Шифр чувств (глава 16)

Руки Одри скрутили без всякого сожаления, усадив в машину, словно уголовницу, а не студентку, что просто оказалась не в то время не в том месте. Хотя кто стал бы её слушать? Рут попыталась что-то возразить, но мотор завели раньше, чем она успела начать. Одри обречённо вздохнула, откинулась на сиденье и закрыла глаза. Голова раскалывалась от воя сирен, мысли метались одна за другой, и сквозь этот хаос пробивался только один вопрос: зачем? Зачем она только согласилась на всё это?

Днём ранее

Вы: Привет Давно с тобой не общались Хотела спросить, как ты? Одри отложила телефон, не надеясь на скорый ответ. Заварив ромашковый чай, девушка сделала глоток, чувствуя, как тепло разливается по телу. Блаженно выдохнув, она расслабила плечи и просто смотрела на утренний рассвет. Синяки ещё виднелись, но тональник справлялся с ними куда лучше, чем в первые дни. Губа зажила, боль утихла. Одри уже успела забыть о том нападении — и о Лоре. Только букет на столе никуда не делся. Стоял себе, красивый, пышный, яркий и предательски напоминал о том, о ком девушка хотела забыть в первую очередь. Сжимая кружку, Одри снова поймала себя на мысли, что пора бы выбросить эти цветы. Но в последний момент останавливала себя. Вместо этого она меняла цветам воду, подрезала стебли, продлевала им жизнь. Одри убеждала себя, что просто не может уничтожить такую красоту. Но где-то глубоко внутри знала: дело далеко не в красоте. Этот подарок был ей дорог. Не из-за цены или роскоши, а просто потому, что это было внимание — то, которого Одри почти не знала в своей жизни. Утреннюю тишину прервал короткий звонок телефона, вырывая Одри из раздумий. Лэйн: Привет. Терпимо. А ты? Одри сразу схватила телефон, пользуясь возможностью отвлечься от беспорядка в своей голове. Вы: Неплохо Соврала — на автомате, не думая. Одри сразу поджала губу. Если она правда хочет сближаться с людьми, может, пора научиться говорить правду? Вы: Хотя на самом деле плохо Неделю назад на меня напали Но уже всё хорошо Лэйн: Сочувствую. Ты не сильно пострадала? Вы: Могло быть и хуже, так что всё в порядке А у тебя что нового? Лэйн: Надеюсь на это. У меня почти ничего, кроме того, что я рассталась с парнем. Вы: С тем самым, что заставил тебя пойти на новогоднюю вечеринку? Лэйн: Да. Вы: Надеюсь, это решение принесло тебе облегчение Лэйн: Да. Мы были слишком разные. Вы: Понимаю Искренне ответила Одри, ведь и сама переживала нечто схожее. Казалось, позвать Лэйн с собой было не такой уж плохой идеей. Возможно, ей тоже не помешало бы отдохнуть? В конце концов, попытать удачу никогда не поздно. Вы: Мы с моей соседкой решили на выходных сходить куда-то Знаю, что мы не так близко знакомы, но ты могла бы сходить с нами, если хочешь... Лэйн: Какая-то вечеринка? Вы: Нет Понимаю, что ты тоже не особо любишь шумные места Так что будет просто забегаловка Выпьем, расслабимся Лэйн: Звучит неплохо. Вы: Значит, ты согласна? Лэйн: Почему бы и нет. Ответ знакомой заставил Одри улыбнуться. Вы: Я рада, что ты составишь мне компанию Лэйн: Честно, немного удивлена, что меня вообще куда-то позвали. Вы: Ох... Тоже изгой общества? 🥲 Лэйн: Скорее просто не очень его люблю. Но с тобой не знаю... Уютно что ли. Вы: Приятно знать) Ты первый человек, кажется, кому со мной уютно Одри тихо усмехнулась этой мысли. Ведь действительно: многие её то побаивались, то относились к ней как к экспонату... Экспонат. И снова Одри вспомнила о том, о ком совсем не хотела думать сейчас. Но мысли не спрашивают разрешения. Лэйн: Потому что ты из секты? Лэйн сумела оборвать мысли Одри. Сердце забилось быстрее — пульс отдавал в кончиках пальцев, пока она набирала ответ. Вы: Откуда ты знаешь? Лэйн: О тебе много слухов. Вы: Ясно Одри знала, что о ней говорят. Но чтобы настолько далеко? Слухи добрались уже даже до других факультетов. Такая популярность совсем не радовала — учитывая, что большинство либо избегало её, либо, наоборот, донимало расспросами. А некоторые открыто сомневались, что Одри место в профессии. Словно детство в секте — это диагноз. Словно она не заслуживает просто жить, как все. Лэйн: Мне всё равно. На то, что ты из культа. Ты кажешься хорошим человеком, а для меня это важнее. Слова Лэйн тронули Одри. Она выдохнула, только сейчас заметив, что всё это время не дышала. Вы: Спасибо Мне было важно это услышать

За два часа до...

Казалось бы, Одри держала всё под контролем: выбрала уютное местечко в тихом районе, где плавная музыка настраивала на приятные беседы, а бар предлагал напитки по средней цене. Единственное, что не поддавалось контролю Барнетт, — это Рут. – Ну и сколько можно? – спросила подруга, уже в десятый раз меняя позу на стуле. – Может, хоть выпьем, пока ждём? – Тогда ты напьёшься раньше, чем она придёт, – усмехнулась Одри, стараясь не падать духом. Ворчание Рут её не останавливало — она наконец вырвалась в свет и хотела провести этот вечер с удовольствием. – Так почему она опаздывает вообще? – не унималась Рут, постукивая пальцем по столу. – Даже мои подруги более пунктуальные. – Рут... – Одри на миг замолкла, подбирая нужные слова. – Твои подруги — это твоя компания. Я в неё не вписываюсь. – А я, думаешь, не буду лишней в твоей компании? – обиженно насупилась Рут. – Ну что ты! – Одри легонько толкнула её плечом. – Без тебя мы бы с Лэйн умерли со скуки. Кажется, слова девушки убедили Рут, ведь она наконец улыбнулась. – О да, сидели бы тут две зануды и душнили. – Верно, ты наша открытая форточка. Одри тихо засмеялась. Рут повеселела — значит, вечер обещал быть хорошим. К счастью, Лэйн не задержалась надолго — уже через пару минут она была у входа. Одри выскользнула ей навстречу, чтобы заранее предупредить: Рут бывает... чересчур прямолинейной, но в целом хорошая. С ней хотя бы не заскучаешь. Подходя к барной стойке вместе с Лэйн, Одри то и дело поправляла юбку. Волновалась, но старалась себя убедить: всё будет хорошо. Рут и Лэйн были разными, да. Но Одри же нашла общий язык и с одной, и с другой. Значит, и они друг с другом смогут. – Рут — Лэйн. Лэйн — Рут. Моя соседка, – выдала Одри и мысленно закатила глаза. Прямо как в дешёвом сериале. Но, с другой стороны, как это вообще делается по-человечески? – Привет, – поздоровалась Лэйн и опустилась на стул по другую сторону от Одри. – Ага, – буркнула Рут, даже не глядя на неё, и сразу подняла руку, подзывая бармена. – Ну наконец-то можно выпить! – Она всю неделю этого ждала, – виновато пояснила Одри. Лэйн равнодушно пожала плечами. Кажется, её вообще ничего не смущало. Подруги довольно быстро определились с напитком: Рут выбрала виски с колой, а Лэйн — мохито. Одри же изучала меню так долго, что Рут уже начала нетерпеливо постукивать пальцем по столу. В итоге девушка заказала самое дешёвое красное вино. Просто потому, что это было единственное, что она вообще узнала в списке. Когда вопрос с напитками наконец был решён, Одри попыталась завести беседу, но выходило, мягко говоря... скомканно. Рут отвечала не слишком заинтересованно, а Лэйн — односложно. – Может, сыграем во что-нибудь? – предложила Одри, предприняв последнюю попытку хоть как-то оживить этот вечер. И это наконец сработало. – Давайте! – Рут аж подпрыгнула на стуле, и в глазах её загорелся недобрый огонёк. – Предлагаю «правда или выпивка». – И... Как в неё играть? – осторожно поинтересовалась Одри, хотя внутренний голос уже подсказывал: эта игра закончится плохо. – Типа «правда или действие», только без действия. Если не говоришь правду — пьёшь, – объяснила Рут и, не дождавшись согласия собеседниц, заявила: – Я начну! Итак... Лэйн, что тебя бесит в Одри? – Рут! – возмутилась Одри. – А что такого? – Рут выглядела абсолютно невинной. – В этом суть игры. – Мы с Одри не так долго знакомы, чтобы меня в ней что-то раздражало, – пожала плечами Лэйн. Она говорила так спокойно и уверенно, что даже Рут не нашлось что возразить. – Ладно, – Рут разочарованно откинулась на спинку стула. – Твоя очередь, Лэйн. Давай, удиви. – Одри, – обратилась девушка к подруге, и та слегка напряглась. – Ты говорила, на тебя напали. Кто это был? – О, это уже интересно! – Рут подалась вперёд, схватив виски, точно попкорн в кинотеатре. Одри тяжело вздохнула. Она знала, что этот вопрос всплывёт рано или поздно, поэтому отчасти была к этому готова. Рассказ вышел бы слишком долгим и откровенным, а пить в самом начале игры не хотелось. Поэтому Одри ответила — но без подробностей. – У меня был анонимный знакомый, с которым мы... Общались где-то месяц или чуть больше. У него оказалась безумная бывшая, ну и она на меня напала. – Ну ничего себе, какие страсти, – присвистнула Рут, откинувшись на спинку стула с виски в руках. – Теперь задавай ты мне вопрос, Одри. – Ну... Что тебе нравится в Робе? – ничего более оригинального в голову Одри так и не пришло. – Как же нетривиально, – фыркнула Рут, но ответила: – Ничего. В последнее время у нас туго. – Мне жаль, Рут... – Одри хотела выразить слова поддержки, но подруга перебила её на полуслове. – Моя очередь, – Рут подвинулась так близко, что в нос ударил запах виски. – Лучше давай, колись: кто твой тайный поклонник? – Я ведь уже говорила, что не знаю... – Одри дёрнулась назад, но подруга сидела слишком близко. Пришлось отвести взгляд, лишь бы спастись от взгляда любопытных глаз. – Врёшь, – констатировала Рут с довольной улыбкой. – Либо говори, либо пей. Настойчивость подруги начала действовать на нервы. Рут просто хотела её напоить — это было очевидно. И вдруг, вместо того чтобы сдаться, Одри сделала то, чего сама от себя не ожидала. Она посмотрела подруге прямо в глаза и твёрдо сказала: – Малек. – Чего... – выдохнула Рут и замерла, пытаясь переварить услышанное. – Ты про... про Синнера?! Лэйн осталась в роли зрителя. Кто такой этот Синнер и почему у Рут глаза на лоб полезли — она не знала, но представление было увлекательным. – Это уже следующий вопрос, – ровно ответила Одри, пока внутри неё всё тряслось. Резко переведя взгляд на Лэйн, девушка сменила тему, прежде чем Рут успела очнуться. – Почему решила поступить на криптографа? – Разные причины, – Лэйн говорила спокойно, но взгляд вдруг стал отсутствующим, будто она была не здесь, но уже через секунду — снова вернулся к Одри. – Одна из них — любовь к тайнам. Тогда ты чувствуешь, что всё под твоим контролем. – Знакомое чувство, – задумчиво ответила Одри, не отрывая взгляда от тёмно-красной жидкости в бокале. Словно заворожённая, она сжала стекло и сделала первый глоток. Вино обожгло горло, расслабляя, успокаивая, забирая власть над уставшим телом. – Так что за Малек Синнер? – в конце концов спросила Лэйн, когда тишина затянулась. Рут продолжала сидеть словно каменная статуя. Слова Одри никак не укладывались в голове. Она врала? Нет, Одри не умеет врать. Но тогда... как? Как недоступный профессор и студентка, которая его терпеть не может, вдруг оказалось, имели тайную связь? – Ох, лучше не спрашивай, – Одри вновь сделала глоток, и казалось, это было знаком отступления, но она вдруг продолжила: – Это долгая история, которая и привела меня сюда. – Можешь не рассказывать, если не хочешь, – не стала настаивать Лэйн. Странно, но именно когда ей дали право молчать, говорить захотелось больше всего. Лэйн явно была не из болтливых, а если бы кто и узнал... что ж, Одри было бы уже всё равно. По крайней мере сейчас. Потому что тайна о Малеке съедала её изнутри, выматывая до предела. – Всё случилось как в тупом ситкоме, – криво усмехнулась Одри. Ком встал в горле, перекрывая дыхание. Тело словно отказывалось говорить, но Одри уже решилась. Она сделала глоток, прогоняя страх, и заставила себя говорить дальше. – В общем, мы познакомились в этом идиотском приложении для извращенцев. WhisperNet. Он сразу был... Не таким. Обычно все мужики там присылали дикпики, просили скинуть фото, а он... А он был напыщенным, но... интеллигентным. Словно вновь погружаясь в ту ночь, Одри ощутила, как щемит сердце. Тогда всё казалось куда проще, а что теперь? Теперь внутри сплошной хаос. Сделав глоток, Одри ощутила, как тепло разливается по телу, притупляя мысли и забирая боль. – А потом оказалось, что это мой профессор. Рут поперхнулась виски. Лэйн даже бровью не повела — только смотрела внимательно, но без давления. – И вы... – начала Лэйн. – Ничего, – перебила Одри, сделав ещё один глоток. – Почти ничего. Кроме новогодней ночи... – Что за ночь? – наконец подала голос Рут. Любопытство пересилило её ступор. – Он скинул мне свой член, а я дрочила на него, – Одри засмеялась — нервно, пьяно. Завтра она непременно будет жалеть об этом, но сегодня — только бар, только правда и вино. – Наш профессор скинул тебе член?! – Ага, звучит как анекдот, да? – горько усмехнулась Одри, ведь это была не шутка, а её реальность, в которой она, черт возьми, жила, и, если честно, смеяться хотелось в последнюю очередь. Рут снова зависла. Не знай она свою соседку, решила бы, что это выдумка влюблённой студентки. Но сейчас Одри была честна, как никогда прежде, и это делало её рассказ ещё более сюрреалистичным. Тихая, незаметная Одри — и такой замес? У Рут и то жизнь была скучнее. – И что потом? – Лэйн спрашивала без нажима и бурного любопытства. Пока Рут чуть ли не подпрыгивала от нетерпения, Лэйн просто смотрела спокойно, внимательно. И в этом взгляде было что-то, от чего Одри хотелось говорить дальше. Словно её не просто слушали, но и наконец понимали. – А потом он узнал, кто я. – Одри снова поднесла бокал к губам, но тот оказался пуст. Она раздражённо поставила его на стол и провела пальцами по ребристым граням. – И вместо того чтобы просто написать, он позвал меня на кладбище! Но даже там не сказал прямо. Всё ходил вокруг да около со своими тупыми загадками, намёками, пока я сама не догадалась... Ему просто нравилось смотреть, как я ломаюсь. Доводить до истерик, а потом сидеть и смотреть, как я рыдаю. Псих хренов. Строит из себя гения, а на деле самоутверждается за счёт студентов... Одри ощутила злость, словно вновь оказалась с профессором один на один. Будь она действительно сейчас с ним, то не расплакалась бы, как беззащитный ребёнок, а высказала бы ему всё в лицо. Но его нет. И ничего не вернуть. Хотя... почему нет? Кто мешает ей сказать это прямо сейчас? Зная, что подруги будут отговаривать её, призывая действовать здраво, Одри решила уединиться. – Мне надо отойти, – заявила она и решительно встала. Решительности хватило ровно на шаг — ноги подкосились, и Одри едва не встретилась лицом с полом, вовремя вцепившись в стойку. – Мне кажется, это плохая идея, – справедливо заметила Лэйн, придерживая покачнувшуюся знакомую. – Всё в порядке... Я справлюсь, – уверила Одри и, шатаясь из стороны в сторону, зашла в уборную. – А говорила, чтоб я не напивалась, а саму унесло с одного бокала, – хмыкнула Рут, откинувшись на стул, чуть не упав вместе с ним. – Тебя, видимо, тоже уже уносит, – подметила Лэйн, глядя на то, как Рут раскачивается на стуле. – Меня? Да я трезвая, как стёклышко, – Рут махнула рукой, задев стакан. Тот покачнулся и полетел бы на пол, если бы не Лэйн, что подхватила его в последний момент. – М-да... Одри была права. С вами не соскучишься.

***

Пока Одри добиралась до уборной, ноги её уже не держали. До кабинки она так и не дошла, просто сползла по стене в углу, наплевав на грязь и на то, что кто-то может войти. Кажется, всё же не стоило экономить на алкоголе, но эта мысль, как и все остальные, утонет в завтрашнем похмелье. Телефон сам скользнул в руку. Одри замерла, бездумно глядя на светящийся экран. Умные мысли преследовали её, нашёптывая, что это плохая идея... Но девушка оказалась быстрее. Ещё не зная, что напишет, она уже открыла диалог. Поначалу Одри пыталась найти WhisperNet, не сразу вспомнив, что удалила его. Но когда до неё всё же дошло, девушка нашла Малека в своих контактах и принялась строчить ему всё, что думает. Вот только выходило плохо. Буквы плыли, пальцы не попадали по клавишам, в итоге получилось что-то невнятное. Вы: Тр ррми кьлдбю! Я труб навидау Тв бесчукю И манпоюю Штоб тв сдох Профессор Синнер: И тебе добрый вечер. Из всего перечисленного я понял лишь последнее. Ответ Малека заставил Одри слегка растеряться. Мельком глянув на сообщения, она попыталась вникнуть в их суть, но смысл ускользал. Да и плевать. Всякие сомнения уже давно заглушил алкоголь, поэтому Одри продолжала писать дальше без разбору. Вы: Кзод Твр Бесеш Профессор Синнер: Ясно. В отличие от Малека, Одри ни черта не было ясно. Она зависла над экраном, думая, что ещё сказать, как вдруг перед ней высветился звонок... От профессора Синнера. Одри в панике сбросила — писать о том, как ты ненавидишь своего профессора, было легче, чем сказать об этом вслух. Профессор Синнер: Ответь на звонок, Одри. На удивление, Малек был настойчив — и Одри наконец поняла последствия своего поступка. Но было уже поздно. Вы: Не ххву Тя будми рунптся Профессор Синнер: Я не буду ругаться, Одри. Мне нужно лишь понять, где ты. Ты дома? Вы: Нет Очередная попытка Малека дозвониться не увенчалась успехом. Одри в спешке сбросила вызов, но телефон отчего-то не выключала... Профессор Синнер: Напиться дома для тебя слишком банально, я так понимаю. Ты прямо любишь находить себе проблемы, Одри. Вы: Ты гаворол что не бкщи ругатьчв Профессор Синнер: Я не ругаюсь, Одри, я просто поражаюсь твоему безрассудству. Одри не успела ответить. Дверь распахнулась, и она дёрнулась в панике, готовая к чему угодно — но перед ней оказалась всего лишь Лэйн – Я решила проверить, как ты. – Спасибо, – облегчённо выдохнула Одри. – С Рут всё хорошо? – Вроде да. А ты? – Что? – не сразу сообразила Одри. Она и не рассчитывала, что её будут искать. Но факт того, что о тебе думали, грел сердце. – Я спрашиваю, как ты себя чувствуешь. – Нормально, – коротко бросила Одри и отвела взгляд. – Почему ты со мной возишься? – Насколько я знаю, так делают друзья. – Лэйн была проста в своих мотивах. В ней не было пафоса или скрытых подтекстов. Она просто была честна, и это внушало доверие. – На самом деле... У меня ни черта не нормально... Лэйн села рядом, не смущаясь ни грязного пола, ни неподходящей обстановки. Сейчас это не имело значения. – Ты написала ему? – поразительно точно догадалась девушка, взглянув на телефон в руках Одри. – Откуда ты... – Ты говорила о нём весь вечер. – Лэйн пожала плечами. – Логично, что в итоге написала. – Ну да... Ты права и… Это просто пиздец, – не стала смягчать углы Одри, сказав всё как есть. – Знаешь... – Лэйн задумчиво посмотрела куда-то вперёд, будто видела там что-то, чего не видели другие. – Я не до конца была честна, когда ты спросила про криптографию. Я правда люблю разгадывать тайны, но не потому, что это весело. Просто с шифрами всё ясно. У них есть понятный механизм и структура. А люди... Люди непредсказуемы. Одри молча уставилась в пол. Мысли в голове путались, но одну она поймала чётко: она понимает Лэйн. Понимает, потому что сама живёт с этим чувством — что люди слишком сложные, а она в них не вписывается. Может, поэтому они с Лэйн так легко сошлись? Увидели друг в друге то, чего не могли найти в остальных. – Ты права, – наконец сказала Одри, прижавшись к стене. – Я думала, психиатрия даст мне ответы. Что я выучусь и пойму, почему отец... почему он таким был. Почему люди делают то, что делают. Но... ты точно сказала. В людях нет логики. Один убивает ради забавы. Другой — потому что «так бог велел». Кто-то прыгает с крыши от усталости, а кто-то — ради свободы. И нет никакой схемы. Только... чувства. – Верно, – Лэйн взглянула на Одри с едва заметной улыбкой. – Может, и в поступках Малека тоже нет логики? – К чему ты клонишь? – Тебе звонят, – вместо ответа Лэйн кивнула на телефон. Одри посмотрела на экран, видя звонок от профессора Синнера, и вдруг подумала: зачем? Если он просто играет, почему не написать ещё одно колкое сообщение? Зачем звонить снова и снова? Почему ему не всё равно, где она и что с ней?.. – Я пойду, – Лэйн поднялась с пола, стряхивая грязь с джинсов. – А то Рут там одна. Проверю, всё ли с ней хорошо. – Я тоже скоро подойду, – Одри не стала задерживать подругу, понимая, что Рут нельзя оставлять без присмотра. Но прежде чем Лэйн скрылась за дверью, Одри тихо сказала ей вслед: – Спасибо тебе. Уже у двери Лэйн остановилась. Обернувшись, она тепло улыбнулась Одри. – Не за что. Мне это тоже было нужно. Дверь за Лэйн закрылась. Одри перевела взгляд на телефон — тишина. Ни звонков, ни сообщений. Кажется, Малек больше не собирался её тревожить... Но вопреки всему, Одри сама набрала его номер. По ту сторону послышались гудки — и она замерла в ожидании. – Одри, – прервал последний гудок бархатный голос Малека, чьё спокойствие не вызвало доверия. – А я уж думал, следующая наша встреча состоится в морге. – Простите, – выдохнула Одри, и в трубке повисла тишина. Малек молчал так долго, что она уже решила — он сбросил. Но потом раздалось тихое: – За что? – За то, что потревожила. За то, что написала в таком состоянии. За то, что... заставила волноваться? – последнее слово Одри произнесла нерешительно, потому что сама не верила, что Малек вообще на это способен. – Прощаю, – ответил мужчина, не став оспаривать её слова. – Где ты, Одри? – В баре. Я не одна, с подругами. Так что всё в порядке, – выпалила девушка, чувствуя, что ляпнула лишнего. Она злилась на него, правда. Но почему-то не хотела, чтобы он переживал. Если он вообще переживал. – Название бара, Одри. Казалось бы, Малек мог уже успокоиться, но он продолжал требовать. Зачем ему это знать? Он что, правда решил приехать? Одри передёрнуло от этой мысли. Она не хотела, чтобы он видел её такой. Пьяную, жалкую, на полу в уборной. Вот зачем, зачем она ему написала?! – Отстань! – крикнула она в трубку. – Просто перестань звонить! Я сказала всё, что хотела! Пока! – До встречи. Только и успел сказать Малек, прежде чем Одри сбросила звонок. Откинув телефон, девушка тяжело вздохнула и попыталась встать, опираясь о стену. Надо было вернуться и сделать вид, что ничего не было. Но ноги не слушались, а когда Одри кое-как встала, в дверях снова появилась Лэйн. – Рут ушла, – сказала она без предисловий. Голос звучал чуть быстрее обычного. – С каким-то парнем. – Как? Куда?! – Они только вышли. Думаю, нам надо... – не дослушав Лэйн, Одри рванула к выходу. – Стой! Ты забыла... Но девушка уже не слушала — думала лишь о своей непутёвой подруге, что могла влезть в неприятности. Боль и усталость исчезли в одно мгновение. Одри вылетела на улицу, лихорадочно вглядываясь в темноту в поисках рыжей макушки. Но единственное, что девушка нашла, — полицейскую машину в переулке, всего в нескольких метрах. Сердце оборвалось, и ноги сами понесли её туда. – Господи, пусть с ней всё будет в порядке, – шептала Одри на бегу. Алкоголь уступил место липкому, всепоглощающему страху. Ноги несли быстрее, чем она соображала. Подбежав ближе, Одри увидела двух полицейских и Рут, а рядом с ней — какого-то мутного парня с красными глазами, смотрящими в никуда. С ним всё было ясно, но Одри было не до накуренного паренька. – Рут! – игнорируя полицейских, Одри подбежала к подруге и крепко прижала её к себе. – Какого чёрта ты ушла? Рут не ответила, выглядя слегка потерянной, словно была не здесь. – Вы её знаете? – вдруг обратился к Одри один из полицейских. – Да, я её подруга... а что случилось? – растерянно ответила Одри, лишь сейчас обратив внимание на мужчин в форме. Ситуация казалась очевидной: патрульная машина, странный парень, пустой взгляд Рут. Но мозг Одри, залитый алкоголем, отказывался собирать пазл воедино. – Подруга, значит... – полицейский окинул Одри сканирующим взглядом. – Сами где были? Тоже в баре? – Да, но я... – Глаза красные, речь сбивчивая. – мужчина обернулся к напарнику. – Похоже, все трое одной компанией гуляли. – Да-да-да! – Рут звонко засмеялась и чуть не упала, повиснув на плече у Одри. – Она моя! То есть... мы тут вместе! Всё просто ахуенно-о-о... Будь у Одри свободны руки, она бы приложила ладонь к лицу. Пусть она и соображала медленно, но по взгляду полицейских было ясно — они влипли. – Да тут и так всё понятно, – удручённо вздохнул полицейский, для которого это было очередной запарой. – Поехали в участок. – Какой участок? – Одри растерянно заморгала. – Послушайте, это недоразумение, мы ничего не... – Давайте без лишних разговоров, – перебил её второй, устало потерев переносицу. – Чем быстрее закончим, тем быстрее разойдёмся. Одри словно приросла к земле. Она слышала слова полицейского, но мозг отказывался в это верить. Её? В участок? Сердце бешено колотилось, мысли путались, а впереди была только пугающая неизвестность. Пользуясь заминкой, недо-ухажёр Рут вдруг рванул и убежал с такой скоростью, что полицейские не успели даже среагировать. – Твою мать, хватай этих, пока не убежали за ним.

Нынешнее время

– Мисс, я арестовываю вас по подозрению в хранении наркотиков. Вы не обязаны говорить ничего, но это может повредить вашей защите. Всё, что вы скажете, может быть использовано в качестве доказательства. Руки Одри скрутили без всякого сожаления, усадив в машину, словно уголовницу, а не студентку, что просто оказалась не в то время не в том месте. Хотя кто стал бы её слушать? Рут попыталась что-то возразить, но мотор завели раньше, чем она успела начать. Одри обречённо вздохнула, откинулась на сиденье и закрыла глаза. Голова раскалывалась от воя сирен, мысли метались одна за другой, и сквозь этот хаос пробивался только один вопрос: зачем? Зачем она только согласилась на всё это?

***

Одри была слепо убеждена, что не может быть хуже места, чем больница. Но, как оказалось, может... Коридор участка был полон пьяных подростков, мужчин и женщин, что голосили во всё горло, и плачущих детей. Казалось, это был настоящий ад на земле, где скопились все пороки и несчастья людей. И Одри оказалась среди них... Её завели в маленькую комнату — стол, стул, голые стены и больше ничего. Одри внутренне сжалась, готовясь к допросу с пристрастием, точно как в кино: лампа в лицо, крики, давление. Но, к счастью или нет, полиция в реальности оказалась куда более бесстрастной. – Ваших друзей поймали с экстази, – полицейский говорил устало, даже не отрывая взгляд от своих бумаг. – Вы знаете, где они взяли наркотик? – Нет... послушайте, – начала Одри, боясь, что её прервут, но полицейский лишь лениво перебирал бумаги в ожидании ответа. Слова путались, мысли уплывали под действием алкоголя, но девушка пыталась говорить внятно: – Мы с Рут не знаем того парня. Мы пришли в бар только вдвоём. И ещё с нашей подругой. Мы просто хотели отдохнуть, расслабиться, немного выпили. В этом ведь нет ничего преступного? – В алкоголе нет, но ваша подруга принимала экстази. Откуда он у неё оказался? – полицейский спрашивал без обвинений, просто уточнял, и это давало надежду, что всё решится без лишних проблем. – Я отошла в туалет. И в это время Рут смоталась с этим парнем. Я пошла её искать, ну а дальше вы знаете, – Одри старалась говорить чётко, чтобы выглядеть убедительно. – Так что все вопросы к тому парню. Рут была пьяна и не соображала. Конечно, он её легко склонил попробовать эту дурь. У нас лично не было никаких наркотиков. – Вы упоминали третью подругу. Она может подтвердить, что вы не причастны? Одри побледнела, понимая, что ненароком впутала и Лэйн в эту историю. Вдруг у неё теперь тоже будут проблемы из-за того, что Одри не умеет держать язык за зубами? И о чём она только думала! – Мисс? – голос полицейского вывел её из оцепенения. – Слушайте. Она вообще не при делах. Она даже почти не пила. И... – Успокойтесь. – прервал её мужчина, заметив панику девушки. – Если ваша подруга не причастна, её никто не тронет. В крайнем случае — вызовем как свидетеля, чтобы подтвердила ваши слова. Это стандартная процедура. Ничего страшного в этом нет. – Она правда не при делах, – выпалила Одри, чувствуя, что от её ответа сейчас зависит всё. – У меня есть её номер. Я могу позвонить, она подтвердит мои слова. – Мы сами позвоним. Где ваш телефон? – В сумке. Как только Одри принесли сумку, она сразу принялась искать телефон. Девушка помнила, что брала его с собой. Точно помнила. Но внутри было пусто. Девушка перерыла всё — ничего. Холодок страха пробежал по её спине. – Его нет... – выдохнула Одри, лихорадочно перебирая воспоминания. И вдруг картина всплыла перед глазами: туалет, грязный пол, и она в ярости швыряет телефон куда-то в угол. – Я... я забыла его в баре. – А номер телефона своей подруги помните? – Нет... – Понятно. – Полицейский сделал пометку в бумагах, и Одри поняла, что обречена. – Тогда придётся сдать анализ. Он протянул ей пластиковую баночку. Одри взяла её пылая от стыда, и в этот момент её гордость умерла окончательно.

***

Унизительная процедура осталась позади, но легче не стало. Одри завели в камеру, где уже сидела Рут. В нос ударил целый букет запахов – пот, перегар и ещё что-то, о чём лучше было не думать. От такой ядерной смеси дешёвое вино грозилось выйти наружу. Хотелось оказаться как можно дальше от этого места, но пришлось войти внутрь. – Значит, так. Мисс Барнетт, вы пока остаетесь здесь, до результатов анализа. А вы, – он кивнул на Рут, – до выяснения обстоятельств и решения суда. Размещайтесь. – Суда? – глаза Рут округлились, и, кажется, она вмиг протрезвела от такой новости. – Вы серьёзно? – Абсолютно. – объяснил мужчина, не особо церемонясь. – Употребление экстази — это статья. Штраф, как минимум. Вы не знали? – Но ведь она была невменяема! – попыталась возразить Одри, но ответом ей был только лязг закрывающейся двери. – Пиздец... – выдохнула Рут и без сил опустилась на скамью. – Родители меня прибьют к хуям. Одри перевела взгляд на Рут. Та сидела, уронив голову, и Одри понимала, что должна что-то сделать. Обнять, поддержать, сказать, что всё будет хорошо, но сама едва ли была в этом уверена. Алкоголь высосал все силы, оставив только пустоту и головную боль. – Зачем ты пошла с тем парнем, Рут? – обречённо спросила Одри, пытаясь понять, ради чего всё это было. Ради чего они здесь? – Да я просто... – Рут замялась, уставившись в пол. – Я не знаю... Он сказал, это поможет расслабиться... – Ну и как, расслабилась? – голос Одри сочился горечью. – Мы в камере, Рут! Из-за того, что ты повелась на очередного придурка! Рут дёрнулась от слов девушки, как от пощёчины. Она сразу вскочила, точно собираясь напасть в любой момент. – Слышь, командирша, на себя посмотри сначала. Где твоя подружка Лэйн? Кинула тебя, да? – Ты сейчас серьёзно, Рут? – наглость соседки поразила Одри настолько, что она сама была готова вцепиться ей в шею. – Мы здесь из-за тебя! Если бы ты хоть иногда думала, прежде чем делать... – Ну да, я дура! – крикнула Рут, не глядя на подругу. – Тупая пизда, которая только проблемы создаёт! А ты у нас умная, правильная, вся из себя! Сил не осталось. Рут вновь рухнула на лавочку и тихо, почти по-детски, всхлипнула. – Иди к Лэйн, раз с ней так хорошо. – Да при чём здесь вообще Лэйн?! – Да при том! – Рут наконец подняла глаза, красные, злые, полные обиды. – Ты от меня полгода шарахалась, а с ней за пять минут в сортире подружилась! А я? Я чем хуже?! Злость отступила так же внезапно, как и нахлынула. Одри смотрела на Рут и чувствовала только пустоту и растерянность. Она перебирала в голове их разговор, пытаясь понять, где ошиблась. А потом до неё дошло: дело далеко не в ней. – Почему ты так решила? – тихо спросила Одри, опускаясь на скамью рядом с Рут, желая узнать, что её тревожит. – Потому что я ведь вижу, – к удивлению Одри, по щекам Рут вдруг покатились слёзы. Кажется, она впервые видела свою жизнерадостную и энергичную подругу такой... Сломленной. – Что у вас больше общих тем. Больше схожих взглядов. А я просто... просто не вписываюсь... – Рут... – Одри вздохнула, прижимая подругу к себе. – Вы обе мне дороги, каждая по-своему. Ты же не думаешь, что твои подруги любят тебя меньше, потому что они другие? И я не думаю. Вы с Лэйн просто разные. И это не значит, что я ценю тебя меньше. – Друзья, – горько усмехнулась Рут, прижимаясь к Одри. – Им только бухло и тусы нужны. А когда мне реально нужна поддержка, то всем похуй. А ты... Ты всегда рядом. Даже когда я тебя раздражаю. Даже когда говорю ужасные вещи. Ты прощаешь и помогаешь. Даже сейчас ты здесь из-за меня, потому что ты какого-то хрена пошла меня искать, хотя могла бы просто кинуть! И только сейчас, слушая сбивчивую речь Рут, Одри поняла. Она всегда завидовала ей — такой живой, популярной, окружённой людьми. Думала, что у Рут есть всё, чего нет у неё. А оказалось... пустота. Та же самая пустота, с которой сама Одри жила годами. Только Рут прятала её за шумом, тусовками и парнями. В этот момент Одри увидела в Рут себя. Ту себя, которая годами ждала, что её кто-то выберет. Не за что-то, а просто так. И она поняла, что может стать этим человеком для Рут. Одри взяла её лицо в ладони и твёрдо сказала: – Я тебя никогда не кину. Потому что ты моя подруга. Рут заплакала ещё громче, и Одри не стала ей мешать пережить эти эмоции. Она просто прижала подругу к своей груди, поглаживая по волосам — словно любящая мать. – Прости меня, – всхлипнула Рут, и Одри почувствовала, как ткань платья намокает от слёз, но она только крепче прижала подругу. Сейчас мокрое платье волновало её в последнюю очередь. – Я не злюсь, Рут. Больше нет, – искренне сказала Одри, ведь порой не так страшно провести ночь в полицейском участке ради подруги. – Зато эту "тусовку" мы точно не скоро забудем. Рут засмеялась сквозь слёзы и пихнула Одри в бок. – Дура. – И я тебя люблю. Идиллию прервал лязг металла — полицейский с размаху провёл дубинкой по решётке. Голова Одри запульсировала с новой силой, выражая протест. – Мисс Барнетт, на выход. Одри решила, что, должно быть, ослышалась. Ей говорили, что анализы придётся ждать чуть ли не сутки, а прошёл всего час. – Я? – на всякий случай уточнила девушка, хотя какие могли быть сомнения, раз обратились по фамилии... – Залог внесли, – коротко бросил полицейский, видя её растерянность. Одри задумчиво свела брови, пытаясь понять, кто мог внести за неё залог и кому это было нужно, но в голову никто не приходил. В конце концов она спросила напрямую у полицейского: – Кто? – Я, – в дверях возник Малек, как всегда поражая своим эффектным появлением. Несколько секунд Одри просто смотрела на него, пытаясь понять, галлюцинация это или реальность. Вино, конечно, было дрянным, но чтобы настолько? – Ты... – голос не слушался, всё ещё отходя от потрясения. – Как тут оказался? – Узнаешь по дороге, – Малек, как обычно, не стал ждать, разворачиваясь в сторону выхода. – Идём. Повторять дважды не было необходимости. Одри была только рада поскорее покинуть камеру, пропахшую мочой и потом. Взяв Рут за руку, девушка пошла с ней, но не успели подруги выйти из своего заточения, как путь им перегородил полицейский. – Она остаётся, – сказал мужчина, бросив взгляд на Рут. – Это ещё почему? – нахмурилась Одри, но до неё довольно быстро дошло: Малек внёс залог лишь за неё... Жаловаться в таком случае было бы наглостью, но Одри не собиралась оставлять подругу одну в этом прогнившем месте. – Одри. – Малек пристально посмотрел на студентку, уже понимая, о чём она думает. – Спасибо, профессор Синнер. – Одри взялась за решётку и потянула дверь на себя, закрывая её. – Но я никуда не пойду. – Дура ты, Одри, – Рут мотнула головой. – Иди давай. Со мной всё ок, не в первой. Правда. – Нет, – Одри сжала её руку и посмотрела прямо в глаза. – Я тебя не кину. Слёзы снова потекли по щекам Рут, но теперь это были слёзы облегчения. Она бросилась на шею Одри с такой силой, что та едва устояла на ногах. – Очень трогательно, – с снисходительной усмешкой сказал Малек, наблюдая за всем, точно в кино. Не меняясь в лице, он достал кошелёк и протянул полицейскому ещё сотню фунтов. – А теперь поехали.

***

Воздух после камеры казался невероятным — чистым, пьянящим, живым. Одри стояла с закрытыми глазами, впитывая каждую секунду свободы. Малек не торопил, просто стоял рядом и бросал ленивый взгляд на часы. – Прощай, мой режим, – выдохнул он в холодную ночь. Хотя жаловаться было не на кого — сам впутался в эту историю с Барнетт. Малек был уверен, что Одри вернётся. Вопрос был только в том, когда и как. Но чтобы так быстро и при таких обстоятельствах — это было выше его ожиданий. Барнетт, как всегда, нашла способ его удивить. Впрочем, Малек снова оказался прав. Ярлыки — удобная штука, пока не сталкиваешься с реальностью. А реальность — это пазл, где детали от разных наборов, а инструкция на незнакомом языке. И Одри была тому подтверждением. Казалось бы, классическая тихоня, отличница, интроверт, а в итоге напилась и влипла в историю, которая любому «оторве» была бы впору. Поэтому Одри была идеальным пазлом, который можно было бы разгадывать вечно. Но в какой-то момент Малек понял, что разбирает не её, а себя. Что-то сломалось в его отлаженной системе, и теперь Синнер сам не знал, кто он. Строгий профессор? Или заботливый? Профессор ли? Или просто мужчина, который хочет обладать женщиной? Прежний Малек только усмехнулся бы, услышав, что однажды сорвётся ночью ради какой-то студентки. «Она того стоит?» — спросил бы он. Малек посмотрел на Одри. Она смеялась с Рут, будто не было этой ночи, камеры, вони. Она была готова остаться там, с подругой, просто потому что... почему? Он не знал ответа. Как и не знал, зачем ответил на пьяные сообщения Одри, зачем звонил ей, зачем приехал. Но один ответ Малек знал точно. Для себя прошлого, для того, кто спросил бы: «Она того стоит?» «Определённо». Подруги болтали, не замечая ничего вокруг, пока вдруг не появилась Лэйн. Одри просияла и тут же бросилась её обнимать, судорожно прошептав: – Боже, я так переживала за тебя! – Из-за чего переживать? – Лэйн посмотрела на неё с недоумением. – Я в участке не была. Это вы там сидели. – Просто мы так исчезли, а я ещё телефон забыла, чёрт... – тяжело выдохнула Одри, понимая, как дорого обошлась ей эта ночь. – Ты оставила его в туалете, – Лэйн протянула ей телефон. – Может, и к лучшему. Сама бы я вряд ли чем-то помогла, поэтому решила попросить помощи у профессора. Лэйн посмотрела в сторону Малека. Тот делал вид, что занят чем-то невероятно важным, и их разговора, конечно, не слышит. – Так это ты... – Одри наконец поняла. – Спасибо тебе огромное. – Не за что, – Лэйн, как всегда, пожала плечами. – Я просто позвонила тому, кто мог решить проблему. Одри перевела взгляд на Малека. Слова Лэйн засели в голове и не отпускали. Может, она действительно была права? Что, если в его поступках нет логики? Иначе какой смысл? Приехать сюда ночью, внести залог, ждать... Чтобы поставить её в неловкое положение? Малек, конечно, любил поиграть в манипулятора, но даже для него это было уже слишком. Малек перехватил её взгляд, едва заметно усмехнулся и мотнул головой в сторону машины. – Я подвезу. Рут не стала ждать второго приглашения — юркнула в машину первой. Одри вздохнула и полезла за ней. – Лэйн? – Малек открыл дверцу, пропуская девушку, но она покачала головой. – Я пешком, – сказала Лэйн и подошла к окну, где сидела Одри. – Если надумаете повторить этот аттракцион — зовите. – А ты согласишься? – девушка смотрела на подругу и не понимала. После такого кошмара любой бы послал её подальше. Но Лэйн только улыбнулась, да так непринужденно, будто ничего и не было. – Не бросать же вас, – с этими словами девушка махнула рукой и, не оборачиваясь, бросила вслед: – До встречи. Малек не стал настаивать — просто кивнул Лэйн на прощание, сел в машину и завёл двигатель. – Никто не против джаза? – уточнил мужчина, уже протягивая руку к магнитоле. – Я только за, – облегчённо выдохнула Одри, ведь эта безумная ночь наконец подходила к концу. Рут не возражала, потому что уже спала, уткнувшись носом в колени девушки. Поездка началась в молчании, и лишь монотонный джаз разбавлял тишину. Одри ждала, что Малек сейчас начнёт читать нотации, насмехаться, бросать фирменные колкости. Но он молчал. Смотрел в окно, отбивал пальцами ритм на руле и вёл машину так, будто ехал один. Молчание затягивалось, и Одри вдруг поняла, что не выдержит. Она должна была спросить. – Зачем ты приехал? Малек мельком глянул в зеркало, встретив её взгляд, и хищно улыбнулся. – А сама как думаешь? – в его голосе звучала привычная провокация. – Ясно, можешь не отвечать, – отводя взгляд, Одри следила за пролетающими мимо домами, потеряв надежду на адекватный разговор с этим человеком. Да и на что она надеялась? В салоне повисла тишина. Одри смотрела в окно, не надеясь услышать ничего, кроме джаза. Но вдруг Малек заговорил — спокойно, без тени иронии: – Считай, что вернул долг. Долг... Одри не сразу поняла, о каком долге речь, но шея вдруг запульсировала, словно напоминая... Лора, синяки, его взгляд в кабинете. Неужели Малек действительно считал себя обязанным? Или это была лишь очередная уловка? Одри уже ни в чём не была уверена. Раньше всё было просто: он — манипулятор, она — жертва. А теперь... теперь его поступки стали не так однозначны... Но проверять, что является правдой, а что очередной игрой, было слишком рискованно. Слишком... страшно. – Ты мне ничего не должен, – тихо сказала Одри. Малек посмотрел на неё, и на миг она увидела его другим. Не циником, не манипулятором, не профессором. Просто... человеком. С теплом в глазах. С чем-то, похожим на нежность. А потом загорелся зелёный, и Малек снова уставился на дорогу. – Тогда я просто помог своей студентке, как хороший преподаватель, – с привычной усмешкой ответил Малек, словно не было этого взгляда. Словно он всегда был таким... Но Одри больше не велась. Ведь она была уверена: пусть на миг, но она увидела его настоящего. – Спасибо тебе. – Голос Одри прозвучал тихо, но Малек ловил каждое её слово, заглушив джаз. – Спасибо, что помог мне. И спасибо, что вытащил Рут тоже. Ты был не обязан, но ты это сделал, и я правда тебе благодарна. Малек ничего не ответил, лишь коротко кивнул, продолжая следить за дорогой, словно её слова его не тронули. Но каждые несколько секунд он бросал быстрый взгляд в зеркало заднего вида — туда, где в темноте отражались её глаза. А потом они закрылись. Усталость взяла верх, и Одри уснула, прижавшись к стеклу. Только тогда губы Малека тронула мягкая улыбка, и, выключив джаз, он продолжил дорогу в тишине. Машина остановилась у общежития, и Одри открыла глаза — будто по звонку будильника. Малек заглушил мотор и повернулся к ней. – Могу проводить, но ты знаешь, что об этом скажут. – Я сама, – отмахнулась Одри и принялась тормошить Рут. – Одри, – позвал Малек напоследок, и девушка подняла на него взгляд. – В следующий раз, как решишь напиться, делай это дома. – Я уже поняла, – закатила глаза Одри, наученная горьким опытом. – Я не сомневался в твоей сообразительности, – хмыкнул Малек, взглянув на Рут, что едва разлепляла глаза. – Точно помощь не нужна? – Лучше я сама, – вздохнула Одри, подхватывая Рут. Консьержка и так устроит ей разнос, а если ещё поползут слухи, что профессор Синнер среди ночи привёз двух пьяных студенток… Представить было страшно и потому девушка принялась трясти подругу с удвоенной силой, лишь бы не дать Малеку шанса вмешаться. – Оди-и... – застонала Рут, когда очередной пинок подруги заставил её чуть ли не вывалиться из машины. – Вставай, – скомандовала Одри. – Хочешь на газоне ночевать? – Ты злая... – А ты тяжёлая. Малек слушал, как Одри пытается дотащить Рут до дверей, и тихо усмехнулся. В его студенческие годы он тоже не был паинькой, но заканчивать ночь в роли няньки для пьяных товарищей — увольте. Он всегда выбирал общество дам. Машина Малека скрылась за поворотом, а Одри всё стояла и смотрела вслед, чувствуя странную пустоту. В глубине души ей хотелось, чтобы он остался. Хотя бы ещё на минутку... – Оди-и... – промычала Рут, заваливаясь на неё. – Ненавижу, когда ты меня так называешь, – проворчала Одри и, встряхнув подругу, потащила её к общежитию.

***

Ночную тишину разорвал звонок. Малек нехотя потянулся к телефону, ожидая очередной спам или срочный вызов от Микаэля. Но, взглянув на экран, он не смог сдержать улыбки. – Отец, – сладко протянул Малек. – Звонок в два ночи? Должно быть, что-то очень важное. Улыбка исчезла с лица Малека в ту же секунду, как отец заговорил о деле. – Еду, – коротко бросил он, и в этом одном слове звенела сталь. Малек бросил трубку и вдавил педаль в пол. Городские огни слились в одну светящуюся полосу. Синнер не привык спешить, но сейчас время играло против него.