Часть XXIV

Ожидания Бет касательно Майклсонов, точнее их скорого отъезда из Мистик Фоллса после убийства отца семейства и триумфа Клауса, разбились о жестокую реальность. Мало того, что они остались, так еще и Бет имела удовольствие познакомиться с еще одним членом первородной семьи. Он, как и Ребекка, решил попробовать себя в роли старшеклассника. И зачем им, живя целое тысячелетие, добровольно подписываться на ад под названием «Старшая школа»? Что в этом такого очаровательного? Бет искренне не понимала. Новых знаний никаких не получить, интересного опыта общения с подростками, читай мелкими несмышленышами, ожидать не стоит, ровно как и с большинством преподавателей. О чем думала Ребекка, для Бет было непостижимо, а вот Кол, новенький Майклсон, оказалось, преследовал лишь одну цель: познакомиться с двойником, который сумел заинтересовать обоих его старших братьев, что не преминул продемонстрировать во время обеденного перерыва. — Ты действительно так и сказала Нику, что вышлешь свою кровь по почте? — Кол восторженно смотрел на Бет и ярко улыбался, лишь едва сдерживая смех. — И ты на самом деле сделаешь это? — Я не скупа, если конечно не потребуется вся моя кровь до последней капли или около того, — снова умирать Бет не горела желанием, но ничего страшного, если у нее возьмут кровь в разумных пределах, а затем сразу восполнят целительной вампирской кровью, как это однажды уже было. — Поразительно. Ты точно имеешь отношение к предыдущим двойникам? — Никакого, хотела бы я сказать, учитывая нехватку у предыдущего двойника извилин в мозгу. Не хотелось бы, чтобы это приписывали и на мой счет, — несмотря на нотки раздражения в голосе, спокойно и совершенно серьезно ответила Бет. Кол дал волю смеху давно рвавшемуся наружу. — Ты мне уже нравишься, теперь я понимаю Элайджу с Ником. На имени Элайджи сердечный ритм Бет немного ускорился. Она ни разу не видела его после той ночи, которую могла не пережить. Мысли о благороднейшем из первородных не успели развиться, так как в этот момент мимо столика, за которым сидели Бет с Колом, проходила Ребекка. Разочарованная обманом со стороны своей потенциальной подруги, она громко хмыкнула. — Да не дуйся, сестричка. Все же хорошо закончилось. — Если бы этой… — Ребекка проглотила оскорбление, все-таки ей понравилось проводить время с Бет, — удалось успешно отвлекать меня весь вечер, могло бы закончиться иначе. Нику это стоило бы жизни! — Оправдываться не буду, — взяв поднос с остатками обеда и встав со своего насиженного места, сказала Бет. — И на том спасибо, — огрызнулась в ответ блондинка. Бет избавившись от недоеденной еды направилась в класс, несмотря на то что до звонка было еще много времени. Побыть в тишине и перестать на некоторое время чувствовать себя словно в зоопарке с животными не помешало бы. Но покой Бет только снился. Кол последовал за ней. — Как на счет наведаться сегодня к нам в гости? — Майклсоны решили задержаться в Мистик Фоллсе и на это время обзавестись своим уютным гнездышком. Точнее, как рассказал Кол, все остальные хотели остаться, а Клаус великодушно согласился с родней, ведь гибридов у него уже было достаточно, и от Майкла больше убегать не нужно было, так почему бы и не расслабиться немного на исторической родине. — Нет, спасибо, мне нужно готовиться к закрытому чемпионату США по шахматам. Кол громко присвистнул: — Точно, Элайджа упоминал о том, что ты весьма искусна в этом деле, — во взгляде первородного Бет прочитала нескрываемое уважение. — Тогда тем более ты должна погостить у нас, сможешь сыграть со всеми нами. Это в стократ круче тренировки в одиночестве! О, да, Бет знала, что Кол совершенно прав, такую возможность упускать не стоило. Можно ли ради такого добровольно сунуться в логово злого волка, который тебя однажды уже съел? Да, определено. Ради нескольких партий в шахматы с игроками, имеющими тысячелетний опыт, можно и рискнуть. — Ладно, — согласилась Бет после раздумий. Кол просиял. Оставшиеся 3 урока прошли мучительно долго, Бет отчаянно пыталась не зевать, старалась вникать в изучаемые темы, которые были совершенно неинтересны и нисколько не познавательны. Ввиду того, что после школы Бет должна была гостить у Майклсонов, время тянулось особенно медленно. И вот, наконец, спустя целую вечность, она стояла на пороге шикарного особняка, достойном того, чтобы в нем принимали членов какой-нибудь королевской семьи, где ее встретил Элайджа. — Добро пожаловать, мисс Гилберт, — он учтиво взял в свою ладонь руку Бет и коснулся кожи невесомым поцелуем. Казалось, что в этом месте у нее остался ожог, так оно горело. Бет проигнорировала это чувство. — Не желаешь ли, уделить мне время за чашкой чая? — Я бы предпочла чаю шахматы, обещанные мне твоим братом, — Бет повела головой в сторону Кола, который не скрывал свое веселье. Он не мог припомнить, чтобы девушки отказывались от предложений его любезного братца. — А, вот как? — лица Элайджи коснулась улыбка. — Партию шахмат я тоже могу тебе предложить. — Однако, братец, я буду первым. Занимай очередь, — нагло влез в диалог Кол. Когда партия с Колом была в миттельшпиле, в гостиную, где они играли, зашел Клаус. Кол поделился с ним тем, что пообещал девушке партии с ними тремя, на что гибрид ухмыльнулся, а в глазах заплясали чертики. — Любовь моя, ты знаешь, что я играл с самим Стейницом? — скучающе наблюдая на партией, сказал Клаус. Бет перевела на него любопытный взгляд, чем вызвала пока что немой протест Кола. — Мы сошлись в бою вскоре после того как он стал первым чемпионом мира. Так вот, подскажи мне, как следует называть того, кто победил его? — Один матч ничего не решает, брат, — осадил Клауса Элайджа, после чего не преминул похвастаться и сам. — А я имел честь вести беседы и партии с Хосе Капабланкой и Александром Алехиным, — и Элайдже удалось перетянуть на себя интерес Бет, ведь Капабланка и Алехин были одними из тех шахматистов, которыми она восхищалась более всего. Бет решила, что она обязательно расспросит Элайджу позже. — Может, вы заткнетесь и прекратите отвлекать нас? — не выдержал Кол. — Ты слышал что-нибудь, Элайджа? — Клаус нахмурился и сделал вид, что чистит ухо. — Нет, наверно тебе показалось, — непринужденно ответил тот из братьев, что был джентльменом. Когда Бет объявила Колу мат в три хода, Элайджа встал с кресла, стряхнул со своих идеально проглаженных брюк несуществующую пыль и собрался заменить младшего брата. — Будь так любезен, брат, — Клаус оказался на пути у Элайджи. — У меня еще есть дела, которые не терпят отлагательств, — получив в ответ короткий кивок, Клаус сел за шахматы и спрятал в руках по белой и черной пешке. Бет выпали белые. Она не успела еще сделать первый ход, когда первородный продолжил. — У меня есть условие, проигравший исполняет желание, любое. — Тогда мне нужно узнать, кто лучше играет из вас двоих, ты или Элайджа? — Бет нужно было оценить риски. Клаус прямо сказал, что старший брат немного искуснее его. Элайджа ответил, что они хороши в равной мере. Кол же возмутился, что его Бет не упомянула, но отметил, что Элайджа все-таки самый непобедимый из братьев. Тогда Бет решила, что у нее может быть шанс на победу. — Хорошо, я согласна. Но никаких финансовых затрат, подчинения воли, угнетения свободы, долгосрочных желаний и ничего смертельно опасного. — Согласен, — долю секунды Клаус выглядел недовольно, но потом его брови приподнялись, а губы растянулись в едва заметной ухмылке. Бет начала партию с хода e4, на что Клаус ответил е5, после чего она развила коня. Клаус в свою очередь защитил пешку конем. Бет применила испанскую партию, создавая косвенное давление на пешку е5. Черные контратаковали пешку е4, а белые спрятали короля в безопасное место. В следующий момент Клаус взял пешку е4, развивая берлинский вариант. Учтя то, что король черных находился в центре, Бет начала вскрытие d4 для того, чтобы открыть для себя линию е. После нескольких разменов она лишила вражеского короля права на рокировку. На доске вырисовался классический берлинский эндшпиль. Клаус удивленно и в тоже время раздраженно цокнул. У его соперницы было пешечное большинство на королевском фланге и возможность создать проходную, в то время как его пешки на ферзевом фланге были обесценены. Еще через несколько ходов она вынудила его слона отступить, и тут Клаус совершил ошибку, лишая слона функциональности! Бет теперь могла спокойно защитить свою единственную слабую пешку. Бет сыграла g4, потихоньку надвигая свое пешечное большинство. Выбирая меньшее из зол, Клаус сыграл слон е7. Бет стала пододвигать короля в центр. Но не считаясь с материальными проблемами, черные подорвали королевский фланг. На взятие h5 у белых бы испортилась пешечная структура, пешки по линии h стали бы легкой добычей для черных, поэтому Бет сыграла конь f5. Клаус сыграл слон f8, уходя в полный пассив. Бет активизировала короля. Клаус освободил путь ладье, желая вскрыть линию h, и через три хода он объявил шах. Бет увела короля. Черная ладья отступила. Белые максимально активизировали все свои фигуры. Черные защитили свою пешку слоном, планируя перейти в ладейное окончание. После взятия белыми пешки, Клаус сыграл король d7. Но Бет сыграла с4, угрожая использовать связку по вертикали. Черные были обязаны ответить с5, после чего белые пробили на поле d6 и таким образом создали черным слабую пешку. Всего из-за одной допущенной ошибки Клаус попал в тяжелейшее положение. Он дал шах, но король Бет спокойно ушел от всех нападок и ушел на поле е4. Клаус защитил атакованную пешку. Бет объявила ему шах с поля с6 и внедрилась в обжорный ряд. Исход партии был решен. Бет дала ему два шаха подряд и угрожала матом в один ход. Клаус оценил ситуацию, у него не было ни единой возможности перевернуть исход партии. — Что же, твоя взяла, — Клаус не выглядел сильно огорченным, все-таки он сам недооценил свою соперницу и допустил ошибку, которая все испортила. — И каково твое желание? — Я предпочту сберечь его на будущее. — Ваша воля, дорогая, но с вас реванш, — уходя, Клаус обернулся и продемонстрировал опасный оскал. Нет, остаться в проигравших он не мог. — Это было великолепно, — Элайджа наконец занял место напротив Бет. — Мне всего лишь повезло, что Клаус не воспринял меня всерьез. К тому же у меня изначально появилось преимущество, когда мне выпали белые. — Ты принижаешь себя. — Всего лишь констатирую факты, неприятные факты, но нужно уметь их принимать, чтобы вынести урок, — Бет спрятала в ладонях пешки. — Это достойно уважения, — Элайджа указал на ту руку Бет, внутри которой пряталась белая пешка. После начальных ходов на доске возникла картина, характерная для новоиндийской защиты. — Расскажи мне о Капабланке, — попросила Бет, когда она и ее соперник фианкеттировали слонов на большую диагональ для оказания воздействия на центр и фланг. — Я играл против него однажды в 1920-х годах. Он тогда был в самом рассвете сил. Я проиграл. Не зря его называли «шахматным автоматом», он был одинаково великолепен в миттельшпиле и эндшпиле и не совершил ни одной ошибки, — ходы Элайджи привели к размену белопольных слонов. Бет ничего не ответила на его слова, но отвлеклась в достаточной мере, чтобы выбрать не самый удачный ход. Она продвинула центральную пешку вперед, вместо того, чтобы прыгнуть конем, что в дальнейшем позволило бы ей завершить развитие ферзевого фланга. Элайджа подорвал центр, используя ослабление белых полей на ферзевом фланге. Бет укрепила центр продвижением e6, открывая линию чернопольнику. Но белые объявили диагональный шах и стали угрожать коневой вилкой. Бет перекрыла линию обстрела фезря конем. Элайджа пробил на поле d5. — Как бы это не звучало самодовольно, я посчитал, что мы похожи. Он был очень доброжелателен, вежлив и легок в общении. Всегда был спокоен, даже непринужден, наверно в сравнении с ним, меня нельзя назвать спокойным. И он прекрасно одевался. — Какое интересное наблюдение. В таком случае, я словно вижу перед собой не Элайджу Майклсона, а Хосе Капабланку? Ты даже играешь как он. Элайджа пробил ладью на поле c6, тем самым устранив защитника слона черных. Бет попыталась по-препятствовать нормальному развитию ферзевого фланга. Потом после размена легких фигур, ее король нашел себе убежище. — Расскажи мне еще о нем, — попросила Бет, несмотря на то, что должна была быть сейчас крайне сконцентрирована на партии. — Он был очень разносторонне развитым человеком. Мы обсуждали музыку, балет, изобразительное искусство, спорт. Помню еще он помимо кубинского и английского прекрасно владел французским и немецким. Не знай я наверняка, что он человек, посчитал бы его почти таким же древним вампиром как и я сам. — Даже не знаю, кем мне теперь восхищаться, — мимолетно улыбнулась Бет, играя ладья с2. — Можешь восторгаться нами обоими, — Элайджа защитился по второй горизонтали. Разменяв свою последнюю ладью, Элайджа напал на ладью черных и централизовал коня. На отступление короля Бет, он сыграл слон е5, создавая угрозу напасть на поле j7, сыграть конь f5 и провести матовую атаку. Бет защитилась продвижением f6. Элайджа напал на ладью. Еще через несколько ходов он создал угрозу коневой вилки, а его ферзь встал в засаду. Бет просчитала все возможные ходы и варианты дальнейшего развития дел, но ей осталось только сдаться. — Я вновь полностью разгромлена, — выдохнула Бет. Элайджа окинул взглядом наручные часы, а потом ответил: — Ты хорошо держалась, учитывая, что играла три партии подряд против нас. Все-таки, каждый из нас стоит рядом с сильнейшими шахматистами всех времен. Да и время уже позднее, ты утомилась. — Объективно, это должно бы меня утешить. Но я бы не была собой, если бы это было так просто, — Бет перевела дыхание. — Ладно, мне и, правда, пора домой. Элайджа вызвался отвезти Бет домой. А Бет действительно так утомилась, что уснула в дороге. Проснувшись, она не смогла вспомнить, как оказалась в своей постели.