любимый.        — Любимый, — Волдеморт провел тисовым древком по её щеке. — Ты думаешь, он простит тебя, когда узнает, что ты сделала. Что ты сказала ему, когда он увидел мою метку? Ему понравилось? — сколько же яда было в его словах.        — Он не видел, — голос дрогнул.        — Как интересно, хотя нет. Собирайся.         — Что мне сделать, чтобы вы изменили решение? — Гермиона поднялась с колен и сомкнула руки на груди. Хорошо, что на ней были надеты старый джемпер и джинсы на случай нападения, а то бы она снова сгорела от стыда.        — Тебе разве есть что предложить мне? — небрежно бросил он с легкой ленцой, обводя взглядом мрачный чердак. — Я хочу, чтобы ты пошла со мной и наконец-то собрала свои вещи, Гермиона. Сложно выполнить мой приказ?       — Зачем? — она не собиралась сдаваться.        — Дерзкая девчонка! — прошипел он и направил на неё тисовую палочку. — Последнее предупреждение. Если не пойдешь добровольно, то применю Империус и отведу в подземелья Малфой Мэнора. Останешься без своих вещей, магии, свободы и моего расположения.        — Но я же ваша верная шпионка, — всё, это был последний аргумент. — Кто, если не я, принесёт вам ценные сведения?       — Силенцио!        Волдеморт надавил на хрупкие плечи, тем самым опустив её на колени. Теперь она смотрела на него снизу вверх. Черт, она не думала, что он такой высокий. Чёрные глаза с алыми вкраплениями смотрели на неё как на провинившегося ребёнка. Длинные пальцы обвели линию скулы. Гермиона больше не имела возможности просить или спорить, поэтому оставалось только смириться. Её песенка спета.        — Гермиона, твоё будущее тесно связано с моим. Какая глупость! Ты до сих пор веришь в победу Ордена, хотя сама каждым своим действием приближаешь их к погибели. — Волдеморт наклонился к ней. Холодное дыхание коснулось губ. Тёмная магия давила на тело и разум. Нельзя уйти, но так хотелось сбежать. — Моя верная шпионка должна быть подле меня и выполнять новые поручения. Хорошо, я дам тебе неделю, чтобы попрощаться со своим прошлым. Не будет больше друзей, любимого и твоей жизни. Ради меня ты умрёшь. Ради меня до последнего вздоха ты будешь служить мне. Моё одобрение станет для тебя самым желанным подарком. Я могу наказывать тебя за непослушание или ошибки, но лишь для того, чтобы ты была сильной.        Гермиона признала поражение и покорно низко склонила голову.

***

      Гермиона теребила в руках тонкую витиеватую цепочку, обвивавшую её шею. Она напоминала о прошлом. В белой кружке с надписью «ЧЕМПИОН», одиноко стоящей на краю стола, остывал крепкий черный кофе. Только недавно вернувшиеся орденовцы отсыпались после сложной миссии, поэтому на кухне не слышалось даже шороха.       Её губы едва шевелились, повторяя свою мантру:       — Не хочу! Не хочу! Не хочу!       Она до сих пор ощущала тёмные обжигающие объятия его магии, а касания холодных пальцев к лицу вызывали чувство тошноты. Метка в виде уробороса на пояснице легкой покалывающей болью напоминала о неправильных решениях. Эту связь между ней и Волдемортом невозможно было разорвать. В ту роковую ночь девушка лежала на холодном полу подземелья вся в крови, с опухшим лицом и огромной жаждой остаться в живых ради Гарри. Белла была искусна в своих изощренных пытках. Каждый раз девушке казалось, что скоро тьма поглотит её, но этого не происходило. Снова, снова и снова в подвешенном состоянии между бредом и явью. В соседней камере истошно кричали Рон и Джордж. Они все так глупо попались в ловушку Пожирателей.       С содроганием перед глазами пронеслось воспоминание.       Решётка неприятно скрипнула. Гермиона без страха и с каким-то смирением посмотрела на вошедшего. «Вот и всё. Это точно конец. Прощай, Гарри. Я до последнего любила тебя». Тяжёлая ткань его мантии скользнула по раскрытой ладони, безвольно лежащей на полу. Холодные пальцы коснулись её разгорячённого от жара лба. Его рука огладила впалые щёки и сомкнулась на шее.       — Тебя больше не будут пытать, Гермиона. — Его человеческое лицо смотрело на неё безразлично. Лишь в тёмных глазах виднелся едва уловимый интерес, который, конечно же, был обусловлен возможностью узнать больше об Ордене и нахождении Гарри. — Многие бы уже сдались, но не ты.       — Я ничего не скажу, — совершенно осипшим голосом.       — Тебе и не нужно. Всё в твоей голове, Гермиона, — он постучал палочкой по её виску. — Когда мы закончим, я буду знать всю твою жизнь. Не пытайся сопротивляться, потому что это совершенно бесполезно.       — У вас ничего не получится, — кровавая ухмылка украсила девичье лицо. Она сжала в руке острый камень, который недавно нашла в камере, и резанула по его запястью. Волдеморт сжал другой рукой её щёки, зафиксировал положение головы и проник с силой в сознание. Вспышка боли ослепила в тот же миг, но затем исчезла. Спасительная тьма всё-таки накрыла её.       — Уже проснулась? — голос Гарри послышался рядом с её ухом. Нежный поцелуй в щеку вызвал на губах девушки улыбку. Гермиона повернула голову в его сторону и отметила, что на лице парня черные круги под глазами приобрели более темный оттенок, а сам он выглядел сильно изможденным. Густые волосы после сна торчали во все стороны. Клетчатая рубашка висела на его худом теле.       — Тебя снова мучили кошмары, Гарри? — она мягко обняла его, прижимаясь щекой к груди и слушая равномерный стук сердца.       — Да, но в этот раз в них была ты, — он отстранил её от себя и нервно поправил рукав на рубашке.       — Ты же знаешь, что всё это иллюзия, — Гермиона нежно поцеловала его в губы. — Он изводит тебя специально и играет на твоих слабостях. Присядь лучше на стул, я приготовлю для тебя завтрак и кофе.       — Нет времени, — Поттер прижался носом к её шее и замер, будто стараясь навсегда запечатлеть её аромат. — Мы втроем уходим из этого убежища незамедлительно. Твоя бисерная сумочка у Рона. Он ждет нас во дворе.       — Куда мы отправимся? Кингсли в курсе нашего ухода?       — Нам не нужно его разрешение. У нас своя миссия, которая пока ещё не завершилась. Сам Дамблдор поручил нам найти и уничтожить все крестражи, — его голос понизился до едва слышного шепота. В зеленых глазах застыла непоколебимая решимость. — Кто же знал, что наши поиски растянутся на долгих четыре года. Он перехитрил нас всех, и это жутко злит.       — Хорошо, но мы должны хотя бы оставить записку.

***

      Прошло три дня с тех пор, как они ушли из убежища. Гарри и Рон отправились за хворостом для костра, а она решила проверить запасы зелий. В руках оказался тот самый сундучок, который ей вручил Волдеморт. Она ни разу не открывала его. Рана после его лечения затянулась и оставила после себя лишь розоватый шрам.        — Решила сбежать от меня? — сундучок вылетел из её рук, но не успел упасть на землю. Лорд сумел применить левитацию и мягко опустить предмет на траву рядом с ней. Каждый его шаг был выверенным, а походка величественна и грациозна. Воздух вокруг сгустился. Холодный ветер растрепал её кудри.        — Разве это возможно? — Гермиона поёжилась от пронизывающего взгляда мужчины, стоящего напротив неё. — Я лишь пытаюсь отсрочить неизбежное.        — Вы втроём выбрались из своей норы и думали, что я не воспользуюсь таким шансом, Гермиона? Лучше бы Поттеру было остаться в убежище, — она увидела вспышки заклинаний за завесой чар и сразу бросилась на помощь, но не успела. Одной рукой Волдеморт обвил её талию и прижал к себе. — Куда же ты так спешишь? Нужно набраться терпения. Скоро всё закончится.        Защитный купол разрушился прямо на её глазах. В груди всё сжалось. Пожиратели тащили за собой Гарри и Рона. Десятки егерей шли за ними.        — Отпусти её! — Поттер яростно закричал, сверкая зелёными глазами из-под очков в сторону своего врага.        — Оставьте нас! — Волдеморт махнул рукой. На поляне остались только они. Гарри и Рон не могли пошевелиться. Сильная магия удерживала их на месте. Девушка дрожала в его властных объятиях, страшась за своих близких.        Мольбы сейчас были бесполезны. Гермиона едва ли сдерживала слёзы, которые уже текли по её щекам.        — Гарри Поттер, — низкий голос прозвучал надменно и властно. Казалось, что все звуки леса затихли. — У меня нет больше цели убить тебя, но я заберу у тебя нечто ценное.  Гермиона сквозь влажную дымку слёз посмотрела на точеный профиль. Конечно, он не оставит их в живых. Блеф. Она призвала все свои магические силы. Дёрнула за ворот мантии Лорда и поцеловала его. Холодные губы на удивление ответили ей. Заряженный порт-ключ, который она призвала из кармана пальто, точно попал в цель и перенёс Рона и Гарри в безопасное место.

***

      Гермиона порядком устала упираться коленями в жёсткий ковёр. Ворсинки до боли впивались в кожу. Волдеморт так сильно злился на неё, что несколько часов назад оставил в таком положении и стремительно покинул свой кабинет. За дверью послышались голоса, но слов было не разобрать. Её вынужденное одиночество было прервано появлением одного тёмного мага и его угрюмого спутника.        — Северус, теперь ты отвечаешь за неё головой. — Волдеморт порывисто поднял её и слегка встряхнул. — Забирай Гермиону в Хогвартс на время, потом я дам ей задание.        Она ошеломленно смотрела на него, не понимая, когда же будет реальное наказание.        — Гермиона, ты лишь выиграла для них время, не более. Эти двое настолько безрассудны, что обязательно совершат ошибку. — Волдеморт наклонился к ней, коснувшись губами мочки уха. — Не смей больше проворачивать подобные трюки со мной. В Хогвартсе будь рядом с Северусом и не смей сбегать. По метке я тебя везде найду. Поняла?        — Да, сэр, — процедила она сквозь зубы. — Только вот вы обещали неделю. У меня оставалось четыре дня, чтобы распрощаться со своей прошлой жизнью.        — Я изменил свое решение, — Волдеморт схватил её за руку и подвёл к профессору Снейпу. — Гермиона, я жду от тебя послушания. Это в твоих интересах.        Гермиона сжала губы, пытаясь сдержать себя от поспешных слов и действий.        — Милорд, — Снейп выполнил сдержанный, но уважительный поклон головой. — Я не подведу вас и сберегу Гермиону Грейнджер. Нам пора идти.        Теперь её рука была свободна от цепкой хватки. Она всем видом показывала хладнокровие, но в душе благодарила судьбу, что удалось избежать серьёзных последствий. Всё-таки ей снова не хотелось оказаться в холодных подземельях Малфой Мэнора.       — До свидания, мой лорд, — Гермиона низко поклонилась ему, а затем порывисто выпрямилась и упорхнула в коридор.        Профессор Снейп не произнес больше ни слова, пока сопровождал её к камину. Всё верно. Было не место и не время.

***

      — Ты хорошо держалась. — Гермиона разглядывала необычный узор на чашке из тонкого фарфора, пока профессор Снейп пытался вести светскую беседу. Он уже долгое время возглавлял школу чародейства и волшебства Хогвартс и стал настоящим хранителем этого места от наглых Пожирателей смерти. Здесь царил его закон и порядок.        — Профессор, ответите ли вы на мой вопрос?        — Может быть, — в его взгляде, мрачном и холодном, не было ничего, кроме пустоты.        — Лорд намерен держать меня подле себя?        — Гермиона, это было его намерение с самого начала. Зачем оставлять такое преимущество в виде тебя врагу, когда можно держать рядом с собой и использовать в своих целях? — Снейп выдержал долгую паузу, а затем указал рукой на второй этаж. — Можешь спать и находиться там. За пределы моего кабинета лучше не выходить. Эльфы принесут для тебя всё необходимое.        — Вы никогда не сомневались в выборе стороны?        — А ты, Гермиона? — Северус словно заглядывал в самую душу, склонив голову немного вправо.        — Нет, потому что я верю в силы Ордена и Гарри.        — Нет избранных, Гермиона, но есть ты — способная и умная ведьма. Там наверху небольшая библиотека. Воспользуйся ей. — Снейп подошел к ней, соблюдая необходимую дистанцию. В его бледных пальцах поблескивал золотым светом тот самый маховик, который ей когда-то дал Дамблдор. — Проведи время с пользой.        Она протянула ладонь, на которой теперь лежал маховик времени.        — Спасибо, профессор! Я не забуду вашей помощи.        Уже оказавшись в директорских покоях, она легла на кровать и прикрыла глаза. Гарри, скорее всего, ненавидит её после поцелуя с его врагом, но иначе она бы не спасла его. Всё ради него. Отдать жизнь, воскреснуть из пепла и уничтожить Волдеморта, чего бы ей это не стоило. Потом её будут судить как предательницу, но она не сдастся и с гордо поднятой головой пройдёт через ворота Азкабана.