Часть 44

Антон почесал затылок в надцатый раз, переступив порог масштабного в этом городе ледового спортивного комплекса. Ситуация вышла, мягко говоря, не шибко-то и веселая. С мамой поругался на ровном месте, — но, слава богу, вчера вечером все-таки помирился, когда она внятно объяснила всю нынешнюю родословную Макеева, — с Кислым подрался тоже из-за неправильно направленного воздуха, с тренировки ушел, никому ничего толком не объяснив. Ну в общем, все как обычно, только понасыщенней. Гарячканул он с выражениями по поводу Латы, гарячканул… к Лате он особых телячьих нежностей не питал и никогда не разделял симпатию парней в ее сторону. Ну девочка как девочка, ничего необычного, кроме имени. Скажем проще — на любителя. А любителей, вот так, чтоб прям положа руку на сердце, было двое — Назаров и Кисляк, кто из них больше — спорный вопрос. Лата как Лата — ни больше ни меньше. С одной мыслью, которая удачно залетела ему в голову и ненадолго там продержалась, ему трудно было поспорить: в автобусе, а после и в номерах с ней было весело и она превозносила в их мужской коллектив какие-то особенно яркие краски, но не с розовыми оттенками — она не была девочкой-девочкой до мозга костей, обсуждающей только юбки и прочее шмотьё, она скорее пацанка и «своя в доску». На фоне остроты шуток они и сходились, да не более. Он осознавал, что, несмотря на свое спокойное и даже в некоторой степени холодное отношение к ней как девушке, он все-таки переборщил вчера в выражениях о ней за ее же спиной: на шалаву конкретную она все-таки вряд ли смахивает — особенно после того нового узнанного факта, что она — племянница Макеева, ситуация кардинально изменилась. Но было уже поздно забирать резко и необдуманно брошенные слова назад — самое время пожинать плоды и извиняться. В этот день он был намерен сделать благие дела: объяснить Макеевой всю соль проблемы — она должна это знать — рано или поздно все равно узнает, только непонятно в каких выражениях — и извиниться перед ней и перед командой. Что первое, что второе было вполне исполнимо, но для этого нужно было как минимум хорошенько постараться. Антипов стал решать проблемы по мере их поступления. Уже зайдя в ледовый, под кондиционером парень заметил Лату, которая время от времени, отрываясь от своего фотоаппарата, поднимала голову, чтобы, видимо, ветерок хоть немного на нее подул. Антипов — парень четкий: увидел — подошел. Он нерешительно даже для самого себя начал: — Лат, привет. Девушка подняла на него свой заинтересованный взгляд и он вмиг потерялся: стал перекачиваться с ноги на ногу, пытаясь успокоить себя и свои шаловливые нервы. Бля, ну и как ей о таком сказать? Парень выпучил губки уточкой и поджал их после этого — такова уж была его одна из особенностей, а затем продолжил: — Короче, Лат, не могла бы ты зайти к нам в раздевалку после трени? Есть о чем поговорить. Девушка с запалом кивнула и ответила, что конечно придет. Ну-с, первое дело сделано. Теперь дело за «малым» — признаться во всем и объясниться. Он отвернулся и стал медленно отходить, слоняясь взглядом по разным инстанциям, которые только попадались в его поле зрения: стулья в буфете, сам буфет, стенд с важной информацией для посетителей и работников ледового. От этого сильно важного дела его отвлекла холодная ладонь Макеевой, которая легла ему на плечо довольно резко и неожиданно. Он обернулся и встретился с ее взглядом. Для этого ему пришлось чуть приопустить взгляд и даже нахмурить брови: он и Лата никогда до этого не поддерживали ни зрительного контакта, не говоря уже о прикосновениях, да и она была ниже его ростом. — Антон. — по ее бегающему взгляду Антипов сразу же понял, что она пытается подобрать слова, при этом используя всю свою тактичность и аккуратность, коей у нее было немало: — Это довольно-таки нескромное предложение, но я все-таки озвучу его. Ты. не мог бы озвучить мне причину, из-за которой вы вчера с Андреем сцепились в страстном мордобое? Антон улыбнулся уголками губ, а затем едва вскинул брови. «Страстный мордобой». Смешно. Выходит, Кислый ей таки ничего не рассказал? И того лучше. Значит, он расскажет все сам при всех. — Как раз об этом и хотел сказать при всех, так что... До встречи через полтора часа после трени, — он ей подмигнул, устроив одноразовую акцию, на что она улыбнулась, а после этого ушел. Парень вдруг осознал, что и этих приторных ее улыбочек он не стоил: то, что она узнает после тренировки, вряд ли ее обрадует и возвысит Антона в ее глазах — разве что только смачно опустит, заставив Антипова поздороваться с плинтусом. Он зажмурил глаза и в один миг почувствовал, что на его пути возникла какая-то непреодолимая преграда, с которой он столкнулся. Когда он разлепил веки и глянул на причину каламбура, то нахмурил брови, а затем даже отошел на пару шагов и поднял руки в извиняющемся жесте: перед ним оказалась миловидная девчушка, которую он точно не хотел потревожить. Ну, это столкновение с неизвестным подростком будет впредь ему хорошим уроком: прежде чем закрывать глаза на пару секундочек, лучше убедиться, что рядом с тобой никого нет. С такими вот не сильно радужными мыслями Антон преодолел все расстояние, что отделяло его от раздевалки. В саму же раздевалку он зашел с опущенной головой и удрученными плечами. Парень, заметив, что все из команды уже переоделись и готовы к тренировке, даже включая Кисляка, более известного своими постоянным опозданиями, откинул свою сумку и подняв взгляд на присутствующих, неуверенно проговорил: — Мужики... Останьтесь все после тренировки. На пару минут. Мне есть, что вам сказать. По удивленным взглядам соратников по клюшке Антон смело предположил, что парни удивлены такому заявлению, как и неожиданному шагу. После того, как парень заприметил их реакцию, он не стал забирать свои слова назад, как это было обычно, а лишь выжидающе пострелял взглядами в каждого из них, чтобы получить хоть какую-нибудь реакцию: он будет вполне доволен, даже если каждый из них после вчерашней драки плюнет ему в лицо — все же это что-то, а не удручающая тишина. Некоторые из рассеянно кивнули ему, некоторые — вразнобой сказали, что готовы его послушать. Андрей смерил его скептичным взглядом, но и не вставил свои «фе» и «ве», а значит, что тоже не откажется выслушать душевные излияния. Лата переминалась с ноги на ногу, пытаясь унять сковывающий ее движения холод. Она мысленно ругала себя, что не прихватила еще и свитер, ведь возле льда априори не может быть жарко. Ничему жизнь не учит! Девушка скользнула взглядом по площадке и заметила Кисляка с до боли отстраненным взглядом. Она нахмурилась и поджала губы. Нынешнее состояние ее друга ее никак не успокаивало, лишь сильнее дергало ее расстроенную душу. После вчерашнего они не говорили: то не удалось остаться без свидетелей, то Андрей напрочь уводил диалог в иную сторону. Смотреть на его расстроенный вид она просто не могла и хотела нечто предпринять, чтобы исправить ситуацию, но долго думать он ей просто не позволил: во время одного из бесчисленных кругов он, отвернувшись, от общего состава глянул в ее сторону и бросил одну довольную улыбку, стараясь передать ей это свое сиюминутное воодушевление, чтобы хоть она не падала духом. Кинув ему улыбчивый взгляд, девушка наклонилась, чтобы поправить свой босоножек, а затем снова выпрямилась и, встретившись с требовательным взором Антипова, скукожилась. Такой его взгляд пробирал аж наизнанку. Так и ко всему прочему, он еще и подъезжал к ней… Она нахмурилась, заметив его действия. Он резко остановился и, запыхавшись, проговорил взволнованным и очень непосредственным для него тоном: — Через двадцать минут в раздевалке, ты помнишь же? Лата смутилась на пару секунд, но быстро усмехнулась и хохотнула: — Помню, конечно, не переживай ты так. Антон не пожалел нервов и степенно дождался, пока все парни зайдут в раздевалку и займут свои вакантные места. В голове у него происходил мощный ураган и сумбур из клока мыслей, которые просто не хотели найти свое место. Он тяжело вздохнул. Парень начал беседу с ребятами за две минуты до назначенного времени с Латой. — В общем, мужики, — он перевел дыхание, — все эти разговоры по поводу Латы, — он отвел взгляд на бутыль с водой, стараясь игнорировать испепеляющий взгляд Кислого на себе, а после почесал затылок, — В общем, я не знаю, что там услышала Марина, но в это в любом случае неправда. Лата... Она... Ну, в общем, она не встречается с Макеевым. И ни к каким занятым мужикам, собственно, она не пристает. Она... Ну, она с Петровичем не встречается, короче... Вот. Парень тяжело выдохнул и поднял свой взгляд на слушающую его аудиторию, желая увидеть их реакцию. Он встретился взглядом с Кисляком, а тот, увидев его осторожный взгляд, кивнул. Антон заметил, что на его лице не было ни капли удивления, лишь полное осознание и принятие того, что теперь это знает и сам Антон. Антипов подытожил молниеносно: значит, Кисляк знал. Остальные парни же, наоборот, находились в полном недоумении и, по взглядам было видно, только и ожидали его последующих слов, коих вообще не планировалось. Антон их понимал, но и высказать все что знает не мог: какая бы маленькая и тихая его совесть не была, но измучила бы до смерти. Назаров озвучил мысли большинства интересующих: — Тогда кто она ему? Его эта тема особенно волновала, так что даже слепой бы заметил. Антон пожал плечами: — Ну раз этого не говорят уже на протяжении семи месяцев, то это не моя тайна. Захочет — расскажет. А пока. Давайте дождемся саму ее, — парень выглянул за дверь и увидел Лату, которая скидывала с плеч ветровку и продвигалась в сторону открытой двери раздевалки, — О, а вот и она. — Ой, а у вас тут все-таки свежо. — Лата передернула плечами и накинула ветровку на плечи. Девушка обернулась и остановилась в дверном проеме: ей теперь открывался вид на Кисляка с голым торсом. Она вскинула брови и скрестила руки на груди, — Оу, забираю все свои слова назад. Все таки жарко. — Мы уже тебя заждались! — воскликнул Антон, — Я тут кое что хотел сказать… Лата опёрлась об угол, нахмурилась, скрестила руки на груди: — Да? — В общем вчера тут был махач… а перед этим словесная ругань. Ты хотела узнать из-за чего. Так вот. пошли слухи, — он невольно стрельнул взглядом в Щукина, — его ж Маринка-то! — на что тот стыдливо приопустил взгляд. Все эти гляделки, конечно же, не убежали от внимательной Латы, которая, чисто даже из-за своей профессии фиксировала взглядом мелкие детали. Антон продолжил: — Что ты и Сергей Петрович. в общем вы встречаетесь, — Лата нахмурилась еще больше, показывая полное замешательство и непринятие этих слухов, но затем ее брови взлетели вверх: такого поворота событий она точно не ожидала, — А я их поддержал. И помог им распространиться в команде. А Андрей стал на твою защиту, и в общем, слово за слово. ну и. наговорил я достаточно нелестных слов о тебе. Короче, прости. В помещении застыла гробовая тишина, которую разрушал лишь звук кулера, на который оперся Бакин. Парень, заметив, что каждый обратил на него внимание, отстранился и сел на место. Лата мельком столкнулась взглядом с Кисляком, на что тот очень быстро отреагировал, опуская голову и разрывая зрительный контакт. Драка не из-за нее, значит. И никакая девушка не имеет к этому никакого отношения. Лата чуть отшатнулась и едва откинула голову назад, а затем кивнула. — Ну и дела… Это единственное, что она смогла выдать первым делом. Она еще раз нахмурила свои брови. Слишком много информации за раз. В ее голове и без того черти поработали над вычисткой тараканов, а Антипов тут новых подкидывает! Итак, выходит, весь скандал из-за ее родственных связей с Макеевым, а Антон — местный подстрекатель, крушащий честь Латы, и при этом всем единственный, кто заботится о Лате — так это Кисляк? Веселье, не иначе! (Ее Андрей, от которого она в жизни не ожидала такого острого появления и проявления чувств! Такого дикого желания, чтобы справедливость восторжествовала!). Но Лата перестала бы быть Латой, если бы быстро не нашла что ответить. Девушка перевела свой взгляд на Антипова и выгнула одну бровь, снова занимая оборонительную позицию — руки скрещены на груди, а корпус тела выдвинут чуть вперед. — Не знаю, что ты там обо мне наговорил, — «хотя догадываюсь», — но мне кажется, что ужаснее всего стало именно то, что слухи успели распространиться. Действительно: одно дело — вещь внутрикомандная, другое дело — бегать и затыкать рот Маринке и ее вертихвосткам-черлидершам. Антон упорно настаивал на своем, что даже Кисляк поверил в сознательность и толику совести Антипова: — Лат, я же знаю о чем говорю, поэтому… Прости еще раз. Лата резко кивнула и подошла к Антипову. Она положила руку на плечо и создала с ним зрительный контакт. — Прощаю, — «знать бы еще за какие такие выражения, но это уже мелочь», — но в следующий раз думайте, где скандалить будете, ладно? А то мало ли кто из Макеевых к вам заглянет, а! — девушка стрельнула бровями в окружающих ее подкачанных парней. Бакин изрядно поднахмурился и напрягся, Миша на пару с Вадимом качнул головой, отрицая, а Егор чуть с улыбкой проговорил «не может быть». Лата повернулась к остальным корпусом тела и чуть наклонила голову. — Наверное, все-таки не может, — опережая поток мыслей Щукина, она промолвила, а затем со всем драматизмом сказала: — Итак, чтобы не было никому не нужных вопросов и очень остроумных слухов по типу «да она его внебрачная, но может все-таки и брачная дочь» или, чего похуже, «да она проститутка! Его любовница она», — за второй сорт слухов и домыслов, кстати, можем смело поблагодарить Марину, — она усмехнулась, но после встретилась с до жути виноватым взглядом Егора, который заодно перебил ее одним своим настойчивым, но умелым «Лат». Девушка наклонила голову с иронией, как бы ожидая его продолжения, но сама даже не позволила ему и слово вставить: — Я ее видела краем глаза. Понадеялась, что она умнее. Увы, я ошибалась, — она пожала плечами, показывая, что Егора она в этом не винит и он тут лишь сбоку бантик. Андрей быстро вставил, взмахнув рукой в сторону Егора: — А я тебе говорил, что там мозгов как у воблы! Лата сразу же переключила все свое внимание на Андрея, но и не забывала косить лиловым глазом на Егора, который находился прямо рядом с ним и напрягся почти что сразу же, как только Кисляк вообще развил мысль о Касаткиной. Она стрельнула бровями в Кисляка: — Андрей, ты же, я надеюсь, не желаешь устроить страстный мордобой во второй раз? После этого парень сразу же осел, ведь понял свой заскок — Егорка, как бы сильно не злился и ненавидел эту шм… девушку, все равно не может погасить и придавить свою симпатию, — хоть и пытался взглядом передать ей все свое безграничное недовольство — Марина ведь заслужила такое отношение к себе, если не хуже! Антон усмехнулся. «Ну и огонь растет, ну и файершо-о-оу!», вздумалось Антипову. Вот такой она ему понравилась: стойкой, резкой и саркастичной. И такой, которая могла бы сломить Кислого одним махом. Миша вдруг расстроил обстановку, засмеявшись. Все обратили на него свое необъятное внимание и нахмурились, ведь его реакцию никто не понял. Пономарев, улыбнувшись снова теплее, обратился к Андрею, тем самым приоткрывая занавесу причины своего смеха: — Знаешь в чем разница между тобой и тактичной Латой? — Ну и в чем? — недовольно уставился на него тот. — Да в том, что ты сразу же с ног до головы обплевал прямым текстом, а Лата лишь на это уклончиво намекнула. Лата улыбнулась и закатила глаза. Андрей недовольно цокнул языком и подвел глаза ввысь, не желая признавать правды, которую так резко, но все же аккуратно рубанул Миша. Лата сглотнула. — Так вот, — она чуть повысила тон, — чтобы не было вот этих всех весьма острых заявлений, зафаршированных в слухи, отвечу на животрепещущий вопрос: да, я близкий человек Макееву. Да, родственница. Да, родня, причем не дальняя. Но нет, не дочь. Я значительно ближе и я как бы ее заменяю. Я племянница. По папиной линии. В соседнем поколении. А теперь всем советую расслабиться: моя официальная часть закончена, а насчет вашей аудиенции — не знаю. Всем пока-а. Антон дополнил речь Латы также шутливо: — И наша аудиенция тоже окончена. Больше мне вас нечем держать, парни. Девушка вдруг обернулась и вернулась к Антипову. — А ты, — она ткнула пальцем в грудь Антону, — я думала, ты до этого сам догадался. Он недопонял ее безбашенного полета мысли. — В смысле? Она пояснила так, чтобы только он понял ее слова — ну, еще и Кисляк, но это уже необязательный критерий. — Ну, Жилин с той бумажкой. Он качнул головой: — Не поверишь: разозлился, но не связал это. Подумал, ты его жена какая-нибудь или дочь, на худой конец. Лата лихо усмехнулась. — Так, а вот по поводу жены — это ты кого сейчас обидел, а кого унизил? — после этой фразы по помещению послышались задорные смешки хоккеистов, — И еще: ты вообще чем думал, когда меня его женой окрестил? Как я могла быть его женой, если он за день до этого женился на твоей маме? — Бывшей, может, — он, пребывая в растерянности, почесал затылок, — Ну, типа, знаешь, фамилию не сменила. Девушка не осталась в долгу и отпарировала: — Да, а чё тогда так раздраконился? — Идиот потому что! — он воскликнул, а затем перешел чуть ли не на шепот, — Лат, правда, прости еще раз. Ну я ж не знал! — Ну, а теперь знают все, — Лата пожала плечами. — И что? Считаешь, это плохо? — Не могу сказать, чтоб это было восхитительно, — подытожила она, пожимая плечами и взглядом как бы намекая, что для нее это не проблема, но еще неизвестно как к этой новости отнесется Макеев. Антон развел руками: — Ну, если хочешь, я скажу Петровичу, что все узнали из-за меня. — Зря, конечно, языком дернул, — она качнула головой, — Но если что — замолвишь тогда словцо, если будет такая ситуация. В качестве извинения. — Договорились, — согласился он. Такой подход к ситуации с ее стороны ему нравится. Бакин развел руками и требовал к себе внимания: — А чего ж вы аж до этого момента это скрывали? Андрей вскинул пальцы вверх: — Семён Николаевич, я попрошу! Не «скрывали», как у Вас тут язык позволил повернуться, а «громко не афишировали». Я ведь прав, Лата Дмитриевна? Девушка усмехнулась и решила ему подыграть: — Впрочем как всегда, Андрей Викторович. Да потому что он не любит распространяться и впускать людей в свою личную жизнь. Ладно, мне пора. Девушка махнула рукой на прощание и покинула помещение, и некоторые отреагировали ей словесно, а некоторые кивком головы. Бакин все еще находился в полном непонимании, казалось бы, теперь уже простейшей ситуации. Он возмутился вслух, пытаясь привлечь внимание парней в надежде на то, что они смогут ему разжевать завуалированно поданную информацию: — Но мы же были у них на свадьбе! Андрей оперся на его плечо и оголил зубы в широкой улыбке: — Фактически, мы на нее сами заявились без приглашения, мой милый друг, а это уже разные вещи! Антон громко усмехнулся. А-а-а, так их все-таки тоже не пригласили!.. А он-то думал! Антипов наклонил голову и обратился к Кисляку с улыбкой: — Андрюх, хватит уже над ним прикалываться. — Чего это прикалываться? — Кисляк усмехнулся, — Я правду говорю. Антон усмехнулся и преодолел расстояние, что отделяло его от Андрея. Он установил с ним желанный зрительный контакт, на что второй даже нахмурился, как бы не понимая надобности. Наконец Антипов снял пелену неизвестности и заговорил: — Андрюх... Это... Ну... Мир? — он представил ему руку для пожатия, — Ну, ты ко мне, чисто фигурально выражаясь, вроде как в родственники набиваешься… — Андрей на это лишь усмехнулся, — очень слабо, конечно, набиваешься, не настырно, но давай назовем это вальяжно и ненавязчиво? Андрей засмеялся во весь голос задорно, не жалея связки — обходительность Антона удивляла, умиляла и заставляла преклонять колено хотя бы за то, что он, несмотря на свое упрямство, продолжает это делать — Андрей понимал и представлял, каких усилий ему это стоит. Он сжалился над бедным парнишкой и пожал ему руку в знак примирения. — Да мир, мир, — он ненадолго позволил своей руке задержаться в руке Антона — резко выдернул ее и отвернулся, — Но больше против ветра не ссы. — Не понял, — возмущенно протянул Антип в ответ. Андрей грубо расшифровал прописную истину: — Говорю, в ее сторону больше негативно не дергайся — я за себя не могу ручаться. «... когда дело касается ее», быстро дополнил Андрей в своих мыслях. Антон презрительно нахмурился, уже позабыв о «мире и рукопожатии». Егор, к счастью, оказался очень кстати и заметил не здравый настрой Антипа, поэтому, снова найдя в себе силы быть рефери, перевел тему в нечто иное русло: — Тихо, парни. Давайте лучше подытожим: все это время прямо у нас под носом разгуливала ближайшая родственница Макеева, которую даже никто не пытался пробить, кроме как одного парниши со связями в прокуратуре, — он усмехнулся, схватившись за довольный взгляд Андрея и, увидев его нестерпимое желание, дал ему слово. Кисляк пожал плечами: — Ну, вообще-то, я узнал об этом вскользь и чисто исходя из своих догадок. И тогда, давным-давно, я передал деньги в поддержку нелегкой семейной ситуации Макееву от нас не прямиком к нему, а через Лату, потому что видел ее потерянный взгляд и... Короче, — он махнул рукой, желая не вникать в подробности того трепетного и их личного момента. А парни и не настаивали — Егор просто поддержал разговор своими наблюдениями: — Я, кстати, тоже многое слышал. И за всяким наблюдал на тренировках. Думал, и вы заметите, но как-то и почему-то никто не обсуждал этого. Но конкретнее я об этом задумался, когда она выскочила ко мне ночью из Макеевского дома и при диалоге уже отпарировала тем фактом, что она тут живет, но… Андрей резко обернулся в сторону довольно рассказывающего Щукина и нахмурился. Он оборвал его на полуслове своим заявлением: — А когда это и чего она к тебе ночью выскакивала из дому? Егор только приоткрыл рот, чтобы ответить, но Миша перебил все его старания одной своей роскошной улыбкой с ямочками, на которую постоянно западали девочки и, кажется, Латка не была исключением, проговорил с тонким и аккуратным намеком: — Андрюх, у тебя Лата уже спросила, хочешь ли ты повторить вчерашнюю драку или нет. Он подкинул в руках полотенце, которое держал и с деланным равнодушием сказал: — Да больно надо. Потом сам узнаю. — Как? Исходя из своих догадок? — Егор нагло подколол друга, но без злого умысла — хохма ради хохмы. На это Андрей очень уверенно отбросил полотенце и стремительно направился в сторону улыбчивого Егора. Миша вновь успел встрять между ними: в этой команде, да и в последние дни, у него как будто миссия — сохранить нейтралитет и стать здравомыслящим рефери. — Андрюх, брось, я же пошутил, — Егор усмехнулся пару раз и для убедительности даже поднял руки ввысь, пытаясь показать, что никакого злого умысла у него действительно не было на душе. — Несмешная шутка была, — грубо оборвал его Андрей. — Да понял я, понял, чё ты!