Глава тридцать первая

Двойные стандарты (Гермиона)

В теплице номер семь оказалось на редкость приятно проводить время в такую непогоду, которая разыгралась на улице. В стеклянные перегородки, зачарованные от любого проникновения извне, с ураганной силой бился ветер, завывая в щелях оконных рам, плотно прикрытых по случаю сильных заморозков. Узорчатые снежинки разукрасили стекла, напоминая тонкую и замысловатую паутинку, но с потолка лился мягкий приглушенный свет магических ламп, а на столе стояли хрустальные шары мадам Профит, которые стали популярны за последние несколько лет и заменяли многим магам ночники. Скрипели перья, слышались неторопливые шаги профессора Стебль и мерное постукивание щупалец Вивария – растения с хищными повадками, о свойствах которого следовало написать эссе на три страницы. -У вас еще пять минут, - произнесла профессор, а я посмотрела на Луну, которая задумчиво выводила на пергаменте какие-то замысловатые закорючки. «Только бы не забыла написать обо всем, прежде чем рисовать на полях цветочки и лепесточки!» - взмолилась я Мерлину. Хотелось прикрикнуть на Луну, чтобы она собралась и дописала эссе, без которого невозможна поездка в Европу. Нас не зря собрали здесь всех вместе, чтобы предоставить шанс досрочно освободиться от итоговых проверочных работ. -Мистер Малфой, я вижу, что вы закончили? – в ту же секунду пергамент Драко взлетел и мягко приземлился на стол. -Мой тоже забирайте, - с довольной улыбкой отложил перо Тео, подмигнув мне и состроив кривую ухмылку. – Грейнджер, не зевай. -Я закончила, - сказала я ровным тоном, стараясь не реагировать на бурные кривляния Нотта, позволяя профессору Стебль забрать мою работу. В последнее время Теодор стал совершенно неуправляемым! Завтракал в моей компании за столом Гриффиндора, игнорируя косые взгляды, носил Луну на руках, когда она позволяла, официально и прилюдно заставил Забини пригласить меня на бал прямо посреди Трансфигурации, за что получил минус десять очков со Слизерина от директора Макгонагалл. Я невольно улыбнулась, вспомнив, как на прошлой недели Нотт заметил мое плохое настроение. В то утро Рон написал в письме, что не посетит Гриммо на Рождество, а уедет с Парвати к ее родителям. Джинни продолжала дуться за вечерние прогулки с Малфоем, и Гарри поддерживал ее в этом. Я так сильно переживала, что не смогла сосредоточиться на магии и разбила чашку, которая не желала превращаться в чайный набор. На самом деле, усовершенствования трансфигурация всегда легко мне давалась, а тут такое. Я едва не плакала от бессилия, исправив ситуацию беззвучным Репаро, когда Нотт вытолкнул Забини прямо на середину класса и громко заявил, что Блейз только обо мне и думает. -Гермиона, он все уши прожужжал, как хочет пригласить тебя на бал! После этого заявления директор Макгонагалл пригрозила Тео отчислением, ни больше, ни меньше, но тут же сняла со Слизерина десять очков и строгим голосом приказала Забини вернуться на место. Правда, он успел шепнуть, что от приглашения на бал не отказывается, и мы замяли инцидент. Ну, как замяли, Невилл до сих пор со мной не общается… Нотт не первый раз подставлял друзей, и я бы рассердилась, но оказалось, что Забини опустошил его запасы Огденского, и Тео решил отомстить. «Либо смирись с таким, каков он есть, либо прекрати всякое общение с Теодором!» - посоветовал мне Драко, и я решила смириться. Теперь Нотт приобнимал меня за плечи, стоило нам столкнуться в коридорах, и провожал до кабинета, башни Гриффиндора, подземелий и Большого зала. И ни Гарри, ни Джинни, ни кто-то другой не влияли на его действия. В общем, вел он себя противоположно тому, что я помнила в сентябре: никаких язвительных и грубых намеков на мое душевное состояние и никаких речей о симпатичных когтевранках, кроме одной единственной. О Луне он говорил часто, но еще чаще пытал меня вопросами, что ей нравится и как ей угодить, а я старалась отвечать честно и непредвзято. Профессор Стебль выждала положенные пять минут, взмахнула волшебной палочкой, и пергаменты Забини и Луны легли поверх моего, Малфоя и Нотта. -Что ж, желаю вам приятных каникул, - улыбнулась профессор, глазами пробегая по строчкам одного из эссе. – Уверена, что справились все, и мое решение никак не повлияет на поездку. Всего доброго. Мы кивнули, не спеша покидать теплицу. Забини уронил голову на согнутые локти. -Ненавижу Травологию, никогда не питал особой любви ко всем этим, - он поднял руку и изобразил клацанье клешней Вивария, - растениям! -Слава Мерлину, что профессор не обладает острым слухом и не слышит твоих речей, но ты можешь кричать громче, - язвительно произнес Малфой, провожая спину мадам Стебль взглядом. -А мне нравятся теплицы, - пропела Луна своим мелодичным голоском, пересаживаясь поближе к Нотту и невесомо касаясь его плеча маленькой ладошкой. Тео напрягся, а Луна, казалось, не замечала реакции парня на свои действия. Драко взглядом показал на стул, который стоял рядом с ним, но я помотала головой, радуясь, что и у нас со слизеринцами получается теперь невербальное общение. Гарри не зря переживал насчет моего «пути». Я все чаще ловила себя на мысли, что мне комфортно с этими волшебниками, интересно и хорошо. Джинни со второго курса считалась моей лучшей подругой, но в последнее время я замечала, как она все больше ревнует Гарри ко всем, включая меня, и старалась не обострять ситуацию. Джинни одна из многих остро воспринимала мою дружбу с Малфоем, переживала, активно отвергала возможность дружбы между Гриффиндором и Слизерином, и я сдалась. Молча выслушивала ее жалобы и претензии, стараясь не нарываться на открытый конфликт. Наверное, поэтому всепонимающая Луна, как бальзам на душу, стала мне ближе. С самого первого года обучения в Хогвартсе я с трудом находила общий язык со сверстниками. Чистокровные волшебники взирали на меня свысока, полукровки сторонились, а рожденные магглами презирали за мое стремление во всем стать лучше. Возможно, теперь я понимала, что мне не достичь вершин, которые открыты для чистокровных волшебников, но честолюбие до сих пор боролось с этой мыслью. А шепотки за спиной распространяли сплетни, что дружба с Малфоем – это очередной шаг вперед к покорению тех самых вершин. И как после такого желать чьей-то дружбы? «Ты могла бы поговорить с Парвати, она всегда тебя выслушает!» - писал мне Рон чуть ли не в каждом письме, но я знала, что не решусь на этот шаг. Да, друг хочет нашего сближения, но хочу ли я? Эти мысли распространялись и на учеников других факультетов. Могла бы я подружиться с кем-то со Слизерина, с той же Паркинсон? Вряд ли. Как ни старайся, а я не дотягивала до уровня чистокровных волшебников и с ними у нас мало общего, но хотелось верить, что Нотт, Забини и Малфой не просто терпят мое общество, что и им хорошо рядом со мной так же, как мне с ними. -Жаль, нам нельзя тусоваться в Общей гостиной Слизерина, пока там столько малышни. – Сочувственно протянул Тео, поглядывая то на Луну, то на непогоду за окном и отвлекая меня от мыслей. На сегодня нас освободили от занятий ради написания эссе и сдачи практики по «Колдомедицине», с которой мы справились до обеда. Вечер оставался свободным, но Малфой не спешил приглашать меня на ставшие привычными ежевечерние прогулки. И как-то не хотелось в такой холод и вьюгу прогуливаться до Запретного леса. -Есть еще Выручай-комната, - напомнил Драко, не желая мириться с тем, что я сижу напротив него. Он встал, погасил свой магический шар, и медленным шагом, гипнотизируя меня, как удав жертву, приблизился, чтобы встать за спиной и положить ладони на мои плечи. – Забини, ты как? -Там нет стола, - скривился Блейз. – А мне бы хотелось ответить на очень интересное письмо. Он нахально осклабился, доставая из-за полы мантии пергамент, сложенный вдвое. -И о чем, интересно, ты так интенсивно общаешься с профессором Хло? – спросила Луна, вряд ли на что-то намекая, но Тео усмехнулся. -И, правда, о чем? – раздался тихий голос Малфоя у меня за спиной. Я невольно повела лопатками, чтобы прогнать мурашки, пробежавшие по позвонкам от присутствия Драко, а он нагло провел подушечками больших пальцев по моей шее, заставляя сдерживаться и не запрокидывать голову от наслаждения. -Не называйте ее профессором, она всего на три года старше нас всех. -Всего-то, - хмыкнул Нотт, - тебе ничего не светит, друг. -Это мы еще посмотрим, - уверенно заявил Блейз, поднимаясь из-за стола. – Но, так и быть, уговорили на Выручай-комнату! Торчать в библиотеке одному надоело, а слушать вопли малышни в Общей гостиной – удовольствия мало. -В Выручай-комнате столько подушек, что трансфигурировать одну из них в стол тебе не составит труда, - сказал Малфой, помогая мне надеть длинное черное шерстяное пальто, купленное по случаю поездки в не самые теплые края. И делал он это так запросто, словно мы репетировали наше совместное одевание много раз. Я смущалась, Нотт скалился, Забини закатывал глаза, а Луна простодушно улыбалась. Только Малфой делал вид, что ничего этого не замечает, продолжая держаться и рядом, и на расстоянии. После разговора у озера он больше не предлагал мне близости на время Рожедственских каникул, не пытался поцеловать, но и не обливал равнодушием и призрением, за что я уже его благодарила. -Метлу бы сейчас, - капризно протянул Нотт, выглядывая наружу. – Луна, детка, тебе хорошо даются чары, зачарую мою мантию от холода. -Десять галеонов, Тео, - ответила Луна, протягивая руку и переплетая свои пальцы с пальцами Нотта. -Никак не пойму, шутишь ты или говоришь в серьез. Помоги разобраться, - попросил он подругу, открывая двери и впуская в теплицу стужу. -Погодка огонь, да, Грейнджер? - задорно спросил меня Забини, хватая под локоть. Малфой молча пристроился в конце процессии, дыша мне в затылок, но не делая попыток приблизиться. -Иногда я чувствую себя лишним, - пожаловался Забини. -Без твоего присутствия мы бы просто разбежались по углам и давно осуществили все свои эротические фантазии, - хмыкнул Малфой, а я уткнула нос в шарф, чтобы никто из них не заметил краски, прилившей к щекам и шее. -Не благодари, - буркнул Забини, утаскивая меня вперед и закрывая высокой фигурой от сильных порывов ветра. Я шла за ним, думая почему-то о Гарри и Роне. Считается ли мое поведение изменой нашей общей дружбе, или никакой дружбы больше нет? Но Тео не дал додумать тревожную мысль, садясь на корточки и выхватывая палочку. Резким пассом руки он закрутил снежный вихрь и пульнул им мне в лицо. От неожиданности я завизжала, потеряла равновесие и рухнула Забини в руки. Малфой среагировал мгновенно, нацеливаясь на Луну, но Тео успел загородить ее своей не очень широкой, но очень гибкой спиной. -Учти, Нотт, - произнесла я, отплевываясь от снега. – Я очень быстро учусь! Скоро не мы с Луной, а вы втроем станете мишенью для нас! Мы поссоримся, вы пострадаете, мы помиримся, снова пострадаете вы! Дай мне время, и в следующий раз на Трансфигурации тебя точно отчислят! -Ну, тише, - Нотт подошел с поникшей головой. – Я не хотел, прости. Драко оказался рядом и злобно косился на меня и Забини, который стоял слишком близко. -Отойди, - попросил он Блейза нарочито спокойным голосом, а Забини заржал, делая пару демонстративных шагов в сторону. – Ты меня бесишь, Грейнджер! – бросил он сквозь зубы. -И ты меня, Драко, - сказала я не менее сердитым тоном, все еще отплевываясь от снега. – Но, будь добр, помоги мне отомстить этому придурку. -Где организуем ловушку? – воодушевился Малфой, когда его взгляд невольно упал на Паркинсон. Девушка стояла на крыльце и ждала приближения нашей процессии. -Драко, - позвала она Малфоя, неприязненно поджимая губы при виде меня. – Директор Макгонагалл позволила воспользоваться ее камином. Ты обещал, что сопроводишь меня в Косой переулок и поможешь с выбором платья на Рождественский бал. Я почувствовала головокружение, но сцепила зубы и заставила себя не смотреть на Малфоя. Он спокойно поднялся по ступеням, взял Паркинсон под локоть и медленно повел ко входу в замок. -Я должен надеть рубашку в тон твоему платью или обойдемся галстуком? – расслышала я его голос. От этой фразы у меня потемнело в глазах, а Забини неожиданно оказался рядом и приобнял за плечи, поджимая губы. -Блейз, объясни, - умоляюще прошептала я, сканируя расслабленную позу Паркинсон, повисшей на Драко. -А чего тут объяснять, - буркнул Блейз. – Отец Пэнси пообещал Нарциссе посодействовать с сокращением срока пребывания Люциуса Малфоя в Азкабане. Поверь, ему под силу вытащить отца Драко из тюрьмы. -А взамен? – голос меня не слушался, дрожал, срываясь на сиплый шепот. -Драко всего лишь станет мужем Паркинсон, Гермиона, - Забини назвал меня по имени и тут же сжал ладонь в своем огромном кулаке. – Никто из нас не знал, как тебе об этом сказать. В этот момент Малфой развернулся и посмотрел на нас, как ни в чем не бывало. -Буду на восьмом этаже через час, - громко крикнул он, помахав рукой и придерживая дверь для Паркинсон, а у меня только что рухнул мир или значительная его часть. Как я могла подумать, что приблизилась к пониманию чистокровных волшебников? Я никогда не постигну ту истину, которая им дороже обычных человеческих чувств. Мои дорогие, с праздником! С Новым Годом!!! Я хочу, чтобы каждый из Вас, где бы он ни находился, верил в волшебство, в то, что чудо свершится, несмотря ни на что! Всей душой желаю Вам видеть магию в улыбках ваших детей, мужей, жен, близких людей, родственников! Пусть в небе над головой рацветают волшебные букеты, которые видите только Вы, пусть самые серые будни наполнятся светом, который исходит от Вас, пусть мир станет лучше, благодаря Вашей улыбке!