Знакомство с командой

Увидев в кабинете Наруто, Какаши честно опешил. Не ожидал, что ребёнка сенсея направят к нему. На несколько секунд даже подумал, а не убрать ли тест вообще, сделать исключение для того, кого и правда хотел бы обучать. Но такое навряд ли Йондайме бы понял. Его сын должен был либо пройти тест, либо как остальные остаться в академии ещё на один год. Всё-таки панибратство Намикадзе не уважал, столкнувшись с этим явлением при становлении чуунином. Вздохнув, Какаши продолжил осматривать своих возможных учеников из окна. И вторым оказался Саске Учиха, которого всё же решились выпустить из деревни. Насколько он был наслышан, ребёнок был спокойным, тихим, выкладывался на полную. Такому можно и свои техники передать. Третьей оказалась обычная девчонка. Явно гражданская. О ней он не мог ничего сказать, но надеялся, что она будет стараться изо всех сил, чтобы стать сильнее и не разочаровать сенсея. А потом Наруто начал делать ловушку, Саске говорить, что тот идиот, а девочка кивать на слова Учихи, но при этом с интересом наблюдать за происходящим. Хатаке предвидел головную боль и помолился, чтобы им достался более опытный джонин в следующем году, не веря, что он пройдут тест. К сожалению, его надеждам не было суждено сбыться, поэтому он сидел на одном из полигонов со своей командой генинов (Генма говорил, что однажды ему не повезёт и он будет вынужден помогать детям стать хотя бы чуунинами. Накаркал воробей несчастный). Всё оказалось даже хуже, чем он мог себе представить: Наруто был шумным непоследовательным ребёнком, что и правда просто мечтал стать Хокаге, не видя за обёрткой реального положения вещей. А ещё он был по уши влюблен в девочонку — Сакуру, — которая любила Саске и была готова едва ли не умереть за него. Для полного треугольника не хватало только любви со стороны Саске. Последний, как оказалось, жил ради мести брату много лет, не обращая внимания на окружающих, а любил разве что помидоры. Почему Хокаге решил, что он идеальный учитель для этой компании — огромный вопрос, размышления над которым явно займут не один день, так как Сандайме не имеет привычку отвечать прямо, в большинстве случаев предпочитая загадки и странные метафоры, чтоб ему на пару с Генмой икалось. Но отказываться работать с ними значит нарушать собственное слово. Обещал стать сенсеем, если они сдадут его проверку — будь добр впомнить и исполнить. И поэтому он решил отложить рассуждения о плане действий до первой миссии ранга D, надеясь, что они хотя бы как команда смогут сработаться. В итоге все его надежды на лучшее оказались разбиты молотком реальности. Кто же знал, что эти демонята во время ремонта забора умудрятся поссориться, подраться, сломать забор (слава Ками, старый) и заставить его разгребать последствия конфликта. К вечеру Какаши был близок к тому, чтобы сдаться судьбе и пойти плакаться в жилет Генме или Гаю, умоляя о помощи. Спасала только гордость. Какаши не мог не отомстить по мелочи, поэтому их следующий день начался с жёсткой тренировки. Чтобы сил на скандалы не хватило точно. Возможно он и перестарался, но по-крайней мере перестали звучать постоянно крики "добе", "теме", "Саске-кун" и "Сакура-чан". Хуже всех выглядела девочка из гражданских. Сакура, как напоминал себе Какаши, имела слишком мало мышечной массы, а также огромное количество терпения и упертости, чтобы не остановиться, когда устанет, а бежать до победного, пока просто напросто не упадёт. И если за стремление к новым вершинам он мог похвалить, то за безрассудство и отсутствие понимания, когда стоит остановиться, только наказать. Также она явно имела недовес, но, исходя из разговора с её родителями, дома не кормить её не могли, поэтому следует в её голову сбить необходимость отказа от диет. И от слишком яркого гардероба, хотя бы на время миссий. Наруто Узумаки был иным. Привыкший за годы хулиганства делать ноги при малейшем подозрении на чьё-то желание дать пинка, бегать он умел весьма хорошо, но не весь день. Справился лучше двух других, но меж тем показал себя как человек, что жаждет получить внимание любой ценой. Не то чтобы Какаши до этого об этом не знал, так как за годы службы временами именно он должен был следить за ребёнком, но лишними доказательства не бывают. Во время упражнений пытался либо позвать Сакуру на свидание, за что получал подзатыльник из последних сил, либо ругался с Саске, за что тоже мог получить, но уже пинка, от которого увернуться не всегда успевал. Последний... он тренировался, явно готовился к совершению мести, но из-за того, что никаких техник сегодня не было, выглядел раздражённым и злым. Как и в другие дни, потому что техники какие-либо доверять на данном этапе себе дороже — не рассчитает силы и убьёт кого-нибудь из команды. Первое впечатление, что именно он достоин, прошло достаточно быстро. Под вечер Саске шипел сквозь зубы, явно проклиная и команду, и его самого. Пожалуй, с ним предстоит самая тяжёлая работа, несмотря на то, что старается вести себя тихо и выполнять задания. Поэтому под вечер оставалось лишь выдать им последнюю задачу на сегодня. — Наруто, Саске, помогите дойти Сакуре до дома. — В этот момент глаза блондина засветились от предвкушения, в то время как Учиха, вполне ожидаемо, закатывал глаза. Какаши не мог понять, является ли это последствием возвышения себя на фоне других или же наследственной чертой. — Какаши-сенсей, я могу сама дойти. Помятая, всё ещё тяжело дышащая ученица может и правда могла сама дойти, но его это не интересовало на данный момент. — Узнаю, что кто-то слинял и ослушался, выдам штрафные круги. — на его словах невольно вздрогнул даже Саске. — Во сколько завтра приходить? — Наруто задал вопрос, что явно интересовал всех, в тот момент, когда он уже развернулся к выходу. — Нет необходимости. Завтра я сам зайду к каждому, чтобы обсудить важные детали обучения. Глаза Сакуры расширились в предвкушении, Саске стал выглядеть более заинтересованным, чем всё время до этого, а Наруто просто кивнул, прежде чем подойти к сокоманднице и перекинуть её руку через плечо. — Теме, раз уж уходить нельзя, то иди тогда уж просто рядом. — Обойдёшься. Сказали же, что надо. — ответил Саске и закинул себе за плечо другую руку девочки. Сакура, казалось, разрывалась: с одной стороны любимый мальчик помогал, а с другой стороны после тренировки она пахла так, что, судя по ощущениям, вся деревня должна будет шарахаться. Даа, в ситуации он оказался не такой уж и простой. Какаши начал вспоминать прошлое, надеясь найти доказательства, что нет. Доказательства находиться на желали. — Надо будет сходить успеть на могилы, — невольно произнёс вслух принятое решение Хатаке. Возможно это его наказание за подростковые годы, ведь наверняка он доводил едва ли не до ручки своего сенсея далеко не один раз. Кушина была ярким показателем, что да, потому что в отличие от мужа не сдерживалась и подзатыльник давала ощутимый.