Глава двадцать вторая

«От зачарованных мыльных пузырей до искусных моделей метел» (Драко)

В комнате Блейза царил хаос: тыквы всевозможных размеров устилали пол, мешая пройти, но я каким-то образом умостился в кресле, минуя эту выставку зубастых и глазастых монстров. -Кто их так? – разочарованно спросил Нотт, который сам мечтал вырезать «ужасные» лица на оранжевых боках тыкв, а теперь, печальный и поникший, с палочкой наизготовку мялся около входа, не решаясь проложить себе путь к единственному свободному стулу. -Старосты, - ответил коротко Забини, отстраненно рассматривая тыквенное разнообразие. -И почему именно ты согласился их зачаровывать? – спросил я Блейза, который отчего-то тяжело вздохнул. -Они напоминают мне цвет ее волос. Если бы мы с Ноттом в этом момент заржали, Забини нам этого никогда бы не простил, поэтому мы ограничились тяжелым вздохом, в унисон, потому что с каждым днем Блейзу становилось все хуже, а его монологи о Джинни Уиззли нас порядком достали. Забини в качестве страдающего героя-любовника никак не укладывался у меня в голове, но отказ Уизлли от дальнейшего общения его подкосил. Такого наш гордый и самоуверенный Блейз не мог ни понять, ни принять. Тео присел прямо у двери, оставляя себе возможность в любой момент сбежать, а я начал вспоминать всех красивых и даже шикарных представительниц женского пола, предлагая Блейзу развеяться. -Выйди на охоту, друг, - поддержал меня Тео, - проведи дежурство в объятиях какой-нибудь горячей волшебницы. При этом лицо Забини стало походить на маску презрения нам и всему миру вокруг. -Ладно, пригласи кого-нибудь на бал, - развел я руками, - это не крайность, но тоже выход из положения. Тебе просто нужно отвлечься. До бала оставались сутки, а я, Нотт и Забини так никого и не пригласили себе в спутницы. Над нами уже стали подшучивать однокурсники, решив, что мы составим идеальное трио, но я не обращал внимания ни на подколы Уоррингтона, ни на нытье Пэнси. Я строил грандиозные планы на это субботнее утро, желая развлечься в Хогсмиде, но Забини попросил нас с Тео помочь ему с зачарованными тыквами, завалившими половину его комнаты. Вот только всю работу пришлось делать самостоятельно, потому что Блейз уже битый час немигающим взглядом сверлил поверхность стола. Нарываться на его плохое настроение совершенно не прельщало, поэтому приходилось браться за очередную тыкву, мысленно насылая на Забини всевозможные проклятия. -Малфой, прекрати испепелять меня взглядом, лучше помоги с тыквами, - произнес, наконец, Блейз, отмирая и потирая виски. - Василиск побери Грейнджер за ее неиссякаемый энтузиазм. -Помочь с тыквами?! - я взревел подобно раненому животному, а Нотт усмехнулся, поправляя воротник рубашки на манер «щита от упреков Забини». - А чем, по-твоему, я занимаюсь все это время? Блейз дернул плечом и вяло наставил на очередное оранжевое недоразумение со злобным оскалом волшебную палочку, зачаровывая ее не самым простым заклинанием. -Ты хоть представляешь, что сделал? - спросил Тео, слушая монотонное заклинание Забини. - Превратил тыкву в орудие массового уничтожения! -Тебе ли не знать, - бросил я злобно в сторону Нотта, который закатил глаза, как девчонка. -Она всего лишь взорвется при виде первого же студента, весело, - все это Блейз произнес на одной ноте, не повышая голоса и инертно продолжая тыкать кончиком палочки в глазные отверстия тыквы. -Кого представляешь на месте тыквы? – продолжал веселиться Нотт, не скрывая очередной ухмылки. Ему явно надоело тухнуть в субботний день в компании пессимистично настроенного Забини. -Поттера, - не стал отпираться Блейз. – Поцелуй Джинни прилюдно – это повод для магической дуэли с ним? - Обратись в Мунго! – участливо посоветовал Нотт, - или оставь уже в покое эти тыквы и идем развлекаться в Хогсмид. -Идем, - Блейз потер глаза, как будто только очнулся ото сна, и решительно пнул одну из зачарованных тыкв ногой. Та подскочила и, описав дугу, шлепнулась у ног Тео и развалилась пополам с противным шипением и такой невообразимой вонью, что мы втроем выскочили из спальни Забини, как из логова троллей. Помятый, но довольный, я шел по заснеженной протоптанной дороге в сторону паба и радовался тому, что наконец-то вокруг побелело. С первым снегопадом настроение резко скакнуло вверх, и я не думал ни о Поттере, ни о Грейнджер, ни о всех Уизли вместе взятых, ровно до того момента, как не видел их. А встречались мы ежедневно, чтоб им всем оказаться в Тайной комнате наедине с Василиском. Как бы сразу стало легче жить! -Мы с Блейзом в паб, ты с нами? – спросил меня Нотт, зная о том, что я хотел заскочить в один миленький дом на окраине деревушки, где мне повстречалась пухленькая и очень миловидная волшебница с предложением угостить меня домашней выпечкой и с явным намерением затащить к себе в спальню. Я бы отведал ее прелестный морковный пирог и заодно полакомился кое-чем иным, поэтому отрицательно помотал головой и с энтузиазмом пошел в знакомом направлении, обещая друзьям, что присоединюсь к ним позже. Хотя, кто знает, как надолго затянется наше знакомство с очаровательной пышечкой? Обогнув все людные переулки, я крался по незаметной улочке к окраинам Хогсмида, когда наткнулся на вывеску магазинчика подарков для юных волшебников «От зачарованных мыльных пузырей до искусных моделей метел». Тут же вспомнилось лицо Тедди, который обожал рвать оберточную упаковку и находить под ней сладости от Нарциссы. Мать никогда не являлась к сестре и племяннику с пустыми руками. «Нужно купить парню конфет к Хэллоуину, он оценит!» Постучав ногами на коврике и стряхивая с одежды налипший снег, я потянул на себя тяжелую стеклянную дверь, расписанную узорами, складывающимися в привидений. Звякнул колокольчик, и аромат пряностей, ванили и выпечки заполнил мои легкие до отказа. Несмотря на полдень, посетителей в магазинчике оказалось не так много, но одну из них я узнал сразу, потому что не узнать Грейнджер не представлялось возможным. В длинной мантии и теплом шарфе, держа в руках сумочку и вязаные перчатки, девушка зависла у лотка со сладостями в виде засахаренных тыковок и зефирных черепов. Волосы, собранные в когда-то аккуратный пучок, растрепались и волнистыми прядками спадали на лоб и шею, и мне нестерпимо захотелось дернуть за один из них, чтобы привлечь ее внимание ко мне. Но я нарочно отвлекся на содержимое витрины. Кажется, там красовались имбирные метлы, посыпанные глазурью, словно снегом, и желейные червяки, от которых у любого нормального волшебника сразу пропадет аппетит, но Тедди такое понравится. -Мне всего и сразу, - выдал я молоденькой продавщице одну из самых обаятельных улыбок из своего арсенала, краем глаза отмечая, как дернулась Грейнджер, ошарашено покосившись в мою сторону. И, да, она снова сделала это – затравленно посмотрела на дверь, прикидывая расстояние до нее и возможность столкнуться по дороге со мной. После каждой нашей стычки, чем бы она ни закончилась, Грейнджер превращалась в напуганную лань, желая избежать любого общения со мной, а я, как последний мазохист, ловил кайф от ее присутствия, хотя и раздражался при каждом взгляде на нее. -Ты меня преследуешь, Малфой? - прошипела Грейнджер, со своими бумажными пакетами, полными сладостей, пристраиваясь в конец очереди, состоявшей из нас двоих. -Я всего лишь шел на свидание и решил прикупить чего-нибудь к чаю, - я обернулся и подарил и Грейнджер обаятельную улыбку, чтобы немного расслабилась, но выглядела она еще более настороженной и сердитой. – Сомневаюсь, правда, что до чаепития вообще дойдет, - шепотом поделился я с ней конфиденциальной информацией, а Грейнджер пребольно ударила меня кулаком под лопатку. Хорошо, что я не успел забрать с прилавка все свои пакеты, а то от неожиданности они полетели бы на пол. -Ты рехнулась, если позволяешь себе такое, - попробовал я рассердиться на Грейнджер. -Я тебя ненавижу, Драко Малфой, - сообщила она мне в ответ доверительным шепотом. – Но, пожалуй, в твоих словах есть смысл, и я тоже устрою себе небольшое свидание. В магазине метел, прогуливаясь с Гарри, я встретила Оливера Вуда - бывшего капитана квиддичной команды Гриффиндора. Он стал таким… - Грейнджер прикусила губу и издала театральный стон, закатив глаза, как недавно это делала Нотт, а я стоял в ступоре, мешая ей пройти к кассе и оплатить свои покупки. -После Крама Вуд покажется тебе недостаточно широкоплечим, - съязвил я, мысленно отправляя Грейнджер на все четыре стороны. -О, не скажи! – она говорила уже громким голосом, привлекая к разговору внимание продавщицы и кокетливо улыбаясь. – Вы же знаете, как хороши эти спортсмены, особенно такие знаменитые, как Оливер Вуд. Видели его выступление этой осенью, он покорил мое сердце, - она кивала своей глупой головой, а кудрявые локоны прыгали в такт этим движениям. Продавщица понимающе улыбнулась в ответ и подтвердила слова Грейнджер о том, что Оливер Вуд не просто красив, но еще состоятелен, умен и одинок. -Это ненадолго, - уверенно заявила Грейнджер, забирая сдачу и покидая магазин под лукавые взгляды продавщицы и парочки молодых мам. Я вышел вслед за ней, желая на прощание со всей силы грохнуть дверью о косяк, но и этого мне не удалось. За мной выходил пожилой покупатель, аккуратно придержав створку и невольно под ее давлением делая шаг вперед и толкая меня в плечо. Настроение рухнуло в черную безрадостную бездну, и я проклял Грейнджер за испорченный день. Она пошла по узкой, расчищенной от снега дорожке. Я нагнал ее и не отставал, отчего мы постоянно стукались друг об друга, не желая тонуть в сугробах, наметенных по обе стороны дороги. Руки, занятые покупками, не помогали удерживать равновесие. На повороте, около одного из домов, с водостока которого здесь натекла приличная лужа, сейчас заледеневшая, я поскользнулся и нелепо завалился в сугроб, длинными ногами доставая и Грейнджер. Она с задушенным визгом взмахнула свободной рукой и рухнула прямо на меня, упираясь носом в мой пах. Более нелепой ситуации я и представить себе не мог, а, главное, спихнуть Грейнджер не представлялось возможным, я все еще сжимал пакеты, полные сладостей для Тедди. Расставаться с этим сокровищем, которому так обрадуется парнишка, я не собирался. -Может, уже слезешь? – дернулся я под тяжестью Грейнджер, придавившей мои ноги. Она шмыгнула носом и потерлась щекой о мой пах, отчего я потерял дар речи. – Что ты, мать твою, творишь? – прошипел я, оглядываясь вокруг. Не зря это окарина Хогсмида, прохожих практически нет, все предпочитают проводить обеденное время дома у своих каминов либо в пабе в компании приятной компании. Грейнджер села, прикладывая ладонь к окровавленной губе, из которой тонкой струйкой текла кровь. На ее щеке красовалась прилипшая зефирная масса, и я понял, что таким образом она мне мстила, оставляя расплющенный десерт на моих штанах. Выглядела Грейнджер глубоко опечаленной. -И как я теперь встречусь с Оливером? – волшебной палочкой она залечивала свои губы, а я залип на них, пока до меня не дошел смысл ее слов. -Ты реально шла с ним на свидание? – почему-то мой голос сорвался на фальцет. -Почему бы и нет? – равнодушно пожала плечами Грейнджер, продолжая сидеть на моих ногах и расстроено шмыгать носом. Зефирные черепа красовались и в ее волосах, наподобие нелепых украшений, и я протянул руку, чтобы снять один и засунуть себе в рот. Кажется, Грейнджер не ожидала такого, удивленно таращась на мою физиономию и начиная тихо смеяться, а я не ожидал, что она окажется настолько привлекательной, застряв со мной в снежном сугробе: раскрасневшееся и румяное лицо, распухшая нижняя губа, блеск в глазах и нежный смех выбили из моих легких весь воздух. -Ты не идешь на свидание с Вудом, - категорично заявил я Грейнджер, притягивая к себе и заставляя ее замереть. Пакеты со сладостями мешали, но я не мог расстаться ни с ними, ни с Грейнджер. Так мы и сидели, любуясь друг другом и не решаясь на какое-либо действие. -Мне, правда, пора, - она с видимым сожалением вздохнула, поднимаясь на ноги и отряхивая полы мантии. С разочарованием посмотрев на десерт из зефирных черепов, Гермиона собрала оставшиеся в целости бумажные пакеты и огляделась по сторонам. Я молча поднялся и встал рядом с ней. -Собираешься меня проводить? – она выгнула темную бровь, а я впервые не нашелся с язвительным и дерзким ответом. -Нет, - отрицательно покачал я головой. -Точно, твое свидание, - Грейнджер прикусила губу и тут же зашипела от боли, пробуя ранку языком, а я развернулся и пошел в сторону паба, подальше от Грейнджер и окраины Хогсмида. Мне определенно хотелось выпить.