Часть lll

POV: Автор

Из-за горизонта начинает выползать большое красное солнце. Оно очень быстро поднимается. И чем выше забирается, тем меньше становиться в размерах. А небо голубеет на глазах, становится ярче, синее, прогреваясь солнечными лучами. Утренний воздух прозрачен, чист и свеж. Зимнее утро.

РОV: Тэхен

9.30 Утро. Комнату разрывает пиликанье будильника. Он не на шутку сильно меня подзаебал, чем и заставил проснуться. Неохотно открываю слипшиеся веки, пару минут всматриваясь в белый потолок, пытаюсь хоть как-то сфокусировать свой взгляд. Лучики солнца хитро пробираются между занавесками, пытаясь проникнуть в темное помещение. Вчерашнее три бутылки виски были явно лишними. Похмелье бьет по вискам, в значительной степени разжигая боль в голове. Еще более усугубляя мои воспоминания о вчерашнем вечере. Жмурю глаза от жуткой боли в районе затылка. Рукой потираю больное место, надеясь что это хоть как-то поможет ее унять. Я не жалею о выпитой огненной жидкости: она помогает мне забыться, уйти от всех проблем, что тревожат меня изо дня в день. Алкоголь — своего рода наркотик для меня, что дает своевременный кайф, придающий ощущение расслабленности, которое поглощает полностью и без остатка, давая безмятежности разлиться по всему телу, позволяя заглушить разум. Но на утро, как уже было и сказано, это имеет свойство заканчиваться, превращаясь в сплошной кошмар. И это я уже прекрасно знаю по себе. Опять впереди тяжелый день, как ожидаемо. Сегодня нужно разобраться с поставками алкоголя из Китая. Никчемные поставщики! За что я только деньги людям плачу?! Даже свою работу не могут выполнить без каких либо проблем. Далее, собрание кланов. Ну как же без меня? Знаю ведь прекрасно, что без моего мнения не смогут решить. К черту всё! Сейчас то самое утро, что дает спокойно понежиться в кровати, неимоверная тишина расслабляет. Но, в тоже время, непреодолимая головная боль не дает погрузиться в себя. Единственное, что я сейчас хочу — это прохладный душ и бутылка минералки. Но, кажется, даже на это моих сил не хватит, потому что оторваться от любимой кровати было просто невозможно. По прошествии пятнадцати минут на меня из зеркала смотрел парень в строгом костюме. Более сдержанная цветовая гамма костюма цвета черного графита помогает окунуться в нужный настрой. Брючный костюм в английском стиле идеально смотрелся, темные брюки были в меру узкими и создавали стройный силуэт. Пиджак отличался мягкими небольшими подплечниками, вытянутым туловищем напоминающий по форме песочные часы на завышенной талии. Четкость линий силуэта придают то самое впечатление серьезности, даже немного жесткости. Классика — это то, что серьезно мне нравилось. Потому что она проверена временем, обстоятельствами, модными трендами и тенденциями. Последние приходят и уходят, меняются, сменяя друг друга. А классика остаётся собой, вне времени и веяний. Спускаясь по деревянной чёрного дерева лестнице, что спиралью вела вниз, неторопливо перебираюсь со ступеньки на ступеньку, слегка придерживаясь темных перил, покрытых прозрачным лаком. По привычке осматриваю холл, глазами выискивая знакомую мне макушку. Юнги давно прибыл в мой дом, еще с самого утра ожидая моего прихода. Мужчина стоял в просторном коридоре, одной рукой придерживая толстую папку с документами, а другой перебирал бумаги, шурша листами, и что-то бубнил себе под нос, что конкретно я не слышал. Но судя по его кислой физиономии не трудно было догадаться, что он не в духе. Подняв голову Юнги посмотрел на меня, но довольно лениво.       — Что нового, Юнги? — коротко спросил я, отбросив изысканные профессиональные манеры, что жутко задрали меня. Взгляд, устремленный на меня, оказался еще более серьезным, чем думалось. Юнги работает на меня весьма давно. Преданный работник. Хороший друг. Это всё, что я мог сказать про него. Друг всегда казался мне замкнутым человеком, поэтому я никогда излишне не интересовался его жизнью, а сам Юнги не удосуживался рассказывать о своей семье или прошлом. Затрагивать эту тему я тоже не собирался, знаю одно прошлое этого человека было не из лучших. В первую нашу встречу, это был ободранный шестнадцатилетний мальчишка, что дерзко орал на полицейского, сидя в изоляторе временного задержания. «Смелый малый» — подумал я тогда. Но никто из нас не мог предвидеть, что это встреча станет для нас обоих судьбоносной.       — Звонил ваш отец, хочет срочно вас видеть, — перебил мои мысли Юнги. Сложив бумагу в папку с документами, он стоял молча, почти не двигаясь.       — Что конкретно ему нужно от меня? — иронично подняв одну бровь вверх, строгим тоном спросил я. Недоуменным взглядом еще стреляя в человека напротив.       — Господин Ким Чхондун сообщил, что на днях он почувствовал себя очень плохо, врачи его осмотрели и вывели диагноз — рак легких. Непосредственно ему осталось недолго жить. Теперь, когда Чхондун знает о том, что находится при смерти, в ближайшее время ему не терпится вас увидеть. Так сказать, пока жив повидать, — вкрадчиво выдал беловолосый. Кажется старик боится смерти, раз так сильно желает меня увидеть перед тем, как уйти на вечный покой. Небеса наконец-то его накажут за все дерьмо, что он сделал в жизни, забрав к себе. Ну что ж, будь что будет.       — Юнги, машина готова? — друг коротко кивнул. Неспешно выйдя из дома мы быстро уселись в черную Pagani. Долгая поездка немного утомляла, но спустя время машина остановилась. Мы уже приехали, из-за окна иномарки виден дом, который загораживали огромные ворота. Попасть во двор особняка можно, преодолев двустворчатые ворота, изготовленные из металлических прутьев, выкрашенных в благородный коричневый цвет. Строение невольно поражает своими масштабами, необычностью архитектурных элементов и роскошью. Главный вход в особняк находится в самом центре фасада, между двумя античными колоннами, разместившимися на устойчивых пьедесталах. Массивная деревянная дверь увенчивается аркообразным окном классической формы. В доме имеются еще две пары подобных оконных конструкций, что придает особняку некоторую воздушность и легкость. Как только я перешагнул порог особняка, оглянувшись увидел старые настенные часы, на них было ровно час дня. Давние воспоминания о детстве накрыли сильной волной. Ничего не изменилось: мебель была расставлена так же, как и раньше. Родной дом. Я, недолго думая, направился в кабинет отца. Старый хрыч грел свою задницу восседая в кожаном кресле. Его кабинет безмерно провонял табаком, что очень лез в нос. А сам старик сидел, попивая утренний кофе из фарфоровой чашки.       — Тэхен, рад видеть тебя! — с улыбкой на лице сказал старик, в его голосе были слышны нотки лицемерия. Этой чертой Чхондун владел очень даже хорошо, он был, так скажем, не очень хорошим человеком, и мало кто любил его. — Что нового, как жизнь? — спросил отец       — Ничего, — кратко ответил я. Мне безумно отвратительно было находиться в компании этого человека. Хотелось побыстрее смыться отсюда, подальше от него. — Что случилось? Ты желал меня видеть?       — Я стар и уже не в форме, — начал старик — И хотел бы сказать, что после моей кончины, Чонгук, как главный наследник, займет мое место. Естественно, в первое время ему будет нелегко. Надеюсь, ты ему посодействуешь. Тебе достанутся два загородных особняка в качестве наследства от меня. И всё. — Поставив чашку на свободное место матовой рабочей поверхности стола, он направился в сторону книжного шкафа и, минутой позже, с журналом полуторагодовалой давности развалился на кресле.       — Это всё? — спокойно спросил я, нежно перебирая пальцами тёмные волосы, — Знаешь, мне почему-то всегда казалось, что ты меня принимаешь за кого-то другого, не за сына. С детства твое обращение ко мне было наподобие какой то скотины или же никчемного отпрыска. — Задумчиво разъяснял я, повернувшись лицом к Чхондуну, — Когда же я вырос, мне думалось, ты поймёшь, что был неправ и несправедлив по отношению ко мне, но ничего не изменилось. Даже сейчас ты лишил меня права голоса, не удосужившись спросить моего мнения. Ты думаешь я рад? — лицо старика моментально вспыхнуло от нарастающего гнева, губы поджались в тонкую линию, а из ушей так и норовил пойти пар. Но меня это больше забавляло, нежели беспокоило.       — Тэхен, знай свое место!!! — тон Чхондуна перешел на крик. Я не стал задерживаться в столь ужасном месте. На выходе из здания меня уже ждал Юнги. Без лишних слов я сел на заднее сидение. В салоне машины повисла тишина, что доставляла спокойствие, но та горечь, что ощущается мной после слов Чхондуна, была как яд в змее, не выводимый, что прилип ко мне до конца моей жизни.              — Siluof клуб, Юнги       — Да, господин, — без лишних вопросов ответил мужчина за рулем, машина тронулась. * * * Клуб Siluof ничем не отличался от других клубов. Просторный зал оживал ночью под ритмы Hip-Hop, K-pop, R'n'B, наполняясь ослепительными огнями светомузыки. Опьяненная молодежь, что двигается под ритм музыки, пытаясь настроиться на нужную волну. Это та самая атмосфера, которая нужна мне. Алкоголь, влитый в мой организм, раз сто за этот вечер, медленно расслабляет, отключая разум. Я сидел за VIP столом, слева от танцпола, неподалеку было ещё несколько хороших приятелей и симпатичных приятельниц. Но и с ними мне не особо хотелось проводить время. Выпить и переспать с какой-нибудь шлюхой — да, это, пожалуй, единственное зачем я посещал этот клуб. И в этот вечер мне не пришлось быть одному, его приукрасила девушка, подсевшая ко мне. Блондинка, что уже полчаса восседает у меня на пахе, выглядит очень даже сексуально: короткая юбка, которая задирается при каждом движении, блузка белого цвета, открытая на три пуговки, чрезмерно показывает выдающиеся достоинства девушки. Вызывающий макияж дополняет ее вид. Очередная шлюха, что хорошо знает толк в сексе.       — Тэхен, я хочу тебя, — томно шепчет на ухо, чуть нагибаясь блондинка, опаляя своим горячим дыханием шею, после чего жадно облизывает мочку уха, ёрзая еще больше на моих коленях. Томный вдох и выдох в шею, выводит меня из себя. Блондинка уже на грани изнеможения. И это не смущаясь демонстрирует, но и я не железный. Потащив девушку в сторону затемненного коридора, открываю дверь. Эта комната была предназначена в основном для интимных утех с шлюхами, тусующимися в этом клубе. Небольшая комната с задвинутыми шторами ничего не предвещала ужасного. Войдя в помещение, девушка не успевает среагировать, как ее лицо впечатывается в постель кровати. А тело девушки лежит перевернуто на животе. Ее лицо озарилось недовольство от происходящей сцены. Но услышав звук пряжки ремня. Девушка безоговорочно стягивает нижнюю одежду с себя, после чего кидает в неизвестном мне направлении, она выгибается в спине выпячивая свою попку ко мне на встречу в ожидании когда же её трахнут. Трясь об ягодицы девушки своим стояком я показывал насколько безумно мне желалось её. Инстинкт губил меня с каждой минутой. Долго ждать блондинку я не заставил, удобно устроившись сзади девушки, слегка приподнимая края юбки, и не теряя больше не секунды, рывком входя во всю длину в блондинку, заставляя я ту кричать от резкой боли. Крепко придерживаясь за ее бедра. Резкими толчками выбиваю из девушки первые стоны наслаждения. Жестко ускоряю темп, не щадя девушку, наплевав на ее чувства. Вдалбливаю тушку девушки в кровать бешеным темпом. Алкоголь весьма сильно затуманил мой разум, а инстинкты взяли надо мной верх. Пошлые стоны девушки рассеялись по всей комнате. Успеваю сделать последние толчки, затем кончаю, изливаясь на ягодицу блондинки. После чего грубо отталкиваюсь от женского тела, освобождая ее от своей хватки. Чувство волны эйфории и неимоверного кайфа накрыли меня полностью.       — Детка, ты свободна — хмыкаю себе под нос, довольствуясь столь прекрасной картиной: тело девушки бездвижно лежало на диване, не имея сил ни на какие-либо движения. А я поправляя штаны уже полностью был удовлетворен. Ничего серьезного, просто секс, что дает снять стресс, накопившийся во мне. Кидаю пару купюр на кровать. Закрываю дверь, оставляя девушку в комнате. Пробраться через толпу пьяных людей не составляло мне никакой сложности. Уже у входа меня ждал Юнги, одним боком облокотившись на машину. Спокойно доехать я смог сам, отказав Юнги в услуге довезти меня до дома. Пусть отдохнёт. Несмотря на дозу выпитого алкоголя, поездка оказалась для меня на удивление спокойной. Заглушив мотор машины, останавливаюсь возле белых бордюров, обводя взглядом снежную улицу. В поле моего зрения замечаю черную иномарку, машина стояла напротив моего дома. Что-то новенькое, — подумал я, — Неужели сегодня гости пожаловали, вроде бы никто не был приглашен. Через время из машины вышла невысокая брюнетка, в ней я признал ту самую девушку, что на днях взял из колонии. Ох, боже запамятовал! Хотел сам встретить, ну ничего подождет, ничего с ней не случится. Девушка была зла, это было видно по тому, с какой силой она хлопнула дверью машины. — Истеричка, — прыснул я недовольно. Интересненько, кем же ее пристроить у меня: уборщицей? Пусть драит весь дом. А может из нее выйдет хорошая подстилка? Нет, насчет подстилки — явно перебор, слишком страшненькая. Но это дело времени, найду чем занять ее, а пока что нужно позаботиться о том, чтобы данная особа не превратилась в сосульку. Покопавшись в карманах куртки нахожу телефон. Неспешно набираю номер, внимательно вслушиваясь в гудки.       — Да, господин Ким- послышался женский голос на том конце трубки.       — Кэтрин, встреть молодую особу, что стоит возле моего дома. Ее зовут… эм…- немного замялся я, пытаясь вспомнить имя девушки — Неважно как ее зовут, короче — эту девушку что стоит перед мои домом. Проводи ее в дом и отправь в мой кабинет. Пусть дожидается моего прихода, и немедля, — сделав акцент на последнем слове, сказал я громко. Всего мгновение, и из дома выскакивает Кэтрин, встретившись с девушкой, женщина быстро уводит ее в дом. Последний раз кидаю взгляд на уже закрытую дверь. Ступаю нетвердыми шагами по белому снегу. Идти по снегу было очень сложно: каждый шаг давался все тяжелее и тяжелее. Проваливаться ногами в снег было еще лучше. Хотелось утонуть в снегу и стать таким же пушистым и белым, как он. Доползти до веранды я все же смог.