Часть 6

***

      Январь медленно шагал по заснеженному Петербургу. Морозный воздух рисовал на стёклах причудливые узоры, а снег, словно драгоценная пыль, покрывал тротуары и крыши. В лучах низкого зимнего солнца снежинки переливались, будто крошечные бриллианты.        Город казался застывшей сказкой — строгой, величественной и немного отстранённой.       Алиса куталась в тёплый шарф — тот самый, который нагло позаимствовала у Вани. Шерсть приятно щекотала шею, а запах Ваниного одеколона, едва уловимый, всё ещё оставался на ткани. Наконец‑то у них выходной. Суббота. Ей не нужно листать соцсети в поисках инфоповодов, придумывать цепляющие заголовки и выискивать тренды. Ване не нужно в бар — создавать те самые инфоповоды, поддерживать атмосферу, улыбаться посетителям и следить, чтобы всё шло по плану.       Пара сидела укутавшись в плед. Ваня положил голову ей на плечо. –Алиса, идем гулять. Гулять хочу – парень напоминал "чихуашку" – маленькую собачку, требующую внимания.

***

      Они шли по Невскому, наслаждаясь редким моментом тишины. Вокруг царила особая атмосфера: горожане спешили по делам, витрины магазинов манили тёплым светом, а вдалеке слышался перезвон колоколов — то ли с Исаакиевского, то ли с Казанского. Алиса невольно засмотрелась на отражение огней в заледеневших лужах. — Слушай, нам бы уже кафешку забронировать, — произнесла она, глядя на фасады старинных зданий, украшенных лепниной и позолотой. — Или отмечать роспись мы будем в «твоём» баре? Ваня усмехнулся, засунув руки в карманы. Его дыхание вырывалось белыми облачками в морозном воздухе. — Лисёнок, не суетись. Сейчас прогуляемся, что‑нибудь подберём.

***

      Они свернули на боковую улицу, где снег лежал нетронутым, лишь изредка пересечённый цепочками следов. Алиса уверенно шагала на высоких каблуках, несмотря на скользкую поверхность. Её походка была лёгкой, почти невесомой, будто она не замечала ни холода, ни опасности поскользнуться.        Ваня наблюдал за ней с лёгкой тревогой, невольно прикидывая, сколько раз ему придётся её подхватывать. — Лис, вот нафига тебе эти каблуки? — наконец не выдержал он.       Она бросила на него взгляд, полный наигранного возмущения, и поправила выбившуюся из‑под шарфа прядь волос. — Это искусство, ничего ты не понимаешь. — Да действительно, куда уж мне, — парень улыбнулся и, не дожидаясь ответа, подхватил её на руки. — Сегодня мне не хочется отмывать ступеньки от твоей крови, так что пойдём. Алиса рассмеялась, обхватив его за плечи. Её смех звонко разнёсся по узкой улочке, спугнув воробья, примостившегося на карнизе. — Ты невыносим! — Зато заботливый, — подмигнул Ваня, осторожно спускаясь по обледеневшим ступеням. Он ступал медленно, внимательно глядя под ноги, чтобы не оступиться. Алиса прижалась к нему, чувствуя тепло его тела сквозь пальто.

***

      Пара неспешно гуляла в самом сердце города. Невский во всей своей красе: величественные здания, яркие вывески,шум проезжающих машин, смешивающийся с голосами прохожих. Алиса оглядывалась по сторонам, пытаясь найти подходящее место для торжества. Её взгляд скользил по фасадам, выискивая что‑то особенное — уютное, но не слишком скромное, стильное, но не вычурное. — Вот вроде симпатичная кафешка, — указала она на заведение с уютными окнами, за которыми виднелись мягкие диваны и приглушённый свет. Вывеска в винтажном стиле обещала «домашнюю кухню с авторским акцентом». — Не, слишком дёшево, — отмахнулся Ваня, даже не замедлив шага. — А тебе что надо? — Алиса остановилась, скрестив руки на груди. — Армянская, кортеж машин, пять «Геликов», шестнадцать «Рендж Роверов». Алиса закатила глаза, представив эту картину: внушительный кортеж, сверкающие кузова, охранники в чёрных костюмах. — Ага, а потом сзади мусора… — А ты шаришь в этой теме! — Ваня рассмеялся, довольный её реакцией. — Вань, ты дурак совсем? Они рассмеялись, и Алиса поняла, что спорить бесполезно. Ваня всегда знал, чего хочет, и редко шёл на компромиссы. Его вкус тяготел к размаху, к эффектности, к тому, чтобы событие запомнилось не только им, но и всем, кто окажется рядом.

***

Пара так и не определилась с рестораном. Алисе оставалось лишь смириться под Ванино громкое: «Сам решуууу». У нормальных людей воскресенье — последний день отдыха, возможность выспаться, поваляться в постели, никуда не спешить. Ваня же ушёл на встречу инфоповодам, оставив Алису наедине с рабочими задачами. Она устроилась за столом, открыла ноутбук и погрузилась в работу. Экран засветился, открывая десятки вкладок: макеты, тексты, комментарии клиентов. Контент не любит выходных и не терпит отлагательств. Часы летели незаметно: правки, согласования, новые идеи. Алиса даже не заметила, как наступил вечер. За окном уже сгущались сумерки, а она всё ещё перебирала варианты шрифтов для очередного поста. В дверь постучали. На пороге стоял курьер с большим букетом цветов. Его дыхание вырывалось паром в холодном воздухе подъезда. — Для вас, — протянул он коробку, перевязанную атласной лентой. Алиса удивлённо приняла посылку, расписалась и закрыла дверь. Её пальцы дрожали, когда она развязывала ленту. Внутри букета лежала записка: «Моей тайной…». — Костя дал о себе знать, — пробормотала она, нахмурившись. «Ведь наводила же порчу. Не помогло что ли?» — недовольно подумала Алиса, вспоминая, как год назад, после их разрыва, она в шутку купила свечу «на избавление от токсичных связей» и зажгла её с пафосным монологом. Она скинула букет Ване, который как раз открывал смену. «Прикольно. Засунем ему в жопу. А пока ставь в воду»

***

      Раннее утро. Конец смены. Ваня открыл дверь своим ключом, тихо ступая по паркету. В квартире царила тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов на стене. За окном едва пробивался рассвет, окрашивая снег в бледно‑розовый цвет. — Гроза иллюстратора, опять не спала? — спросил он, заглядывая в комнату. Его голос звучал мягко, почти нежно. Алиса подняла голову от экрана. Её глаза были усталыми, но в них светилась радость. — О, Ваня. Ты вернулся? — Нет, блин, душа из тела вышла, по старой памяти в гости зашла, — усмехнулся он, снимая пальто.       Алиса вышла к нему в коридор. Ваня протянул ей большой букет красных пионов — таких же ярких, как её настроение в этот момент. Цветы пахли свежестью и весной, будто напоминая, что за зимней стужей всегда следует тепло. Колонка, словно угадав момент, поспешила подстебать молодую пару. Заиграла «Моя волна» — песня Стаса Михайлова «Всё для тебя». Алиса рассмеялась, а Ваня сделал вид, что не замечает иронии. — Ты где их достал? Колдун чёртов, — восхитилась она, вдыхая аромат цветов. Её пальцы осторожно коснулись нежных лепестков. — Чёрная магия! — подмигнул он, наслаждаясь её реакцией. — Пошли завтрак готовить, охотник на чёрных магов. — На каких магов? Она направилась на кухню, включила плиту и достала сковороду. Ваня прислонился к дверному проёму, наблюдая за ней. Алиса начала жарить блины, танцуя под музыку. Её движения были лёгкими, почти беззаботными. Она подбрасывала блинчик, пытаясь повторить трюк из кулинарного шоу, но тот, вместо того чтобы элегантно перевернуться, улетел в сторону. — Звезда моя, всё у тебя хорошо? — спросил он, сдерживая смех. Мимо него пролетел блин, приземлившись на пол. — Понял. Я устал, я ухожу, — усмехнулся Ваня, поднимая руки в знак капитуляции и цитируя Ельцина. Алиса рассмеялась: — Останься. Без тебя будет скучно. Он подошёл ближе, обнял её и прошептал: — Ну куда же я без тебя?       В этот момент всё казалось идеальным: снег за окном, аромат пионов, смех и тепло домашнего очага. Январь продолжал свой неспешный шаг, а они оставались здесь — в своём маленьком мире, где каждый день был наполнен сюрпризами, смехом и тем особенным чувством, которое невозможно описать словами, но можно ощутить в каждом прикосновении, в каждом взгляде, в каждом мгновении вместе.       «Волна» реально издевалась. Играло что-то из Меладзе. Что-то про «горяча и бешена». Ваня обнял Алису со спины. Хотя был высок риск получить сковородкой по морде...