Часть 5. — Удачи вам, Аллин.

***

      Крепкую дремоту без участия малейшего сна, прерывает звонкая мелодия, разрывающегося мобильного телефона. Девушке хотелось просто сбросить звонок, из-за слишком резких звуков, которые отдают в голове. Но, вспомнив о волнующейся подруге, она заставила себя поднять трубку, даже толком не придя в себя. — Да?.. — прозвучал хриплый голос Аллин. — Что с тобой?.. Ты кричала? Или больна? — обеспокоенно строила свои догадки Риён. — Спала. Кажется, та с облегчением вздохнула, стараясь успокоить своё волнение. — Нашла время. Ночью как спать будешь? — словно заботливая мать, указала она. — Не поспала бы, ничего со мной бы не случилось, — совсем безэмоционально вытягивала из себя светловолосая. — Так. Слушай меня сюда. Никакой мужчина не достоин твоего здоровья. Слышишь? Ни один! Нервные клетки не восстанавливаются, пожалей их. Ни ты, ни они, ни в чём не виноваты, чтобы страдать, а ты даже не щадишь себя. Думаешь, он сидит там убивается? Думаешь, он ставит своё здоровье под риск из-за кого-то? Нет! А почему ты должна? Никто этого не оценит, и себе ты за это спасибо не скажешь, — старалась привести в чувства ту Ён, чтобы Бэлл образумилась. Поддержка и слова подруги вызвали у кареглазой небольшую улыбку, что скрасила её опустошенное состояние в данный момент. Было приятно, что девушка заботится и переживает за неё. Что ей не плевать, и она не оставляет Аллин на произвол судьбы и своего состояния, ибо была бы та совсем одинока, случилось нехорошее. — Я поняла, — откликалась на указания Ри та, дабы она меньше волновалась и поняла, что всё будет в порядке. — Я рада, но учти, контролировать тебя буду каждый день, пока не останусь уверена, что ты в норме, — не унималась подруга. — Я тебя услышала, спасибо. — Не за что благодарить. Может, стоит сменить учителя? Ради твоего же блага, чтобы не маячил, — предлагала приятельница. — Да, ты права. Отхожу последнее занятие к нему и переведусь к другому преподавателю. Всё-таки их центр самый лучший в городе. Другой не найду, — соглашалась с той Бэлл. — Как твоей душе угодно.       На этой ноте девушки заговорили о своих делах, что помогло Аллин забыться на время и окунуться с головой в темы разговоров. И уголки губ тянулись вверх, и моральное состояние заметно лучше. Накинув тёплую молочного цвета кофту, дама вышла на открытый балкон. Глоток свежего прохладного воздуха сейчас будет очень кстати. Ветерок приятно обдувал лицо, словно гладил его, убрал светлые волосы назад, заставляя расслабиться и понять, что жизнь на этом не кончается и радость посещает тебя даже в самых простых моментах. Однако девушка почему-то об этом позабыла, что весьма печально. Бэлл не следила за пролетающим временем, давая себе полную свободу действий, но что-то в ней щёлкнуло и буквально заставило обратить внимание на часы. Полдевятого вечера. Пора бы вернуться внутрь дома и поужинать, хотя расставаться с Риён не хотелось абсолютно. Только вот, подруга однозначно хотела отдыха и спокойствия, после вытирания соплей, подумалось Аллин. — Я пойду, перекушу. И тебе стоит отдохнуть, — закруглялась та. — Уверена? — с опаской задала вопрос Ён. — На все сто, — внушала доверие у той светловолосая. — Если что, сразу звони. — Непременно.       Ужин состоял из легкого овощного салата и бананового коктейля, который девушка заставила себя состряпать, хотя было слишком лень, но, похоже, желание гораздо сильнее. В голове за всё это время, к счастью, было пусто. Абсолютно никаких мыслей, что явно на пользу, будто кто-то отключил функцию размышлений. Однако переживать подобное каждый день, как обычно случается у людей с неразделенной любовью страшно, и дама вовсе этого не желает. Поэтому будет делать себе многие вещи на пользу, чтобы как можно скорее восстановиться. Про домашнюю работу она так и не вспомнила, поэтому после вкусного ужина сразу ретировалась в любимую тёплую постель, заранее заводя будильник на прикроватной тумбочке, чтобы ненароком не проспать «важное» занятие с учителем Кимом. Девичью комнату освещал небольшой светильник, что хозяйка зажгла в целях чтения книги, которую недавно приобрела. Только вот надолго её не хватило. Буквально десять страниц и понимание предложений и фраз полностью отсутствовало, из-за чего глаза юной дамы слипались, хотя та заставляла себя читать ещё, но увы… Сон берёт своё, не спрашивая, будто приговаривая: «Хватит, малышка, ты слишком устала. Отдыхай.», он тянет её в свои мягкие и согревающие объятия, которым противиться нет сил. Через считанные минуты Бэлл уже спит с открытой книгой на груди, что точно упадет с неё за всю ночь.       Тэхён и вовсе перекатывался по всей постели, не в силах отогнать чувство вины. Совесть противно мучает, вторя тем, что Ким должен был объясниться перед Аллин, хотя разум говорит о совсем ином. «Наверное, она уже спит…» — размышлял о действиях девушки в данный момент брюнет. «Как я теперь буду смотреть ей в глаза?» Спустя некоторое время угнетающих раздумий, мужчина провалился в глубокий сон, что никто не мог потревожить.       Будильник, громко звеня, оповещает хозяйку дома, что пора просыпаться. Светловолосая с большим трудом открывает тяжёлые глаза, которые с каждым морганием сложно открыть вновь. Головная боль противно мучает где-то между бровями, а противный звон способствует на ухудшение состояния. Девушка отключает устройство, но встать нет никаких сил, если бы не пришедшее уведомление на телефон, она бы снова уснула, наплевав на занятие. — Господи, за что же мне всё это?.. — хрипит кареглазая, уже сидя на кровати, массирует голову. Без таблетки явно не обойтись. Есть вовсе не хочется, из-за ноющей под кожей боли, что вызывала лёгкую тошноту. Что уж там говорить о косметике? Бэлл ретировалась в ванную комнату, умывая лицо чуть тёплой водой для скорейшего пробуждения. Глаза почему-то выглядели больными, как будто она не спала. Единственное, на что ей хватило сил — это расчесаться, одеться и вызвать такси до центра. На свежем воздухе стало легче, но сонливость и противная рассеянность никуда не делась. Всё это в силах исправить лишь постель с приоткрытым окном для свежего воздуха. Как девушка будет заниматься, она себе не представляла. Разумней остаться дома, чтобы не клевать носом в тетрадку, пропуская слова учителя мимо ушей. Но принципиальность не позволила ей сделать это. Лекарство подействовало, когда та оказалась на пороге центра, но чувство чрезмерной лёгкости, как будто она сейчас упадёт в обморок, не покидало и подниматься по лестнице, казалось, каким-то издевательством. — Мисс Бэлл, с вами всё в порядке? — послышалось где-то в стороне. Повернув голову в этом направлении, Аллин увидела того, кого не хотела видеть преждевременно. — Да, всё отлично, — вовсе не убедительно произнесла ученица. — Не похоже. Тэхён заметил её неважный вид. Небольшие синяки под глазами, а сами карие омуты были болезненно-красного цвета, будто она замучена до изнеможения. Промелькнула мысль, что это он во всем виноват. Виноват в её состоянии и самочувствии. — Вы еле идёте, вам помочь? Светловолосая бросила равнодушный взгляд в его сторону, тяжело вздохнув. Даже возможности говорить нет. Мужчина, переборов все свои принципы и убеждения, становится сбоку, обхватывая плечо девушки, а другой рукой придерживает её руку. — Будете возникать, я возьму вас на руки, — оповестил брюнет, перед тем, как та хотела что-то отрезать ему, но вмиг проглотила свои слова. Она позволила кареглазому помочь ей, ибо прекрасно понимала, что такими темпами самостоятельно не доберётся до своей цели, а упадёт прямо на этой лестнице. Ким чувствовал, какая Аллин, обмякшая в его руках и с каким трудом она вообще держится на ногах. Он довёл её до кабинета и усадил на своё мягкое кожаное кресло, которое было в разы комфортнее, чем жёсткие стулья, где сидели его ученики. — Подождите минуту, — приказал тот, уходя в неизвестном направлении. Спустя некоторое время Тэхён возвращается с кружкой в руках и передает её даме. — Что это? — Чай с лимоном и сахаром, пейте. — Зачем вы делаете всё это? — Слишком много вопросов, просто делайте, что я вам говорю, и станет легче. Поверьте мне, — убеждает её учитель. Девушка наконец принимает горячий напиток, но на его слова она фыркнула, что заставило Кима понять, какую глупость сморозил, учитывая её состояние. — Лучше скажите мне, зачем пришли в таком состоянии на занятие? — перевёл тему тот. — Я не могу пропускать занятие, учитывая, что они и так не каждый день, — объяснялась она, осторожно отпивая чай. — По-моему, здоровье прежде всего. Что было бы, если бы вы упали в обморок где-нибудь? — отчитывал он её, услышав такую глупую отговорку. — Ну не упала же, и вообще, вас это как заботит? Её вопрос ввёл брюнета в ступор. Какой ответ дать на каверзный вопрос он понятия не имеет, перебирая в голове разные варианты оправданий, но всё не то. — Ей Богу, вы тот ещё ребёнок… — тяжело вздохнул Ким, качая головой в разные стороны. — А вы мне не родитель, чтобы отчитывать меня, — отрезала светловолосая, не смотря в глаза тому. Мужчине и самому хотелось бы знать, почему его так заботит состояние юной дамы, почему он так злится, когда она его не слушает и изводит себя, почему Ким сам-то слов найти не может на её вопросы. На её дерзость он сглотнул, будто сдержав все свои слова, которые хотел сказать. Только вот девушку он прожигал строгим взглядом, а она даже голову поднять не хочет. — Хорошо, думаю, задание вы не выполнили? — старался настроиться на учебный процесс тот. — Именно. — Значит, оно пойдёт вам на дом и в этот раз, — роясь на полках шкафа с учебниками, оповестил он. — Что ж, давайте поговорим немного о менталитете и правилах поведения, ничего писать сегодня не будем, — преступал к занятию Ким. Бэлл послушно покачала головой и начала подниматься с кресла. — Что вы делаете? Сидите, я сяду напротив, — усаживался на стул он, отмечая про себя, какая мебель неудобная по сравнению с учительской. — Ничего говорить не надо, просто слушайте, если, конечно, не возникнет вопросов.       Урок проходил спокойно. Девушка вникала в тему, иногда поднимая взгляд на учителя, но тот смотрел на неё, не отрываясь, что сразу же отдергивало ту, поэтому она кивала головой в знак того, что всё понимает. Состояние стало заметно лучше, но противная сонливость всё равно присутствовала, но рассказы Тэхёна были слишком интересны, чтобы поддаваться этому чувству, и час пролетел незаметно для них обоих.       — Что ж, мисс Бэлл, всё ли было понятно? — завершая занятие, уточняет брюнет. — Да, предельно. Кстати, я хотела вам кое-что сообщить… — сразу же начала та. Внимание Кима было приковано лишь к ней, и он жаждал скорее услышать то, о чем она хотела поговорить. — Это моё последнее занятие с вами, — тяжело для самой себя, произносит Аллин. — Не понимаю вас… Почему? Мой подход на уроках вас не устраивает? — строит теории тот. — Нет-нет, дело вовсе не в этом! У вас прекрасная форма подачи материала, — наконец, смотрит прямо в взволнованные карие очи дама. — По личным причинам. Думаю, вы должны понять. Естественно, мужчина сразу же понял ту самую «причину» прекращения занятий. Сказать, что эта новость его вовсе не обрадовала — ничего не сказать. Даже на душе стало, как-то тяжело и грустно, как будто сам этого добился, а сейчас пожинает плоды. Глаза его опустились на руки, которыми он нервно складывал какую-то левую бумажку. — Могу поинтересоваться, куда? — К другому преподавателю в вашем центре. — Учителю Ли? — продолжал свой допрос, расстроенный брюнет. — По-моему, да. Точно не могу сказать, списывалась с вашим директором вчерашним вечером, и она упомянула, вроде бы его. На что в ответ Тэхён кивнул, закрывая книги, которые всё это время были открыты. — Что ж, мне было приятно с вами работать, мисс Бэлл. Жаль, что так мало, — его не поддельную грусть можно было отчётливо слышать в грубом голосе. — Задание покажите учителю Ли, я ему передам, — открывая дверь кабинета для девушки, оповещать тот. — Удачи вам, Аллин, — томно произнёс Ким, будто прощаясь навсегда. Только вот, далеко не ему одному было тоскливо и печально, но и Бэлл ничуть лучше себя не чувствовала. Ей не хотелось покидать Кима, а тем более огорчать, что она сейчас и сделала. Однако так будет лучше для обоих, ведь сосредоточиться на учёбе в дальнейшем станет слишком тяжело.

***