Глава 2.3

Далекий вой сирены застал ее во время решения очередной задачи про двух землекопов, зачем-то копающих свою траншею. Шиина поежилась: сирены вызывали в ней подсознательную тревогу. Даже то, что звучали они не так уж и редко, и, в целом, ничего плохого еще ни разу не предвещали, становилось очень некомфортно. Сначала одна, потом уже целый хор — вой брал за душу. Телефон тоже противно пискнул — а значит нужно идти. Девочка стряхнула оцепенение и закрыла тетрадь. Уроки подождут. Жаль, родителей не было дома. Впервые она пойдет в убежище одна без них. Шиина взяла свой желтый “тревожный” рюкзачок и вышла в подъезд. Тут сирену было слышно еще лучше. Каверны. Шиина не очень понимала, чем они так опасны, но в будущем обязательно собиралась разобраться. Когда вырастет, точно станет исследовательницей каверн! У них такая классная форма. “Угроза каверн. Всем гражданам пройти в укрытие. Людям в районах Минерва, Вулкан…” —- механический город перечислял районы, жителям которых нужно пройти в укрытия. Зачем, если и так всем, кому нужно, приходит оповещения на мобильник — девочка не понимала. “Шиина? — тетя Цзун стояла во дворе, явно ожидая ее, Женщина выглядела усталой, но ничуть не напуганной — взрослые не боялись такой мелочи как каверны. Их больше волновала работа. Из-за спины тети Цзун выглядывал Ли, с которым Шиина часто играла во дворе, когда было время. — Все взяла? Тогда пойдем”. “Да, тетя”, — кивнула девочка и пошла вместе с ними в ближайшее — за соседним поворотом, укрытие. Обычно очень непоседливый Ли сейчас шел молча и не спешил выдумывать очередную забаву. Шиина почувствовала себя немного спокойней — похоже не ей одной некомфортно от сирен. “Уже сделал математику?” — поинтересовалась она у друга. Лицо Ли скривилось. “Да вот только собирался делать, а тут тревога!” — выкрутился мальчишка. “Вечно ты так. Не откладывай на потом то, что можно сделать сегодня!” — старательно копируя маму поучительно произнесла Шиина. “Да-да. Заучка!” — показал язык Ли, как и всегда в такой ситуации. Шиина на секунду задумалась, стоит ли обидеться в этот раз, или великодушно его простить… и выбрала последнее. Не было сегодня настроения. В убежище Шиина бывала уже не раз: хотя в прошлые разы с ней всегда была хотя бы мама. Но и тетя Цзун — хорошая. Когда родители задерживались на работе, она часто заходила к ним в гости, часто помогая Ли с домашкой. Огромное помещение под землей. Шиине почему-то всегда оно казалось какой-то загадочной пещерой. Воздух здесь тоже пах по-особенному: как после грозы. И дышалось приятнее, чем на улице. Людей уже было много: Шиина и Ли увидели своих товарищей и потянули тетю Цзун за собой. Та поздоровалась с родителями и у взрослых завязалась своя беседа, которая никому интересна не была. “Эх, а ведь сейчас только начали показывать “Звездных рыцарей”...” — вздохнула беловолосая Лиза, подруга и, по совместительству, одноклассница Шиины. “Папа говорит, что в районе Минервы каверны быстро закрывают”, — авторитетно успокоила ее Кетти из параллельного класса. “А мне и так нормально”, — заявил Ли и достал из кармана игровую консоль, после чего мечтательно протянул. — “Лучше бы подольше здесь посидели. Тогда и домашку делать не прийдется”. “А тебе лишь бы не учиться!” — Кетти была солидарна с Шииной в отношении к учебе. Ли скривился. “Вот-вот! — радостно подтвердила Лиза. — И чтобы мы тебя не замучили разговорами об учебе, тебе придется дать и нам поиграть! — потом девочка посмотрела на незаинтересованные лица подруг и быстро поправилась. — Ну, я имела в виду мне”. Ли недовольно посмотрел на Лизу, потом оценил ситуацию и тяжело вздохнул. Предложенный вариант действительно был оптимальным. “Что у вас сегодня было на тесте по математике?” — оценив потерянную для компании подругу, Кетти повернулась к Шиине. “Да ничего особенного, кроме одной задачи…” Время ожидания пошло. Были перемыты все косточки знакомых и учителей, девочки все же сыграли по разу в какую-то абсолютно неинтересную стрелялку Ли, и их потихоньку потянуло в сон. Мирную атмосферу убежища нарушила загудевшая система вентиляции. Звук был неожиданно громким. Одновременно с этим все присутствующие почувствовали … что-то. Как будто мир на секунду мигнул. Раздались взволнованные голоса. “Как думаешь, что произошло?” — спросила у Шиины Кетти, поправляя упавшую на лицо прядь рыжих волос. “Не знаю… Может, каверна?” — растеряно произнесла девочка, оглядываясь на взрослых. Те выглядели встревоженно. “Да ну, где Минерва и где мы, — пренебрежительно отозвалась Лиза. — Не бывает таких больших каверн!” Теперь ожидание потянулось неприятно. Шиина поерзала на твердой скамейке: хотелось прилечь и поспать. Но что-то вокруг изменилось… и тревожило девочку. Кажется, будто воздух стал каким-то чуть-чуть горьким, как то лекарство от кашля и, может ей кажется, но что-то на краю зрения мелькает? Шиина потерла глаза. Вроде ничего… “Уважаемые граждане, подготовьтесь к эвакуации. Пожалуйста, займите места в автобусах. Не оставляйте детей без присмотра…” — громкий механический голос перебил легкий гул голосов. Все разом затихли, слушая текст сообщения. Когда голос договорил, тишина продлилась пара секунд и взорвалась голосами. Люди засуетились, подхватили вещи и потянулись к ряду больших блестящих автобусов. “Шиина, идем!” — усталость из голоса тети Цзун исчезла, одной рукой она схватила сына, второй — девочку и потянула за собой. “Ай!” — кто-то наступил Шиине на ногу, но в толчее это было скорее нормой: похожее происходило вокруг регулярно. К счастью, они были близко к автобусам: тетя успела занят два места, на одно усадив детей, на второе сев сама, ближе к проходу. Свое везение Шиина осознала не сразу: сначала мест хватало. Потом они стали заканчиваться. Возле дверей вспыхивали ссоры. “А ну подвиньтесь!” “Пустите, я с ребенком!” “Куда ты лезешь, ай!” “Да я тебе сейчас потолкаю!” Крики становились все громче. Кажется, кто-то устроил драку. Тете пришлось подвинуться и взять детей на руки. Шиине стало тесно, коленка больно упиралась в переднее сидение, но она молча терпела — было страшно подать голос. Вот теперь ожидание стало действительно невыносимым. Шиина старалась терпеть, но боль в коленке стала невыносимой и она заерзала. Тетя Цзун поняла ее проблему и кое-как все в итоге устроились. “Спасибо…” — тихо прошептала девочка на ухо тете, получив в ответ кивок и ободряющую улыбку. Время тянулось медленно. Кто был ближе к дверям вышли обратно наружу. Те, кто сидел, боялись потерять место. Но все заканчивается, закончился и душный ад в переполненном автобусе. С тихим лязгом открылись двери убежища, впустив внутрь рев двигателя. Странная угловатая машина залетела внутрь и лихо крутанулась на месте, разворачиваясь в сторону выхода. “А ну быстро пошли в автобус! Время!” — звонкий молодой голос разлетелся по пространству убежища. Люди снова засуетились, но в этот раз обошлось без криков. Машина военных — Шиина вспомнила, что видела по телевизору передачу про вооруженные силы Эриду и там был похожий на щит символ, который был и на этой технике — медленно тронулась с места. За ней последовали автобусы. Они наконец уедут куда-то и можно будет выйти? Шиина приободрилась. Скоро все закончится! Но… интересно, где сейчас родители? Именно в этот момент ее настигла эта мысль. Хотя нет, все в порядке, они ее обязательно найдут — ведь она все сделала правильно! Бабах! Громкий взрыв заставил Шиину подпрыгнуть. В автобусе задрожали стекла. Раздались крики испуганных людей. Сразу за взрывом что-то жутко затрещало — та-та-та-та-та! Снова крики. Шиина вжалась в тетю Цзун, крепко-крепко зажмурив глаза, в которых, теперь ясно и четко, мелькали фиолетовые вспышки. Автобус дернулся и поехал быстрее, подпрыгивая на ямах и совершая резкие повороты, которые то вжимали девочку в холодное стекло, то в Ли, притихшего справа. Жуткий грохот почти не прекращался: когда автобус особенно сильно подпрыгнул, выбив из девочки дух, ее глаза против воли распахнулись на миг и в памяти отпечаталась картинка машины военных, на крыше которой ярко мигнуло — даже за эту жалкую секунду — несколько вспышек. Если бы кто-то спросил Шиину, сколько это все продолжалось, она бы ни за что не ответила. С одной стороны — бесконечно долго, особенно когда вспоминаешь… А с другой — вот совсем чуть-чуть и резко стало тихо. Гул мотора теперь казался вполне себе тихим и приятным — как мурчание кошки. И воздух стал чище и свежее, и в глазах перестало рябить… Шиина выдохнула и оглянулась. Их автобус ехал по обычной дороге, спереди и сзади, во время поворота, она увидела и остальные. Машин военных рядом не было. За их спиной… возвышалась огромная и страшная стена… каверны? Шиина никогда не видела таких огромных сфер мерцающей фиолетовыми отсветами черноты. Стоп? Значит и ее дом — в каверне? И школа, и любимый магазинчик со сладостями? Но ведь каверны закрывают? Даже такие большие? А мама с папой? Они работали где-то… там? Шиина почувствовала раздражение на себя. Почему она никогда не интересовалась? Ведь тогда сейчас бы она не волновалась за них… Но ведь ее эва-ку-и-ро-ва-ли? Значит и родителей тоже? Нужно будет их найти. Но… куда они едут? Ответ пришел достаточно скоро: автобус выехал на вершину небольшого холма и пассажирам открылся вид на море палаток, машин и … людей. Последних было больше всего. Шиина удивленно рассматривала открывшуюся картину: неужели в их городе столько людей? И даже не в городе — всего пара районов… “Выходим, выходим!” — когда автобус остановился, в салон крикнул военный. Люди, толкаясь и тихо ругаясь, потянулись наружу. Шиине не хотелось выходить, но выбора у нее не было. “Это было круто! — восторженным шепотом поделился с ней Ли. — Ты видела как они взорвали хати?! Раз, и в клочки! Хочу тоже быть военным, когда вырасту!” “А ну цыц! — отвесила легкую затрещину тетя Цзун. — Не будешь ты военным. Это очень опасная и сложная работа”. “А вот и буду!” — надулся Ли, уворачиваясь от очередного подзатыльника. “Граждане, в очередь, в очередь!” — покрикивал мужчина в форме, но хотя бы без шлема, которые Шиина находила немного жуткими. Люди строились в длинные очереди, которые двигались к навесам. К большому облегчению девочки, очередь двигалась довольно быстро. Ли с интересом оглядывался вокруг, внимательно рассматривая мелькавших то тут, то там военных. Шиина тоже крутила головой, в надежде заметить знакомые лица. “Фамилия, имя, айди”, — устало и заученно произнесла женщина за столом, даже не оторвав взгляд от монитора, когда они подошли к нему. “Цзун Би, Цзун Ли, айди… сейчас найду… — вздохнула тетя и, порывшись в почти таком же как и у Шиины рюкзачке, продиктовала два номера. — С нами Хирано Шиина, айди… Шиина, деточка, у тебя с собой?...” “Да”, — кивнула девочка, повторившая за тетей и уже подготовившая документ. “Хорошо, секунду… — пальцы женщины замелькали над клавишами. — У вас телефон с собой? Отлично. Я вам отправлю маршрут, ваш сектор “В-3”. Если нужно, спрашивайте дорогу у военных и собезовцев”. “Спасибо вам”, — поблагодарила тетя Цзун. Шиина и Ли повторили за ней. Люди, люди, кругом люди. Все куда-то шли, сталкивались, проходили мимо. Шиина крепко держалась за руку тети Цзун, изо всех сил стараясь не отстать. Они куда-то шли, пару раз женщина спросила дорогу у собезовцев в их неизменной темно синей форме, что отлично выделяла их из толпы. “Вы к нам? — вместо приветствия встретила их широко улыбающаяся девушка с красной повязкой на плече, когда они зашли внутрь огромной палатки. Места здесь было… как в школьной столовой, но и людей уже порядком набралось. — Заходите, заходите! На здоровье не жалуемся? Могу посмотреть, только скажите! О, а если нужен плед, или горячий чай, тоже говорите! Не хотите? Ну и ладно! Если что, позовете меня… Ой, совсем забыла, меня зовут Аня, приятно познакомиться!” “Нам бы посидеть, отдохнуть… безумный день”, — пожаловалась тетя Цзун. “Конечно, конечно! Идемте, я покажу где есть свободное место. А вы, ребятки, спать уже, небось, хотите? — засуетилась девушка, быстро подхватывая три свертка одной рукой, и три пакета, как из супермаркета, другой. — Вот, давайте за мной. Вот здесь садитесь, отдыхайте. Это вам! — девушка протянула тете вещи. — Еда, вода, спальные места. Ну вот… ой, там еще пришли! Вы зовите, если что!” — помахала на бегу девушка, спеша к новоприбывшей группке людей. “Какая бодрая девчушка… — по-доброму улыбнулась тетя Цзун. Потом заглянула в пакет. — Так, ребятки, давайте пока поужинаем”. Спустя пару минут после поедания шоколадного печенья Ли уже клевал носом на расстеленном коврике. Ночь была по-летнему жаркой и в одежде было даже жарко, особенно внутри палатки. Шиину тоже клонила в сон, но она всматривалась в лица заходящих в палатку людей, в надежде увидеть родителей. Лампочка над входом светила совсем тускло, но этого света хватало. Правда, пока их все не было и не было… Напоминало вечера, когда она так же сидела на кухне с бабушкой, и ждала родителей с затянувшейся смены. Жаль, что они переехали и та уютная кухонька осталась в прошлом… От таких мыслей защипало глаза. Шиина, чтобы не расстраивать тетю Цзун, легла и притворилась спящей… вскоре действительно провалившись в забытее. Но сон спокойным не был: с улицы постоянно доносился гул голосов, шум моторов, иногда, судя по звукам и яркому, пробивавшемуся даже сквозь плотную ткань палатки, свету фар, машины проезжали совсем рядом. Шиина в такие моменты вздрагивала и просыпалась, казалось, что машина наедет ей прямо на голову. Какой-то ребенок заплакал. Тускло светящая лампочка над входом разгоняла тьму. Тяжелый от дыхания множества людей воздух. Все это смешалось для Шиины в круговорот яви и сна. Утро девочка встретила с облегчением. При свете встающего солнца даже непрекращающийся гул казался не таким … тревожащим. “С добрым утром, — тетя Цзун, увидев, что Ли и Шиина проснулись, поприветствовала их, подавляя зевок. Судя по все такому же усталому лицу женщины Шиина поняла, что та тоже спала плохо. — Давайте перекусим, а потом я схожу, узнаю насчет твоих родителей, Шиина”. “Спасибо, тетя Цзун!” — благодарно кивнула девочка. Есть и вправду хотелось, но еще сильнее хотелось увидеть маму с папой. “Так, никуда отсюда не уходить!” — строго сказала тетя, когда с очередным печеньем было покончено. Их соседи по палатке тоже просыпались и начали ходить вокруг. Расстеленные вдоль стенок коврики были островками спокойствия. “Окей, ма!” — отозвался Ли, рухнув обратно на свое место и покопавшись в своей сумке, вытащил консоль, в которую тут же залип. Шиина посмотрела на него и тоже легла на свой коврик — сидеть на полу было очень неудобно. К несчастью, она в свой рюкзачок ничего интересного не положила — мама говорила, что он не для игрушек, а только для самого необходимого. Не выдержав, через десяток минут девочка пододвинула свой коврик ближе к Ли и заглянула ему через плечо. По экрану бегал человечек и бодро рубил нечто отдаленно напоминающее эфириалов огненным мечом. Шиина не была особо заинтересована в играх вообще, и с куда большим интересом почитала бы книжку… но на безрыбье и рыба-луна — рыба. “Шиина. Шиина! — легонько потрясла девочку вернувшаяся тетя Цзун. Сама Шиина не заметила, как заснула — днем атмосфера была приятнее. — Твои бабушка с дедушкой здесь! Пойдем, отведу тебя к ним”. “Хорошо, — девочка радостно подскочила и подхватила рюкзачок. Бабушка здесь! И дедушка! Ей мигом стало спокойно. — До встречи, Ли. Увидимся!” “Ага”, — оторвался от игры парень и, махнув ей рукой, уткнулся обратно. Далеко идти не пришлось… но минуты путешествия по лагерю девочке не понравились: как-то много на улице было хмурых людей… Где-то на соседней “улице”, образованной палатками, кто-то на кого-то кричал. Но все негативные впечатления перебила встреча с родными. “О, а вот и наша принцесса! — крепко обняла Шиину бабушка, выглядевшая совсем как обычно. Потом она слегка разжала объятия и обратилась к тете. — Спасибо, Би. Выручила”. “Всегда пожалуйста, — улыбнулась та в ответ. — Давайте сходим, уладим формальности…” “Эх, понапридумывают своих бумажек…” — по своему обыкновению не очень понятно проворчал дедушка, тоже приобнимая внучку. “Порядок должен быть во всем!” — наставительно заявила бабушка. “Так, хорошо, все документы в порядке, — подвел итог мужчина в форме Собеза в очередной палатке, куда они пришли вскоре. — Тогда записываю, Хирано Рюдзи и Хирано Акино берут под свою опеку Хирано Шиину. Отлично, можете быть свободны”. “Так, я тогда побежала к Ли”, — когда они покинули палатку, сообщила тетя Цзун. “Пока, Би, еще раз спасибо, — кивнула бабушка и обратилась уже к внучке. — Ну что, принцесса, пойдем, поможешь нам устроиться на новом месте”. “А что, домой нас не скоро отпустят?” — спросила девочка. “Не важно, скоро или нет, но порядок?” “Должен быть во всем!” — степенно закончила Шиина. “Молодец! — отвела взгляд бабушка и увлекла девочку за собой. — Рюдзи, сходи к тому парню, попроси у вещи для Шиины”. “Эх… хорошо”, — показательно покряхтел дед, и пошел дальше по “улице”. “Так, заходи, доченька, устраивайся, — бабушка завела Шиину в длинную палатку, разбитую тканевыми перегородками на “комнаты”. Из глубины “коридора” на них с любопытством посмотрел совсем мелкий пацан и, заметив взгляд Шиины, резво спрятался у себя. Их пространство было небольшим… но тут можно было не только лежать — две складных стульчика позволяли устроиться с относительным комфортом. — Ну что, внученька, рассказывай, как ты…” Вскоре вернулся дедушка. Ничего не принёс — всё закончилось. Бабушка повздыхала, но без упрёков, лишь сдвинула выданные старикам тонкие коврики — спать будут так, втроём. А потом… внезапно оказалось, что делать совершенно нечего. Как пояснила бабушка, пока её не определили в одну из рабочих команд — на кухню или на разбор гуманитарки — взрослые почти все были заняты. Шиине было всего девять лет — куда уж тут работать. Первый день Шиина помогала бабушке по хозяйству. Сходить за едой: к полудню появились палатки выдачи и выстроились уже знакомые очереди. Давали ту самую мерзкую овсянку, которую девочка всей душой презирала… Но обычно она терпела, а уж сейчас и вовсе ела молча, запивая безвкусную массу тёплым чаем. Дедушка тем временем отправился на разведку” — узнать, где можно зарядить телефон и нельзя ли раздобыть ещё одно одеяло. День в лагере тянулся медленно и душно. Полуденное солнце раскаляло брезент палаток, внутри становилось невыносимо жарко. Большинство людей, из тех кто не работал, прятались в тени или дремали, стараясь не шевелиться. Гул голосов стихал, сменяясь мерным гулом генераторов и назойливым жужжанием мух. Шиина сидела на стульчике у входа в их “комнату” и смотрела, как по “улице” лениво ковыляет чумазый пёс, обнюхивая пакеты с мусором. Но с заходом солнца лагерь преображался. Жара спадала, и из палаток, словно муравьи, выползали люди. Включались несколько ламп, играющих роль фонарей на центральных “аллеях”, отбрасывая жёлтые, неровные круги света. Где-то начинала играть тихая музыка из портативной колонки — какой-то старый, забытый хит. Кто-то собрал компанию и играл в карты при свете дешёвого светодиодного фонарика. Изредка даже слышался смех — днем такого не было. Бабушка, вернувшаяся с лёгкой подработки — сортировки бутылок с водой, — уселась с соседкой на корточках у входа. Ее бабушка всегда умела заводить подруг в самых неожиданных ситуациях. В отличие от дедушки — тот все свободное время проводил с внучкой. Где он скитался днем — Шиина не знала. Дедушка, к удивлению девочки, раздобыл где-то потрёпанную колоду карт и научил Шиину играть в простенькую игру на скидывание. Они сидели на своих стульчиках, и скрипучий голос деда размеренно комментировал: “Так, беру... а вот эту — долой!”. Шиина проигрывала, но это было неважно. Важно было то, что на время игры можно было забыть о духоте палатки, о противной овсянке и о том, что буквально над головой, закрывая значительную часть неба, висела отливающая фиолетовым черная стена каверны. Поздно вечером второго дня, набравшись смелости, Шиина спросила у бабушки, уже укладывавшей её спать: “А мама с папой… они скоро вернутся?” — и уже когда слова отзвучали, девочка не поняла, но почувствовала, какой должен быть ответ. “Конечно… — начала бабушка, но, что-то уловив во взгляде Шиины, тяжело вздохнула и обняла её. — Не знаю. Вокруг такой бардак. Они ещё могут найтись…” “Найдутся, найдутся, — пробурчал дед из темноты, — не особо уверенно. Шиина вздрогнула — она думала, что он уже спит, потому и рискнула спросить. — Наверняка просто со своими бумажками напутали. Обязательно найдутся”. “Эх, старый”, — только махнула на него бабушка рукой, но в её голосе не было злости, лишь усталая грусть. Шиина прижалась к её худому плечу, слушая, как за стенкой палатки кто-то тихо наигрывает на губной гармошке одну и ту же печальную мелодию. Она смотрела на узкую полоску ночного неба в щель у входа, на тусклые огни лагеря, и думала, что даже здесь, в этой временной, неуютной жизни, есть свои островки тихого, хрупкого уюта. И пока они есть, можно держаться. И не плакать.