Новая обстановка

Сонно вставая, я прорабатывал план осмотра не только комнаты, но и дома — или где я там нахожусь. А то, ютиться только в одной комнате — задолбало. И самое главное — это ЖАЖДА! Пить я хотел неимоверно. Обдумав это, я обратил внимание на внешний мир — точнее, на шум, а ещё точнее — на то, что он был! Звуки жизни: шум автомобилей, птичек... После радости хоть от какого-то шума я осмотрел комнату. Она оказалась другой: кровать, коврик на полу, комод — был такой же, как ТАМ. Но самое главное, что привлекло моё внимание — это ОКНО. Моя щель во внешний мир и первая достоверная информация, а то вера в себя у меня подорвана, как и моё отношение к памяти, которой почти нет. Увериность того, что я — не совсем этот ребёнок, коим сейчас являюсь, это знание русского языка и некая чужеродность, что ли... Ладно, тут вроде безопаснее, да и на цепи не держат, но бежать сломя голову — тоже такая себе идея. Пойду тихим шагом. Выйдя из комнаты, передо мной предстал коридор. Мне стало как-то неуютно. Подумав, с чем это может быть связано, я обратно вернулся в комнату и провёл обыск. Так желаемого мной фонарика там не оказалось, но оказался один очень подозрительный жёлтый медведь. От его взгляда мне стало стрёмно, и я быстро ретировался обратно в коридор. Без фонарика мне было стрёмно, как будто остался без верного оружия, которое не раз спасало мне жизнь. Что было странно — ведь большую часть времени ТАМ, хоть время, проведённое там, и врезалось в память, но, так такового, ничего не случилось. Жив, здоров, но чуйка говорила, что этаж неспроста и если я ещё раз там окажусь, мне будет несладко. Подумав ещё некоторое время, я в кои-то веки решил осмотреть коридор. Его убранство представляло собой напольные часы, фотографии той же самой семьи — на ранее виденных мною снимках. И самое главное, что было в этом коридоре, — это зеркало. К нему я подошёл и начал себя рассматривать: тёмно-каштановый цвет волос, голубые глаза и уже знакомая мне тёмная футболка и синие шорты. Смотря на себя, я приложил руку к лицу и улыбнулся. Улыбка вышла нервной — от осознания того, что мне сейчас надо будет как-то взаимодействовать с неизвестными мне людьми, которые знают обо мне больше, чем я сам. И это откровенно пугало. Посмотрев ещё какое-то время на своё отражение, мои мысли пришли в порядок. Отойдя от зеркала, я решил позыркать по сторонам — вдруг это кто-то видел. Но, слава богу, было пусто. Передо мной встал выбор — куда идти. Недолго думая, я пошёл налево. Представшая перед моими глазами комната была, скорее всего, гостиной: диван есть, телек тоже присутствует, даже календарь тут оказался. Оказалось, что на дворе 1983 год, июль месяц, а число — 15. Это, конечно, круто, но мне почему-то очень захотелось обыскать тумбочку под телевизором. Не зря — там оказался фонарик. Мне сразу стало как-то легче, и я почувствовал себя хоть минимально защищённым. Преисполнившись, передо мной встал очередной выбор — точнее, куда идти: на улицу или искать кухню. Подумав, я всё-таки выбрал кухню — жажда всё подтачивала моё моральное и физическое состояние. Следующей комнатой оказалась кухня, и я, недолго думая, начал искать кувшин и чашку. После обнаружения я сразу выпил где-то три чашки святой воды — не иначе. Ещё как я её назвать не могу — такого наслаждения я никогда не чувствовал. Обшарив кухню на наличие съедобности, я урвал четыре печеньки, две из которых незамедлительно съел, а остальное оставил про запас. Обратно войдя в гостиную, я сел на диван и начал думать, что делать дальше. Голод и жажда временно устранены, но что делать с семейкой? Как себя вести в их присутствии и как себя не выдать? Обдумав это некоторое время, я решил придерживаться тактики молчуна: слушать и запоминать, и минимально привлекать к себе внимание. С хоть каким-то планом мне сразу стало легче.