Возвращение в Разведкорпус

Лин наблюдала как Ханджи извивается от горечи потери. Кто-то мог подумать, что у неё умер близкий и дорогой человек, но нет. Померли два титана, которые и недели с ней не были знакомы, а она убивается. — Командир, — просил успокоиться её Моблит, который явно был в смятении от сложившейся ситуации. Ему было жалко начальницу, и он искренне хотел её утешить, но обстановка, в которой на них смотрели, не придавала ему уверенности. Лин сочувствовала Зое. Смотреть на ту, что хоть и плачет по пустяку, было неприятно и даже как-то больно в душе. Собрав всю силу воли в кулак, она хотела уже подойти и помочь, но кто-то резко схватил её за плечо: — Не стоит, — прошептал Эрвин. — Моблит и сам справится. У меня к тебе вопрос. — Какой? — спросила Лин, не поворачиваясь, как будто за ней стоял не командор Разведкорпуса. — Кто это по твоему мнению? Голова спросоня совсем не хотела работать, но Лин напрягла мозг и стала обдумывать варианты. Рука Эрвина не давала возможности расслабиться и хорошо подумать, но это даже наоборот заставило её думать быстрее. Хоть они и знакомы очень давно, и Смит знает её как облупленную, она всё равно нервничала. Ей очень хотелось показать, как она стала лучше: — Кто-то из Гарнизона либо из не вступивших ещё никуда кадетов. Из моих знакомых вряд ли кто-то мог это сделать. — А полиция? — Смелости не хватит, им проще на это где-то в баре пожаловаться, чем так. Эрвина будто рассмешил её ответ — раздался тихий смешок. Он похлопал Лин по плечу и сказал: — Отправляйся к своим, скоро у вас будет допрос. — Эрвин? — спросила Лин, повернувшись. Он уже уходил, но, услышав своё имя, обернулся, давая понять, что слушает. — А зачем ты спрашиваешь? Он улыбнулся, явно ожидая от Лин такого вопроса: — Интересно твоё мнение. Так и началось утро Лин: с криков, спешки и этого странного разговора, а потом были допрос и обыск. Поговорить с товарищами не было времени, да она и не хотела. Больше её волновали вся эта суматоха и сегодняшнее поступление в один из корпусов, чем будничная болтовня ни о чём. Вечером командование собрав всех солдат на одной из главных баз Троста. Эрвин решил, как и каждый год до этого, выступить с речью для будущих разведчиков. — Ребят, а вы куда собрались? — спросил Жан. Всё время после смерти Марко он предпочитал молчать, оставаясь в задумчивости. Товарищи его не трогали, чтобы он самостоятельно пережил потерю, да и не он один потерял близких. Кирштейну никто не ответил, а тому будто и не нужен был ответ, и было очень сложно продолжить. Было видно, как он боролся с собой, переступая через старого себя и разбивая какую-то часть внутри. — Я вот уже решил. Я пойду в.. в Разведкорпус. — Чего? Но Жан, ты же хотел... — не понимала Лин. — Не важно чего я хотел когда-то. Сейчас всё поменялось. Обугленные кости мне этого не простят. Никто так до конца и не понял, что он имел ввиду. Лин же подошла к нему и положила руку на его плечо, пытаясь так подбодрить. Когда же пришло время слушать речь командора Разведкорпуса, всех бывших кадетов согнали в общую кучу перед сценой, которая освещалась огнём от двух факелов. Наконец на сцену вышел Смит. С его ростом и массивными плечами он выглядел ещё серьёзнее: — Я — командир Разведкорпуса, Эрвин Смит. Если говорить прямо, я должен уговорить вас вступить к нам, но я этого делать не буду. Вы уже сражались с титанами и знаете, на что способен наш враг и как невелики наши силы. Но эта схватка дала надежду человечеству благодаря Эрену Йегеру. Он безусловно — наш союзник. Мы с ним смогли не только победить в битве, но и приблизится к пониманию титанов. Мы думаем, что в подвале его дома в Шиганшине есть ответы на все вопросы, — Лин слушала не всё. Для неё было шоком вообще дожить до этого момента своего жизни. То, к чему она шла последних лет десять, кажется. Сначала, да, это была призрачная мечта, а потом это превратилось в цель. Цель, за которой она слепо гналась, ничего не видя, но теперь она достигнута, а зачем это всё было? Будто смысл немного потерялся. Стоило ли рушить те же отношения с отцом ради этого? — Попрошу остаться тех, кто после всего услышанного готов отдать своё сердце за человечество. Толпу словно водой окатили. Сначала все задрожали и напряглись, а потом один всё же повернулся и ушёл. За ним пошёл сначала один, а потом второй, третий и так десятки. Оставались стоять на местах лишь смельчаки, которых скорее назвали бы дураками. Окинув взглядом оставшихся, Эрвин Смит ухмыльнулся и продолжил: — Все присутствующие здесь, отныне вы — члены Разведкорпуса. Выражаю своё почтение. Отдадим свои сердца! — Есть! Лин было несложно отдать сердце человечеству, в отличие от большинства, для которых это было настоящим испытанием. Казалось, она просто не знает, куда ещё можно себя деть. Будто сама себя не ценит и проще отдать свою жизнь на что-то, чем на удовольствие себе.

***

Первая ночь после выступления в разведку. Хоть Лин и вернулась, по сути, в «родной дом», но многое поменялось. Как минимум то, что она теперь спит в комнате не с Леви, а с Микасой и Сашей. Теперь здесь она казалась полноценным куском пазла. Ведь теперь у неё есть стол в столовой, за которым её ждут. Её здесь знают, и ей здесь рады. В первую ночь не спалось совсем. Когда закрываешь глаза и видишь лица покинувших тебя людей, становится совсем херово. После такого «отдыха» хотелось лишь застрелиться. Поэтому, не найдя лучшего решения, Лин отправилась в столовую за чаем. Идя по пустым тёмным и знакомым коридорам с кружкой чая, Лин столкнулась с Армином. — Армин? — удивилась Лин. — А… привет, — не придумал, что лучше сказать Армин. — Почему не спишь? — спросила Лин. — Я за книгой засиделся. Вот хотел пойти спать. — То есть, ты сидел в библиотеке допоздна? Как тебя только не выгнали. Хотя, это, наверное, не моё дело, — раздумывала Лин вслух. Но её радовало, что что-то в этом мире не меняется. Многие ещё не знали, где туалет, а Армин уже нашёл путь до библиотеки. — Ничего страшного. А сама почему не в кровати? — спросил уже Армин, и Лин стала жалеть, что вообще начала этот допрос. — Мне не спится, — тихо сказала Лин. — Кошмары? — догадался Армин. — Ну да. Они ведь тоже тебе снятся? Поэтому и сидишь допоздна, — раскусила Лин. Он лишь кивнул. Они стояли в тишине, было даже слышно, как кто-то храпит за соседней стенкой. М-да уж, стены тут и вправду тонкие. — А что тебе снится? — спросил парень. — Друзья, знакомые, все те, кого давно нет с нами, — призналась Лин. — А тебе? — Они же. Снова смущающая тишина. Стоят как два болвана. Такими темпами их быстро найдут дежурные. Из-за этого в голове девушки появилась странная идея: — Пойдём, — сказала Лин и уверенно зашагала по коридору. — Куда? — задался логичным вопросом Армин. Но Лин его проигнорировала, так как уже не слышала, а парню ничего не оставалось, как плестись за ней. Когда они дошли до нужного места, его удивило, что ещё нужно подниматься по лестнице. Но Лин уже не было видно, поэтому возразить он не смог. Поднявшись, они попали на крышу. Дело близилось к рассвету, и только-только стали появляться первые лучи солнца. А вид не был потрясающим, ведь с более высокой стены и виды лучше. Но было в нём что-то особенное. Эти конюшни внизу, лес гигантских деревьев для тренировок на УПМ, стена вдалеке. Создавалось ощущение чего-то родного. Будто они снова дома. — Будто снова в Шиганшине, — сказала Лин, садясь на крышу. — Прям мысли прочитала, — кивнул Арлерт, повторяя за ней. — Я часто приходила сюда, — сказала Лин, допивая чай. — Нашла через пару месяцев после нашего приезда сюда. Я приходила сюда раньше довольно-таки часто. Красота, хотя и не самый шикарный вид. — И правда, очень красиво. А солнце напоминает тебя, — сказал Армин. Когда он понял, что сказал, его щёки сразу покраснели. "Дурак", обозвал себя мысленно Армин. Но Лин даже не обратила на это внимание: — Я на солнце не очень похожа, — наконец ответила она. — Скорее на титана. Ну, или на крайняк на луну — не более. — Не говори так, — нахмурился парень. — А что? На солнце больше походит, например, Хистория. Озаряет всех своей улыбкой, у неё светлые волосы. Всегда приветливая и добрая. Я же — её противоположность скорее. Хожу с безразличным лицом, у меня тёмные волосы и вечные круги под глазами. Даже если так сравнивать, ты явно больше напоминаешь солнце. — Значит у меня будет такое солнце. С тёмными волосами, кругами под глазами… — осмелился сказать Арлерт. Когда это он стал так смело отвечать? — Ага, ещё скажи, что с милым лицом, когда хмурюсь, — усмехнулась девушка. Странный какой-то разговор. — Ну, вообще, это правда, — прошептал Армин, но Лин его услышала. — А почему ты так подумал? — Эм… ну… — Армин снова замялся. Лин терпеливо ждала ответа. Почему? Он всегда так ассоциировал её с чем-то уютным, милым, добрым? Хотя Лин таких черт никогда не показывала. А когда всё же открывалась, она и правда светилась. — Я всегда так считал. — Даже в первую нашу встречу, мне казалось, я вела себя довольно-таки грубо, — усмехнулась Лин. — Ну, мы все не сразу сдружились, — подтвердил Армин.

***

— Сколько можно нас изводить? — мычала Саша, уткнувшись лицом в стол. Ребята пришли в столовую после очередной тренировки. Они только начали адаптироваться к новым правилам и распорядкам. Дежурства, постоянные занятия и тренировки. Некоторые ещё от случая в Тросте не отошли, а на носу уже была новая вылазка Разведкорпуса за стены. Она нужна, чтобы выяснить, принесёт ли Эрен хоть какую-то пользу. Поэтому новобранцев и гоняли, как резаных, чтоб они не сдохли в первые пять минут боя. — Да брось, ещё даже месяца не прошло, — попыталась подбодрить подругу Лин, глядя её по голове в знак поддержки. — Вот именно, ещё недели не прошло, а такое ощущение, что нас мучают целую вечность, — жаловался Конни, раскинув руки. — Ага. Так ещё и занятий много. Столько всего учить приходится, — поддержал тему Бертольд. Ребята сидели все вместе в столовой после очередных занятий. Лин это очень нравилось. Потому что теперь её ждут за каким-то столом. Радуются, когда она придёт и занимают ей место. Чувство важности ее очень радовало и даже успокаивало. — А что у нас после обеда? — попытался повернуть в другое русло разговор Жан. — Отмывка конюшен с нашим новым капитаном Нессом, — напомнил Армин. — А что сегодня на ужин? — попыталась себя как-то ободрить Саша, наконец подняв голову со стола. — Ты только о еде и думаешь, — сказал Конни, нахмурив брови. — А что? В кладовой всё равно ничего особо нет. Единственное, что я там нашла — это швабры да мыло. — Ты уже успела пробраться в кладовую? — спросила Микаса. — А в какую? — спросила Лин. — А их что, несколько? — спросил Райнер. — Одна в женском крыле, другая — в мужском. Так же есть одна там, где живут офицеры, капитаны и т. д. И последние две — в остальных частях корпуса, одна рядом с кабинетами для занятий, вторая рядом со столовой. — Получается, у меня есть ещё шанс! — обрадовалась Саша. — Дерзай. Кстати, в кладовой, куда ты заходила, был чай? — спросила Лин. — Чай? — удивился Конни. — Да, был, — вспомнила Саша. — Значит, это кладовая офицеров. — Нифига, всё ты знаешь. Наверное это прикольно, — сказал Конни. Слухи Лин никогда не любила. Почему людям всегда интересна чья-то личная жизнь? Из-за слухов, когда они попали уже в Разведкорпус, все её друзья всё узнали. Лин же врать не любит, да и не видит в этом смысла, так что всё подтвердила. Все засыпали её вопросами. Если кто-то что-нибудь не понял, спрашивали у Лин. Ведь, скорее всего, она знает. Это действительно сильно ребятам помогало. Все командующие носились с вылазкой, и им иногда было тупо некогда объяснять что-то новобранцу. А так, Лин порадовала их реакция: покричали немного и забыли. — Не то чтобы. Просто немного легче, — пробурчала Лин, смотря в свою тарелку с едой. — Всё равно лучше, чем ничего, — сказал Бертольд. — Так что будет на ужин? — снова спросила Саша. — Картошка, — ответила Микаса. — Опять? — возмутился Жан. — У Разведкорпуса всегда были проблемы с финансированием. Так что кормят скудно, — снова объяснила Лин. — Жизнь солдата грустна, — пожаловался Конни, ковыряя в своей тарелке. — Если не нарушать правила, чтобы потом не отмывать все конюшни отрядом, будет лучше, — сердито сказал Жан, будто его жёстко подставили. — Да откуда мы знали! Я не думала, что отец Лин такой строгий, — возмутилась Блаус. — А ты не думала, что его не зря зовут "Сильнейший солдат человечества"? — хихикнула дочь капитана. — Это не значит, что он должен быть строгий как индюк, — шикнул Конни. Ребята говорили о случае, что произошёл в первые дни их пребывания в Разведкорпусе. Эрвин решил поднять боевой дух новобранцев и пригласил Леви на одну из их тренировок, чтобы он её провёл. Но, к сожалению Эрвина, всё пошло не по плану.

***

Стоял солнцепёк. Да такой, что всем казалось, что скоро от них ничего, кроме костей, не останется. Совсем недавно познакомившись со своим капитаном и корпусом, новобранцы явно чувствовали себя не в своей тарелке. Кадетская рутина давно осталась позади, где всё было понятно и привычно. Трост же перечеркнул всё это, оставляя лишь чувство потерянности и страха за своё дальнейшее будущее. Весь отряд пытался уместиться под деревом, где была хоть какая-то тень, которая не особо помогала. Увидев офицерскую фигуру, ребята по струнке выстроились. Кис хорошо выработал у них эту привычку. Увидев, что это их капитан, ребята не особо расслабились, ведь перед ними предстал сам капитан Леви. Сильнейший воин человечества. Хоть он и был ниже всех остальных, но это не отменяло того, что от него веяло опасностью, и любой лишний шаг будто мог стать последним. Оценив ребят, Леви скрестил руки на груди и начал говорить: — Сегодня, я заменяю вашего капитана и проведу тренировку вместо него. — А что случилось с капитаном.. — попыталась спросить Криста. — Я не отвечу на этот вопрос, — отрезал Леви.— Начнём разминку. Думаю, пятьдесят кругов вокруг штаба будет для начала достаточно. — Но мы же делаем меньше.. — попыталась возразить Имир. — Не спорьте с вышестоящим, и тем более со своим капитаном. — Так вы же не наш.. — попыталась сказать Лин. — Вы тут чесать языками собрались? — недовольно спросил Леви, будто говорил с идиотами. — Нет, сэр, — громко ответил весь отряд, и все побежали. Бегать в целом сложно. Это большая нагрузка, при которой используется всё тело. Солдатам, да, это делать проще, но любой солдат вам скажет, что пробежать и один-то круг в дикую жару под палящим солнцем без какого-либо ветра, мягко говоря, не хочется. Тут же надо пробежать пятьдесят таких кругов. Честно, уже на круге тридцатом хотелось сдохнуть. — Лин, поговори с отцом, — просил Конни с умоляющим взглядом, и Лин не могла на него не повестись. Правда для этого ей надо всех обогнать и прибежать с форой, чтобы нормально поговорить, но ничего. Ради товарищей ей почему-то было не сложно. — Ты уверен, что это хорошая идея? — подошла Лин к нему, как закончила бег, пока у остальных оставалась ещё пара кругов. — Я не понимаю тебя, солдат. Почему ты решила обсуждать мои приказы, — остро отрезал капитан. — Простите, сэр, — спасовала Лин, понимая, что Леви сегодня не в самом лучшем расположении духа. Когда же все закончили, Леви снова оценивающе прошёлся по всем взглядом, явно что-то для себя подмечая, а после дал новые указания: — Сегодня у вас будет только одна задача. Вам нужно одолеть меня. Всех эта фраза ввела в ступор. Задача была нереальной. Это как если бы он сейчас выгнал их за стены без УПМ. Никто не понимал, что точно делать, и правильно ли они вообще думали. — Вас? — скромно переспросила Лин, будто глухая и не поняла с первого раза. — Меня. — Как? — снова уточнила Лин. — Выйди вперёд, солдат, — спокойно сказал Леви, подходя к Лин, что стояла одной из последних в колонне. Капитан сегодня удивлял, каждым своим действием. Лин уже пожалела о своих вопросах, но за действия надо отвечать, поэтому ей пришлось всё же выйти из строя. Предчувствия, что произойдет что-то хорошее, у неё было от слова совсем. — Нападай, — скомандовал капитан. Она помнит каково это — на него нападать. В любом случае это была провальная тактика, когда твой соперник — Леви. Обычно Лин старается использовать элемент неожиданности, поэтому и решила бить ногой, прямо в его лицо, но Леви спокойно перехватил её ногу, словно она ничего не весила. Схватил он так крепко, что она не смогла вовремя высвободить ногу, и тот её вывернул, заставляя Лин повалиться на землю. — Например, не так, — сказал Леви. Лин встала и теперь уже не планировала идти в атаку, но её тут же атаковал Леви, нанося удар в ребро, на который она успела поставить блок. После этого солдат снова попробовала ударить ногой, но капитан увернулся, подошёл ближе и нанёс новый удар, при этом, схватив её за руку, произвёл захват и переворот её туловища, заставляя солдата снова оказаться на земле. — Или не так. Она уже не хотела вставать, понимая, что за несколько лет будто совершенно забыла, каково это — драться со своим отцом. Все же понимают, что, если она встанет, он также продолжит её мутузить. — Что, всё? — спросил Леви с неким удивлением, что заставило Лин разозлиться и схватить его за ногу с намерением повалить на землю. И капитан упал, но в итоге в захвате оказался не он, а Лин. Отпустив её, он поднялся отряхнулся и сказал: — Любым методом, только не теми, что продемонстрировала вам ваш товарищ. — Спасибо за демонстрацию, капитан Леви, — съязвила Лин, вставая наконец с земли. Пока вся оставшаяся команда пыталась что-то сделать, Лин и Армин, не нападали. Ведь девушка уже получила тумаки и больше не хочет, а Арлерту было даже страшно пытаться что-то сделать. — Лин, может у него есть хоть какое-то слабости? — спросила подошедшая Саша. Выглядела она потрёпанной, мягко говоря. Вся в земле, колени разодраны, а глаз дёргается. — В плане поединка его слабость — это рост и комплекция, но он это перевёл в плюс. — А вообще слабости есть? — спросил Армин. — Чем он дорожит, или, наоборот, что он не любит? — Любит чай и меня, наверное, — усмехнулась Лин, поглаживая коленку. Хоть под штанами и не видно, но она уже чувствовала большой синяк. — А не любит.. — задумалась она. —... непослушание, грязь и сладкое. — И что мне с этой информацией делать? — жалобно простонала Саша. — У меня есть идея, — резко воскликнул Армин. — Какая? — воскликнули подруги. — Нужен эффект неожиданности, чтобы потом завалить его числом. Предлагаю использовать Лин. Тебе нужно отвлечь его внимание, будто поранилась. — Он так просто не поверит, — возразила Лин. — А ты можешь его в этом убедить? — спросила Блаус. — Да, но тут нужен ещё один эффект неожиданности, для точности, так сказать. — И что ты предлагаешь? — спросил Арлерт. — Есть у кого-то платок? — спросила Лин. Узнав о второй части плана и придя к общему консенсусу, ребята стали доносить информацию до всей команды. Все быстро согласилась с планом, потому что все были вымотаны, а перепробовали уже всё: и в кольцо брали, и по очереди брали, чего только не было. — Капитан! — крикнула Лин, набрасываясь на отца, но тот быстро среагировал, свернув ей руки. — Ай! — снова крикнула Лин, вживаясь в роль. Она упала на землю, изображая потерю сознания от болевого шока. — Странно, я же не сильно свернул, — пробурчал Леви, склонившись над дочерью. — Атака грязной тряпкой! — крикнула Саша, кидая названную вещь в лицо Леви и попала. Не зря у неё лучший балл по меткости. Остальное всем до сих пор страшно вспоминать. Лин, пока Леви ещё пытался отойти от шока, поставила ему подножку, а за ней на него напали и все остальные, но он, казалось, стал вообще непобедим: с такой скоростью и точностью отражал каждый удар и столько силы вкладывал в каждый свой удар. После, стоя уже перед ним снова в колоне, не чувствуя своих рёбер и вообще костей, ребята надеялись на быструю смерть. — Во-первых, никогда так больше не делай, — начал Леви, грозно глядя на Сашу, от чего та вся сжалась от страха. — А, во-вторых, это очень глупый поступок — раскрывать своё место нападения, — сказал Леви уже Лин. — В этом и был смысл, — вырвалось у Лин. На это Леви вскинул брови с таким видом, словно сейчас снова её прибьёт, и подошёл ближе вплотную: — В следующий раз придумай что-то получше, чем пытаться таким образом меня одолеть и марать вещи, а за твой длинный язык, — капитан отошёл так, чтобы его видел и слышал весь отряд. — Будете все драить конюшни до первого задания.

***

Уборка в конюшне не была весёлым занятием. Основную роль в этом играл запах: он стоял очень мощный и был отнюдь не приятен. Говно лошадей, к сожалению, воняло, а именно это им и надо чистить. Поэтому это всегда и выставляли в роль наказания. Потому что лошади производят много этого добра. Так что убирать тоже много. И вонять после этого ты будешь долго. Отряд держался стойко. Особо не жаловались и выполняли всё в срок. Конюх, по крайней мере, ещё ни разу не пожаловался. Лин убиралась как раз в одном и стойл, когда её потревожили: — Лин, ты же хорошо знаешь Разведкорпус? — спросил из вежливости Райнер. — Ну да, — ответила Лин, ставя лопату вертикально, чтобы не мешала во время разговора. — А можешь мне помочь? Я просто ещё не совсем ориентируюсь, хочу письмо отправить. — Смотри: подписываешь письмо как обычно, а раз в неделю собирают всю почту. Только разборчиво пиши, а то дядька-то старый, может и не понять, — объяснила Лин. — Спасибо. — А кому письмо-то отправишь..? — Лин мысленно дёрнула себя за язык. Это же не её дело. Чего это она лезет? — Энни. Хочу спросить, как она устроилась, — наконец сказал Райнер. Он будто колебался — отвечать или нет. — Она ведь одна туда пошла. Жан не пошёл, а Марко… — он на секунду притих. — Ты знаешь, что произошло, а так, у неё хотя бы мы есть. Может как-нибудь по службе ещё с ней встретимся. Это было в духе Райнера — он всегда обо всех заботился. Хотя удивительно, что он решил морально поддержать Энни, но это не её дело. — Передавай ей привет, — выдавила из себя Лин. Так же больше из вежливости, чтобы закончить разговор. Райнер кивнул, тоже больше из вежливости, и вернулся к Бертольду, с которым он всегда ходил вместе, и к работе в дальних стойлах. Но Лин поработать особо не дали, так как в стойло, которое она заканчивала убирать, ввели уже знакомого коня: — Ты скоро? — спросил угрюмый и, как всегда, уставший голос. — И тебе привет, — сказала Лин, обходя Леви, тем самым позволяя ему завести скакуна в стойло. — А ты не должен быть с Эреном? Как и тогда? — Эрвин позвал, и тогда тоже попросил провести этот цирк. — Зачем ты так сделал? Ты же.. — Я всегда так с новобранцами. Тем более не со своими. Учитывая факт, что меня используют как няньку, я стараюсь преподать хороший урок. Разведкорпус существует не для того, чтобы ходить и сопли подтирать за вами. Чем быстрее у вас будет развитие, тем больше шансов, что вы выживете. — Просто.. — Просто в следующий раз не учи меня как делать мою работу и не трепись на каждом шагу о моих предпочтениях. — Хорошо, — сдалась Лин. — Прости, что так получилось. — Я был готов к такому исходу событий, так что не переживай, — ответил Леви. — А за Эрена не переживай, я как раз ему работёнку нашёл. Сама-то как? — Неплохо. Приспосабливаюсь. — Лин, — позвал капитан Несс. — Да, капитан? — подошла Лин, отдав честь. — Пошли. Тебя и меня зовёт командор. — Меня? Но зачем? Я же только новобранец, — удивилась девушка. — Честно, не знаю. Идём, а то опоздаем. — Конечно, — Лин обернулась и послала взгляд непонимания Леви, но он тоже не понимал, что происходит. Они втроём дошли до кабинета в полном молчании. Первыми зашли в кабинет капитан Несс и Леви, а потом уже Лин. В кабинете Эрвина стоял непривычный для неё шум. Здесь, как она поняла, собрались далеко не все. Лин знала практически всех, а это значит, что присутствующие отслужили в легионе не меньше пяти лет. Нашла она глазами и самые знакомые для себя лица: Леви, Ханджи, Моблита, Нанабы, Майка. Ну, и самого Эрвина. Но ей до сих пор не понятно, что здесь делает она? — Думаю, можно начинать, — начал Эрвин, что сидел во главе стола. — Как вы все знаете, на носу вылазка. Но под ней скрывается задача куда более важная, чем просто демонстрация способностей Эрена. Я хочу поймать разумного титана. Мне кажется, что Эрен Йегер — не единственный с такой способностью. Лин вспомнила её и Эрена теорию, которую они обдумывали ещё до битвы за Трост. Получается, они были правы. И, раз Эрен с ней об этом говорил так открыто, он действительно не подозревал о своей силе. А это ещё раз доказывает, что ему можно верить. Колоссальный и Бронированный, скорее всего такие, но заканчивается ли на этом список? Непонятно. — Думаю, у многих появились такие мысли после последних событий в виде атаки на Трост, превращения Эрена Йегера в титана и, конечно, убийства титанов, которых поймал Разведкорпус для изучения. По сути, Эрен Йегер будет выступать в роли живой приманки. Я собрал здесь тех немногих, кому могу доверять, ведь мне нужна помощь в поимке. — Что здесь делает новобранец? — спросил один из офицеров. Он был из тех немногих, кого Лин не знала. Она говорила с ним пару раз, и то по рабочим вопросам. — Вы ставите под сомнение действия командующего? — удивилась Лин. Она, хоть и сама не знала, что здесь забыла, но задавать такой тупой вопрос своему командору. Как он только дослужился до офицера. Она сама была не образцом для подражания, но она и офицером не была. — Подставлять под сомнение действия своего командующего, кажется, считается изменой? Или я не права? Ханджи прыснула в кулак. Её, походу, одну не волновало, что новобранец нарушает субординацию. — Так вот, — проигнорировал Эрвин, будто этой небольшой перепалки в принципе не было. — Отряд Леви, где и будет Эрен Йегер, должен будет заманить титана в лес гигантских деревьев. Там солдаты из исследовательского отряда майора Ханджи установят ловушки. Я с несколькими офицерами буду там же. Задача же остальных — защитить новобранцев и быть готовыми к битве с титаном. Вроде план простой, но что-то в нём смущает. Лин не успела оглянуться, как все стали собираться и выходить, как вдруг услышала: — Лин, задержись, — просил Эрвин. — Пусть подождёт за дверью, — попросил Леви, грозно смотря на дочь. — Есть, сэр, — послушалась Лин, решив не спорить и послушать разговор за дверью. — Что это за хуйня? — спросил Леви, как только дверь захлопнулась. — Что именно тебя не устраивает? — спросил Эрвин совершенно спокойно. — Почему Лин зачислена именно ко мне? — А что? — Эрен — приманка, а она только новобранец. Хоть у неё и есть боевой опыт, это не отменяет того, что она ещё совсем ничего не понимает, что там за стенами, — объяснил Леви, сев напротив Эрвина. — Думаешь, не уследишь за ней? — уточнил Смит. — Я не всегда буду рядом. — Ты сомневаешься в ней или в себе? — В ней, конечно. Хоть я стараюсь этого не показывать. — И правильно делаешь. Я не буду менять план. Понимаю твои родительские чувства, но разделяй работу и личное, — сказал Эрвин, внимательно слушая собеседника. — Я и разделял, это она решила соединить. — Тогда может доверишься ей? — предложил Смит. — Битву в Тросте она пережила. При этом находясь в центре событий. — Это не отменяет того, что рядом с Эреном она в опасности в три раза большей. — Да, но, к сожалению, она общается с Эреном, поэтому она всегда в опасности. — Мне проще убить тогда молокососа, — нахмурился Леви. — Да и пойдешь под трибунал, как можешь и сейчас, оспаривая мои решения. Тем более Лин за это с её отрядом ты уже заставил мыть конюшни, — строго сказал Смит, нахмурив брови. Этот тон, которым он говорил, означал, что спорить дальше нет смысла, и свою точку зрения Эрвин не поменяет. Леви замолк, явно обдумывая, что сказать дальше. Упрашивать Смита на коленях, слово щенок, он бы никогда не стал, и теперь Леви обдумывал иной вариант решения проблемы. — Леви, я понимаю, она тебе важна, и ты пойдёшь на всё, лишь бы спасти ценного тебе человека. Прими её выбор и наставляй, как ты всегда делал. Это лучшее, что ты можешь сделать, — попытался успокоить Эрвин, хотя понимал, что Леви это особо и не надо. — Ладно, — сдался Леви, понимая, что Эрвина не переубедить. — Я тебя понял. Он быстро вышел в коридор, кивнул Лин в знак прощания и напоследок шепнул: — Будь аккуратнее. — Конечно, отец, — как-то испуганно ответила Лин. Зайдя в кабинет, Лин была в смятении. К сожалению, большую часть разговора она не услышала и лишь по отрывкам фраз понимала, что Леви не согласен с решениями Эрвина. Так же что в тот день когда он их тренировал он был зол не только из-за новобранцев, а из-за неё. Хотя он и показывает, что принял её выбор, но не до конца. — Да? — Лин подвинула стул, присаживаясь возле Смита. — Много услышала? — Не особо, — често призналась Лин, подимая плечами. — Ладно, но прошу, не рискуй лишний раз без необходимости. Я держу Леви как могу, но он не со всем готов пока смириться. — Перебесится. — Да, мне тоже так кажется. Так вот, как многие заметили, я не обозначил твою роль в этом плане. Ты — единственный новобранец, на которого не легли подозрения. Поэтому прошу подмечать детали — это в будущем может нам помочь, и ты будешь в отряде Леви во время вылазки. Леви нужна будет помощь с Эреном, и нам стоит подстраховаться на этот счёт, — рассказывал Эрвин. — Если считаешь, что так будет лучше, хорошо. Но можно мне высказать предположения? — Конечно, — кивнул командующий. — Мы будто пытаемся поймать крысу. Расставили ловушки и приманки, но мы не знаем, клюнет ли та на приманку, откуда она вылезет, и кто в итоге победит. Крыса, которая научится обходить ловушки и брать сыр, или мы, когда найдём дохлую крысу. — К сожалению, нам остаётся надеяться на наши методы и подстраиваться под ситуацию. Ведь крыса летать не научится. — И ещё мне кажется, ты не до конца рассказал, почему у тебя появились такие подозрения. — Да, я не высказал одну из причин. А у тебя есть мысли? — Только одна. Они проломили стену в Тросте, как и в Шиганшине, но они не пробили стену Мария. Им будто стало не до того. — Как всегда, верно мыслишь, — улыбнулся Эрвин. — Спасибо, я тогда пойду? — просила Лин. — Мне ещё конюшни домывать. — Иди. Но, Лин, впредь соблюдай субординацию. Ты в правда перебарщиваешь, и не в первый раз. — Он первый начал.

***

Лин бесцельно бродила по корпусу, осматривая его. Сейчас большинство ребят дежурило, но сегодня не её день, и можно посвятить время небольшому отдыху. Но читать не хотелось, тело уже ныло от тренировок и делать было нечего. Она уже думала пойти помочь на кухню, как в детстве, но проходя на первом этаже мимо окон на тренировочное поле, она заметила знакомый силуэт. Улыбнувшись, она поспешила туда. Подходя ближе, всё чётче можно было заметить как тренируется Армин. Он бил дерево, разбивая кулаки: — Хочешь стать лучше? — спросила Лин, наблюдая как он наносит удары. Армин отдёрнулся немного, отскочив от девушки. Она явно его напугала: — Да, сражение в Тросте и тренировки здесь дали мне ещё раз понять, как мне важно работать больше остальных, — ответил он, продолжая лупить бедное дерево. — Почему меня не попросил? — Не хотел тебя отвлекать. Лин нахмурилась от таких слов. Он никогда её не отвлекал. Выдумал себе невесть что, и сам же в это поверил. — Перестань лупить дерево, — просила Лин, и парень послушался, отходя от него, начал бить уже пространство. — Поставь одну ногу вперёд и бей не только рукой, а всем телом. Между ними появилось неловкое молчание. Эти постоянные переглядки и желание находиться рядом друг с другом Лин напрягали. У неё никогда такого не было, и хотелось, чтобы всё пришло в норму в ближайшие время. Скоро задание и очень масштабное, поэтому лишний раз грузить голову она и не думала, пыталась сосредоточиться только на работе. — Капитан Леви всегда был с тобой так суров? — спросил Армин, не останавливаясь в тренировке ударов. — Когда не в настроении мог и так, но я сейчас в первую очередь обычный солдат, а не его дочь, а с новобранцами он сил никогда не жалел, — ответила Лин, облокотившись на дерево, чтобы было удобнее наблюдать за Арлертом. — Он так готовит их? — Да, он не хочет, чтобы мы все сдохли на первом же задании. Они снова продолжили стоять в молчании. Лин на миг заворожил пейзаж. Солнце, которое потихоньку заходило за горизонт, всеми силами пыталось осветить всю землю. Из-за этого небо, казалось, переливалось всеми существующими красками. Закаты всегда будто были чем-то особенным, даже для поверхности. — Я, наверное, до сих привыкнуть не могу, — вырвалось из Лин. — Ты это про то, что мы все здесь? — уточнил Армин. — Да, тут прошло моё детство и, казалось, я никогда не найду здесь своего места. — Почему? — не понимал Арлерт. — Ну я тренировалась всегда отдельно и выделялась на общем фоне, ведь тут живут только солдаты, а никак не дети. Казалось, что я — что-то инородное. Армин перестал размахивать руками в воздухе и подошёл к Лин, разглядывая её лицо.Половина лица была в тени из-за того, что она стояла под деревом, а серо-голубые глаза разглядывали местность, будто пытаясь запомнить каждую деталь. Нос немного морщился, а губы были поджаты, отражая факт того, как ей сложно откровенничать с ним. Арлерт очень хотел к ней прикоснуться, но не мог. Так неприлично, и они не в тех отношениях. — Ты всегда себя так чувствовала? — спросил он, наблюдая как колышутся её волосы. — Нет, компании из вас троих на удивление нет, а потом как-то и в Кадетском корпусе с трудом прижилась. — Почему ты об этом толком не говорила? — А смысл? Я себе до сих пор ту истерику с лошадью не простила. — Лин, не стоило, я приму тебя любой. Она наконец подняла свой взгляд, стала рассматривать его лицо, что полностью освещали последние лучи солнца, из-за этого его голубые глаза словно были прозрачным как абсолютно чистое озеро. Синяки, которые у него остались от битвы с Троста почти зажили. Почему-то это прибавляло ему своего очарования. Ещё у него были щёчки, за которые очень сильно хотелось схватиться. — Спасибо, — всё же как-то ответила Лин. Они столько лет знакомы, столько друг про друга знают, что, казалось, всё — больше некуда. «Хорошие друзья» — так всегда про них говорил Эрен. Но почему так резко захотелось с другом проводить так много времени. Это было странно и непонятно, и никто не хотел в этом разбираться. — Что-то я тебя отвлекла своими откровениями, не стоило.. — начала Лин, поняв, что завела тему куда-то не туда. — Наоборот, — перебил её Армин, улыбнувшись. — Рассказывай о своих чувствах чаще.